Работа над проектом "Санкт-Петербургские антиковеды"
ведется при поддержке РГНФ и Комитета по науке и высшей школе Сагкт-Петербурга
Санкт-Петербургские антиковеды

О проекте

Алфавитный указатель

Хронологический указатель

Ссылки



Зелинский Фаддей Францевич (1859-1944)

Краткая биография

Зелинский Фаддей Францевич [14 апреля 1859, около Киева - 8 мая 1944, Шондорф ам Аммерзее, Бавария] - филолог-классик, антиковед. Образование закончил в русской филологический семинарии при Лейпцигском университете. Получив в 1880 степень доктора философии за диссертацию "Die letzten Jahre des zweiten Punischen Krieges", Зелинский работал в Мюнхене и Вене и пробыл в Италии и Греции около двух лет. Больше всего Зелинский занимался исследованием древнегреческой комедии, преимущественно аттической, которой посвящены его работы на русском, немецком и латинском языках: "О синтагмах в древнегреческой комедии" (Санкт-Петербург, 1883, магистерская диссертация); "De lege Antimachea scaenica" (Санкт-Петербург, 1884); "О дорийском и ионическом стилях в древнеаттической комедии" (Санкт-Петербург, 1885); "Die Gliederung der Altattischen Komedie" (Лейпциг, 1885); "Diе M?rchenkomedie in Athen" (П., 1885); "Quaestiones comicae" (П., 1887) и др. Ему принадлежат также издания "Царя Эдипа", "Аякса" Софокла и XXI книги Ливия с русскими примечаниями, статьи по критике текста трагедий Софокла и схолий на них (ЖМНП, 1892) и др.

Подробный биографический очерк и обзор научной деятельности

Фаддей Францевич Зелинский (1859-1944 гг.), поляк родом, принадлежал к той части российской интеллигенции, которая прочно ориентировалась на западные культурные традиции. Он получил прекрасное образование: учился в Петербурге, затем в немецких университетах, в Лейпциге, Мюнхене, Вене, некоторое время также в Риме. В Лейпциге он защитил первую свою диссертацию, касавшуюся последних лет Второй Пунической войны (1880 г.). Рано сформировавшись как ученый, Зелинский стал украшением Петербургского университета, где он проработал более трети века (1885-1921 гг.). Великолепный знаток греческого и латинского языков и литературы, Зелинский преклонялся перед культурой античности. Он видел в ней не только основание новейшей европейской культуры, но и вечный источник животворных идей, и свое филологическое мастерство поставил на службу культурно-историческим изысканиям, охватывавшим всю античность, все ее стадии и ипостаси, как греческую, так и римскую.

Как филолог ex professo, Зелинский много занимался вопросами греческой и римской литературы. Так, его глубоко интересовал и он со вниманием изучал строй греческого героического эпоса, в частности свойственное гомеровским поэмам явление хронологической несовместимости, под которой понимают видимую неспособность эпического поэта повествовать о различных, но в одно время случившихся событиях иначе, чем последовательно, т.е. выстраивая их в последовательный временной ряд, а не излагая параллельно. С еще большим увлечением вникал Зелинский в историю греческой драмы. В молодые годы он много времени уделил исследованию древней греческой (аттической) комедии - ее строения и стиля, ее фольклорных истоков и компонентов, среди которых он особо выделял древнюю сказку, в которой справедливо усмотрел предтечу или ядро той народной социальной утопии, что отражена в пьесах афинских комедиографов. Его работы на эти темы, публиковавшиеся как в России, так и в Германии, создали ему репутацию выдающегося ученого-филолога.

Позднее Зелинский обратился к изучению греческой трагедии, результатом чего стала публикация ряда статей, популярного очерка об Эврипиде и большой специальной работы о развитии трагических мотивов, начало которой успело выйти в России (более полный вариант был опубликован в Кракове уже после репатриации Зелинского в Польшу). Занятия греческими трагиками не ограничивались у Зелинского чисто исследовательской работой: талант исследователя он сочетал с большим литературным и даже поэтическим дарованием, что дало ему возможность подготовить новый русский перевод столпа классической драмы - Софокла. Перевод трагедий Софокла был издан в обрамлении оригинальных ученых статей и комментариев и может рассматриваться как образец полноценной публикации древнего классика в современной русской версии (см.: Софокл. Драмы, т.I-III, М., 1914-1915).

По такому же типу намерен был Зелинский издать и перевод Эврипида. Здесь его задачей было завершить то, что не успел сделать переводчик Эврипида И.Ф.Анненский, тоже филолог-классик (он, кстати, был директором весьма престижной Николаевской гимназии в Царском Селе), но более известный как оригинальный поэт полуимпрессионистского-полудекадентского типа, чья ученая и литературная деятельность, в частности и работа над Эврипидом, была прервана преждевременной смертью (1909 г.). Близкий с Анненским, Зелинский считал своим долгом довести до конца начатое тем большое дело. Сам Анненский успел издать только часть своих переводов (Театр Эврипида, т.I, СПб., 1906), но и предприятие Зелинского осталось неоконченным: вышли только три из шести намеченных томов полного перевода (Театр Эврипида, т.I-III, М., 1916-1921), публикация остальных была остановлена отъездом Зелинского из России.

Своего рода итогом (отнюдь, впрочем, не окончательным) занятий Зелинского греческой литературой стало издание популярной книги "Древнегреческая литература эпохи независимости" (в двух частях, Пг., 1919-1920 [ч.I - "Общий очерк", ч.II - "Образцы"]). Лаконичность и доступность изложения естественно сочетаются здесь с глубиной и меткостью характеристик или оценок древних греческих писателей.

Как было сказано, научные интересы Зелинского распространялись как на греческую, так и на римскую литературу. В этой последней его особенно привлекал Цицерон - и как писатель, стиль которого он специально изучал, и как наиболее полное воплощение римского творческого гения. Он исследовал структуру речевых периодов Цицерона, обратив особое внимание на метрические клаузулы, посредством которых великий оратор добивался общей желательной ритмики. А месту Цицерона в истории мировой культуры, его воздействию на культуру средневековой и новой Европы, равно как и длящейся не одно столетие полемике вокруг его личности, он посвятил обширную статью "Цицерон в истории европейской культуры" ("Вестник Европы", 1896, декабрь), которая затем была им развернута в целую монографию, к сожалению, увидевшую свет только в немецкой версии.

К этим исследованиям примыкает и начатое Зелинским совместно с известным переводчиком В.А.Алексеевым издание русского перевода всех речей Цицерона. Увы, как это часто бывает (особенно в России), дело остановилось на первом томе, куда вошли речи, произнесенные Цицероном в первую половину его адвокатской и политической деятельности (81-63 гг. до н.э.). Продолжения не последовало, зато любителей изящной словесности Зелинский порадовал еще одним своим литературным опытом - выполненным совместно с Л.Ф.Завалишиной переводом Овидиевых "Посланий" ("Героид").

Огромная эрудиция и мастерство исследователя сочетались у Зелинского с высоким природным даром просветителя, педагога и публициста. Он был кумиром студенческой молодежи и интеллигентной петербургской публики. Его открытые лекции и доклады на различные интересные, нередко весьма актуальные темы античной культуры неизменно вызывали интерес у слушателей, и, воодушевленный успехом своих публичных выступлений, он обрабатывал эти доклады для публикации или писал новые специальные статьи, так что в конце концов явилась мысль собрать их в целостное собрание, которому автор дал знаменательное название "Из жизни идей" (т.I-IV, СПб./Пг., 1905-1922). Первый и второй тома (второй - с характерным подзаголовком "Древний мир и мы") составились из статей, посвященных различным явлениям духовной жизни античного общества и современного мира в их перекличке и сопричастности (к примеру, о мотиве разлуки у Овидия, Шекспира и Пушкина). Третий том (с подзаголовком "Соперники христианства") был посвящен различным культам преимущественно греческого происхождения, которые в эллинистическо-римский период развивались в ту же сторону, что и христианство, составляя одновременно и общий фон и альтернативу этому последнему (например, культ Гермеса Трисмегиста [Трижды-Величайшего]). В последний, четвертый том ("Возрожденцы") вошли статьи, касавшиеся, в основном, судеб и реминисценций античной культуры в позднейшие эпохи (например, о развитии идеи загробной жизни у Гомера, Вергилия и Данте, об античных источниках и прототипах драм Шекспира и пр.).

Общей установкой, проникающей все это обширное собрание этюдов об античной литературе, религии и общественной мысли в их взаимодействии с культурой средневековой и новой Европы, было убеждение в сокровенной сопричастности античности к духовной жизни нового времени. Для Зелинского античный мир (процитируем вслед за Бузескулом его слова) - это "не тихий и отвлекающий от современной жизни музей, а живая часть новейшей культуры". Историческое значение античности заключалось в том, что "она была родоначальницей тех идей, которыми мы и ныне живем". Конечно, для исторически образованного человека это было ясно всегда. Применительно к фундаментальным политическим идеям гражданских прав, свободы и демократии об инициативной роли античности писал уже М.С.Куторга, а в советское время, в эпоху поздней оттепели, будет вспоминать С.Л.Утченко. Однако нигде животворное значение античности для нового времени не было показано столь последовательно и широко, как в работах Зелинского.

Разумеется, не всё одинаково привлекает нас сейчас в научно-популярных публицистических зарисовках Зелинского. Нередко сближения по видимости близких явлений античности и позднейшего, тем более современного уровня достигается форсированным путем, посредством сильнейшей модернизации прошлого. Временами режет глаз нарочитая парадоксальность высказанных суждений, утомляет чрезмерное многословие и выспренность. Однако в целом сборник "Из жизни идей" - замечательный образец столь же глубокого проникновения в духовную жизнь классической древности, сколь и верной, в общем, оценки античного участия в строении современной европейской культуры и менталитета.

Заключая обзор научно-литературного творчества Зелинского, подчеркнем особенное его внимание к античной религии, к истории религиозного сознания вообще, что, конечно же, стояло в прямой связи с духовными исканиями тогдашней российской интеллигенции. Мы уже упоминали о том, что в сборнике "Из жизни идей" весь третий том был посвящен темам античной греко-римской религии, в особенности таким ее культам (или образам), в которых можно было видеть "соперников христианства". Однако и в других томах того же собрания, и за пределами его, в различных периодических изданиях и популярных энциклопедиях, можно обнаружить многочисленные статьи Зелинского, посвященные религии древних греков и римлян - и разным частным явлениям и персонажам, и принципиальным поискам античного язычества, позволяющим говорить о духовной перспективе, об известном предуготовлении классической древностью заглавной религии нового времени - христианства. Сами заголовки этих статей говорят о направлении мысли их автора: "Идея нравственного оправдания, ее происхождение и развитие" ("Из жизни идей", т.I), "Характер античной религии в сравнении с христианством" (там же, т.II), "Идея Богочеловека в греческой и германской саге" ("Вестник Европы", 1910, июль), "Возникновение греха в сознании древнейшей Греции" ("Русская мысль", 1917, июль-август).

Но самыми полнокровными и яркими в этой области научно-литературных занятий Зелинского были две его книги, посвященные эллинской религии: "Древнегреческая религия" (Пг., 1918) и ее продолжение - "Религия эллинизма" (Пг., 1922). Это были первые выпуски - части широко задуманного труда, в котором автор предполагал дать по возможности полную картину, в виде ряда горизонтальных срезов, религиозного развития античного мира, включая и раннее христианство. Собственно цель труда и состояла в том, чтобы показать закономерное движение античного, прежде всего греческого, религиозного сознания навстречу христианскому преображению. Автор имел в виду, не умаляя основополагающей роли проповеди Христа, показать, что истинное предуготовление христианства свершалось не в лоне иудаизма, не в русле ветхозаветных пророчеств о мессии, как обычно полагают, а в духовной жизни античного, западного мира. Говоря словами автора (во введении к "Религии эллинизма"), "античная религия - это и есть настоящий Ветхий завет нашего христианства". Именно духовными усилиями античного мира впервые были открыты возможности для познания божественного откровения в его главных ипостасях красоты, добра и истины. А потому и обращенная ко всему человечеству проповедь Христа по-настоящему была услышана не в иудейской среде, пропитанной чувствами национальной исключительности и религиозной нетерпимости, а в греко-римском универсуме, открытом новому слову и новой правде. Именно в нем сформировалось то христианское мироощущение и миропонимание, которое стало духовным стержнем западной европейской цивилизации.

Октябрьская революция и последовавшая Гражданская война сделали для Зелинского невозможным продолжать свои ученые занятия в России. Особенно нестерпимой была для этого до мозга костей европейского человека наступившая духовная изоляция, невозможность поддерживать контакты с западноевропейским ученым миром. В 1921 г. он покинул Россию и обосновался в Варшаве. Свою научную и педагогическую деятельность он продолжал уже в качестве профессора Варшавского университета (1921-1939 гг.). В этот польский период своей жизни он продолжал разрабатывать дорогие его сердцу темы развития греческой драмы (именно трагедии) и истории античной религии. Он подготовил также очередное немецкое переиздание своей большой книги о Цицероне, а в Париже опубликовал новую работу о Горации и римском обществе времени Августа.

Вторая мировая война окончательно разрушила тот цивилизованный мир, в котором он только и мог жить. В Варшаве от бомбежки сгорел дом, в котором он жил, погибла его библиотека, и он должен был искать последнего приюта в Германии, в Баварии, где жил и работал его сын, инженер по специальности. Там Зелинский и умер за год до окончания войны, так и не успев завершить свой главный труд по истории античной религии.

Основные работы

  • Зелинский Ф. Ф. О синтагмах в древней греческой комедии. СПб., 1883.
  • Зелинский Ф. Ф. О дорийском и ионийском стилях в древней аттической комедии. СПб., 1885.
  • Зелинский Ф. Ф. Tragodoumena. Исследования в области развития трагических мотивов, вып.1, СПб., 1919.
  • Зелинский Ф. Ф. Древнегреческая религия. Пг., 1918.
  • Зелинский Ф. Ф. Религия эллинизма. Пг., 1922.
  • Эврипид. Пг., 1918
  • Цицерон, Марк Туллий. Полн. собр. речей в двух томах, т.I, СПб., 1901.
  • Овидий. Баллады-послания. М., 1913.
  • Библиография работ Зелинского: Список трудов профессора Ф.Ф.Зелинского, изданный ко дню 25-летия его преподавательской деятельности его учениками (1884-1909). СПб., 1909 (№ 1-312); Перечень трудов проф. Ф.Ф.Зелинского с 1908 г. // Гермес, 1914, № 3, с.84-87 (№ 313-421)

Доп. литература

  1. Брюллова Н.В. Ф.Ф.Зелинский (к его 25-летнему юбилею) // Гермес, 1909, № 3, c.71-76.
  2. Ростовцев М.И. Ф.Ф.Зелинский // Гермес, 1914, № 3, с.81-83.
  3. Фролов Э.Д. Русская наука об античности. Историографические очерки. Изд. 2-е. СПб., 2006, с. 312-318.
  4. Rehm A. Thaddaus Zielinski. Nekrolog // Jahrbuch der bayerischen Akademie der Wissenschaften. 1944-48. Munchen, 1948, S.155-157.