На главную страницу ОглавлениеСледующая глава

 

 

3

 

ВВЕДЕНИЕ

1. ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ АНТИЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Предметом курса античной литературы является литература греко-римского рабовладельческого общества. Этим определяются хронологические и территориальные рамки, отделяющие античную литературу от художественного творчества доклассового общества, с одной стороны, от литературы Средних веков, — с другой, а также от прочих литератур древнего мира, каковыми являются литературы древнего Востока. Особое выделение греко-римской античности, как специфического единства, отличного от других древних обществ, не является произвольным; свое полное научное обоснование оно получило в учении Маркса и Энгельса об «античном обществе», как особой ступени развития в истории человечества.* Что же касается терминов «античность», «античный», происходящих от латинского слова antiquus — «древний», то их исключительное применение к греко-римскому обществу и его культуре условно и может быть признано справедливым лишь с ограниченно-«европейской» точки зрения. Действительно, греко-римская цивилизация является древнейшей цивилизацией Европы, но развилась она значительно позже, чем цивилизация Востока. Это же соотношение имеет место и в области литературы: литература Египта, Вавилонии или Китая гораздо «древнее», чем «античная», греко-римская литература. Ограничительное употребление терминов «античность», «античный» установилось у народов Европы в силу того, что греко-римское общество было единственным древним обществом, с которым они были связаны непосредственной культурной преемственностью; мы продолжаем пользоваться этими установившимися терминами как краткими обозначениями социального и культурного единства греко-римского рабовладельческого общества.

Античная литература, литература древних греков и римлян, также представляет собою специфическое единство, образуя особую ступень в развитии мировой литературы. При этом римская литература начала развиваться значительно позже греческой. Она не только чрезвычайно близка к греческой литературе по своему типу (это вполне естественно, поскольку однотипными были и те два общества, которые породили эти литературы), но и связана с нею преемственно, создавалась на ее основе, используя ее опыт и ее достижения. Греческая литература — древнейшая из литератур Европы и единственная развивавшаяся вполне самостоятельно, не опираясь непосредственно на опыт других литератур. С более древними литературами Востока греки стали ближе знакомы лишь тогда, когда расцвет их собствен-

__________

* К. Маркс. Наемный труд и капитал. Соч., т. V, 1929, стр. 429.

 

 
4

 

ной литературы лежал уже далеко позади. Это не значит, что восточные элементы не проникали и в более раннюю греческую литературу, но они проникали устным, «фольклорным» путем; греческий фольклор, как фольклор всякого народа, обогащался от соприкосновения с фольклором соседей, но греческая литература, вырастая на почве этого обогащенного фольклора, создавалась уже без непосредственного воздействия литератур Востока. А по своему богатству и разнообразию, по своей художественной значительности она далеко опередила восточные литературы.

В греческой и родственной ей римской литературе уже имелись налицо почти все европейские жанры; большая часть их и поныне сохранила свои античные, главным образом греческие названия:

эпическая поэма и идиллия, трагедия и комедия, ода, элегия, сатира (латинское слово) и эпиграмма, различные виды исторического повествования и ораторской речи, диалог и литературное письмо, — все это жанры, которые успели достигнуть значительного развития в античной литературе; в ней представлены и такие жанры, как новелла и роман, хотя и в менее развитых, более зачаточных формах. Античность положила также начало теории стиля и художественной литературы («реторика» и «поэтика»).

Историческое значение античной литературы, ее роль в мировом литературном процессе заключаются, однако, не только в том, что в ней «возникли» и от нее ведут свое начало многие жанры, подвергавшиеся впоследствии значительным трансформациям в связи с потребностями позднейшего искусства; гораздо существеннее неоднократные возвращения европейской литературы к античности, как к творческому источнику, из которого черпались темы и принципы их художественной обработки. Творческое соприкосновение средневековой и новой Европы с античной литературой, вообще говоря, никогда не прекращалось, оно имеется даже в принципиально враждебной античному «язычеству» церковной литературе средних веков как в западноевропейской, так и в византийской, которые сами в значительной мере выросли из поздних форм греческой и римской литературы; следует, однако, отметить три периода в истории европейской культуры, когда это соприкосновение было особенно значительным, когда ориентация на античность являлась как бы знаменем для ведущего литературного направления.

1. Это, во-первых, — эпоха Возрождения («Ренессанс»), противопоставившая богословскому и аскетическому мировоззрению Средних веков новое, посюстороннее «гуманистическое» мировоззрение, утверждающее земную жизнь и земного человека. Стремление к полному и всестороннему развитию человеческой природы, уважение к индивидуальности, живой интерес к реальному миру — существеннейшие моменты этого идеологического движения, освобождавшего мысли и чувства от церковной опеки. В античной культуре гуманисты находили идеологические формулы для своих исканий и идеалов, свободу мысли и независимость морали, людей с резко выраженной индивидуальностью и художественные образы для ее воплощения. Все гуманистическое движение проходило под лозунгом «возрождения» античности; гуманисты усиленно собирали списки с произведений античных авторов, хранившиеся в средневековых монастырях, и издавали античные тексты. Еще предшественница Ренессанса, поэзия провансальских трубадуров XI — XIII вв.

 
5

 

«воскресила даже среди глубочайшего средневековья отблеск древнего эллинства».*

Зародившись в Италии в XIV в., гуманистическое движение приобрело общеевропейское значение со второй половины XV в. «В спасенных при гибели Византии рукописях, — пишет Энгельс в старом введении к «Диалектике природы», — в вырытых из развалин Рима античных статуях перед изумленным Западом предстал новый мир — греческая древность; перед... светлыми образами ее исчезли призраки средневековья; в Италии достигло неслыханного расцвета искусство, которое явилось точно отблеск классической древности и которое в дальнейшем никогда уже не подымалось до такой высоты. В Италии, Фракции, Германии возникла новая, первая современная литература; Англия и Испания пережили вскоре затем свою классическую литературную эпоху».** Эта «первая современная литература» Европы создавалась в непосредственном общении с античной литературой, преимущественно с позднегреческой и с римской; одно время (XV — XVI вв.) гуманисты культивировали поэзию и красноречие на латинском языке, стараясь воспроизводить античные стилевые формы («ново-латинская» литература в отличие от средневековой литературы на латинском языке).

2. Другой эпохой, для которой ориентация на античность являлась литературным лозунгом, был период классицизма XVII — XVIII вв., ведущего течения в литературе этого времени. Представители классицизма обращали преимущественное внимание уже не на те стороны античной литературы, которые были близки по духу эпохе Возрождения. Классицизм стремился к обобщенным образам, к строгим незыблемым «правилам», которым должна быть подчинена композиция каждого художественного произведения. Писатели этого времени искали в античной литературе и в античной литературной теории (особым вниманием пользовалась здесь «Поэтика» Аристотеля) таких моментов, которые были бы родственны их собственным литературным задачам, и старались извлечь оттуда соответствующие «правила», не останавливаясь зачастую и перед насильственным истолкованием античности. К числу таких «правил», насильственно приписанных античности теоретиками классицизма, относится и знаменитый «закон трех единств» в драме, единства места, времени и действия (см. стр. 111,189 — 190). Рассматривая свои «правила», как вечные нормы истинно-художественной литературы, классицисты ставили своей задачей не только «подражать» древним, но и соревноваться с ними, для того чтобы превзойти их в следовании этим «правилам». При этом классицизм, как и Ренессанс, опирался главным образом на позднегреческую и римскую литературу. Произведения более ранних периодов греческой литературы, например гомеровские поэмы. казались недостаточно утонченными для придворного вкуса абсолютной монархии; нормативной эпической поэмой считалась «Энеида» Вергилия. Наибольшего расцвета классицизм достиг во французской литературе XVII в. Его главным теоретиком и законодателем был Буало, автор поэмы «Поэтическое искусство» (L'art poetique, 1674 г ).

__________

* Фр Энгельс. Прения по польскому вопросу во Франкфурте. Соч., т. VI, 1930, стр. 407.

** Фр. Энгельс. Диалектика природы. Соч., т XIV, 1931, стр. 475 — 476.

 

 
6

 

3. Мощный подъем буржуазии во второй половине XVIII в. выдвинул новое «воскрешение» античности, на этот раз с ярко выраженными буржуазно-демократическими установками. Этот новый классицизм конца XVIII и начала XIX в. принимал в разных странах различные формы, в зависимости от остроты политической ситуации.

а) Во Франции буржуазный классицизм получил революционную окраску и стал господствующим направлением в литературе Первой французской революции. Для эпохи французской революции античность была интересна в первую очередь своим политическим и гражданским содержанием. В образах Афин и особенно древнего Рима воплощался республиканский идеал с его гражданскими «добродетелями». Все искусство революции, — литература, театр и даже прикладное искусство, — было облачено в античное одеяние «Чтобы изобразить нашу идею, — писал один из самых выдающихся поэтов, этого времени Андре Шенье, — позаимствуем у древних краски, зажжем наши факелы у их политического огня и создадим проникнутые новыми мыслями античные стихи». Классицистическое течение продолжало существовать и при Наполеоне, но уже с ориентацией на художественный стиль римской империи. Маркс в «18-м брюмера Луи Бонапарта» дал блестящую характеристику этого использования античных форм в буржуазной революции и вскрыл его внутренний смысл. «Как раз тогда, когда люди, по-видимому, только тем и заняты, что переделывают себя и окружающее, создают совершенно небывалое, — как раз в такие эпохи революционных кризисов они заботливо вызывают к себе на помощь духов прошедшего, заимствуют у них имена, боевые лозунги, костюм и в освященном древностью наряде, на чуждом языке разыгрывают новый акт всемирной истории. Так... революция 1789 — 1814 гг. драпировалась поочередно в костюм римской республики и в костюм римской империи... Камилл Демулен, Дантон, Робеспьер, Сен-Жюст, Наполеон, героин равно как партии, и масса старой французской революции, — в римском костюме и с римскими фразами осуществили дело своего времени, — они освободили от феодальных уз и возвели здание современного буржуазного общества. . Как ни мало героично буржуазное общество, для его появления на свет понадобились героизм, самопожертвование, террор, междоусобная война и битвы народов. В классически строгих преданиях римской республики борцы за буржуазное общество нашли идеалы и искусственные формы, иллюзии, необходимые им для того, чтобы скрыть от самих себя буржуазно-ограниченное содержание своей борьбы, чтобы удержать свое воодушевление на высоте вели кой исторической трагедии».*

Для русской литературы наибольшее значение имел, как известно, классицизм XVII — XVIII вв. Но и буржуазно-демократический классицизм нашел в ней отражение, притом преимущественно в своей французской революционной форме. Представителями революционно-классицистического отношения к античности являются у нас Радищев и поэты-декабристы (например Катенин, Кюхельбекер), отчасти также и Пушкин в декабристский период своего творчества.

б) Иной характер имел классицизм второй половины XVIII в. в Германии. И здесь античность воспринималась как республиканский

__________

* К. Маркс 18-е брюмера Луи Бонапарта. Соч., т. VIII, ГИЗ, 1931. стр. 323-324.

 

 
7

 

идеал, но, в силу ничтожности политической роли немецкой буржуазии в XVIII в., на первый план была выдвинута не политическая, а эстетическая сторона идеала, «благородная простота и спокойное величие» античных образов. Античность рассматривается как царство красоты и гармонии, блаженное детство человечества, воплощение «чистой человечности». Одним из теоретических основоположников этого направления, впоследствии названного «неогуманистическим», был знаменитый искусствовед Винкельман (1717 — 1768), главными литературными представителями в конце XVIII в. — Гете и Шиллер. «Неогуманизм» перенес центр тяжести интереса к античности из Рима в Грецию и от поздних эпох греческого общества к тем ранним периодам, на которые придворный классицизм глядел с известным пренебрежением. Этот интерес прогрессивной буржуазии к эпохам роста античного общества поднимал истолкование античности на высшую ступень. Винкельман, призывая к «подражанию грекам», устанавливал прямую связь между расцветом греческого искусства и политической свободой древних республик, между потерей свободы и эпохами упадка искусства; в политической свободе он видел базу античной «гармонии». Однако революционное содержание, заложенное в художественном учении Винкельмана и нашедшее большой отклик во Франции, совершенно выветрилось на его собственной родине, и эстетическое приобщение к античному «идеалу» знаменовало в немецком буржуазном классицизме отказ от революционного переустройства общества и призыв к «самоограничению» (Гете). Неогуманистическое понимание античности сыграло огромную роль как в литературе, так и в науке и легло в основу взглядов Гегеля на философию истории и эстетику. Некоторые положения Винкельмана были впоследствии восприняты, в материалистической переработке, Марксом.

В России ярким представителем нового понимания античности был Белинский. Вместе с неогуманистами он утверждал, что «греческое творчество было освобождением человека из-под ига природы, прекрасным примирением духа и природы, дотоле враждовавших меж собой. И поэтому греческое искусство облагородило, просветило и одухотворило все естественные склонности человека... Все формы природы были равно прекрасны для художественной души эллина; но .как благороднейший сосуд духа — человек, то на его прекрасном стане и роскошном изяществе его форм и остановился с упоением и гордостью творческий взор эллина, — и благородство, величие и красота человеческого стана и форм явились в бессмертных образах Аполлона бельведерского и Венеры медицейской». Но революционное мировоззрение великого русского просветителя не могло удовлетвориться односторонне-эстетическим отношением к античности, и он выдвигает ее прогрессивное значение в борьбе с «феодальной тиранией»: «там, на этой классической почве, развились семена гуманности, гражданской доблести, мышления и творчества; там начало всякой разумной общественности, там все ее первообразы и идеалы». Вместе с тем Белинский считал, что в античном мире «общество, освободив человека от природы, слишком и покорило его себе»; он старается избежать опасной ошибки, в которую впадали многие исследователи древнего мира, — модернизации* античности, стремления приписать ей

__________

* От этой ошибки предостерегает и В. И. Ленин. Философские тетради, J936, стр. 258.

 

 
8

 

такие общественные порядки, мысли и чувствования, которые могли в действительности возникнуть лишь на более поздних этапах развития человеческого общества.

Совершенно очевидно, что неоднократные «воскрешения» античности, предпринимавшиеся в разное время и с разными задачами, создавали для себя искаженный, идеализированный образ античности, односторонне истолковывая ее и дополняя ее своим собственным идеологическим содержанием. С другой стороны, не менее очевидно, что античность не могла бы сыграть такой исключительной роли в истории европейской культуры, не могла бы служить опорой для таких прогрессивных движений, как Ренессанс и Первая французская революция, если бы в ее культурном наследии действительно не содержалось огромного идеологического богатства, если бы в ней не возникало таких проблем и таких методов решения этих проблем, которые могли представить значительный интерес и быть использованными в позднейшие времена, при ином способе производства, при иных соотношениях классовых сил. По отношению к литературе вполне применимо замечание, которое Энгельс делает по поводу греческой философии: «...в многообразных формах греческой философии имеются в зародыше, в возникновении, почти все позднейшие типы мировоззрения», и это является одной из причин, «в силу которых мы вынуждены будем в философии, как и во многих других областях, возвращаться постоянно к подвигам того маленького народа, универсальная одаренность и деятельность которого обеспечила ему такое место в истории развития человечества, на которое не может претендовать ни один другой народ».*

__________

* Фр. Энгельс. Анти-Дюринг. Соч., т. XIV, 1931, стр. 340.

 

 

 

На главную страницу ОглавлениеСледующая глава