На главную страницу ОглавлениеПредыдущая главаСледующая глава

 

 

165

 

древних устоев римской государственности, прежде всего самодержавия народа.

В битве при Филиппах Август (тогда еще, разумеется, Октавиан) дал обет построить храм Марса Мстителя;[Sueton., Aug., 29, 2.] одновременно с этими работами началось и строительство нового Форума. Предлогом для этого послужила недостаточная, как считалось, вместимость форума республиканского времени и примыкавшего к нему Форума Юлия Цезаря. Форум Августа в свою очередь примыкал к последнему и был связан с ним общим проемом; он, однако, представлял собой самостоятельную архитектурную композицию. Воплощение обета в жизнь затянулось. Только во 2 г. до н. э. Форум Августа и храм были освящены, хотя работа еще не была закончена. Слишком велико было нетерпение, слишком храм и Форум были Августу нужны. Впоследствии, при императоре Адриане, внутренняя отделка храма подвергалась переделкам; то же произошло и с портиками.

Форум Августа был построен на месте снесенных жилых кварталов, непосредственно примыкавших к Форуму Юлия Цезаря. Это был огромный прямоугольник, огороженный мощной стеной из туфа высотой около 36 м и периметром около 450 м. Снаружи глухая поверхность стены была расчленена на три яруса, увенчанные карнизами; вход в Форум образовывала полукруглая арка; изнутри стена была украшена; в нишах, как уже говорилось, размещались статуи великих деятелей римской истории с соответствующими надписями. В глубине Форума по правую и левую стороны от храма, если стоять лицом к нему, находились два полукружия; здесь стена была облицована изнутри мраморными плитами и отделана двумя ярусами полуколонн из желтого и зеленовато-серого мрамора. От остального Форума полукружия отделялись широкими прямыми портиками. Их нижний ярус представлял собой колоннады из цветного мрамора; верхний глухой ярус был декорирован кариатидами, а на промежуточных полях размещались медальоны с масками. Портики продолжались и дальше вдоль стен, непосредственно примыкая к ним.

Композиционным центром Форума, на который он был ориентирован, являлся храм Марса Мстителя, высоко поднятый на подиуме (высота 3.5 м) над людски-

 
166

 

ми толпами; по сути Форум представлял собой как бы храмовый двор. Схема храма обычна для римской традиции. Его достопримечательностью был передний портик глубиною в три пролета с одним рядом мраморных колонн римско-коринфского ордера высотою 18 м. Задняя стена храма была изогнута в виде абсиды. Стены храма и подиум были облицованы белым мрамором. В целом храм должен был поражать своими размерами и великолепием.

Форум Августа был сооружением неординарным. Вообще римский Форум возник как рыночная площадь и свои функции торгового центра сохранял еще при Юлии Цезаре. Форум Августа был задуман и построен как культовый центр с парадными залами для встреч, бесед и собраний. Форум Августа стал и важнейшим политическим центром Рима; там происходили жеребьевки судей и процессы по преступлениям против государства. По указанию Августа в храме Марса Мстителя должен был собираться сенат, чтобы вынести решение о войне или триумфе; оттуда отправлялись в провинции наместники, облеченные военно-административной властью, туда прибывали победоносные военачальники и приносили украшения триумфов.[Ibid., 29, 1 — 2.] В Форуме Августа воплощалось великолепие созданной им державы; она завершает собой труды великих предков и опирается на их славные традиции. Форум был и зримым воплощением благочестия Августа, исполнения им сыновьего долга (месть убийцам Цезаря), почитания бога — покровителя дома Юлиев, способствовавшего мести.

Выше мы упоминали о многочисленных храмах, построенных при Августе и по его инициативе. Возвращаясь здесь к этому сюжету, заметим следующее Храмы обычно строились по традиционной италийской схеме с развитым передним портиком и чаще всего без портика у задней стены. Характерным элементом храмовой композиции является лестница во всю ширина фасада (так, в частности, в храме Марса Мстителя), однако иногда ее место занимали две боковые лестницы, обрамлявшие площадку для жертвенника. В задней стене целлы устраивалась ниша, где помещалась культовая статуя. Храмы использовались не только для чисто культовых целей, но и для общественных собраний, в частности для заседаний сената.

 
167

 

Известное представление о храмах эпохи Августа дает храм Марса Мстителя, о котором говорилось ранее. Упомянем еще храм Согласия у подножия Капитолия в северо-западном углу республиканского Форума. Он был заново построен Тиберием еще при жизни Августа (10 г. до н. э. — 7 г. н. э.) на месте древнего храма. Для него характерны громадная целла (45Х24 м), портику входа в храм (14Х34 м) с шестью мраморными колоннами по фронтону. Храм был превращен в своеобразный музей скульптуры и живописи, кладовую драгоценностей. Нечто подобное имело место и в храме Аполлона, построенном Августом на Палатине; к нему был присоединен портик с латинской и греческой библиотекой (уж не для того ли, чтобы отвлечь людей от библиотеки Асиния Поллиона?). В старости Август собирал там сенат и пересматривал списки судей.[Ibid., 29, 3.] В конце правления Августа и также Тиберием был перестроен храм Диоскуров. Он, по-видимому, имел форму периптера с выраженным передним портиком и располагался на высоком подиуме площадью .30Х50 м, выложенном из бетона и с наружной стеной из туфа. Подиум был облицован мрамором. До наших дней сохранились три колонны классического римско-коринфского ордера с изысканными капителями, где завитки переплетаются между собой, как бы символизируя дружбу Диоскуров. Примерно такими же были и провинциальные храмы, хотя и значительно меньшие по размерам. Представление о них дает, в частности, так называемый «Прямоугольный дом» — храм эпохи Августа, сохранившийся до наших дней в Ниме, на юге Франции (древний Немаус в Нарбоннской Галлии, где была учреждена римская колония).

Одним из важнейших элементов античного города был театр. К концу I в. до н. э. в Риме функционировали три каменных театра — театр Помпея, рассчитанный приблизительно на 17 тыс. зрителей, театр Бальба вместимостью в 7 — 8 тыс. зрителей и театр Марцелла, рассчитанный на 10 — 14 тыс. Существовали и многочисленные другие театры. Театр Марцелла был начат постройкой еще при Юлии Цезаре, но завершен уже при Августе (от имени Марцелла). Его главный фасад, обращенный к городу и к Марсову полю, представлял собой огромный полуцилиндр (диаметр 130 м), расчлененный на горизонтальные зоны поясами антаблемен-

 
168

 

тов. Нижняя аркада театра сочетается с колоннами дорического, а аркада второго этажа — с колоннами ионического ордера.

Из других сооружений эпохи Августа первостепенное значение имел Алтарь Мира (обычно в сочетании: Августова Мира), который должен был закрепить в сознании римлян образ Августа — носителя и устроителя мира. Алтарь был заложен на Марсовом поле 4 июля 13 г. до н. э. и освящен 30 января 9 г. до н. э. Он представлял собой огражденную стенами площадку (10.55Х11.6 м), в центре которой стоял на ступенях мраморный жертвенник. Высота мраморной стены 6 м. На западной стороне стены можно было видеть Землю, подательницу изобилия, вскармливающую двух младенцев, и богиню Рима. На восточной стене изображен был Эней, приносящий жертвы Пенатам, среди которых находился и Гений Августа, а также сцены из преданий об основателях Рима — Ромуле и Реме. На северной и южной стенах была представлена торжественная процессия, которую возглавляет Август, приносящий жертву; за ним следуют жрецы, его семья, сенаторы и весь народ. Содержание этого памятника в целом перекликается с тем, о чем писали Вергилий и Гораций: Эней, прародитель римского народа; мир и изобилие; обожествление Гения Августа; единство народа в возрожденном государстве под водительством Августа. Существенно, что семья Августа оказывалась специфической государственной институцией, стоящей в одном ряду с сенатом и народом.

В 28 г. до н. э., несомненно под влиянием впечатлений от гигантских гробниц восточных владык, Август начал строительство своего гигантского мавзолея. Он был построен в стиле древних этрусских погребальных сооружений. Громадный барабан мавзолея (диаметр 80 м) был покрыт земляным холмом, где была посажена роща; увенчивала сооружение бронзовая статуя Августа.

Подводя итоги развитию архитектуры эпохи Августа, можно констатировать, что, как и в сфере словесности, здесь пропагандировались идеологические установки режима, обеспечивавшие укрепление личной власти Августа. Конечно, влияние греческих образцов, в особенности как следствие активного участия греческих мастеров в строительной деятельности эпохи Ав-

 
169

 

густа, не могло не сказаться (оно, кстати, весьма ощутимо и в литературе). В архитектуре греческое влияние проявилось во введении, колоннад трех греческих ордеров. Но на римской почве определяющими были древние местные традиции арки и свода, древние традиции храмового и погребального зодчества. Греческая колоннада превратилась в дополнение собственно римских конструкций. Этот симбиоз стал типичной чертой «Августова классицизма»; мощь и помпезное великолепие построек должны были символизировать мощь и величие Рима эпохи Августа; его консервативность и верность традициям должны были проявиться также и здесь. Внедрение единого архитектурного стиля, характерного для эпохи, было следствием нивелирующего влияния Августа; здесь в еще большей степени, чем в словесности. Август стремился не допускать отклонений от единообразного стандарта.

Само собой понятно, что эффективным средством пропаганды в руках Августа и его правительства было изобразительное искусство. Геммы, кубки и другие подобные изделия широко тиражировали изображения Августа как бога вместе с богиней Рима или Венерой. На одной из гемм Август показан со скипетром в позе Юпитера, рядом с ним сидит смотрящая на него богиня Рима, у его ног орел Юпитера, Вселенная возлагает на него венец, Тиберий сходит с триумфальной колесницы, внизу — пленные варвары. На кубке из Боскореале Августа сопровождают Венера, из рук которой к нему вылетает Победа, Честь и Марс, ведущий аллегорические изображения провинций. Известная статуя Августа из Примапорты, первоначально находившаяся у входа в виллу Ливии, представляет Августа в облике императора — победоносного полководца, обращающегося с речью к солдатам. Его правая рука слегка вытянута вперед; гармоническая пропорция форм, идеализация индивидуальных черт способствуют выявлению его величавого достоинства, которое статуя буквально излучает. Изображения на панцире Августа повествуют о нем и о всей эпохе. Сверху мы видим, как бог с небес открывает завесу, уходит Луна и восходит Солнце; предшествуемое Авророй, оно мчится на колеснице. Наступает новый день, а с ним и новая эра в римской, да и вообще во вселенской истории. В центре панциря кульминация: парфянин, возвращающий

 
170

 

римлянину римского орла, а по бокам две женщины, олицетворяющие замиренные провинции. Одна из них держит ножны без оружия и трубы, другая передает меч победителю. Зритель без труда прочитывал здесь напоминание о воинских подвигах Августа, восстановителя римской чести и могущества Римского государства. На нижней части панциря показана Земля с рогом изобилия, справа — Диана и слева — Аполлон. Так вводятся еще две темы — изобилия, всеобщего благоденствия, наступившего при Августе, и божественного покровительства дому Юлиев (Аполлон — покровитель Юлиев) и, разумеется, самому Августу. Статуя Августа из Кум, хранящаяся в Государственном Эрмитаже, представляет его в образе Юпитера с жезлом в левой руке и шаром в правой. Август — бог, Август — земной владыка, подобный Юпитеру на небесах, — таков был образ владыки, который должен был запечатлеться в сознании подданных. Изображения такого рода, несомненно, тиражировались и распространялись по всему Римскому государству.

Не меньшее, а возможно, и большее воздействие оказывали и монеты, издавна являвшиеся инструментом политической пропаганды. Так было, в частности, когда Брут выпускал монеты с надписью «Свобода» и соответствующим изображением. Антоний распространял монеты с собственным портретом и с бюстом Победы, которой были приданы черты Фульвии. Среди монет Антония имелись и такие, на которые была нанесена пропагандистская надпись: «Благочестие консулов», с изображением Благочестия с рогом изобилия. В ходу были и монеты, отражавшие кратковременное согласие Антония и Октавиана с портретами того и другого. Монеты Секста Помпея прославляли благочестие его отца Гнея Помпея.

Монеты Августа, которые он выпускал в обращение на протяжении всего своего долгого правления, отражали различные ситуации, связанные с его политической карьерой, а также различные элементы его официальной идеологии. Они, в частности, показывают Августа благочестивым сыном. Мы видим его небритым в знак траура по Юлию Цезарю. Монеты с надписью «Марс Мститель» должна была напомнить римлянам о мести убийцам Цезаря, совершенной Августом. В ходу были и монеты, напоминавшие об обожествлении

 
171

 

Цезаря: с надписью «Божественный Юлий» и кометой с лучами и хвостом; с головой Цезаря с кометой с четырьмя лучами и хвостом; с храмом Юлия Цезаря с Победой на фронтоне.

Естественно, выпускались и монеты, увековечивавшие военные победы Августа. Изображение ростральной колонны с корабельными носами, морских и воинских доспехов на борту корабля символизирует, очевидно, победу над Секстом Помпеем. В связи с победой при Акциуме получила распространение монета с Победой на корабельном носу и Октавианом на триумфальной колеснице. Имеются и надписи: «Захваченная обратно Азия», «Побежденный Египет». На монетах показываются и трофеи, захваченные в Испании; иногда можно видеть Победу, увенчивающую испанские трофеи. Специальный выпуск монет был осуществлен с надписью «Побежденная Армения» и с фигурой армянина в тиаре и длинной одежде, на коленях с протянутыми руками.

Но самыми важными были, конечно, другие темы. На монетах Августа фигурирует богиня Мира; имеется и изображение Мира с соответствующей надписью, а также с другой надписью, где Август чествуется как защитник свободы римского народа. В других случаях говорится о гражданах, защищенных, разумеется, Августом. На одном денарии помещено известие о жертве по обету, которую сенат и народ римский принесли во здравие Августа, потому что государство находится в наилучшем и Спокойнейшем состоянии сравнительно со всеми предшествующими временами. На другом денарии мы видим Августа в тоге, восседающего на курульном кресле; два полководца протягивают ему оливковые ветви. Распространены были и монеты, на которых вычеканены были пашущие колонисты и даже сам Август в жреческой одежде с покрытой головой, за плугом, запряженным волами.

Строительная деятельность Августа (реконструкция дорог) также нашла свое отражение на монетах.

Не могла быть обойдена, естественно, и тема религиозная. На монетах фигурируют божественные покровители Августа — Аполлон с лирой, Венера и слева от нее щит со звездой (обожествленный Юлий Цезарь), Солнце. Показываются и Эфесский храм богини Рима и Августа, а также алтарь богини Рима и Августа

 
172

 

в Лугдуне. На монете, выпущенной по случаю Вековых игр, изображен Август, раздающий народу благовония для очистительного жертвоприношения.

Как символ изобилия и процветания на монетах фигурирует рог изобилия; как олицетворение нравственных качеств, которые должны быть присущи римлянину, — щит Доблести и богиня Доблести.

Выше мы упоминали, что семья Августа превратилась в своего рода государственную институцию; члены ее фигурируют и на монетах. То это головы Юлии в середине и по бокам Гая и Луция, то это Диана с чертами Юлии (поразителен контраст между поведением реальной Юлии и ее представлением в виде суровой богини-охотницы), то это Гай и Луций как консулы и предводители юношества. Не могли быть обойдены и Агриппа и Тиберий. Имеется даже двойной портрет: Агриппа и Август сидят на возвышении на двойном стуле. Показаны ли они здесь соправителями? Ливия выступает как олицетворение Благочестия с чашей и жезлом, а также как воплощение богини Мира. И, конечно же, многообразные портреты Августа, в том числе и Август — отец отечества...

* * *

1 — 3 июня 17 г. до н. э. по решению Августа были пышно отпразднованы Вековые игры. Собственно, само представление о веке восходит к этрусским верованиям; предполагалось, что в жизни народов существуют длительные временные периоды, начало и конец которых определяется божественными знамениями; они соответствовали длительности жизни одного поколения, т. е., по представлениям древности, приблизительно ста годам. Все сроки отпраздновать очередные Вековые игры уже давно прошли. Август в своих воспоминаниях [Fragm. Hist. Rom. p. 254; Aug., 5.] писал, что гаруспекс Вулкаций вскоре после убийства Юлия Цезаря и появления на небе кометы заявлял, что это означает конец IX и наступление Х в. Однако вскоре это истолкование божественного знамения было подвергнуто сомнению. В 43 г. до н. э. Марк Теренцнй Варрон в своем сочинении о происхождении римского народа утверждал, что век должен соответствовать 110 годам.[Augustin., De civ. Dei, 22, 28.] Август воспользовался этой хронологией, но, для того чтобы прийти к искомой дате, понадоби-

 
173

 

лось еще передатировать захват и разрушение римлянами Карфагена и Коринфа со 149 на 127 г. до н. э.[Horat., Carm. saec., 21 — 22.] Знамением, подтверждавшим начало нового века в 17 г. до н. э., было сочтено появление кометы[Cass. Dio, 54, 19, 7; Iul. Obsequens, 131.] и вновь открытое предсказание Сивиллы.[Zosimas, 2, 6, 7; Horat., Carm. saec., 5.] Август придавал играм исключительное значение; он сам возглавил коллегию Пятнадцати, в чьем непосредственном ведении они находились, и включил в нее Агриппу.[RgdA, 22.]

В нашем распоряжении имеется подробное описание празднества.[ILS, 5050; Zosimas, 2, 1 — 7.] Уже 17 февраля 17 г. до н. э. сенат принял постановление о праздновании Вековых игр; среди относящихся к этому случаю решений сената особо должно быть отмечено указание о приостановке на время игр деятельности судов. 23 мая по предложению консула Гая Силана сенат приостановил на это время и действие законов об обязательном браке: те, кто не вступил в брак «без обмана», т. е. без каких-либо отягчающих вину обстоятельств, получили разрешение присутствовать на играх, потому что — так сенат обосновывал свое решение — при таком зрелище никто не сможет присутствовать вторично. Другим постановлением сената было предусмотрено воздвигнуть две колонны, бронзовую и мраморную, где должны были быть увековечены основные документы, относящиеся к празднecтву (специальное письмо Августа к коллегии Пятнадцати, в котором излагалась программа праздника и Пятнадцати предлагалось приступить к его организации; постановления, направленные на реализацию этих указаний; подробное описание жертвоприношений, молебствий и игр, имевших место во время празднества). Пятнадцать, в частности, постановили, что никто не должен уклоняться от участия в торжествах из-за домашнего траура. В последнюю декаду мая на улицах Рима появились глашатаи в высоко подпоясанных торжественных одеждах, в древнем шлеме с длинными перьями на голове, с круглым щитом в левой руке и священным жезлом мира в правой. В парадных выражениях они созывали всех граждан участвовать в празднике, какого никто никогда не видел прежде и не увидит в будущем.[Sueton., Claud., 21, 2.]

Все участники предстоящих обрядов и молебствий должны были подвергнуться ритуальному очищению. С 26 по 31 мая перед храмами богов, которым они были посвящены, на Капитолии, на Авентине и на Палатине

 
174

 

на высоких трибуналах сидели по два жреца в тогах, затканных спереди широкими алыми или пурпурными полосами (toga praetexta); они раздавали благовония для очистительного окуривания будущих участников церемонии. Здесь нужно заметить следующее. Вообще тога была специфической одеждой римлян. Август в полном соответствии со своей реставраторской политикой добивался, чтобы римляне появлялись в общественных местах в тогах. Увидев однажды толпу в темных плащах, он приказал эдилам впредь не допускать на Форум никого, одетого таким образом. Римляне должны были снимать плащи и оставаться в тогах.[Sueton., Aug., 40, 5.] Тога с полосой, в которую были одеты жрецы, была отличительным признаком аристократов и магистратов; она должна была подчеркнуть официальность и помпезность происходящего. Там же с 29 по 31 мая Пятнадцать принимали от граждан их натуральные вклады в фонд праздника — зерно, горох и т. п.; позже это продовольствие раздавали зрителям и непосредственным участникам игр. На месте, где должны были совершиться ночные обряды, построили деревянную сцену. Для исполнения торжественных песнопений были организованы два хора, один из 110 замужних женщин возрастом не менее 25 лет; другой из 27 мальчиков и 27 девочек из самых знатных семей, чьи родители (и отец, и мать) были еще живы. Первый хор представлял уходящий век, второй — наступающий.

Важнейшим местом, где совершались сакральные церемонии, был Тарент — местность на берегу Тибра, где Марсово поле наиболее узко. Там еще в древности один из предков рода Валериев, пришедший в Рим из страны сабинян, нашел горячие источники и подземный огонь. Водой из этих источников, как рассказывали, были излечены его больные дети. Под землей на глубине 20 футов он нашел алтарь подземных богов; им в благодарность за чудесное исцеление он принес торжественные ночные жертвы, сопровождавшиеся играми и лектистерниями — сакральными трапезами для богов. С тех пор этот обряд закрепился в роде Валериев. В 509 г. до н. э. Публий Валерий Публикола, один из основателей Республики, устроил, по преданию, его во

 
175

 

имя и на благо Римского государства. С тех пор они стали общегосударственными.

Наступили долгожданные сроки. Ночью с 31 мая на 1 июня начались Вековые игры.

Была глубокая ночь, когда Август совершил на Таренте жертвоприношения и молебен трем сестрам Мойрам — богиням Судьбы. Специально для этой церемонии на берегу Тибра были воздвигнуты три алтаря; перед ними в непроглядной тьме, которую прорезали, по-видимому, только языки пламени на алтарях, стоял в окружении Пятнадцати с непокрытой головой Август и молился. Жертвы были принесены по греческому обряду: на окропленных кровью алтарях целиком сожгли по три черных барана и козла. Август молил богинь защитить и умножить величие и державу римского народа, благословить римлян и латинян счастьем и победой в войне и в мире. После молебна внезапно был дан сигнал, зажглись светильники и начались игры и селлистернии (сакральные трапезы, в которых участвовали богини, чьи изображения ставили на кресла). Хор матрон исполнил гимн, содержавший обращение к Диане и Юноне. На вторую ночь было совершено моление Илитии — богине рождения; ей в жертву были принесены жертвенные пироги. Третью ночь посвятили Матери Земле; ей принесли в жертву свинью.

Не менее внушительными были и дневные церемонии. В первый день поутру на Капитолий к алтарю Юпитера поднялась торжественная процессия с празднично разукрашенными жертвенными животными; здесь одного белого быка принес в жертву Август, а другого — Агриппа. Трижды они окропляли алтарь жертвенной кровью, творя обеты и молитвы на благо римского народа. Потом центр действия переместился на берег Тибра, где продолжались начавшиеся еще ночью игры — театральные представления, цирковые зрелища, травли диких зверей. На второй день было совершено жертвоприношение царице Юноне. Перед храмом богини на Капитолии Август принес в жертву белую корову; то же сделал и Агриппа. Затем коленопреклоненный хор женщин произнес молитву за благополучие римского народа. И по-прежнему продолжались игры...

Наступил третий день, посвященный Аполлону и Диане. Перед храмом на Палатине Август и Агриппа

 
176

 

произнесли молитвы и еще раз принесли жертвы; хоры мальчиков и девочек пели Вековую песнь, сочиненную Горацием. Эта церемония была повторена и на Капитолии. И снова игры, и опять игры... Они продолжались даже тогда, когда основные торжества уже давно закончились.

Гораций недаром был в числе крупнейших поэтов Рима эпохи Августа; в своей Вековой песни он воплотил то, о чем мечтал народ, то, что считалось, что так хотелось считать фундаментом новой эры, сущностью Римского государства, воссозданного Августом. Обращаясь к богам, исполнители Вековой песни молили о непревзойденном могуществе Рима:[Horat., Carm. saec., 9 — 12.]

Солнце-кормилец! Ты день с колесницей горючей
Кажешь и прячешь, о пусть, возрождаясь незримо,
Вечное — ты ничего не увидишь могучей
Города Рима.*

Песнь напоминает богам, а с ними и всему римскому народу об Энее — славном прародителе Рима; и здесь, конечно, не случайна перекличка Вековой песни с написанной незадолго до того «Энеидой» и с построенным вскоре потом Алтарем мира. Здесь мы видим и Августа, славного потомка Анхиса и Венеры; хор молит о власти ему над миром; его заслуга — воссоздание римских добродетелей, всеобщего довольства и мира:[Ibid., 37 — 60.]

Если вы создали Рим и велели вы сами
Прочное выбрать владенье в земле италийской,
Край свой родной заменяя иными местами,
Горсти троянской,
Той, средь которой прошедши горячую
Трою, Родины гибель увидя, Эней непорочный
Путь проложил, заменяя утраты судьбою
Более прочной;
Боги! возвысьте в понятливой юности нравы!
Боги! вы старость святой тишиной окружите!
Ромула внукам потомства, богатства и славы
Громкой пошлите!
Кто ублажает вас, белых быков закалая,
Славный праправнук Анхиса и светлой Киприды
Миром да правит на гибель врагам, но прощая
Падшим обиды.

__________

* Здесь и далее перевод А. Фета.

 

177

 

Море и суша в деснице его. Уж мидийцы
Видят готовую кару в Альбанской секире,
Скифы надменные ждут приговоров, индийцы
Молят о мире.
С древней Стыдливостью, с Миром и Честью * дерзает
Доблесть забытая вновь появляться меж нами,
Снова Довольство отрадное всем рассыпает
Рог свой с дарами.

Век братоубийственных войн закончился. Наступила новая эра...

__________

* Переводчик в тексте Горация упустил упоминание Верности, которую поэт поставил на первое место как важнейшую исконно римскую добродетель.

 

 

На главную страницу ОглавлениеПредыдущая главаСледующая глава