На главную страницу ОглавлениеПредыдущая главаСледующая глава

 

 

38

 

ГЛАВА 4. Священные символы и изображения

По мере развития антропоморфизма в религии эллинов, у них, естественно, явилась уже весьма рано потребность представлять себе почитаемые божества в виде каких-либо материальных символов или изображений и к ним обращаться с мольбами, жертвами и дарами. Уже в Гомеровских поэмах встречаются упоминания об изображениях божеств. В ту отдаленную эпоху, когда искусства еще совершенно не существовали или существовали только в слабых зачатках, когда еще не умели делать статуй и даже, может быть, еще не представляли себе богов в достаточно определенных образах, для удовлетворения указанной религиозной потребности обращались к различным предметам, которые ставили в ближайшее отношение с божествами и в которых видели какие-либо проявления их чудесной силы; подобные символы божеств были, впрочем, в большой чести и в более поздние времена, когда уже не было недостатка в художественных изображениях богов.

Причины, по которым тот или другой предмет признавался за символ божества, были, конечно, весьма разнообразны, и во многих случаях мы не имеем уже возможности проследить их. В качестве символов встречаются животные, растения, камни, разная утварь и пр. Из животных чаще всего упоминаются змеи, в которых, по верованию древних, воплощалось или само божество, или какое-либо служившее ему демоническое существо. Так, в храме Афины Паллады на афинском Акрополе жил священный змей, в котором видели олицетворение древнего туземного героя Эрихтония; он считался стражем храма (oikouroV ofiV) и ежемесячно получал в пищу медовые лепешки. Когда перед битвой при Саламине нашли такую лепешку нетронутою, то сочли это за доказательство того, что сама богиня покинула Акрополь (Герод. VIII, 41). При храме Деметры в Элевсине также жил змей, называемый Кихрейским по имени саламинского героя Кихрея, который, по древнему верованию, воплотился в нем (Страб. IX р. 393; Павc. I, 36, 1). В Олимпии

 
39

 

почитался в змеином образе герой Сосиполид (Павс. VI, 20, 2 сл.). Таких примеров можно было бы привести еще немало; но наиболее тесно связано было почитание змей с культом бога Асклепия, которому они служили, или который сам являлся в их образе. На барельефах и статуях, изображающих Асклепия, змей является непременною принадлежностью. Вообще видно, что древние находили в природе змей нечто такое, что заставляло считать их особенно пригодными для воплощения божественных существ, преимущественно таких, которые или имели пребывание в недрах земли (как герои), или олицетворяли собой земные силы, способствовавшие произрастанию плодов и целебных трав. Однако и другие виды животных считались способными воплощать в себе те или другие божественные существа; это видно не только из многих мифических рассказов, в которых боги в случае надобности принимали вид какого-либо животного, но и из существовавших еще в исторические времена изображений, которые представляли богов полностью или отчасти в образе животных. Так, например, Дионис изображался иногда с бычачьими рогами или в виде быка, и верующие в молитвенном обращении к нему называли его именем этого животного *. Известно далее, что некоторые четвероногие и птицы считались особенно любимыми тем или другим божеством и, как таковые, посвящались им: орел — Зевсу, павлин — Гере, голубь — Афродите, сова — Афине, лебедь — Аполлону, лев — Матери богов и т. д. Причины, по которым то или другое животное считалось особенно излюбленным известным божеством, конечно, не всегда возможно объяснить, но чаще всего они основывались на представлении ближайшего соотношения между качествами божественного существа и природными свойствами животного.

Подобно животным и различные виды растений посвящались божествам по тем или другим причинам: дуб был посвящен Зевсу, лавр — Аполлону, маслина — Афине, мирт — Афродите, тополь — Гераклу. Некоторые растения даже назывались именами существ, превращенных в них по мифическим сказаниям, например, нарцисс, гиацинт, лавр (dafnh). Известно, что по верованиям греков в деревьях жили особые божественные существа (дриады, гамадриады), вместе с ними рождавшиеся и умиравшие. Величественные, тенистые рощи и отдельные красивые деревья сильно действовали на эстетическое и религиозное чувство эллина, возбуждали в нем мысль о близости божества и потому считались наиболее пригодными местами

__________

* Афин. XI, 51; Плут. Об Исиде. 35; Греч. вопр. 36.

 

 
40

 

для святилищ. Есть немало свидетельств, доказывающих, что деревьям воздавали поклонение как символам божеств и даже как самим божествам. Такие священные деревья украшали повязками, гирляндами, венками, различными обетными приношениями, совершали перед ними жертвоприношения и т. п. *

Необделанные куски дерева в древнейшие времена нередко служили изображениями богов. Так, по словам Климента Александрийского (У вещ. язычн. 29), изображением Артемиды в Икаре служило бревно, Геры Киферонской в Феспиях — обрубленный пень, Геры Самосской — доска, Геры в Аргосе — столб, Диониса в Фивах — столб, обвитый плющом. В Спарте два столба с перекладиной изображали Диоскуров (Плут. О братск. любви, 1). Далее в качестве символов божеств почитались их атрибуты, например, трезубец изображал Посейдона, кадуцей — Гермеса, копье — Арея и т. п.

Весьма обыкновенными символами богов в древнейшие времена были камни, притом совершенно необделанные (argoi liqoi). О некоторых из них рассказывали, что они упали с неба, т. е. были аеролитами; весьма естественно, что древние считали их ниспосланными божественною силою и потому относились к ним с благоговейным почтением, которое от них было перенесено и на другие камни. Павсаний (во II в. по Р. X.) еще во многих храмах видел камни, частию необделанные, частию обделанные в виде куба, пирамиды или конуса и служившие предметом величайшего уважения.

В самые ранние времена, пока еще не привыкли представлять себе богов в определенном человеческом образе, такие символы были достаточны для удовлетворения религиозной потребности; но чем более развивался антропоморфический способ представления божеств, тем естественнее являлось желание придать таким символам по крайней мере намек на человеческий образ. Если для изображения божества брали такой материал, который с трудом подвергался обработке, как, например, камень, то ограничивались сначала воспроизведением только наиболее характерных частей человеческого тела, — прежде всего головы, затем рук, в которые вкладывали какие-нибудь атрибуты. Такого рода изображения делались и впо-

__________

* О культе деревьев ср. Плин. Ест. ист. XII, 1: Наес fuere numinum templa priscoque ritu simplicia rura etiamnunc deo praecellentem arborem dicant, nec magis auro fulgentia atque ebore simulacra, quam lucos et in iis silentia ipsa adoramus. Arborum genera numinibus suis dicata perpetuo servantur, ut lovi aesculus, Apollini laurus, Minervae olea, Veneri myrtus, Herculi populus. quin et silvanos faunosque et dearum genera silvis ac sua numina tamquam e caelo attributa credimus.

 

 
41

 

следствии, когда давно уже умели делать полные статуи; они называются обыкновенно гермами, потому что чаще всего так изображался Гермес. Встречаются и двойные гермы, т. е. изображения головы Гермеса и какого-нибудь другого божества на одном столбе.

Из дерева раньше, чем из камня, стали выделывать полные статуи, вследствие большей легкости его обработки; первоначально, конечно, и деревянные изображения (xoana) были очень грубы. Во многих местах о таких xoana существовали легенды, по которым они были ниспосланы людям с неба (x. diipeth); чаще всего такое сверхъестественное происхождение приписывалось палладиям, т. е. статуям Афины Паллады *. Другие древние деревянные статуи приписывались мифическому художнику Дедалу (Павс. IX, 40, 2). При выборе материала для деревянных изображений руководствовались символикою, т. е. для статуи каждого божества брали такое дерево, которое было ему посвящено, например, масличное — для статуи Афины, миртовое — для Афродиты, виноградную лозу — для Диониса и Кибелы и т. п.

Впоследствии, с развитием скульптуры и обработки металлов, главным материалом для статуй сделался мрамор, а из металлов — преимущественно бронза. Мраморные статуи стали делаться с VIII в. до Р. X., металлические появились не ранее 50-й Олимпиады; древнейшею из них считалась статуя Зевса в Спарте, не литая, а сколоченная гвоздями из разных кусков, отлитых отдельно (Павс. III, 17, 6). Древнейшие статуи представляли собою грубо изваянные, неподвижные фигуры с непропорциональными членами, с закрытыми глазами и опущенными вниз руками, плотно прижатыми к бедрам;

но, мало-помалу развиваясь и совершенствуясь, греческая пластика уже в V в. до Р. X. достигла апогея своего развития. Гениальные создания Фидия — статуи Афины, Девы и Зевса Олимпийского — представляют такой способ ваяния, который был возможен только при высокоразвитой технике: это были деревянные остовы, обложенные золотом и слоновой костью (agalmata cruselefantina). Делались, наконец, статуэтки и из глины, преимущественно для потребностей частного культа: их ставили на своих божницах бедняки, не имевшие средств приобретать более дорогие мраморные статуи. Употреблять для поклонения живописные изображения божеств не

__________

* В числе xoana diipeth называется, например, кадмейский Дионис (Павс. IX, 12, 3), Артемида Таврическая (Еврип. Иф. Тавр. 951) и Эфесская (Деяния апост. XIX, 35), афинская Полиада (Павс. I, 26, 7), троянский Палладий (Аполлод. III, 12) и др.

 

 
42

 

было в обычае, хотя в виде украшений картины часто вывешивались в храмах (обыкновенно это были anaqhmata, т. е. приношения по обету).

Общим названием для всех божественных изображений, находившихся в святилищах, служило слово agalma; оно применялось одинаково как к грубым изваяниям древних времен, так и к изящнейшим произведениям вполне развитой пластики, и обозначало статую как предмет, посредством которого люди почитали и ублажали богов. Те статуи, которые служили предметом культа (а не украшения) в храме, часто обозначались словом edoV. Чтобы показать божествам свое уважение к их изображениям, особенно к древнейшим и священнейшим (edh), эллины тщательно за ними ухаживали, мыли, одевали в богатые платья, снабжали всевозможными украшениями, иногда очень дорогими. Некоторые статуи имели целый гардероб, составлявшийся, главным образом, из приношений благочестивых людей, и особые лица жреческого персонала обязаны были специально заботиться об их туалете. При постановке на место (idrusiV) статуи, долженствовавшей служить предметом культа, совершалось торжественное жертвоприношение, обряды которого, конечно, были различны, смотря по особенностям божества, которое изображала статуя, или его культа. Без сомнения, были при освящении статуи и какие-нибудь особенные церемонии, о которых, однако, не сохранилось прямых упоминаний. Самая постановка и освящение статуи делались, конечно, не иначе, как по получении благоприятного ответа от оракула, или вообще после удостоверения в том, что божество одобряет это предприятие. Представление божеств в виде статуй в исторические времена было настолько распространено, что они считались непременной принадлежностью всякого места культа и отсутствие их в таких местах всегда объяснялось какою-либо легендою. Исключения составляли святилища Гестии, в которых постоянно поддерживавшийся на алтаре (estia) огонь заменял собою статую.

Как смотрели древние греки на пластические изображения своих божеств и как их почитали? Люди развитые и свободномыслящие, конечно, видели в них только символы божеств или средства напоминания о них, но масса народа не только в древнейшие времена, но и в исторические смотрела на них иначе: она видела в них если не самые божества, то предметы, одаренные божественною силою, которая наполняла их и производила те или другие чудесные действия; где находилась статуя, там присутствовало и представляемое ею божество. У древних есть немало рассказов о чудотворной силе статуй. Павсаний, например, рассказывает о чудесах, произведенных

 

43

 

статуями Геракла в Эрифрах, Аполлона в Гилах близ г. Магнесии (VII, 5, 3; X, 32, 4) и др., Плутарх — о страшной силе статуи Артемиды в ахейском городе Пеллене (Арат. 32); в Спарте одна статуя Артемиды излечивала от подагры, другая — от кашля (Клим. Алекс. У вещ. язычн. 32, 38); ходили также рассказы о том, как при известных обстоятельствах копья, находившиеся в руках статуй, колебались, тела их обливались потом, менялось выражение лица и т. п. Этим верованием в присутствие божественной силы в статуях объясняется и то, что благосостояние государства связывалось с обладанием известными изображениями богов, и предания, что перед падением города его боги-покровители уходили из него. Поэтому, например, эфесцы при осаде их Крезом соединили стены своего города веревками с храмом Артемиды, чтобы таким образом вверить их защите богини, присутствовавшей в храме (Герод. I, 26). Иногда даже статуи приковывались цепями, чтобы удержать божество постоянно на месте (схол. Пинд. Ол. VII, 95; Макр. Сатур. I, 8).

Наконец, необходимо еще заметить, что во многих местностях Эллады сохранялись различного рода реликвии: останки древних знаменитых героев, принадлежавшие им вещи, предметы, которым приписывалось сверхъестественное происхождение, и т. п. Народ верил легендам, ходившим про такие предметы, воздавал им поклонение и многим из них приписывал чудотворную силу. Одною из знаменитейших реликвий была плечевая кость Пелопа, еще во времена Павсания хранившаяся в Олимпии. В Мантинее хранились кости Аркада, сына Каллисто, в Мессении — останки героя Идаса, в Фивах — останки Гериона, в Тегее — волосы Медузы, на о. Скире — останки Тесея, перенесенные впоследствии в Афины; в Антиссе показывали голову Орфея, в Флиунте — колесницу Пелопа, в Кизике — камень, служивший якорем аргонавтам, в Афинах — корабль Тесея, масличное дерево, произведенное Афиною во время спора с Посейдоном, и мн. др.

Е. Kuhnert, De cura statuarum apud Graecos в Berl. Studien fur cl. Philol. und Archaeologie т. I. — H. И. Новосадский, О почитании реликвий у древних греков в Варш. У нив. Изв. 1889. — К. Botticher, Die Verehrung heil. Baume bei den Alten в "Deutsche Revue" 1891. — В. Г. Аппельрот, Изображения божеств в др. Греции в журн. "Гимназия" 1891. — Сочинения по истории греч. пластики указывают Reinach, Man. de phil. II, стр. 76 сл., Sitti, Archaol. u. Kunst (см. выше) и др.

 

 

   

 

На главную страницу ОглавлениеПредыдущая главаСледующая глава