На главную страницу ОглавлениеПредыдущая главаСледующая глава

 

 

156

 

§ 2. Реформы Аристида, Эфиальта и Перикла

Дальнейшее развитие демократии в Афинах последовало за персидскими войнами, которые показали, как быстро расцвели юные силы афинского народа, не стесняемые больше насильственными ограничениями личной свободы. Непосредственно после войн, по словам Аристотеля (Афин. пол. 23), опять получил руководящее значение в государстве совет Ареопага, потому что в минуты опасности он оказался на высоте своего положения и оказал гражданам и нравственную, и материальную поддержку. Из отдельных же лиц выдающимся значением в государстве стали пользоваться Фемистокл и Аристид.

Еще до Ксерксова похода Фемистокл, видя необходимость усилить афинский флот для предстоящей борьбы, убедил сограждан употребить на сооружение военных кораблей доходы, получавшиеся с Лаврийских серебряных рудников и до тех пор делившиеся между гражданами. Снаряжение кораблей возложено было, в качестве натуральной повинности (литургии), на всех зажиточнейших граждан, причем уже не делалось различия между землевладельцами и предпринимателями (и таким образом положено было начало уравнению

 

157

 

недвижимой собственности с движимою в отношении к правам и обязанностям граждан). Военной и торговой гаванью Афин вместо Фалерской была сделана более удобная Пирейская, которая была защищена стенами и мало-помалу снабжена всем необходимым для постройки и снаряжения кораблей. Таким образом Афины из державы по преимуществу земледельческой, стесненной узкими пределами территории, превратились в морскую, и для их торговых сношений и политического влияния открылся широкий простор. Матросы и гребцы для флота набирались, главным образом, из многочисленного класса фетов, который таким образом наравне с прочими принял участие в защите отечества и за это имел право рассчитывать на увеличение своих политических прав. С другой стороны во время войн жители Аттики, при двукратном разорении ее персами (480 и 479 г.), понесли значительные потери, многие лишились всего своего состояния и должны были перейти в низшие классы. Но так как было бы вопиющей несправедливостью уменьшать права граждан за то, что они были разорены врагами, то естественно ценз для занятия некоторых почетных должностей должен был понизиться. Плутарх * приписывает Аристиду закон о допущении к должности архонтов всех граждан (причем, однако, под словом arconteV у него могут пониматься и все вообще чиновники). По Аристотелю (Аф. пол. 26) лишь в 457/6 г. впервые стал архонтом зевгит. Из этого обоснованно заключают, что на класс всадников право избираться в архонты было распространено ранее и, может быть, именно при Аристиде. Что касается фетов, то, собственно говоря, достоверно неизвестно, имели ли они не только при Аристиде, но и позже право занимать должности, а одно место Аристотеля (Аф. пол. 7), по-видимому, даже заставляет думать об этом отрицательно. Аристиду же принадлежит организация финансовых средств Первого Афинского морского союза, о котором мы скажем ниже, в отд. IV.

По смерти Аристида (около 467 г.) большим политическим влиянием стал пользоваться знаменитый Перикл, сначала, впрочем, разделявший это влияние с Эфиальтом и многими умными и способными соперниками (Кимоном, Толмидом, Фукидидом (не историком), Миронидом, Леократом). Для окончательного учреждения демократической свободы, Перикл и Эфиальт считали необходимым устранить последнюю помеху ей, представляемую Ареопагом, который продолжал пользоваться высоким значением как блюститель законов и нравственности граждан и иногда в значительной степени стеснял

__________

* Плут. Арист. 22: (AristedhV) grafei yhfisma koinhn einai thn politeian, kai touV arcontaV ex Aqhnaiwn apantwn airesqai.

 

 
158

 

свободу решений народного собрания, тем более, что сам он был учреждением строго аристократического и консервативного характера. Эфиальт предложил изъять из ведения Ареопага большинство важнейших дел, оставив ему только немногие. С тех пор деятельность Ареопага была значительно ограничена, хотя неизвестно с точностью, до какой степени, так как авторы говорят весьма кратко о реформе Эфиальта *. Все показания их сводятся к тому, что он отнял у Ареопага политическое значение и в значительной степени судебное, оставив в его ведении только дела о предумышленных убийствах, поджогах и отравлениях. Вся судебная власть передана была в руки народного суда присяжных (гелиастов), который получил правильную организацию. За архонтами и другими сановниками, имевшими судебную власть, осталось председательство в судах присяжных, производство предварительного следствия и в некоторых делах суммарное судопроизводство. Вновь учрежденная коллегия стражей закона (nomofulakeV) из 7 членов должна была наблюдать за тем, чтобы в решениях совета и народного собрания и в деятельности должностных лиц не было ничего противозаконного **.

Для того, чтобы доставить возможность участия в народном суде и беднейшим гражданам, поглощенным заботами о насущном хлебе, а также дать государству основание привлекать их к более долговременному участию в походах, Перикл ввел раздачу жалованья гражданам за судебную и военную службу (потом установлено было жалованье и совету). Многие древние и новые авторы порицают Перикла за установление жалованья, но сделанное Периклом нововведение естественным образом вытекало из того принципа, что государственные доходы составляют собственность господствующего народа, который обязательно должен быть вознаграждаем из них за свои труды для общественного блага, сопряженные с потерею времени и материальных средств, так как иначе деятельное участие в правительственной власти могли бы принимать только зажиточнейшие граждане и таким образом в демократии

__________

* Анекдот о совместном действии в этом случае с Эфиальтом Фемистокла, сообщаемый Аристотелем (Аф. пол. 25), не заслуживает доверия и по хронологическим, и по другим соображениям.

** Lex. Cantabr. s. v. (Muller, Fr. hist. Gr. 1, p. 407): oi nomofulakeV... taV arcaV hnagkazon toiV nomoiV crhsqai kai en th ekklhsia kai en th boulh meta twn proedrwn ekaqhnto, kwluonteV ta asumfora th polei prattein. Epta de hsan kai katesthsan, wV FilocoroV, ote EfialthV mona katelipe th ex Areiou pagou boulh ta uper tou swmatoV. Некоторые новые ученые, вопреки этому свидетельству Филохора, полагают, что nomofulakeV были учреждены только при Деметрии Фалерском.

 

 
159

 

совершился бы поворот назад. Самые раздачи при Перикле далеко не достигали тех широких размеров, до которых они дошли впоследствии, в IV веке.

В последние 15 лет своей жизни (444 — 429) Перикл, одолев всех своих противников, неограниченно управлял афинянами. Его власть над народом основывалась на гениальном уме и высоких нравственных качествах, которые производили такое чарующее влияние на свободный демос, что он во всем повиновался голосу правителя, уверенный, что его мысли всегда направлены ко благу отечества. Занимая ежегодно лишь должность стратега, Перикл управлял народом по своей воле, подобно монарху, так что народное правление было только кажущимся *. Он умел поддержать свое достоинство и обаяние, никогда, однако, не унижая себя до лести толпе, сдерживая в разумных границах ее страсти и капризы, а иногда даже силою заставляя строптивых поступать так, как ему казалось лучшим. Он держал себя величественно, отказывался от приглашений на пиры и только в редких случаях сам вступал на ораторскую кафедру; но тогда его речь была до такой степени увлекательна, что его прозвали Зевсом Олимпийским и говорили, что «само Убеждение восседает на его устах»; все слова его казались слушателям вполне согласными с их собственными воззрениями даже тогда, когда он настойчиво проводил что-либо противное желаниям народа.

Меры Перикла были плодом строго обдуманной политики и составляли одно стройное, гармоническое целое, так что отдельные мероприятия взаимно дополняли и поясняли друг друга. Он желал видеть свое отечество первым государством в Греции и с этой целью старался всеми средствами увеличить и упрочить его внешнее могущество; однако он удерживал афинян от излишнего стремления расширить свою власть, если видел, что обеспечить ее не хватило бы сил. Он старался по возможности поддерживать мир со Спартою, нисколько, однако, ей не уступая и не допуская ее вмеша-

__________

* Фукидид в немногих словах делает меткую характеристику отношений Перикла к народу (II, 65): «Перикл, могучий внутренним достоинством и умом и бесспорно неподкупнейший из граждан, свободно удерживал толпу и скорее руководил ею, чем был руководим, потому что, приобретя свою власть не какими-либо неблаговидными средствами, он не говорил в угоду толпе и мог даже, вследствие своих достоинств, рeзко противоречить ей; когда он замечал, что афиняне вследствие заносчивости отваживались на что-нибудь несвоевременно, то своей речью доводил их до страха, и наоборот, если они поддавались неосновательному страху, он ободрял их до отваги. По имени это была демократия, а на деле — правление первого (лучшего) гражданина».

 

 
160

 

тельства в афинские дела; впоследствии же, видя, что мир непрочен и борьба рано или поздно неминуема, он принял все меры для деятельного приготовления к ней. Заключенный в 449 г. мир с Персией также был поддерживаем благодаря его стараниям. Приобретенную уже афинянами власть в различных местностях вне собственно Греции Перикл старался упрочить посредством постройки крепостей, колоний (Амфиполь во Фракии, Фурии в Италии) и устройства клерухий.

Увеличение и обеспечение афинского господства на море было целью постоянных стремлений Перикла; в противоположность своим соперникам, он не желал господства на материке и готов был жертвовать им, если видел, что его трудно удержать, лишь бы только иметь гегемонию на море, которую он, однако, старался укрепить по возможности кроткими мерами, не прибегая к насильственным. Относительно союзнических взносов, превратившихся в обязательную дань (foroV), он держался того принципа, что афиняне имеют право распоряжаться ею безотчетно, как своею собственностью, пока исполняют свои обязанности относительно союзников и защищают их от внешних врагов. А так как афинское государство было достаточно снабжено средствами для внешней обороны и наступательных действий, то он считал вполне целесообразным употреблять накопившиеся богатства на укрепление благосостояния, блеска и прочной славы Афин. Великолепные здания и статуи (Парфенон со статуею Афины, Пропилеи, Одеон, храм Деметры в Элевсине, пирейские постройки), воздвигнутые при нем, главным образом, на сбереженные в государственной казне деньги союзников, заставляли греков и иностранцев восхищаться Афинами, а постройка и украшение их давали занятия и средства к существованию тысячам людей и служили могучими двигателями развития изящных искусств.

Одним словом, в век Перикла Афины находились в апогее своего могущества и процветания, и их демократическая конституция достигла полного развития, а с тех пор, как смерть унесла в лице Перикла нового Атланта, державшего на своих плечах все государственное здание афинское, оно стало постепенно расшатываться и клониться к падению.

Forchhammer, De Areopago поп privato per Ephialtem homicidii iuoiciis, 1828; Schomann, Die Solonische Heliaia und der Staatsstreich des Ephialtes, в Jahrb. f. kl. Phil. 1866; С. Pflug, Die Einfuhrung des Soldes in Athen und ihre politischen Folgen, Waldenb. 1876; П. И. Люперсолъский, Очерк государственной деятельности и частной жизни Перикла в Известиях Нежинского Ист.-филол. Института, т. I; В. П. Бузескул, Перикл. Харьков 1889; Busolt, Griech. Geschichte, т. Ill, ч. 1: Die Pentekontaetie. Gotha 1897.

 

 

   

 

На главную страницу ОглавлениеПредыдущая главаСледующая глава