На главную страницу ОглавлениеПредыдущая главаСледующая глава

 

 

49

 

ГЛАВА 4. Аристократические и олигархические правления

Уже в гомеровской «Одиссее» можно заметить некоторые признаки упадка монархической формы правления и постепенного возвышения значения благородных людей (aristheV, aristoi), окружавших царя в качестве его советников *. С течением времени царская власть подверглась со стороны знати существенным ограничениям и затем, в IX и VIII вв. до Р. X., в огромном большинстве греческих государств окончательно уступила свое место правлению благородных (aristokratia). Причины упадка царской власти коренились отчасти в разноплеменности населения государств, явившейся следствием вышеуказанных переворотов и переселений и способствовавшей упадку авторитета тех понятий, на которых был основан строй общества в предшествовавшую эпоху, отчасти в от-

__________

* Титул basileuV, первоначально принадлежавший царю, как единственному повелителю народа, присваивается уже и геронтам, между которыми настоящий царь занимает только положение первого между равными (Од. 1,392; VIII, 390; XIII, 12 и др.). Благородным, подобно царям, приписывается божественное происхождение; уже встречаются случаи, когда они по собственному почину собираются на совещание и приглашают в заседание царя (Од. VI, 55). Названия aristheV, aristoi иногда определяют вообще лучших людей, но иногда и лиц благородного происхождения (Од. I, 245; II, 51; IV, 278 и др.).

 

 
50

 

сутствии надобности в сильной единоличной власти с наступлением сравнительно мирного времени, наконец, в вырождении самих царских династий, раздорах между их членами и т. п. В большинстве случаев переход правления в руки благородных происходил мирным путем, без насильственных посягательств против царской власти, посредством постепенных, более или менее существенных, ее ограничений, как, например, требование, чтобы царь все важнейшие государственные дела предлагал на обсуждение состоявшего при нем совета благородных, далее отмена наследственности царской власти и замена ее свободным выбором из среды членов царского рода или из всех благородных, ограничение царской власти определенным сроком (так в Афинах после отмены пожизненности царской власти стали избираться архонты, называвшиеся также и царями, по одному на 10 лет), наконец, отнятие у царей всех важнейших функций их власти и низведение их до степени обыкновенных должностных лиц, причем иногда назначалось даже по нескольку «царей» одновременно и они составляли простые должностные коллегии (например, в Элиде).

Результатом постепенного ослабления и окончательного устранения царской власти был переход высшей государственной власти в руки благородного сословия (eupatridai, eugeneiV). Нередко при этом власть сосредоточивалась, прежде всего, в руках аристократии, происходившей от разветвления царского рода. Так, Бакхиады в Коринфе около 747 г. отменили царскую власть, бывшую до тех пор наследственною в главной линии их рода, и стали избирать из среды всех членов рода одного ежегодно сменявшегося притана (prutaniV). Они образовали строго замкнутую олигархию и заключали браки только в своей среде. Из других аристократов царского происхождения известны Кодриды в Афинах, Пенфилиды в Митилене, Басилиды в Эфесе и Эрифрах, Алевады в Лариссе.

Главною основою богатства родовой знати первоначально были крупные поместья и многочисленные стада (поэтому в некоторых государствах, как, например, в Сиракузах и на о. Самосе, привилегированные роды, стоявшие во главе правления, назывались gewmoroi или gamoroi, т. е. землевладельцами). На войне благородные сражались первоначально на колесницах, а затем, когда последние вышли из употребления, выступали в поход верхом на конях. В древние времена лошади в Греции были редки и дороги, и держать их могли только богатые люди, да и то лишь в тех странах, где физические условия допускали существование коневодства. Поэтому конница, составленная из богатых и знатных людей, являлась лучшею частью войска, и в некоторых государствах, как например, в Фессалии, Халкиде, Эретрии и некоторых мало-

 
51

 

азийских колониях всадники (ippeiV, ippobotai ) составляли привилегированное сословие, державшее в своих руках все государственное управление. Между тем развитие мореплавания и колонизации и связанный с ним прогресс торговли и промышленности повлекли за собой значительное изменение общественных отношений. Явилось значительное число граждан, которые, не отличаясь благородством происхождения, обладали большими богатствами, приобретенными торговлею и промышленностью, и примыкали к господствующему сословию путем брачных союзов и пр. Постепенно сглаживалось различие между богатыми и знатными людьми, так что господствующее сословие стало называться просто «богачами» (plousioi), «зажиточными» (oi taV ousiaV, ta crhmata econteV ) или «жирными» (paceiV). Таким образом, вместо правления родовой знати явилось устройство, в котором большинство беднейших и простых граждан было отстранено от участия в управлении и вся государственная власть была сосредоточена в руках привилегированного меньшинства знатных и богатых людей. Это было «господство немногих», oligarcia.

Аристотель * различает четыре ступени олигархии от самой умеренной до самой крайней. Самая умеренная форма ставила участие в государственном управлении в зависимости только от имущественного ценза и таким образом, отстраняя от этого участия беднейших граждан, в то же время позволяла всякому, кто приобретал имущество определенной стоимости, делаться членом правящего сословия. Такой вид представляло, например, по Аристотелю (Аф. пол., IV) Драконтовское устройство, равно как устройство, введенное в Афинах в 411 г. после низвержения 400, предоставлявшие участие в государственной власти всем гражданам, которые могли на свой счет доставлять себе полное вооружение. — Следующая форма олигархии предоставляла государственное управление в руки определенного числа богатых граждан, причем на место каждого выбывшего члена корпорации выбирался новый из числа лиц, владевших соответственным имуществом. Из среды этой же корпорации избирались должностные лица, правившие государством по существующим законам. Таковы были, например, правления тысячи, встречающиеся в Киме, Колофоне, Опунте, Кротоне, Локрах и Регии. — Третьей формой олигархии Аристотель называет такую, при которой только главы известного числа знатнейших родов при-

__________

* Пол. IV, 5, 6 Принимая теоретическое разделение Аристотеля, нужно помнить, что при крайнем разнообразии форм греческой государственной жизни едва ли все действительно существовавшие виды олигархии могут быть подведены под указываемые Аристотелем категории.

 

 
52

 

нимали пожизненное участие в государственном управлении и после смерти замещались старшими сыновьями. Таким образом, только одна часть лиц, принадлежавших к господствующему сословию, имела в руках государственную власть и, стало быть, являлась как бы олигархией в олигархии. Так было, например, в Элиде, где лишь немногие из членов господствующего сословия попадали в правительствующий совет, состоявший из 90 пожизненных членов. — Наконец, крайнею формой олигархии была так называемая dunasteia, являвшаяся тогда, когда очень немногие лица, обладавшие большими богатствами и тесно связанные между собой общностью интересов, достигали такого могущества в государстве, что могли править не по законам, а по своему произволу. Такая форма правления существовала, например, в Фивах во времена Греко-персидских войн (Фук. III, 62), в Фессалии во время Пелопоннесской войны (Фук. IV, 78).

Из вышеизложенного ясно, что яркой приметой аристократического и олигархического строя было деление гражданской общины на два слоя, господствующий и подчиненный. Принадлежавшие к первому обладали не только гражданскими, но и политическими правами, т. е. прямо или косвенно участвовали в управлении, тогда как принадлежавшие ко второму имели только гражданские права, но в управлении не участвовали. Принадлежность каждого лица к тому или другому слою определялась его происхождением и не зависела от его воли. Но в тесной среде самих аристократов существовало полное равенство (omoioi), они тщательно и строго следили за тем, чтобы одна или несколько отдельных личностей не приобретали влияния, вследствие которого могла бы возникнуть тирания или господство немногих ко вреду всех. Вообще согласие в среде аристократов было необходимым условием существования их правления. Личные доблести, в древние времена скорее наследственные, нежели усвоенные, и потому принадлежавшие, скорее всего, благородным родам, служили также надежной опорой аристократии. В те времена еще не различались военные и гражданские доблести, и то, что называлось высшим образованием (paideia), состояло лишь во владении оружием и практической мудрости; это образование могло быть присуще только богатым и знатным родам, которым имения (отдаваемые в аренду или обрабатываемые крепостными) доставляли средства для безбедного и досужего существования, между тем как масса народа, занятая физическим трудом, мало имела времени для военных и государственных дел (Арист. Пол. III, 3, 3).

Положение низшего класса народа при господстве аристократии и олигархии обыкновенно бывало очень тяжело. Олигархи, сильные

 
53

 

своим материальным и умственным превосходством, владением оружием и тесною солидарностью, державшие в своих руках все управление государством, свысока смотрели на массу, держали ее в политической и экономической зависимости и сильно притесняли *. Себя величали они отборными именами (aristoi, beltistoi, kaloi, kagaqoi, eugeneiV, gennaioi, gnwrimoi, epieikeiV, carienteV, crhstoi, esqloi), а презрение к народу (dhmotikoi, dhmotai, penhteV) выражали в разных бранных эпитетах (kakoi, deiloi, ponhroi).

Особенно сильна и тяжела для народа была аристократия в тех странах, где пришлые завоеватели и их потомки занимали место туземных владетелей страны. Если они даже и принимали иногда в свою среду туземные благородные роды, то масса народа все-таки становилась в безусловную зависимость от них, которая должна была тем сильнее чувствоваться, что иногда покоренные сохраняли имя свободы (хотя лишаемы были гражданских прав и обязываемы платить подати) и вместе с нею возбуждающие воспоминания о прежних лучших временах. Разность происхождения делила весь народ в завоеванных странах на две части, господствующую и угнетенную, которые нередко имели даже разные законы и учреждения. Победители по праву завоевания делались владетелями земли, туземные же жители по отношению к ним становились или наследственными свободными арендаторами, или крепостными, которые обязаны были обрабатывать земли своих господ и доставлять им известную долю продуктов (например, в Спарте eilwteV, в Фессалии penestai).

Об устройстве и управлении в аристократических и олигархических государствах нам известно вообще очень мало, особенно относительно древнейших времен; лишь относительно V и следующих веков сохранились несколько более полные сведения у авторов и в надписях.

Аристотель (Пол. IV, 11 — 13) различает во всяком государственном строе три стороны или части (moria), устройством которых определя-

__________

* Отношения аристократов к народу яркими красками рисуются в стихотворениях мегарского поэта Феогнида (VI в. до Р. X.), проникнутых духом аристократизма. Он советует своему другу, знатному юноше Кирну, избегать сношений с худородными людьми, потому что от благородных можно научиться хорошему, а в обществе худых — потерять и тот ум, какой имел (ст. 31 cл. в изд. Bergk'a Poetae Lyrici Graeci, т. II). Как из лука не может вырасти роза или гиацинт, так от рабыни не может родиться свободное дитя (537). Легче сделать благородного дурным человеком, чем худородного хорошим (577). Следует наступать пятою на пустоголовый народ, бить его острым рожном и налагать на него тяжелое ярмо (847). — Крайняя степень ненависти олигархов к народу видна также из знаменитой клятвы, которая, по словам Аристотеля (Пол. V, 7, 19), требовалась от них в некоторых государствах: tw dhmw kakonouV esomai kai bouleusw o ti an ecw kakon.

 

 
54

 

ется его сущность и отличие от других государств, именно: а) власть совещательную (to bouleomenon), б) власть исполнительную, представляемую должностными лицами (to peri taV arcaV), в) власть судебную (to dikazon). Совещательная власть есть вместе с тем и решающая и в качестве таковой стоит во главе государства (kurioV thV politeiaV): ей принадлежит законодательство, решение вопросов о войне и мире, союзах и договорах, о жизни и смерти граждан, наконец, выбор должностных лиц и принятие от них отчетности. В олигархических государствах эта верховная власть принадлежала одной только части гражданской общины. В крайних олигархиях правительствующая корпорация соединяла в своих руках все три стороны власти, но в умеренных, где господствующее сословие было велико и потому не могло непосредственно заведовать всеми государственными делами, необходимо было большее или меньшее ее разделение.

В некоторых олигархиях верховная власть была предоставлена собранию всех полноправных граждан. Так, например, в Локрах собрание тысячи имело законодательную власть (Полиб. XII, 16), в Опунте — решало вопросы о договорах (Inscr. Gr. ant. 321). В других власть совещательная и решающая была предоставлена совету, а одно его отделение ведало текущими делами. Большой совет состоял обыкновенно из довольно значительного числа полноправных граждан; от совета в демократических государствах он отличался тем, что члены его избирались обыкновенно (из граждан старшего возраста, почему в некоторых государствах совет назывался gerousia) не на один год, а пожизненно, и потому, в сущности, были безответственны. Так, например, из пожизненных членов состояли герусии в Спарте, Элиде и критских городах, также афинский ареопаг. В Книде был совет из 60 членов, носивших название amnhmoneV и облеченных неограниченною и бесконтрольною властью; членами его могли быть только старшие в роде (Плут. Греч. вопр. 4). Замечательное олигархическое правление было в фокейской колонии Маcсалии: совет из 600 пожизненных членов (timoucoi или oi exakosioi ), избранных из числа граждан, имевших детей и происходивших не менее чем в 3-м поколении от граждан, имел в своих руках правительственную власть; 15 членов этого совета занимались текущими делами; из них трое были председателями и из этих 3-х один был представителем всего государства. Это благоразумное и умеренное (eunomwtaton по отзыву Страбона) устройство долгое время существовало в Массалии без всяких изменений *. В Эпидавре принимали участие в управлении только 180 человек (вероятно, представители

__________

* Страб. IV р. 179. Цицер. О гос. I, 27, 43; 28, 44. Цез. О гражд. войне. I, 35. Dittenberger Syll. I. Gr. № 200.

 

 
55

 

дорических фамилий по 60 из каждой филы), из числа которых выбирались «советники» с титулом artunoi. Простой народ жил по деревням и носил насмешливое название konipodeV, т. е. люди с запыленными ногами, босоногие (Плут. Греч. Вопр. 1). В Коринфе после свержения тирании Кипселидов во главе правления поставлены были probouloi в числе 8 человек, а совещательную власть имел совет (boulh или gerousia), вероятно, из 80 членов (Николай Дам. 609; Диод. XVI, 65).

Исполнительная власть находилась в руках различных магистратов, круг деятельности которых трудно определить по имеющимся указаниям. Можно заметить, однако, что сроки их службы в олигархиях обыкновенно были продолжительнее и сфера деятельности шире, нежели в демократиях. В виде примера можно указать на спартанских эфоров, критских космов, милетских пританов и др. В древнейших олигархиях все отрасли государственного управления находились в заведовании немногих высших чиновников; но с течением времени, с развитием государственной жизни и осложнением задач управления количество должностных лиц все более и более увеличивалось, и занятия их специализировались как в демократиях, так и в олигархиях. Они были избираемы различным образом в различных государствах: или особым классом избирателей, или всеми аристократами; а иногда и народ принимал участие в избрании. Встречается и избрание по жребию, которое собственно служит признаком демократического устройства, но существовало и в государствах с аристократическим образом правления, потому что, как уже замечено выше, в тесной среде аристократов существовало полное равенство.

Во многих государствах и после уничтожения царской власти было удержано имя царя, преимущественно из видов религиозных, так как царь в древние времена был представителем народа по отношению к богам (ср. Арист. Пол. III, 9, 8). На о. Самофракия царь сменялся ежегодно, был эпонимом года и, по словам Тита Ливия (XLV, 5), еще в 168 г. до Р. X. был там summus magistratus. В Мегарах и их колониях, как видно из надписей, цари были также ежегодно сменявшимися чиновниками и имели эпонимию. В Афинах, как известно, царем назывался второй из 9 ежегодно сменявшихся архонтов. Упоминаются такие цари-чиновники в Хиосе, Милете, на островах Аморге, Самосе и др. В некоторых государствах, как, например, в Элиде, Киме и Митилене были целые коллегии таких «царей». Плутарх рассказывает (Греч. вопр. 2), что в Киме по окончании срока службы царей их деятельность подвергалась обсуждению в ночном заседании совета, причем тюремный пристав (fulakthV) выводил царей за руку из заседания

 
56

 

и держал под арестом до тех пор, пока совет тайным голосованием не решал, виновны ли они в чем-нибудь или нет.

В некоторых государствах высшею исполнительною властью были облечены prutaneiV, например, в Коринфе, где после свержения царской власти пританом был старший из Бакхиадов. Название пританов встречается преимущественно в городах ионийских, в дорийских же (именно в городах Пелопоннеса и их колониях) высшие магистраты чаще всего назывались damiourgoi *. Встречается много и других названий магистратов.

Об аристократии и олигархии ср. Goettling, De aristocratia veterum. Act. acad. Jen., 1821, стр. 455 cл.; Dondorff, Adel- und Burgerthum im alten Hellas. Zeitschrift fur d. Gymnasialwesen т. 32, 1878 и Histor. Zeitschr., т. 47, 1891.

__________

* О дамиургах ср. мою статью «Эпиграф, данные о госуд. устр. Херсониса Таврического» в Журн. М. Н. Пр. за июнь 1884 г., отд. кл. филол., стр. 63 cл.

 

 

 

   

 

На главную страницу ОглавлениеПредыдущая главаСледующая глава