На главную страницу | Оглавление | Предыдущая глава | Следующая глава

 

 

558

ГЛАВА VIII.

ЭКОНОМИКА И СОЦИАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ I-II вв.

Общая характеристика

Процессы, происходившие в области экономики и социальных отношений в первые два века империи, весьма сложны, и поэтому не легко поддаются истолкованию. Трудность их понимания главным образом заключается в их двойственности и противоречивости.

Империя принесла с собой относительный гражданский мир и значительное ослабление внешней агрессии. Изменение провинциальной политики привело к тому, что эксплуатация провинций приняла более организованный и менее хищнический характер. Мало того, многие императоры, в особенности императоры из дома Антонинов, поощряли городское строительство и заботились о развитии культурной жизни провинций. В числе положительных моментов, принесенных империей, следует также отметить искоренение или по крайней мере значительное уменьшение пиратства, дальнейшее развитие системы прекрасных дорог, введение единой имперской монеты.

Все эти факторы отразились благоприятным образом на многих сторонах жизни римского общества. Для империи первых двух столетий можно отметить рост техники (конечно в ограниченных рамках рабовладельческого способа производства), развитие ремесел, подъем экономической жизни многих провинций, развитие в них местного производства и местной торговли, рост межобластного обмена, развитие торговли со странами Востока и пр. Благосостояние высших классов в провинциях увеличивается, провинциальные города получают самоуправление и живут интенсивной экономической и культурной жизнью. Некоторые старые города, захиревшие к концу республики, вновь оживают. На рейнской и дунайской границах, в северной Африке, в Дакии появляется множество новых городских центров.

Однако рядом с этими положительными явлениями роста внимательный наблюдатель заметит грозные симптомы упадка, скрывающиеся за картиной внешнего процветания: хронический аграрный кризис Италии, важнейшего жизненного центра империи; сокращение количества рабов; упадок производительности их труда и тщетные попытки рабовладельцев найти новые, более эффективные формы эксплуатации; обнищание широких масс населения Италии и провинций; усиление среди них паразитических тенденций и нетрудовой психологии; истощение

 
559

военных ресурсов империи и невозможность возврата к политике завоеваний. Нужно отметить при этом, что симптомы упадка были более серьезны, чем признаки роста, так как они относились к самым существенным сторонам жизни империи, характеризовали наиболее важные элементы производительных сил римского общества.

Мы видели, чем вызывались явления роста. Чем же были .вызваны явления упадка? Конечно, империя внесла некоторое улучшение в римскую систему в том смысле, что она придала ей более организованный характер. Но эта система и при империи оставалась рабовладельческой, несмотря на некоторые признаки начинающейся деградации рабства: количество рабов стало уменьшаться, положение их несколько улучшилось; рядом с рабским трудом стали усиливаться другие формы эксплуатации; централизованное латифундиальное хозяйство начало уступать место парцеллярному хозяйству рабов, посаженных на землю, и полусвободных арендаторов-колонов. Но все это были количественные изменения, неспособные перейти в новое качество. Система в основном оставалась прежней, и в ней продолжали действовать все те факторы, которые с неизбежностью приводят к гибели всякую развитую систему рабства.

В течение столетий район Средиземного моря был ареной рабовладельческого хозяйства в его наиболее хищнической и жестокой римской форме, истощавшей производительные силы. Правда, империя несколько смягчила старую республиканскую практику: провинции вздохнули свободнее и получили известную хозяйственную самостоятельность; императорская система сбора налогов была легче республиканских откупов; императорские чиновники на первых порах меньше грабили провинции, чем республиканские магистраты. Но это в конце концов тоже были только количественные изменения, которые не могли дать радикального улучшения. К тому же имперская бюрократия очень скоро догнала и перегнала республиканских магистратов своей жадностью и подкупностью, а призводительные силы ведущих областей империи — Италии и Балканского полуострова — были настолько подорваны многовековым господством рабства, что возрождение их стало невозможным на ряд столетий.

Таким образом, противоречивый и двойственный характер социально-экономических явлений первых двух веков империи совершенно закономерен. Империя была государственной формой, пришедшей на смену полисной системе эпохи «классического» рабства. Империя, как и ее предшественницы — эллинистические монархии, была «территориальным государством», но государством весьма несовершенного типа. Не будучи нацио-

 
560

нальным образованием, она, в сущности, являлась немногим больше, чем конгломератом городов, областей и племен, стоявших на различном экономическом и культурном уровне и объединенных военной диктатурой римских императоров. Империя многое сделала, чтобы спаять этот конгломерат в органическое целое. Но результаты были невелики. Прочное объединение римской державы было неосуществимо, пока экономической основой ее оставался рабовладельческий способ производства, при котором невозможно существование широкого внутреннего рынка. К тому же империя являлась политической надстройкой над рабовладельческой системой Средиземноморья, уже клонившейся к упадку. Это обостряло все противоречия, свойственные рабовладельческому обществу.

Техника

При системе рабства техника производства может развиваться лишь в весьма ограниченных рамках. Из-за относительно низкого уровня обмена и значительной роли натурально-замкнутых отношений рынок рабовладельческого общества обладает небольшой емкостью. Спрос на товары невелик, и, следовательно, у производителя нет достаточных стимулов расширять и интенсифицировать свое производство. Если же такой стимул появляется в отдельных случаях, наличие дешевого и почти неограниченного (в период расцвета рабства) рынка рабов позволяет идти в сторону расширения (экстенсификации) производства посредством количественного увеличения рабочей силы, но делает невыгодным его интенсификацию путем применения более усовершенствованных орудий и приемов труда. Кроме этого, улучшение техники упирается в крайне низкий уровень производительности рабского труда. Еще творец «Одиссеи» отметил эту черту:

Раб нерадив; не принудь господин повелением строгим

К делу его, за работу он сам не возьмется охотой:

Тягостный жребий печального рабства избрав человеку,

Лучшую доблестей в нем половину Зевес истребляет.*

Вот почему при рабовладельческой системе хозяйства орудия труда, как правило, весьма примитивны. Нецелесообразное потребление сырого материала и средств труда — «одно из тех обстоятельств, — пишет Маркс, — которые удорожают производство, основанное на рабстве. Рабочий, по меткому выражению древних, отличается здесь только как instrumentum vocale (одаренное речью орудие) от животного как instrumentum semivocale (одаренного голосом орудия) и от неодушев-

__________

* Одиссея, XVII, 320 — 323,/пер. В. А. Жуковского.

561

ленного орудия труда как от instrumentum mutum (немого орудия). Но сам-то рабочий дает почувствовать животному и орудию труда, что он не подобен им, что он человек. Дурно обращаясь с ними и con amore (со сладострастием) подвергая их порче, он достигает сознания своего отличия от них. Поэтому экономический принцип такого способа производства — применять только наиболее грубые, наиболее неуклюжие орудия труда, которые как раз вследствие своей грубости и неуклюжести труднее подвергаются порче».*

В частности, античность не знала применения в производстве машины, за исключением ее зародышевых форм.

Однако сказанное нуждается в известных ограничениях. Во-первых, и рабовладельцы системой поощрений могли добиваться довольно высокой производительности труда у отдельных групп рабов, преимущественно квалифицированных ремесленников. Во-вторых, застойность техники выступала особенно ярко в периоды высшего развития рабовладельческой системы. В другие эпохи, когда с рабским трудом конкурировал труд свободных ремесленников или развивались более смягченные формы эксплуатации тех же рабов (например, отпуски их на «оброк»), техника производства могла подниматься относительно высоко, хотя и оставалась в исторически ограниченных рамках.

Первые два века империи и были как раз той эпохой, когда техника достигла высшей точки развития в пределах своих античных форм. Империя, завершая длительную историю Средиземноморья в древности, явилась наследницей всего предшествовавшего культурного развития. В частности, она усвоила и многие технические достижения эллинистической эпохи (подъемные механизмы, водяная мельница и проч.).** Рост внутренней и внешней торговли стимулировал развитие ремесленной техники. Интенсивное городское строительство предъявляло высокие требования к архитектуре и прикладной механике. Наконец, сокращение количества рабов и начавшийся упадок рабовладельческой системы хозяйства увеличили удельный вес свободных и полусвободных форм труда.

Об относительно высоком уровне техники I — II вв. свидетельствуют, прежде всего, ряд античных авторов. Витрувий пишет о подъемных сооружениях, где применялся составной блок

__________

* Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 23, с. 208, прим. 17.

** Ряд технических завоеваний эллинизма проник в Рим еще в эпоху республики (военная техника, морское дело, гидравлические механизмы).

562

(полиспаст),* о водоподъемных механизмах (тимпанах), об измерительных приборах типа таксометров.** Кассий Дион (68,. 13) так описывает мост через Дунай, построенный Траяном:

«Траян построил каменный мост через Истр, по поводу которого не знаю, как достойным образом выразить восхищение перед этим императором. Существуют и другие его замечательные сооружения, но это сооружение их превосходит. Мост состоит из двадцати быков, сделанных из тесанных камней, высота их — сто пятьдесят футов,*** не считая фундамента, толщина — шестьдесят. Эти быки, расположенные друг от друга на расстоянии ста семидесяти футов, соединены арками. Как не изумляться расходам, затраченным на эту постройку? Как не изумляться способу, каким каждый из быков был выстроен посреди многоводной реки, в изобилующей водоворотами воде, на илистом грунте? Ведь невозможно же было изменить течение».

Из описаний Диодора (V, 35 — 38) и Плиния Старшего (XXXIII, 67 — 78; XXXIV, 143 — 145) мы узнаем о сложной технике добывания серебра и золота, о применении в рудниках водоотливных механизмов, о плавильных печах, о многочисленных сортах выплавляемого железа. Витрувий (X, 5) и Плиний (XVIII, 97) оставили описание водяной мельницы, появившейся, вероятно, впервые в Малой Азии при Митридате.**** В I в. н. э. водяная мельница медленно стала распространяться и на Западе (в Италии).

Даже сельскохозяйственная техника, как правило весьма застойная, обнаруживает с конца республики известный прогресс. Плиний (XVIII, 172) пишет о колесном плуге, «недавно» изобретенном в Реции. Еще интереснее описание Плинием сельскохозяйственной «машины», напоминающей жнейку:

«В крупных поместьях Галлии по посевам провозят очень большие ящики со вставленными по краю зубцами на двух колесах при помощи подъяремного скота, запрягаемого сзади: обрываемые колосья падают таким образом в ящик».*****

Следует отметить, что «жнейка» применялась не в Италии, где зерновые культуры были недостаточно развиты, и где, к тому же, в эпоху империи наблюдался аграрный кризис, а в Галлии.

Свидетельства литературных источников подкрепляются огромным количеством археологических памятников, дошедших до нас от эпохи I — II вв. Римские сооружения поражают своими размерами и техническим совершенством. Достаточно на-

__________

* Об архитектуре,Х,2, 1 — 3. — Известный надгробный рельеф из Ченточелле, вероятно, эпохи Флавиев, изображает постройку надгробного храма с помощью такого подъемного механизма.

** Там же, X, 4, 1 — 2; 9, 1 — 4.

*** Греческий и римский фут — около 30 см.

**** Страбон, География, XII, 556.

***** Естественная история, XVIII, 296. — Более подробное описание «жнейки» мы находим у позднеримского писателя Палладия (около середины IV в. ы. э.) в сочинении «О земледелии» (VII, 2, 2 — 4).

563

омнить об амфитеатре Флавиев (Колизее), вмещавшем не меньше 50 тыс. зрителей, о грандиозных римских акведуках (мостах с арками, на которых лежали водопроводные трубы),* о триумфальных арках императоров (Тиберия в Оранже, Тита в Риме), о знаменитой колонне Траяна высотой в 27 м и с полосой рельефов длиной в 200 м, о мавзолее Адриана (так называемый «Замок св. Ангела») и о других постройках. Римские мосты и шоссейные дороги были построены так добротно, что некоторыми из них до сих пор пользуются в Италии, южной Франции, Испании. К этому нужно прибавить многочисленные остатки плавильных и обжигательных (керамических) печей, найденные археологами в разных частях империи, множество ремесленных мастерских, открытых в Помпеях, изображения производственных процессов на фресках и рельефах и т. д. Наконец, само техническое совершенство предметов домашней утвари, обстановки, украшений, инструментов** и т. п. говорит о высоком уровне ремесленной техники.

В эпоху империи был открыт и широко применялся ряд новых технических приемов. Во второй половине I в. до н. э. сидонские мастера открыли способ изготовлять стекло посредством выдувания вместо старого приема формовки. Это дало возможность производить стекло более высокого качества и в большем количестве. В Галлии, по-видимому в I в., были изобретены латунь (сплав меди с цинком) и способ лужения посуды оловом.

В крупных мастерских, в которых было занято по нескольку десятков ремесленников, до известной степени применялось техническое разделение труда. В керамическом производстве отдельные процессы — лепка, обжиг, разрисовка — выполнялись специальными группами ремесленников. В металлообрабатывающем производстве существовали формовщики, кузнецы, полировщики и др. Аналогичную специализацию мы встречаем в булочных, в сукновальных и красильных мастерских. В отдельных случаях разделение труда принимало форму изготовления отдельных частей предмета в разных мастерских и даже в различных городах. Так, металлические инкрустации для мелели, изготовляемой в Помпеях, доставлялись из Капуи; изящные ножки для кушеток, на которых возлежали во время еды, привозили с Делоса. Канделябры составлялись из двух частей:

__________

* Высота некоторых акведуков достигала 55 м. В Риме вода была проведена по девяти акведукам из различных источников. Два римских акведука до снх пор снабжают город водой.

** См., например, известный набор хирургических инструментов из Помпеи.

564

нижняя производилась в Таренте, верхняя — в Эгине.* Августин** дает целую теорию ремесленного разделения труда:

«Смешно, когда мы видим, что [римские боги], в силу разнообразных людских выдумок, представлены распределившими между собою занятия, подобно мелочным откупщикам налогов или подобно ремесленникам в квартале серебряных дел мастеров, где один сосудик, чтобы он вышел совершенным, проходит через руки многих мастеров, хотя его мог бы закончить один мастер, но превосходный. Впрочем, иначе, казалось, нельзя было пособить массе ремесленников, как только тем, что отдельные лица должны были изучать быстро и легко отдельные части производства, и таким образом исключалась необходимость, чтобы все медленно и с трудом достигали совершенства в производстве в его целом».***

Ремесленное производство

Общей тенденцией развития производства в первые два века империи был рост его в провинциях (особенно в западных) и медленный упадок в Италии. Однако этот процесс был сложным и его нельзя упрощать.

В конце республики ремесленное производство Италии в целом стояло на невысоком уровне. Гражданские войны, нарушавшие нормальный ход экономической жизни, спекулятивный характер римского капитала, ввоз ремесленных изделий из провинций задерживали развитие промышленности. В некоторых отраслях италийское производство даже пошло назад по сравнению с ранними периодами. Так, например, были почти исчерпаны знаменитые в древности медные рудники в Этрурии.

С другой стороны, I в. до н. э. был временем интенсивного строительства. Награбленные в провинциях сокровища шли на постройку общественных зданий и роскошных дворцов римских богачей. С эпохи Гракхов широкий размах приобрело строительство дорожных путей. Ввоз искусных Греческих мастеров содействовал оживлению некоторых отраслей ремесленного производства, в частности керамики и литья из бронзы. Центром последнего в I в. до н. э. стала Капуя, снабжавшая изделиями своего ремесла (посуда, лампы) не только Италию, но даже северную Европу. Этрусский город Арреций, знакомый нам по войне с Ганнибалом, широко развил керамическое производство. Арретинская столовая посуда с рельефным орнамен-

__________

* Плиний, Естественная история, XXXIV, 11.

** Блаженный Августин, знаменитый христианский писатель позднеримской империи (354 — 430 гг.). Хотя его свидетельство относится к очень поздней эпохе, однако его можно привлечь и для характеристики более раннего периода. Общая тенденция развития ремесла, начиная с конца II в., идет понижаясь, но в отдельных областях империи навыки ремесленного производства держались очень долго.

*** О граде божием, VII, 4.

565

том являлась очень хорошим подражанием особому типу греческой посуды, известной под названием «самосской».

Ранняя империя (I в.) принесла с собой временный подъем италийского ремесла, вызванный известными нам общими причинами: прекращением гражданских войн, относительной безопасностью путей сообщения, ростом внутренней и внешней торговли и проч. Арретинское керамическое производство и капуанская бронзовая промышленность достигли высшей точки своего развития. Сосуды, изготовленные в Арреций, встречаются в Марокко и Испании, на Рейне и в Британии и достигают восточных границ империи.

Рядом с этими старыми центрами производства начали подниматься новые. Более грубые сорта глиняных изделий (лампы и черепица) производились в северной Италии, в Аквилее и Мутине. Парма, Медиолан (Милан), Патавий (Падуя) и Помпеи славились своими шерстяными изделиями. Города Кампании снабжали. Италию дутой стеклянной посудой. Даже Рим, который раньше не был крупным производящим центром, начал развивать некоторые специализированные отрасли производства.

Нам хорошо известно ремесленное производство Помпей в эпоху, непосредственно предшествующую их гибели (79 г.). Среди найденных там вещей, большинство которых производилось на месте, встречаются глиняные и бронзовые лампы (светильники), глиняная и бронзовая посуда, стеклянные и железные изделия, весы, хирургические инструменты и проч. Поражает большое количество ремесленных мастерских и лавок: они встречаются чуть ли не в каждом доме. Мы находим среди них сукновальные, ювелирные, каменотесные и парфюмерные заведения, булочные, обычно соединенные с мельницами, где рабочей силой служили животные или рабы, стекольные мастерские, кузницы и др.

Однако картина ремесленного процветания Италии меняется во II в. Подъем был явлением временным. Производительные силы полуострова оказались подорванными, и италийское ремесло не могло выдержать конкуренции тех областей империи,. которые теперь, в обстановке «римского мира» (pax Romana), вступили на путь интенсивного экономического развития. С середины I в. арретинская керамика начала терять первое место на рынке, уступая его галльским изделиям. То же самое во II в. произошло с бронзовыми и стеклянными изделиями капуанских ремесленников: они вытеснялись аналогичной галльской продукцией.

В последний век республики экономическое развитие восточных провинций задерживалось грабительской политикой римлян, а также внешними и внутренними войнами. Империя, как.

 
566

мы видели, внесла сюда значительные улучшения. Еще при первых императорах начали оживать старые промышленные .центры восточного Средиземноморья и своей конкуренцией ускорили хозяйственный упадок Италии. В Финикии и Египте стало расцветать новое стекольное производство. Тончайшие полушелковые ткани (с льняной основой), изготовляемые в Малой Азии, получили широкое распространение не только на Востоке.

В западных провинциях начала интенсивно развиваться металлургия. Хотя старые серебряные рудники на юге Испании сделались менее доходными вследствие истощения запасов металла, однако тем энергичнее стали разрабатываться тамошние свинцовые месторождения. На свинец появился огромный спрос с тех пор, как в городах Запада, по примеру Рима, начали употреблять его для изготовления водопроводных труб. На западном побережье Испании были открыты залежи олова, разработка которых сделала Пиренейский полуостров главным поставщиком этого ценного металла и оттеснила на задний план Британию с ее древнейшими оловянными месторождениями. В Галлии стали известны новые залежи железа (Льеж). Интенсивно велась разработка больших запасов металла в Норике и Иллирии.

В этот же период ранней империи Галлия начала развивать свое собственное керамическое и текстильное производство, выступив опасным конкурентом Италии. Около середины I в. на рынках появилась галльская красная глазурованная посуда, украшенная рельефами (terra sigillata). Будучи дешевле арретинской посуды, она стала успешно с ней конкурировать.

Однако только во II в. промышленное развитие провинций достигло своей высшей точки. Особенно крупных успехов добилась Галлия. Эта огромная страна, богатая естественными производительными силами, была поздно завоевана Римом и поэтому сравнительно недолго подвергалась хищнической эксплуатации во время республики. Галлия и прирейнские области становятся главной «мастерской Европы». Стекольное производство, появившееся в I в. в Лугдуне (Лион), распространяется до Нормандии и даже проникает в южную Англию. Еще позднее центр стеклоделия переносится в Кельн (Colonia Agrippina). Галльские изделия из латуни, с украшениями в туземном кельтском стиле, вытесняют капуанскую бронзу с рынков северной Европы. Полного расцвета достигает галльская керамика. С изделиями типа terra sigillata конкурирует черная лощеная посуда, изготовляемая в Бельгии. В Британии появляются местные подражания галльской керамике с украшениями в кельтском стиле (в Кольчестере). В области гельветов

 
567

(Швейцария) г. Виндонисса (Виндиш) становится . центром производства терракотовых ламп.

Металлургия Запада продолжала развиваться. В Дакии были открыты новые богатые месторождения золота. В Британии разрабатывались залежи железа и свинца. Последний в слитках вывозился в Рим для изготовления водопроводных труб.

Что каса-ется организационных форм производства, то в целом оно продолжало оставаться мелкоремесленным. Обычно работал сам владелец мастерской, в большинстве случаев — вольноотпущенник, один или с небольшим числом рабов (1 — 2). В предприятиях среднего типа было занято 5 — 10 человек. Ремесленная мастерская (officina) часто служила одновременно и лавкой (taberna). Такую картину мы видим, например, в Помпеях. В некоторых отраслях производства, особенно в керамическом, встречались мастерские, которые, по античным масштабам, могли быть названы крупными: они насчитывали по 100 человек ремесленников и чернорабочих. В строительном. деле широко практиковалась система подряда. Подрядчик-предприниматель набирал артель рабочих (в числе их могли быть свободные ремесленники и чернорабочие, а также рабы, отпущенные на оброк или принадлежавшие подрядчику) и заключал определенное соглашение с заказчиком. В эпоху империи процент свободных рабочих в производстве все увеличивался, особенно в провинциях. Однако в государственных рудниках продолжал применяться несвободный труд преступников, присужденных судом к тяжелой работе в рудниках (damnatio ad metalla). Вольноотпущенники являлись или собственниками мастерских, или подрядчиками, или управляющими в промышленных заведениях их патронов.

Положение свободных ремесленников и особенно наемных рабочих было тяжелым и с точки зрения оплаты их труда, и со стороны их правового положения. Дешевый рабский труд давил на труд свободных, снижая их заработную плату. Бесправное положение рабов отражалось и на их свободных товарищах. Если самостоятельный мелкий ремесленник еще пользовался некоторым признанием в римском обществе, то юридическое положение свободного наемного рабочего немногим отличалось от положения рабов.

Торговля

Рост местного производства на фоне общего улучшения положения провинций, развития транспорта, увеличения безопасности путей сообщения и проч. привел в эпоху империи к значительному оживлению италнйско-провинциальной и меж-

 
568

провинциальной торговли. В I в. стеклянные изделия из Финикии и Кампании вывозят в Лугдун, откуда они идут на Рейн и в Британию. Бронзовая утварь из Капуи с клеймом некоего Ципия Полибия, по-видимому, владельца крупной мастерской, встречается на Черном море, в западной Англии (Уэльсе) и в Шотландии. Арретинская керамика, как было указано выше, достигает Рейна, Британии, Испании, Марокко и проникает даже на Кавказ. Terra sigillata из южной Галлии успешно конкурировала с арретинской посудой в западных провинциях и в самой Италии. Терракотовые светильники, которые массами изготовлялись в Мутине, в керамическом заведении Фортиса, экспортировались в северную Африку. Вино и масло из областей Средиземного моря глубоко проникают на европейский континент. Рейн становится одной из важнейших торговых артерий.

Характерно, что товарами в этой межобластной торговле были не только предметы роскоши. Скромная кухонная посуда, черепица, простые светильники, дешевые сорта вина и масла фигурируют здесь наряду с тонкой арретинской посудой и изящными стеклянными изделиями.

Внешняя торговля империи не уступала внутренней. По свидетельству Плиния Старшего,* в его время римляне ежегодно покупали в Индии товаров не меньше чем на 55 млн. сестерциев. Цены, по которым эти товары продавались в Риме, были в 100 раз дороже, чем цены на них в Индии. Общая же стоимость ежегодного римского импорта из Индии, Китая и Аравии достигала 100 млн. сестерциев. Плиний выражает сожаление, что такие огромные суммы утекают из империи: «В такую цену обходятся нам роскошь и женщины!».

В развитии торговли с Индией решающую роль сыграло открытие в эпоху Августа или Тиберия неким Гиппалом, по-видимому, греком из Александрии, муссонов, устойчивых сезонных ветров. С помощью их можно было легко добираться из Красного моря в Индию и обратно. Сам Гиппал достиг устья Инда. После него были открыты пути в центральную и южную Индию. При Клавдии и Нероне отдельные мореплаватели стали появляться на о-ве Цейлоне и в Бенгальском заливе. Все это привело в конце I в. к установлению более или менее регулярных торговых сношений между областями Средиземного моря и Индией.

Предметами вывоза с Востока служили пряности (в особенности перец), ароматические вещества, драгоценные камни и тонкие ткани (муслин из Индии).

Что касается сухопутных путей на Восток, то в эпоху ран-

__________

* Естественная история, VI, 101; XII, 84.

569

ней империи едва ли можно говорить здесь о непосредственных торговых сношениях. Находки греческих тканей эпохи Августа в Монголии вероятно обязаны своим происхождением случайному обмену. Основные трансконтинентальные пути от Евфрата на восток до Антиохии Маргианской (Мерва) и на юг к Персидскому заливу находились под ударом парфян и в любой момент могли быть закрыты, а путь от Мерва в Китай, по-видимому, в эту эпоху еще не был известен.

Такой же случайный характер носили торговые сношения вдоль восточного побережья Африки к югу от Красного моря. Только отдельные мореплаватели достигали Занзибара. Однако вывоз ладана из Сомали, вероятно, носил более регулярный характер. Внутренность африканского материка в эпоху ранней империи была почти неизвестна. Караванная торговля в Триполитании оставалась в руках кочевников. Даже занятие римлянами Мавритании не привело к возобновлению старой карфагенской торговли вдоль западного берега Африки.

На северных границах империи (исключая Британию, куда италийские и галльские купцы начали проникать задолго до ее завоевания) в I в. появились первые торговые пути, которые основательно были освоены позднее. Экспедиции Друза и Тиберия на Северном море открыли морской путь с нижнего Рейна в Германию и Скандинавию. Во времена Нерона один римский искатель приключений в поисках янтаря проник на южное побережье Балтики, отправившись из Карнунта на среднем Дунае и затем спустившись по реке Вистуле (Висла). Находки капуанских бронзовых изделий в северных областях Европы говорят о том, что уже в эпоху ранней империи какие-то меновые связи (может быть, и не непосредственные) существовали между севером и югом европейского континента.

С конца I в. римская внешняя торговля достигает высшей точки своего развития. Прежде всего нужно отметить установление торговых отношений с Китаем, связанное с деятельностью Ханьской династии. Императоры этой династии в последней трети I в. присоединили к своим владениям область р. Тарима и организовали два торговых пути на запад: один в Мерв, другой в Бактру (Балх в северном Афганистане). В этих- пунктах греческие и сирийские купцы встречали китайские- караваны. В китайских источниках есть известие, что в 97 г. китайский посол прибыл в один из сирийских городов (вероятно, в Антиохию) и вел переговоры с сирийским наместником об установлении торговых отношений. При Адриане и Антонине отдельные греческие купцы достигали западных границ области Тарима. Здесь в песках пустыни найдены остатки китайских шелковых тканей и вышитых шерстяных материй из Сирии. В буддийских монастырях Тибета открыты фрески в греко-сирий-

 
570

ском стиле, что говорит о пребывании там греческих мастеров.

Морская торговля с Индией, основы которой были заложены еще в предыдущий период, продолжала развиваться. В конце I в. н. э. греки проникли с западного побережья Индии в Пенджаб и Декан, а во II в. — в Бенгальский залив. Один греческий торговец даже пересек Малайский полуостров. В 166 г., по свидетельствам китайских источников, депутация греческих купцов, называвших себя послами императора Ан-Туна (Марка Аврелия Антонина), была принята императором Ханьской династии Хуан-ти в его столице Лояне. Греки вели переговоры об установлении правильной морской торговли между Китаем и странами Средиземного моря.

Если попытки завязать постоянную торговлю с Китаем не дали прочных результатов, то торговые сношения с западным побережьем Индии приобрели во II в. более регулярный характер, чем раньше. Об этом говорит хотя бы тот факт, что при Домициане в Остии были построены специальные склады для перца с Малабарского берега. Цены на индийские товары значительно упали по сравнению с теми, которые были во времена Плиния Старшего. Торговый баланс Рима стал менее пассивным, чем в предыдущий период, так как за ввозимые предметы роскоши римляне начали платить продуктами собственного производства: медью, оловом, вином, стеклянными изделиями и шерстяными тканями. Однако, несмотря на это, едва ли утечка благородных металлов из империи могла полностью прекратиться.

Хотя исследование внутренних областей Африки в конце I в. и во II в. добилось некоторых успехов (проникновение в область Великих экваториальных озер, в Сахару и Судан), но едва ли эти эпизодические путешествия могли оказать существенное влияние на африканскую торговлю. Возможно только некоторое увеличение вывоза слоновой кости.

Зато сильно выросла северная торговля Рима. Монеты Траяна и Адриана обнаружены на восточном берегу Ирландии. Те пути в Балтийское море и внутрь Германии, которые были открыты в I в., теперь приобрели серьезное значение.

Один путь из устья Рейна шел вдоль берегов Голландии и Фрисландии. Этим путем можно было проникнуть внутрь Германии, поднимаясь вверх по течению одной из рек — Амизии (Эмс), Визургиса (Везер) или Альбиса (Эльба). Или можно было плыть вдоль берега Ютландского полуострова в Данию и Скандинавию.

Другой путь начинался на среднем Дунае. Следуя по р. Вистуле, выходили на балтийское побережье, откуда переправлялись в Швецию. Многочисленные находки римских монет, преимущественно II в., в Силезии, Познани и на шведских

 
571

островах* свидетельствуют об относительно крупной роли, которую играл этот восточный торговый путь, связывавший Средиземноморье с севером Европы.

Средоточием римской внутренней и внешней торговли являлась столица империи г. Рим. Не будучи производящим центром, он оставался и в эпоху империи крупнейшим потребителем. Таким его делало огромное население и присутствие императорского двора. О величине римского импорта говорят не только литературные источники (Страбон, Плиний, Марциал и Др.), но н такие данные, как, например, размеры римской гавани Остии, лежавшей в устье Тибра. Реконструкция Остии, произведенная при Клавдии и Траяне, сделала из нее морской порт, доступный для самых больших судов. Остатки крупных торговых складов говорят о том, что после Александрии Остия занимала в империи первое место по величине своих торговых оборотов. Предполагают, что население города было не менее 100 тыс. человек.

Мы видели, что в эпоху республики количество купцов чисто римского происхождения было относительно невелико. Рост экономического значения провинций и упадок италийского производства сделали это явление еще более заметным. Нет ничего удивительного, что в торговле с Востоком руководящая роль принадлежала грекам и сирийцам. Но и на Западе сирийцы занимали далеко не последнее место. Не редкость было встретить сирийского купца в Галлии, Британии или Дакии. Однако в западных провинциях и в Италии главную роль играли галльские купцы, что соответствовало возросшему значению Галлии в экономике империи.

Денежно-ростовщический капитал

Вместе с падением республики кончилось царстзо ростовщического капитала. Как мы видели, Цезарь и Август положили начало уничтожению откупной системы для сбора прямых налогов с провинций. Ко времени Адриана сбор косвенных налогов был отнят у римских компаний откупщиков и передои в руки местных сборщиков под контролем императорских прокураторов. Это нанесло сильный удар крупному денежно-ростовщическому капиталу, так как исчезли главное поле его деятельности и основной источник доходов. Но, конечно, это отнюдь не означало исчезновение денежно-ростовщического капитала вообще. Крупные торговцы и предприниматели-ремесленники в эпоху империи предъявляли немалый спрос на денежный капитал. Это оживляло деятельность ростовщиков

__________

* На одном только о-ве Готланде найдено более 4 тыс. римских монет.

572

и, в частности, аргентариев. В провинциях появились местные «банкиры», тогда как раньше это были главным образом италики. Но ссудный процент теперь значительно упал, Хозяйственная жизнь империи приняла более здоровый характер:

уменьшились спекуляции, сократились колоссальные доходы римских богачей эпохи поздней республики.* Поэтому средний ссудный процент понизился до 4 — 6 % .

Откупа не исчезли в римской империи. На откуп по-прежнему сдавались казенные торговые помещения и склады, сбор таможенных пошлин, производство общественных работ и построек, разработка государственных (императорских) рудников,** эксплуатация императорских поместий и проч. Но, как правило, эти откупа сдавались на местах, и откупные операции в большинстве случаев не были крупными.

Точно так же, конечно, не исчезло и мелкое «бытовое» ростовщичество. Крестьяне и рядовые ремесленники часто нуждались в ссудах деньгами или натурой. Естественно, что они прибегали не к услугам аргентария, а к помощи богатого соседа или мелкого ростовщика. Ниже мы увидим, какую роль сыграла задолженность крестьян в процессе их экономического, а затем и политического закабаления.

Города и городская жизнь

Эпоха империи (особенно II в.) поражает нас необычайным расцветом городской жизни. Никогда до этого Средиземноморье не знало такого количества культурных и благоустроенных городов. Да и позднее городская жизнь средиземноморских стран долго не могла достичь римского уровня.

Высокого процветания достигли старые городские центры. В Италии население Рима, вероятно, составило 1 млн. человек. Два крупных портовых города — Путеолы (в Кампании) и Остия — долго боролись за первое место, пока, наконец, не победила Остия. Капуя в I в. являлась крупным центром ремесленного производства. В северной Италии среди большого

__________

* Что не исключало накопления отдельных, очень крупных денежных богатств и при империи Но характерно, что такие крупные состояния мы встречаем теперь не в Риме, а в провинциях Ликийский богач Опрамоас (Opramoas) финансировал восточные походы Траяна. Афинский меценат Герод Аттик при Антонине и Марке Аврелии прославился своими огромными пожертвованиями греческим городам Александрийский предприниматель я торговец папирусом в III в. Фирм был так богат, что на свои средства мог содержать целую армию, с помощью которой он боролся с императором Аврелианом.

** В рудничных поселках были собственные лавки, мастерские, цирюльни, бани и проч, которые с аукциона сдавались на откуп мелким подрядчикам.

573

количества цветущих городов выделялись Патавий (Падуя) и Аквилея, выросшие на торговле с дунайскими областями.* Пятьсот аквилейских граждан обладали всадническим цензом.

В восточной половине Средиземноморья Коринф, снова поднявшийся из развалин, и старый малоазийский Эфес держали в своих руках транзитную торговлю с Финикией и Сирией. В Антиохии заканчивались сухопутные караванные пути, ведущие из внутренней Азии. Важным транзитным центром этой I караванной торговли была сирийская Пальмира. Александрия, свободное население которой достигало 300 тыс. человек, получала огромные барыши от торговли с Аравией, Индией и экваториальной Африкой и снабжала египетским хлебом и тканями страны Средиземного моря.

В северной Африке воскресший из пепла Карфаген и Утика служили главными центрами африканского экспорта.

Гадес (Кадикс) на юго-западном побережье Испании снабжал Рим сельскохозяйственными продуктами из южной Испании. По количеству граждан с всадническим цензом он не уступал Аквилее.

В Галлии крупными центрами западноевропейского ремесла и торговли были Арелат (Арль) на нижней Роне и особенно Лугдун (Лион). Кельн делил с последним место главного посредника в торговле между странами Средиземного моря и областями северных морей.

Даже в далекой Британии Лондиний (Лондон) вырос до размеров большого торгово-ремесленного поселения, насчитывавшего до 45 тыс. жителей.

Во II в. начало появляться много новых городских центров, образовавшихся вокруг постоянных римских военных лагерей на границах (главным образом на рейнско-дунайской). Эти лагеря привлекали местных торговцев и ремесленников, которые селились вокруг них. В этих же поселках часто оседали солдаты, вышедшие в отставку, вместе со своими семьями. Если прилагерный поселок достигал значительных размеров, он продолжал существовать и после того, как лагерь, давший ему жизнь, переводился в другое место. Поселок получал права колонии или муниципия.

Много таких новых городов было оформлено на Рейне и на Дунае императорами из дома Флавиев и Антонинов. Среди них отметим Бонну (Бонн), Могунтиак (Майнц) и Аргенторат (Страсбург) на Рейне, Виндобону (Вена), Аквинк (Будапешт) и Сингидун (Белград) на Дунае.

__________

* Предметами аквилейского экспорта служили вино, масло, текстильные изделия, керамика, стекло и различные восточные товары. Импорт состоял из рогатого скота, кожи, янтаря и рабов.

574

Города римской империи с точки зрения их политического устройства были отличны от старых греко-римских полисов. Последние являлись городами-государствами, обладавшими полной политической самостоятельностью. Империя принесла с собой окончательное крушение полисной системы и переход к «территориальному государству». Однако, как указывалось выше, это государство было весьма несовершенным, сохранявшим ряд пережитков полисной организации. Одним из таких пережитков являлся муниципальный строй италийских и многих провинциальных городов.

Муниципии состояли из главного города и зависимых от него деревень и местечек. Правами муниципалов пользовались свободные уроженцы данного муниципия (не иностранцы). Муниципалы делились на три сословия: декурионов, августалов и плебса. К первому, соответствовавшему сенаторскому сословию в Риме, принадлежала местная знать: землевладельцы, крупные торговцы, отставные военные и пр. Августалы соответствовали римским всадникам и, как правило, состояли из вольноотпущенников.* К плебсу принадлежала остальная масса свободного населения.

Политический строй муниципиев подражал римскому республиканскому устройству. Органами управления были народное собрание (комиции), сенат (курия) и магистраты. Функции народного собрания, состоявшего из всех граждан муниципия, сводились к выборам магистратов, вотированию петиций в сенат и утверждению его декретов. С конца II в. народные собрания исчезли, и их полномочия перешли к сенату.

Муниципальный сенат обычно состоял из 100 человек, избиравшихся из декурионов в возрасте не моложе 25 лет и обладавших цензом не меньше 100 тыс. сестерциев. В более старых городах греческого Востока римляне сохраняли местные традиции; так, например, в советах Александрии и Антиохии было по несколько сот человек. Магистраты, выбиравшиеся ежегодно, состояли из двух высших должностных лиц, соответствовавших римским консулам (duoviri или duumviri), двух эдилов и двух квесторов. Раз в пять лет дуовиры производили перепись (ценз) и составляли список сенаторов. Тогда они принимали титул квинквенналов (duoviri quin quennales) или цензоров.

С конца I в. центральное правительство стало назначать

__________

* Сословие августалов обязано своим происхождением жреческой коллегии из шести человек (seviri augustales), связанной с культом Августа и устраивавшей общественные игры и празднества. Эта коллегия ежегодно назначалась муниципальным сенатом. Августалы сохраняли свои почетные права и по оставлении службы. Права августалов могли быть дарованы и без отправления службы в коллегии.

575

в некоторые муниципии особых должностных лиц, городских кураторов для наблюдения за финансами. В дальнейшем кураторы появились во многих городах. Эта должность стала постоянной, и сфера ее компетенции расширилась. Таким путем правительство начало вмешиваться в местные дела.

Важным элементом городской жизни были коллегии (collegium, sodalicium). Возникнув еще в глубокой древности, они особенного развития достигли при империи. «Коллегиями» назывались местные объединения людей одной и той же профессии или союзы, ставившие перед собой какую-нибудь общую цель. В коллегию должно было входить не меньше 3 человек (tres faciunt collegium). Нам известны самые различные коллегии: купцов, ремесленников, судовладельцев, ветеранов, рыбаков, глашатаев и т. п. Существовали чисто религиозные союзы и коллегии типа клубов. Были похоронные коллегии, или коллегии «маленьких людей» (collegia tenuiorum), ставившие целью устраивать своим членам приличные похороны.

С точки зрения юридической коллегии делились на дозволенные (collegia licita) и недозволенные (illicita). Первые были официально разрешены и со времен империи являлись юридическими лицами, организация вторых преследовалась законом. В некоторые коллегии допускались и рабы с согласия их господ.

Члены союзов должны были делать взносы (единовременные и регулярные) в свою кассу, у коллегий были помещения, где устраивались собрания, они имели свое имущество, выборных должностных лиц, свое знамя, свои праздники и уставы. У каждой коллегии имелся свой бог-покровитель и патрон из числа влиятельных лиц.

Несмотря на то, что многие коллегии носили религиозный или увеселительный характер, что в их жизни огромную роль играли празднества, попойки, похороны, поминки и проч., мы не должны упускать из виду их социально-политической основы. Часто под религиозной оболочкой коллегии скрывалось политическое содержание. Не случайно расцвет коллегий приходится на эпоху империи, уничтожившей открытую политическую жизнь. Мы знаем, какую роль играли коллегии в избирательной борьбе в италийских и провинциальных муниципиях. Коллегии в своих избирательных воззваниях, начертанных на стенах, горячо рекомендовали кандидатов на ту или другую муниципальную должность, расхваливая их честность, щедрость и другие качества, или требуя от них определенных затрат в пользу города. Участие коллегий засвидетельствовано во многих народных движениях эпохи империи.

Не следует также забывать, что коллегии давали форму объединения, полупрофессионального, полубытового, полурелигиозного, людям, у которых не было иных форм связи. Полис

 
576

распался, политическая жизнь замерла, общество атомизировалось, нивелирующий гнет империи все тяжелее давил на людей. Где же было укрыться «маленькому человеку»? Коллегия заменяла ему и семью, и государство, и политическую партию. В коллегии можно было отдохнуть от тяжести и скуки жизни, развлечься, отвести душу за веселой беседой, хоть изредка попить и поесть вволю. В коллегиях религиозного типа находило выход все растущее чувство неудовлетворенности настоящим, тоски по неведомому, та жажда религиозного, которая с огромной силой вспыхнула в эпоху империи и вызвала широкое распространение восточных культов, в том числе и христианства, скоро превратившегося в мировую религию.

Картина городской жизни империи была бы не полна, если бы мы не остановились на бытовой стороне как высших, так и низших слоев римского общества. Начнем со столицы.

Хотя с установлением империи старая республиканская аристократия в значительной степени потеряла свое политическое влияние, в области быта и нравов картина жизни высшего римского общества в общем мало изменилась по сравнению с временами поздней республики. А если и изменилась, то скорее в худшую сторону. При Августе упадок политической жизни и наступление длительного гражданского мира создали обстановку беспечного прожигания жизни. Мы видели выше, как Август пытался бороться с распущенностью нравов, с падением семейных устоев, с развитием роскоши. Мы видели также, что борьба эта была малоудачной.

Наступление террористического режима при Тиберии изменило эту обстановку. Под ударами императорского террора погибли многие представители старой аристократии. Аграрный кризис в Италии затронул и крупное землевладение. Немало богатых семей впало в долги еще в эпоху Августа и теперь стояло накануне разорения. Высшему обществу было не до развлечений. Мрачный характер Тиберия и простота жизни его двора отнюдь не способствовали росту жизнерадостности среди высших классов.

Время Нерона принесло новые перемены. Хотя террор достиг при нем высшей точки, но двор своей распущенностью, изысканной роскошью, культом зрелищ служил примером для гибнущей старой знати, которая старалась забыться в вихре удовольствий. Это был поистине «пир во время чумы».

С гибелью последнего представителя дома Юлиев — Клавдиев этот трагический карнавал кончился навсегда. Старая аристократия почти целиком исчезла. На смену ей пришла новая знать из италийских и провинциальных муниципиев, более деловая, расчетливая и скромная. Скупой Веспасиан резко

 
577

изменил весь образ жизни императорского двора, придал ему более скромный характер, который он сохранял и при последующих императорах.

Во II в., в эпоху Адриана, на высшее римское общество вновь стало усиливаться влияние греческой культуры и греческих мод. Так, по греческому обычаю, римляне начали увлекаться путешествиями. Сам император подавал этому пример своими бесконечными поездками по провинциям, в которых административные задачи переплетались с увлечениями туриста.* Следуя императору, богатые провинциалы массами стекались в Рим знакомиться с его достопримечательностями, тогда как римляне с путеводителями в руках посещали Грецию, Египет и Малую Азию.

Греческая мода и пример императора послужили причиной возобновления староримского обычая отпускать бороду. У Адриана на лице был глубокий шрам от раны, полученной им на охоте. Чтобы скрыть его, император стал носить бороду, а следом за ним это начало делать и высшее римское общество.

Более устойчивой была жизнь широких масс столичного населения. Переход к империи мало изменил их бытовые условия. По-прежнему Рим привлекал множество люмпен-пролетариев, влачивших жалкое полуголодное существование. Столица продолжала оставаться городом социальных контрастов. Империя, уничтожив народные собрания, лишила римскую бедноту одного из главных источников ее существования — продажи голосов на выборах. Но городские магистраты, этот пережиток республиканского строя, считали своей обязанностью поддерживать республиканские традиции, устраивая для народа зрелища и угощения. Подкармливание и развлечение люмпен-пролетариата оставалось политической необходимостью. Сами императоры понимали эту необходимость, создав особых должностных лиц для организации зрелищ («прокураторы игр», procuratores ludorum, munerum). (Об алиментарной системе и об увеличении раздач хлеба, вина и масла говорилось выше).

Любимым развлечением римской толпы оставались: представления мимов, травли зверей, гладиаторские игры и особенно состязания колесниц. Последние превратились у римлян в настоящую манию, после того как возничих стали одевать в одежды разного цвета. Так, среди зрителей появились «партии» «красных», «зеленых» и «голубых». Заключались пари и проигрывались огромные суммы; между партиями происходили иногда целые побоища. В поздней империи цирковые партии стали даже суррогатами политических партий. Любимые воз-

__________

* Например, его знаменитое восхождение на вершину Этны, чтобы наблюдать оттуда восход солнца.

578

ничие и гладиаторы пользовались колоссальной популярностью: их портреты рисовали на стенах и на сосудах, женщины сходили по ним с ума.

Другим видом развлечений были купальные заведения (термы), которые массами стали появляться в Риме с эпохи Августа. Праздные римляне проводили в этих своеобразных клубах целые дни. Адриану даже пришлось в интересах деловой жизни ограничить время открытия терм определенными часами.

Муниципии старались во всем подражать столице. Магистраты и августалы стремились превзойти друг друга в тратах на постройки и на развлечения для народа. Не было ни одного провинциального города, где бы отсутствовали общественные бани, театр или амфитеатр. Впрочем, кровавые гладиаторские бои и травли зверей мало привились в восточной половине Средиземноморья. Зато на Западе и в северной Африке даже туземные города, не говоря уже о римских колониях, следовали в этом отношении дурному примеру столицы.

Сельское хозяйство. Развитие колоната

Сельское хозяйство продолжало оставаться основой экономики как Италии, так и провинций. Если тем не менее мы говорим о нем в конце нашего очерка, посвященного анализу социально-экономических явлений эпохи империи, то лишь потому, что в области аграрных отношений по преимуществу выступали симптомы кризиса рабовладельческой системы хозяйства.

В Италии массовые земельные конфискации конца республики в пользу солдат* могли привести к некоторому ослаблению крупного землевладения. Однако это явление не следует преувеличивать. Далеко не все ветераны действительно возвращались к земледелию. Многие из них, отвыкнув от сельского хозяйства и деревенской жизни, предпочитали оставлять свои участки в руках старых собственников, довольствуясь получением с них арендной платы. Кроме этого, новые собственники часто продавали свои участки либо старым владельцам, либо богатым горожанам, стремившимся вложить свои сбережения в землю. Таким образом, к началу империи фактические положение вещей мало изменилось.

Но если даже земельные пертурбации I в. до н. э. и привели к временному ослаблению латифундиального хозяйства и усилению среднего и мелкого землевладения, то очень скоро

__________

* Считают, что 120 тыс. наделов было роздано Суллой, 80 тыс. — Цезарем и 170 тыс. — Октавианом.

579

процесс концентрации земли снова выдвинул на первое место крупное хозяйство и крупные земельные владения.* Во всяком случае, уже в середине I в. н. э. литературные источники снова говорят о латифундиях и о том, какую угрозу они несут Италии. Таково известное свидетельство Плиния Старшего:** «Говоря по правде, латифундии погубили Италию, а также и провинции». Петроний в «Сатириконе» (см. гл. IX) рисует фигуру вольноотпущенника Тримальхиона, который был так богат, что его владения «птице не облететь, зверю не обежать». У него было столько рабов, что едва ли и десятая часть их знала в лицо своего хозяина. Конечно, Тримальхион — карикатура, и его богатства в огромной степени преувеличены. Но если в художественной литературе мог появиться такой образ, то, очевидно, в основе его лежали какие-то реальные факты.**

Большую ценность для суждения о сельском хозяйстве Италии середины I в. представляет сочинение Колумеллы «О сельском хозяйстве» (эпоха Нерона). В предисловии он пишет:

«Я слышу, как часто у нас первые люди в государстве обвиняют то землю в бесплодии, то климат в давней и губительной для урожаев неравномерности. Некоторые даже как бы смягчают эти жалобы ссылкой на определенный закон, земля, по их мнению, усталая и истощенная роскошными урожаями старых времен, не в силах с прежней щедростью доставлять людям пропитание. Я уверен... что эти причины далеко отстоят от истины... Я думаю поэтому, что дело не в небесном гневе, а скорее в нашей собственной вине. Мы отдаем сельское хозяйство, как палачу на расправу, самому негодному из рабов, а при наших предках им занимались наилучшие люди и наилучшим образом».

Этот отрывок представляет интерес в двух отношениях: во-первых, в нем содержится прямое указание на кризис, который переживало в I в. сельское хозяйство Италии; во-вторых, Колумелла указывает и на его причину, считая таковой рабство. В другом месте своего произведения (I, 7) он объясняет, почему не выгодна обработка полей рабским трудом:

«Рабы дают за деньги господский скот для работы на стороне, пасут и рабочий и остальной скот плохо, дурно пашут землю; показывают при посеве гораздо больший против настоящего расход семян; они не заботятся о том, чтобы семена, брошенные в землю, дали богатый урожай; а свезя его на гумно, они даже уменьшают его количество во время молотьбы либо утайкой его части, либо небрежной работой. Ибо они и сами крадут зерно и от других воров плохо его оберегают. Наконец, при уборке зерна в амбар они неправильно показывают его количество в счетной записи. Таким образом, как управляющий, так и рабы мошенничают, а поле приходит

__________

* Значительная часть последних лежала под пастбищами или являлась охотничьими и парковыми заповедниками.

** Естественная история, XVIII, 35.

*** Жалобы на рост крупных поместий и поглощение ими мелких в изобилии разбросаны в литературе I в. Мы встречаем их у Сенеки. Ювенала и др. Правда, они не лишены риторических прикрас.

580

в негодное состояние. Поэтому, как я уже сказал, такое имение, которое лишено частого присутствия владельца, необходимо сдавать в аренду».

В связи с этим Колумелла уделяет много внимания колонам, мелким свободным арендаторам земли. Это место (I, 7) очень важно, так как из него мы узнаем, каково было положение колонов в середине I в.:

«Владелец имения должен прилагать тщательную заботу ко всем прочим статьям имения, в особенности же к находящимся в нем людям. Эти последние распадаются на два разряда: на колонов и рабов, незакованных и закованных. К колонам он должен относиться снисходительно и стараться идти им навстречу в их нуждах; он должен быть более требовательным к их работе, нежели к платежам... Но и господин не должен слишком настаивать на своем праве и обязательствах, наложенных на колона, как, например, на точном соблюдении сроков платежей, доставке дров и прочих мелких обязанностях колона... Также и Люций Волузий, бывший консул, человек чрезвычайно богатый, еще на моей памяти утверждал, что то поместье находится в самых счастливых условиях, при котором имеются колоны, издавна живущие в этой местности, как бы по наследству перешедшие к владельцу и связанные с ним близкими отношениями с самого рождения».

Сравнивая с Колумеллой в этом вопросе более ранних аграрных писателей, Катона и Варрона, мы нигде не найдем у них, чтобы сдача земли мелкими участками в аренду играла сколько-нибудь заметную роль в хозяйстве. Очевидно, к эпохе Колумеллы состояние рабочей силы в Италии изменилось. Сокращение внешних войн должно было отразиться на количестве рабов. Рабский труд стал дороже, а это заставило обратить внимание на его низкую производительность и попытаться найти ему замену.*

Однако и сдача в аренду не могла радикально улучшить положение дел. Сам Колумелла признается, что труд колонов в сущности немногим отличается от труда рабов:

«Однако если климат и почва удовлетворительны, то личное хозяйничанье владельца всегда принесет больше дохода, чем сдача в аренду колонам; даже хозяйство через посредство вилика дает больший результат, при условии, конечно, что вилик не окажется небрежным и алчным рабом... Однако в имениях отдаленных, которые владелец не может навещать часто, обработку всякого поля предпочтительнее поручать свободным колонам, чем рабу-вилику; это правило в особенности относится к полям, засеянным хлебом, которым колон может гораздо меньше принести вреда, чем виноградникам или садовым насаждениям; рабы же и этим полям приносят величайший вред».**

Это чрезвычайно ценное признание. Оно говорит о том, что система рабства настолько подорвала производительные силы

__________

* Характерно, что Колумелла уделяет гораздо больше внимания физическому состоянию рабов и их материальному положению, чем его предшественники. Он много занимается вопросом о том, как мерами поощрения стимулировать труд рабов и повысить их рождаемость.

** О сельском хозяйстве, I, 7.

581

Италии, привела рабочую силу к такой деградации, что свободный труд уже не мог спасти положения. Непривычка к систематическому производительному труду, паразитическая нетрудовая психология, экономическая маломощность мелких земельных собственников, их текучесть делали труд колонов крайне недостаточным эквивалентом труда рабов. Само собой разумеется, что переход к свободному наемному труду в сколько-нибудь широких размерах был совершенно невозможен в условиях рабства вообще и в обстановке первого века империи в частности. Спорадическое применение наемного труда в последние столетия республики теперь становилось все более редким, ибо последние остатки наемных рабочих неуклонно деградировали в сторону люмпен-пролетариата.*

Таким образом, в I в., судя по литературным источникам, Италия переживала аграрный кризис. О кризисе говорит и аграрная политика императоров, начиная с Тиберия и кончая Нервой. Конечно, кризисные явления не выступали еще вполне отчетливо и равномерно на всем протяжении I в. и захватывали не все хозяйство. Рядом с ними можно констатировать такие факты, как хорошее, в общем и целом, состояние италийского виноделия и маслоделия (оливководства). Колумелла считал, что лучшим вложением денежного капитала является виноградник. Растущий спрос столицы на вино и масло не смог быть полностью удовлетворен импортом из провинций. Тонкие сорта виноградных вин и оливкового масла, конкурировавшие с лучшими греческими сортами, доставляла Италия, в частности Кампания и Лаций. Торговля с дунайскими областями стимулировала виноделие в долине р. По.

Большую роль в упадке сельского хозяйства Италии, в частности зерновых культур, помимо указанных выше общих причин, играла конкуренция некоторых провинций, где труд был более дешев, а почва еще сохраняла свое плодородие. Правда, Сицилия, которая в республиканскую эпоху была «житницей Италии», теперь потеряла свое значение. Даже ее необычайное плодородие не могло выдержать интенсивного применения рабского труда в течение столетий. Результатом явилось крайнее истощение почвы. Вдобавок к этому два больших восстания рабов сильно подорвали рабовладельческое хозяйство. Место Сицилии заняли Египет и северная Африка.

Август, захватив Египет и превратив его в свое личное владение, много сделал для поднятия египетского земледелия, пришедшего в упадок при последних Птолемеях. Была улуч-

__________

* Для повышения производительности труда рабов помещики-рабовладельцы также начали практиковать сдачу своим надежным рабам участков земли на правах колонов (псевдоколоны).

582

шена ирригационная система и увеличена площадь обрабатываемой земли. Под римским управлением Египет стал главным поставщиком зерна (пшеницы) для Италии. Система эксплуатации осталась прежней. Основную массу непосредственных производителей составляло, как и при Птолемеях, туземное крестьянство, которое принудительно должно было «арендовать» императорскую землю за уплату значительной части урожая.

В северной Африке (Тунисе) интенсивная римская колонизация при Цезаре и Августе создала большое количество средних и мелких земельных собственников. Но и там в середине I в. существовали крупные поместья римских богачей, о чем говорит Плиний Старший: «Половина Африки принадлежала шестерым владельцам к тому времени, когда император Нерон казнил этих последних».* Этот акт переменил титул собственности, но не изменил характера землевладения: крупные частные имения превратились в такие же крупные императорские «сальтусы». Тем не менее в северной Африке, по-видимому, преобладал тип среднего поместья, принадлежавшего римскому собственнику и обрабатывавшегося частью рабами, главным же образом колонами из местного населения. Плодородные речные долины Туниса и Алжира, наряду с Египтом, стали главными поставщиками пшеницы в Италию. В более сухих районах этих областей успешно культивировалось оливковое дерево. Земледелие северной Африки было обязано своими успехами прекрасной системе искусственного орошения.

Южная Галлия была главным провинциальным центром виноградарства. Восточное и южное побережья Испании также производили вино для вывоза, хотя там особенное распространение получило разведение оливки.

Для провинциального земледелия I в. империи характерен относительно меньший удельный вес рабского труда по сравнению с Италией и преобладание различных форм свободной и полусвободной аренды (особенно на Востоке). Явления аграрного кризиса выступают там позднее, чем в Италии.

Во II в. политика Антонинов свидетельствует о попытках борьбы с усиливающимся кризисом в Италии. Возможно, что алиментарная система и связанная с ней организация дешевого кредита принесли некоторое облегчение мелким землевладельцам. Но эти меры являлись паллиативом, не способным остановить процессы неуклонной экономической и социальной деградации италийского крестьянства.

Для характеристики состояния земледелия и положения колонов в конце I и начале II в. драгоценным материалом слу-

__________

* Естественная история, XVIII, 35.

583

жат письма Плиния Младшего. Он был крупным землевладельцем, имевшим несколько поместий в разных частях Италии. Заботливый хозяин, Плиний встревожен рядом зловещих симптомов. Цены на землю в Италии сильно упали, очевидно, в результате длительного аграрного кризиса. Купить имение не представляет большого труда. Но найти рабочие руки является весьма сложной проблемой. Рабов для обработки земли недостаточно, и приходится сдавать ее в аренду колонам. Однако отыскать подходящих съемщиков чрезвычайно трудно. Большинство их маломощно. Они принуждены брать ссуды у владельцев земли под залог своего инвентаря. Продажа этого залога кредитором временно погашает долг, но зато совершенно разоряет колона. Возрастающая с каждым годом задолженность колонов лишает их бодрости и уверенности в завтрашнем дне. Они впадают в отчаяние и перестают заботиться о выплате своих долгов. Производительность их труда падает, они не щадят инвентаря и расхищают урожай, считая, что для себя им все равно нечего беречь.

Какой же отсюда выход? Плиний думает, что единственным спасением является отказ от денежной аренды и переход на аренду из части урожая.*

Такова картина дальнейшей эволюции аграрных отношений Италии, нарисованная внимательным наблюдателем, не теоретиком, но хозяином-практиком, хорошо знавшим италийские условия. По сравнению с временем Колумеллы, мы находим значительное ухудшение. Те явления, которые в середине I в. только намечались, теперь получили дальнейшее развитие: доходность сельского хозяйства падает, количество рабочих рук уменьшается, население нищает. Колоны все больше попадают в экономическую зависимость от владельцев земли. Эта зависимость еще не перерастает в закабаление как массовое явление. Но, очевидно, до этого оставался только один шаг.

Развитие колоната во II в. особенно ясно можно проследить в императорских поместьях (сальтусах). Они существовали главным образом в провинциях. Крупные императорские владения образовались, с одной стороны, благодаря экономическим причинам (концентрации земли), с другой же стороны и преимущественно — в силу политических моментов. Конфискации эпохи террористического режима заложили основу огромных земельных богатств римских принцепсов. Эта основа в дальнейшем была расширена путем покупки» дарения, наследования, освоения новых земель и т. д. Императоры проводили здесь сознательную политику укрепления своей хозяйственной мощи и независимости. К эпохе Антонинов императорский домен по-

__________

* Плиний Младший, Письма, III, 19; VII, 30; IX, 37.

584

лучил стройную организацию путем издания особых уставов (leges), которыми определялся порядок управления сальтусами и внутренние отношения лиц, находившихся на их территории.

Группы императорских .имений объединялись в особые округа. В административном отношении они были совершенно независимы от муниципиев. Во главе каждого округа стоял прокуратор, а каждый сальтус сдавался на откуп главному съемщику (кондуктору). Последний либо обрабатывал землю сам, руками, своих. рабов, либо сдавал ее в аренду колонам (субаренда). Чаще всего встречалась комбинация той и другой формы. Отношения между кондуктором и колонами регламентировались уставом. Как правило, колон должен был уплачивать от 1/4 до 1/3 урожая и, кроме. того, отрабатывать по 6 дней в году в пользу съемщика или владельца земли.

Документы конца II в. говорят об ухудшении положения колонов в императорских сальтусах. Такова, например, .жалоба колонов Бурунитанского сальтуса императору Коммоду (180 — 192 гг.). Колоны слезно жалуются на притеснения кондуктора, который нарушает устав, произвольно увеличивает платежи и отработки, прибегает к насилиям и т. п.

Проживавшие в императорских и частновладельческих имениях колоны во II в. юридически были еще свободны. По окончании срока аренды (обычно пятилетней) они могли оставить поместье. Но эта возможность в большинстве случаев являлась призрачной. Фактически колоны были связаны недоимками и долгами и до их уплаты не могли прекращать аренды. Их зависимость от собственника земли или от кондуктора увеличивалась еще тем обстоятельством, что в большинстве случаев у мелких арендаторов не было своего инвентаря и рабочего скота, и они принуждены были брать это у хозяев. Таким образом, фактически колоны оказывались прикрепленными к поместью, делались его неотъемлемой частью. Если имение переходило к другому собственнику, оно передавалось вместе с инвентарем, рабами и долгами колонов.

Эволюция рабства

Колонат был своеобразной формой эксплуатации в сельском хозяйстве, идущей на смену «чистому» рабству, и хотя последнее в первые два века империи еще продолжало играть довольно значительную роль, однако показателем его прогрессирующего упадка было изменение положения рабов, которое хорошо можно проследить по источникам.

Во времена Катона, в эпоху максимального развития рабства, когда рабы в Италии стоили очень дешево, на здоровье

 
585

раба не обращали никакого внимания. Катон дает много советов, как ухаживать за рабочим скотом, как лечить волов, о лечении же рабов мы не найдем у него ни слова. Больных или старых рабов он рекомендует продавать.

Столетие спустя, при Варроне, рабы все еще продолжают считаться «говорящими орудиями». Однако Варрон уже начинает проявлять некоторую заботу о размножении рабов и о том, как стимулировать их труд мерами поощрения.*

Колумелла идет еще дальше в этом направлении. Помещения для рабов он советует устраивать как можно лучше в санитарном отношении. Он неоднократно подчеркивает, что владелец должен проявлять величайшую заботу о находящихся в имении людях, в том числе и о рабах. Поднятие производительности труда в I в. н. э. становится центральной проблемой. Колумелла уделяет много внимания вопросу о том, как заинтересовать рабов в их подневольном труде:

«В отношении рабов следует придерживаться следующих правил, в соблюдении которых я никогда не раскаивался, с рабами, приставленными к сельским работам, отличающимися хорошим поведением, я разговариваю чаще и непринужденнее, чем с рабами, занятыми личным услужением; видя, что ласковое обращение господина позволяет им легче переносить их непрерывный труд, я иногда шучу с ними и допускаю шутки с их стороны. Часто даже я советуюсь с ними, как бы с людьми более опытными, насчет новых работ, и таким путем узнаю характер каждого и степень сообразительности».**

Чтобы повысить рождаемость рабов, Колумелла допускает ряд льгот по отношению к многодетным рабыням:

«Тех из рабынь, которые отличаются большей плодовитостью и которым приличествует некоторое отличие ради их потомства, мы освобождаем от работ, а иногда и отпускаем их на свободу, если они являются матерями многих детей. В самом деле, какая имеет трех детей, той дается право на освобождение от работ, какая же имеет больше, той дается свобода» (I, 19).

Некоторое улучшение положения рабов в эпоху империи проявлялось также в росте пекулия и вольноотпущенничества. «Пекулием» (peculium — от pecus (скот)) в Риме называли то имущество, которое глава семьи (pater familias) условно передавал в собственность лицам, находившимся под его властью: сыновьям, вольноотпущенникам или рабам. Во времена республики рабовладельцы, особенно из сенаторского сословия, широко использовали право пекулия для организации разного рода предприятий: торговых, ремесленных и др. Зависимые лица вели эти предприятия самостоятельно, уплачивая господину определенный «оброк».

__________

* О сельском хозяйстве, II, 1, 26; 1, 17.

** О сельском хозяйстве, I, 14 — 15.

586

Пекулий был выгоден в первую очередь рабовладельцам, так как давал им возможность, избавившись от непосредственных хозяйственных забот и переложив их на плечи вольноотпущенников и рабов, стимулировать труд последних, расширять свое хозяйство и поднимать его доходность. Но пекулий представлял известные выгоды и рабам, так как давал им некоторую относительную самостоятельность. Рабы с помощью пекулия могли сделать личные сбережения и, выкупившись у своего господина, перейти в сословие вольноотпущенников.

При империи практика пекулия получила широкое развитие в связи с начавшимся кризисом рабовладения. Наряду с колонатом расширение пекулия являлось попыткой поднять рабовладельческое хозяйство на более высокую ступень. На правах пекулия рабам передаются теперь преимущественно земельные участки. Таким образом, рабы, посаженные на землю и переведенные на «оброк», превращаются «как бы в колонов» (псевдоколоны) .

Мы уже не раз говорили об огромном росте вольноотпущенничества, начиная с конца республики. Непосредственной причиной этого была гибель старой аристократии. Но в то же время здесь проявлялись более глубокие процессы распада всей рабовладельческой системы. Рабы становились непроизводительной обузой хозяйства. Переводя их в разряд вольноотпущенников, рабовладельцы могли целесообразнее использовать их труд и хозяйственную инициативу. Колонат, пекулий и вольноотпущенничество в эпоху империи были явлениями одного порядка. Они преследовали цель создать в рамках существующих рабовладельческих отношений более смягченную, а следовательно, более рациональную форму эксплуатации. Однако пока система рабства сохранялась в своих основных чертах, все эти попытки оставались паллиативами, не способными принести коренное улучшение.

Эволюция рабства в сторону его смягчения выступает также в улучшении правового положения рабов. С империи начинаются попытки законодательным путем ограничить произвол рабовладельцев и устранить наиболее уродливые формы рабства. Это законодательство открывает император Клавдий. Мы читаем в его биографии:

«Тех больных или слабых рабов, которых господа отправляют на о-в Эскулапа,* не желая их лечить, постановил считать свободными; они могут не возвращаться к господам, если выздоровят. Кто убьет больного или слабого раба вместо того чтобы отправить его на остров, отвечает как за убийство».**

__________

* Остров на Тибре.

** Светоний, Клавдий, XXV.

587

При Нероне по закону Петрония было запрещено посылать рабов на борьбу с дикими зверями без судебного решения магистрата.*

Адриан

«запретил господам убивать рабов и приказал, чтобы их осуждали по суду, если они того заслуживают; также запретил без достаточного основа ния продавать рабов в гладиаторы, а рабынь — в публичный дом».**

При Антонине Пии беспричинное убийство своего раба было приравнено к убийству чужого. Рескриптом на имя одного провинциального наместника император разъяснил, что в тех случаях, когда чрезмерная жестокость господина заставляет рабов искать убежища у статуи императора, то по расследовании дела рабов не следует возвращать к господину.***

В римском праве получает распространение взгляд, что хотя рабство и является узаконенным социальным институтом, однако оно противоречит «природе».

«С точки зрения гражданского права, — пишет Ульпиан,**** — рабы считаются ничем. Однако не так по естественному праву. С точки зрения последнего все люди равны».*****

Обострение социальных противоречий и подготовка общего кризиса империи

Однако смягчение формы эксплуатации вовсе не означало понижения нормы, т. е. степени эксплуатации. Наоборот, чем более углублялся кризис рабовладельческого хозяйства, тем сильнее проявлялось стремление рабовладельцев усилить эксплуатацию. В эпоху расцвета рабства бытовое и правовое положение рабов было, как мы знаем, чрезвычайно тяжелым. Раб являлся вещью, его сил и здоровья не щадили, с ним обходились хуже, чем с рабочим скотом. Но так как рабов было много, то количество прибавочного продукта, которое падало на долю каждого из них, было относительно невелико. «Городская фамилия» рабовладельца, в сущности, ничего не делала и вела паразитическое существование. Даже рабы, занятые производительным трудом, работали спустя рукава, ленились, старались всеми способами увильнуть от работы, и поэтому интенсивность их труда была очень низка.

Положение стало меняться в эпоху империи. Число рабов сокращалось, а количество нетрудовых элементов среди сво-

__________

* Дигесты, XLVIII, 8, 11. Дигесты — важнейшая часть кодекса Юстиниана.

** Scriptores Historiae Augustae, Hadrianus, 18.

*** Дигесты, I, 6, 1 — 2.

**** Знаменитый римский юрист начала III в. н. в.

***** Дигесты, L, 17, 32.

588

бодного населения увеличивалось. Намечался серьезный кризис рабочей силы. Этот кризис происходил на фоне общего упадка производительных сил центральных районов империи, больше всего истощенных в предшествующий период. Этим были вызваны попытки рабовладельцев поднять производительность труд» рабов и колонов.

Поэтому на протяжении первых двух столетий империи положение трудящихся масс неуклонно ухудшалось. Если, с одной стороны, рабы частично переводились на «оброк» и превращались в «псевдоколонов», если улучшалось их правовое положение, то, с другой стороны, общий материальный уровень их жизни понижался (за исключением той небольшой категории рабов, которым удавалось с помощью личных сбережений выкупиться на свободу). Мелкие арендаторы разорялись и шли к полному закабалению.

Сюда присоединялись гнет имперского аппарата, увеличение армии, рост налогов, злоупотребления чиновников и проч. -Будучи выражением общего кризиса рабовладельческой системы, эти политические явления в свою очередь влияли на экономику, углубляя кризис.

Кризис вызывал обострение социальных противоречий. В то время как на одном общественном полюсе происходила концентрация земельных богатств в руках императора, сенаторской знати, богатых вольноотпущенников, высшего чиновничества, в то время как росло благосостояние верхней прослойки городского населения провинций, — в это же самое время на другом полюсе происходила концентрация нищеты. Рабы, колоны, мелкие торговцы и ремесленники медленно, но неуклонно катились в пропасть разорения и голода. Росло их отчаяние, чувство ненависти к богачам, чиновникам, к римскому государству вообще.

Это был длительный процесс, растянувшийся на два столетия. Кризис подготовлялся медленно и незримо, в самых недрах римского общества. Но зато когда он принял открытую форму, он разразился тем неожиданнее и ужаснее.

Когда мы говорим о внутренних явлениях, происходивших в рабовладельческом обществе, в особенности о явлениях кризисных, мы не должны забывать об одной важной особенности всякого общества, основанного на рабстве: об окружавшей его «варварской» периферии. Это варварское окружение в период возникновения и развития рабовладельческой системы являлось одной из важнейших предпосылок ее существования, поскольку главный контингент рабов вербовался именно из варваров. Но в эпохи кризиса варварская периферия играла другую роль. Как только в результате кризиса начали слабеть военные силы рабовладельческого общества, варвары перешли

 
589

в наступление. Те, кто раньше являлся чаще всего только пассивным объектом эксплуатации, теперь начали становиться страшной угрозой для эксплуататоров. Нападения варваров углубляли внутренний кризис общества, и дело окончилось его гибелью. Ниже мы увидим, что первое открытое проявление кризиса империи при Марке Аврелии было вызвано ударом со стороны варваров.

Однако прежде чем мы перейдем к этому периоду, нам нужно остановиться на явлениях духовной культуры первых двух столетий империи.

 

 

На главную страницу | Оглавление | Предыдущая глава | Следующая глава