Публикации Центра антиковедения СПбГУ


А. П. Кулакова
Клазомены и Северное Причерноморье
(к вопросу о skopaiv Klazomenivwn Страбона)


Мнемон
Исследования и публикации по истории античного мира.
Под редакцией професора Э.Д. Фролова. Выпуск 2. Санкт-Петербург, 2003.
- 297 -

Как известно, метрополией подавляющего большинства севернопричерноморских поселений был Милет. Очевидно, что людских ресурсов одного города для такой активной колонизационной деятельности было совершенно недостаточно: Милет скорее представлял собой центр, аккумулирующий переселенцев из остальной Ионии, которые, влившись в милетский колонизационный поток, легко в нем растворялись, по большей части не оставляя упоминаний о себе в письменных источниках. Относительно широкую самостоятельную колонизационную политику проводили помимо Милета только два ионийских государства: Фокея и Самос.

Тем более интересно то обстоятельство, что в ионийском колонизационном движении не теряются клазоменцы - жители среднего размера поселения в глубине Смирнейского залива. Список колонизационных предприятий этого ионийского полиса очень незначителен.1 Свои непосредственные

- 298 -

владения клазоменцы округлили за счет лежащего на материке городка Хита (Steph. Byz. s. v. Cuvton; Herod. I, 389, 38 Lentz) и, по-видимому, соседних островов Марафуссы, Пелы и Дримуссы (Thuc. VIII, 31). Фукидид говорит о принадлежавшем Клазоменам материковом поселении под названием "Polivcnh" (Thuc. VIII, 14; 23) (Полихну, не уточняя, правда, происхождение этого города, упоминают также Страбон (XIII, 1, 45, p. 603) и Стефан Византийский (s. v. Polivcnh), помещая ее в долине реки Эсепа). Псевдо-Скимн (698-699 Mьller) и Страбон (VII, fr. 51) называют Кардию - крупный город на Херсонесе Фракийском - совместной колонией милетян и клазоменцев. Клазоменский элемент оказался в данном случае достаточно значителен для того, чтобы имя клазоменцев сохранилось в источниках. Геродот говорит и об участии Клазомен в основании Навкратиса (II, 178), причем клазоменское присутствие в Египте подтверждается довольно многочисленными находками характерной керамики. Древние авторы сохранили также сведения о попытке клазоменцев закрепиться в Абдерах (Her. I, 168; Solin. X, 10), оказавшейся, правда, неудачной - первые поселенцы были изгнаны фракийцами и город уже повторно был заселен выходцами из Теоса.

Сообщения о проникновении клазоменцев в Северное Причерноморье столь же фрагментарны. Многие исследователи обращались к этим фрагментам при рассмотрении тех или иных сюжетов, связанных с греческой колонизацией Северного Причерноморья, однако, объектом детального анализа они не становились. Единственным исключением является, пожалуй, статья С. Р. Тохтасьева, в которой он подробно останавливается на двух кратких сообщениях Плиния и Страбона, касающихся клазоменского присутствия в районе Танаиса.2

- 299 -

Плиний утверждает, что Танаисом владели сначала карийцы, затем клазоменцы и меоны и только после этого пантикапейцы: "Tenuere ... primo Cares, dein Clazomeni et Maeonis, postea Panticapaeenses" (Nat. Hist., VI, 20). Утверждение о первоначальном карийском поселении вызывает обоснованные сомнения, равно как и само представление о карийцах как о пионерах колонизации Причерноморья: безусловно, карийцы могли принимать участие в колонизационных предприятиях ионийских греков и, скорее всего, так оно и было, но их догреческая активность в районе Понта представляется очень маловероятной. При этом, как было отмечено еще А. А. Иессеном,3 традиция связывает карийцев прежде всего с западным побережьем Черного моря: их считали древнейшим населением Киоса и Сезама (Schol. ad Apol. Rhod., I, 1177; II, 943), на западном побережье расположена Карийская гавань (Arr. Per., 35), здесь сгруппированы характерные топонимы, оканчивающиеся на -hsso": Одесс, Салмидесс. В район же Северного Причерноморья карийцев помещает только Плиний. По всей видимости, древние писатели могли сделать вывод о присутствии карийцев в области Танаиса на основе ошибочного понимания упомянутого у Птолемея топонима "Karoiva kwvmh" (III, 5, 4), которую он помещает на севере Меотиды.4 Это предположение представляется тем более вероятным, что и исследователи нового времени подчас видят в Karoiva Птолемея свидетельство, подкрепляющее сообщение Плиния.5

- 300 -

Если задаться вопросом, на каком основании Плиний, а вернее его источник, мог сделать вывод о приоритете карийцев, а не меонов с клазоменцами, то определенное влияние на формирование этого представления могла оказать упомянутая выше традиция о догреческой карийской колонизации. Можно также вспомнить в этой связи список талассократов, если, конечно, принять исправление Дж. Майрса, ставящего карийцев на первое место, тогда как второе занимают как раз "Lydi, qui et Maeones" (лидийцы, которые также меоны).6

Гораздо больший интерес представляет указание на вторую группу переселенцев: клазоменцы и меоны. Связь между клазоменцами и жителями Лидии такая же, как между милетянами и карийцам. Клазомены входили в число полисов, географически и политически тяготевших к Лидии и тесно с ней связанных, поэтому участие меонов в колонизационном предприятии клазоменцев представляется вполне возможным. Правда, следов клазоменского поселения, предшествующего нормальной апойкии, выведенной в III в. до н. э., на территории собственно Танаиса не обнаружено. Но Плиний говорит не непосредственно о городе, а о "finitima" - пограничной территории, сопредельной области, то есть о клазоменском присутствии где-то в области Танаиса, необязательно на месте позднейшего поселения.

Наиболее вероятным временем появления клазоменцев в области Танаиса следует признать середину VI - начало V в. до н. э. Уже со второй четверти VI в. до н. э. (начало массовой колонизации Причерноморья) североионийская керамика начинает

- 301 -

преобладать над продукцией южных центров,7 что скорее всего указывает на участие в колонизационном потоке значительных групп переселенцев из североионийских центров, в число которых, безусловно, входили и клазоменцы. Древние авторы оставили нам сообщения о том, что из страха перед персами, подчинившими себе Ионию, клазоменцы переселились с материка на близлежащий остров (Paus. III, 8, 9). Произошло это скорее всего уже во время Ионийского восстания, когда, по словам Геродота, Клазомены были захвачены персами (V, 123) - видимо, Геродот здесь говорит о материковой части города.8

Клазоменское присутствие в районе Танаиса, как кажется, подтверждается параллельной традицией. Страбон, описывая северное побережье Меотиды, начиная от Танаиса, говорит "ejn de; tw`/ paravplou touvtw/ kai; skopaiv tine" levgontai Klazomenivwn" - "а на этом пути, говорят, есть и какие-то наблюдательные пункты клазоменцев" (Strab. XI, 2, 4, p. 494).9 Если указание на клазоменское присутствие на побережье Меотиды бесспорно, то вопрос о конкретных формах этого присутствия не столь ясен. Судя по употреблению неопределенного местоимения tine" и безличного оборота "говорят" (levgontai), и сам Страбон, а вернее, его источник, точно не знал, что же именно представляли собой эти "skopaiv", получив, видимо, не вполне ясную информацию.

- 302 -

Обычно в skopaiv Klazomenivwn Страбона видят вышки, использовавшиеся для наблюдения за ходом рыбы.10 Только Хр. Данов предположил, что речь в данном случае идет о топониме: по его мнению, "Клазоменские башни" - название поселения, основанного здесь клазоменцами.11

Гипотеза Хр. Данова, увидевшего в skopaiv Klazomenivwn название клазоменской колонии, безусловно, должна быть отвергнута, как противоречащая грамматической конструкции предложения: от levgontai зависит nominativus duplex - skopaiv tine" - (sc. skopaiv) Klazomenivwn, что делает невозможным понимание skopaiv Klazomenivwn как топонима. Учитывая структуру всего пассажа, начинающегося также со слов ejn de; tw'/ paravplou, и последнюю фразу предыдущего параграфа, под "этим путем" следует понимать все огромное расстояние от входа в Меотиду до Киммерика, на котором, таким образом, оказываются разбросаны эти skopaiv. Кроме того, обычно наш автор высказывается более определенно, указывая, о чем именно идет речь: поселении, мысе, острове.

Возвращаясь к первому предположению, следует признать, что оно более соответствует контексту всего рассматриваемого фрагмента, где речь идет о рыбных богатствах этой местности и развитости здесь рыболовства. Во многом подобное предположение базируется на убежденности в том, что Страбон почти дословно

- 303 -

переписывал свои источники, не подвергая их сколько-нибудь значительным изменениям. В таком случае в общем контексте, действительно, упоминание рыболовных вышек было бы вполне уместно. Однако, не говоря о том, что предположение о столь тщательном следовании Страбоном своим источникам может быть оспорено,12 в любом случае этого соображения общего рода явно недостаточно для безоговорочного признания страбоновых skopaiv Klazomenivwn рыболовными вышками.

"'Skophv" или "skopiav" означает вообще наблюдательный пункт - какое-либо высокое место, как естественного, так и искусственного происхождения, с которого можно вести наблюдение. Собственно вышки для наблюдения за ходом рыбы назывались "qunnoskopiva" и "qunnoskopei`on", что говорит о том, что использовались они преимущественно или исключительно для ловли тунца. Во всяком случае, древние авторы упоминают подобные наблюдательные пункты только при описании лова этой рыбы,13 хотя рыболовные вышки могли использоваться и при промысле любой другой рыбы, мигрирующей большими косяками. Поэтому утверждения некоторых исследователей об использовании наблюдательных вышек при ловле другой рыбы: сельди, хамсы14 - представляются не вполне обоснованными, хотя и правдоподобными.

Употребление в этом специальном значении просто "skophv" возможно: Syll., III, 1000, l. 10 (ср. также

- 304 -

skopiavzw в значении "наблюдать за ходом рыбы" в IGRom. I, 817, l. 8). Однако сам Страбон, трижды упоминая подобные сооружения, использует именно специальные термины "qunnoskopiva" и "qunnoskopei`on". При этом он всякий раз подробно описывает местоположение вышки: две из них расположены на италийском побережье, причем на очень небольшом расстоянии друг от друга: возле Популония (V, 2, 6, p. 223) и близ Косс, города, следующего за Популонием (V, 2, 8, p. 225), и одна на североафриканском побережье "возле мыса Аммона Балифона" (XVII, 3, 6, p. 834). Особенно интересно дополнительное замечание при описании косской рыболовной вышки: "Ведь тунцы следуют вдоль берега не только за морским желудем, но и за багрянкой, начиная ход из Внешнего моря и даже до Сицилии". Оно указывает на весьма высокий уровень развития промысла тунца: известны миграции тунца, моллюски, которыми он питается. Более того, Страбон подробно описывает местоположение каждой из упомянутых вышек, представляя их как некую достопримечательность. Таким образом, наш автор оказывается прекрасно осведомлен об особенностях промысла тунца.

Дополнительные трудности создает неопределенное местоимение tine" - "какие-то". Неясно, добавил ли его сам Страбон, либо почерпнул из своего источника. В любом случае его присутствие указывает на то, что Страбон не отождествлял эти загадочные сооружения с хорошо знакомыми ему рыболовными вышками. Далее, если Klazomenivwn в этом контексте указывает на принадлежность вышек клазоменцам, то последние должны были основать здесь либо постоянные поселения, либо сезонные рыболовецкие станции - выловленная рыба нуждалась в немедленной обработке: вялении, мариновании, засолке. Но дополнительные данные о развитом рыбодобывающем и рыбообрабатывающем промысле,

- 305 -

основанном Клазоменами на Меотиде, на сегодняшний день отсутствуют. Да и едва ли именно рыбные богатства могли завлечь клазоменцев так далеко от родного полиса, в то время как их собственные воды были достаточно богаты рыбой, причем как раз тунцовыми.15 Таким образом, бытующее представление о skopaiv Klazomenivwn как о вышках для наблюдения за ходом рыбы нельзя признать удовлетворительным.

Страбон еще дважды упоминает skopaiv, не давая никаких дополнительных указаний на то, что именно собой представляют эти наблюдательные пункты: Dhmhtrivou skopiaiv - "Наблюдательные пункты Деметрия" на Аравийском побережье (XVI, 4, 9, p. 771) и Levonto" skophvv - "Наблюдательный пункт льва" на побережье Эфиопии (XVI, 4, 14, p. 774). Конечно, прямые аналогии здесь не вполне уместны: безусловно, Страбон пользовался разными источниками при составлении описания побережья Меотиды и Красного моря; кроме того, наш фрагмент несколько выпадает из приведенного ряда в силу указания Страбона на неопределенность полученных им сведений. В двух последних примерах Страбон с одной стороны не приводит каких-либо дополнительных сведений о том, что же именно представляют собой эти skopiaiv, и в то же время не дает никаких неопределенных указаний, из чего следует, что в данном случае это известно. Во всяком случае, отождествлять эти skopiaiv с рыболовными вышками не представляется возможным.

Интересно отметить, что Птолемей, описывая аравийское побережье, упоминает мыс Dhmhtrov" skopiav" - мыс наблюдательного пункта Деметры (IV, 7, 5). У Птолемея речь идет о Деметре, а о не Деметрии, skopiav в единственном числе, а не во множественном, и сам мыс находится несколько севернее, чем Dhmhtrivou skopiaiv Страбона,

- 306 -

поэтому с уверенностью отождествить эти два топонима нельзя, но для нас важно другое. Мыс получил название от какого-то сооружения, скорее всего искусственного, и skopiav в данном случае можно перевести как "башня"; конечно, функциональное назначение этих сооружений остается для нас неясным. Но проблему страбоновых skopaiv Klazomenivwn можно, как кажется, рассматривать и в этом ракурсе - они могли представлять собой сторожевые башни, широко использовавшиеся клазоменцами, жившими в постоянном ожидании варварских нападений, и на родине; вполне возможно, что переселенцы воспроизводили на новом месте привычные им способы освоения территории. Во всяком случае, отождествление skopaiv Klazomenivwn с рыболовными вышками нельзя принимать как бесспорное.


Примечания


1 Полный перечень клазоменских колоний см.: Bilabel F. Die ionische Kolonisation. Leipzig., 1921. S. 212-213.(назад)
2 Тохтасьев С. Р. Scythica в трудах II Всесоюзного симпозиума по древней истории Причерноморья // ВДИ. 1984. № 3. (назад)
3 Иессен А. А. Греческая колонизация Северного Причерноморья, ее предпосылки и особенности. Л., 1947. С. 51.(назад)
4 Тохтасьев С. Р. Scythica... С. 134(назад)
5 См., например: Шелов Д. Б. Танаис и Нижний Дон в III-I вв. до н. э. М., 1970. С. 45.(назад)
6 Myres J. On the List of Thalassocracies // JHS. 1906. Vol. 26.(назад)
7 Walter-Karidi E. Samische Gefдsse des 6 Jahrhunderts v. Chr. Bonn, 1973. S. 77-81.(назад)
8 Не противоречат этому предположению и археологические материалы: Bean G. Klazomenai // PECS. P. 458. (назад)
9 В переводе Г. А. Стратановского почему-то "несколько наблюдательных пунктов". (назад)
10 См., например: Burchner L. Die Besiedlung der Kьsten des Pontos Euxeinos durch die Milesier. Kempten, 1885. S. 34; Гайдукевич В. Ф. Боспорское царство. М.-Л., 1949. С. 111 сл., 228; Шелов Д. Б. Танаис... С. 45.(назад)
11 Danov Chr. Pontos Euxeinos // RE. Suppl. IX. Sp. 1058. Едва ли может быть принято как удовлетворительное решение вопроса и осторожное предположение С. Р. Тохтасьева о том, что у Страбона речь может идти о каких-то навигационных знаках (Тохтасьев С. Р. Scythica... С. 134). (назад)
12 См.: Грацианская Л. И. "География" Страбона. Проблемы источниковедения // ДГ. М., 1986.(назад)
13 Подробно об этом см.: Steier. Thynnos // RE. Bd. VI. Hbbd. 11. Sp. 728; Keller O. Die antike Tierwelt. Bd. II. Leipzig, 1913. S. 386-389.(назад)
14 См., напр.: Гайдукевич В. Ф. Боспорское царство. С. 111; Лебедев В. Д., Лапин Ю. Е. К вопросу о рыболовстве в Боспорском царстве // МИА. 1954. № 33. С. 198.(назад)
15 О промысле тунца в Клазоменах см.: Keller O. Die antike Tierwelt. S. 385.(назад)

(c) 2003 г. А. П. Кулакова
(c) 2003 г. Центр антиковедения