Публикации Центра антиковедения СПбГУ


Л.П. Гороховская
Арсиноя IV, сестра Клеопатры


Мнемон
Исследования и публикации по истории античного мира.
Под редакцией професора Э.Д. Фролова. Санкт-Петербург, 2002. ISBN 5-288-03007-3
- 115 -

Величественная драма "заката Птолемеев" привлекала внимание не только многочисленных исследователей, но и поэтов и драматургов, композиторов и художников. На первом плане, естественно, находились протагонисты этой драмы - Клеопатра и Цезарь, Антоний и Октавиан. Уделялось внимание и таким фигурам, как Потин, Теодот, Ахилла, чья деятельность дала Цезарю повод вмешаться в египетские дела. Но наряду с ними действовали и другие персонажи, в значительной степени оставшиеся в тени главных действующих лиц. Среди них была и младшая сестра Клеопатры Арсиноя.

Арсиноя была дочерью Птолемея XII, гордо называвшего себя Богом, Филопатором, Филадельфом, Новым Дионисом, но подданными непочтительно прозванного Авлетом (Флейтистом). О годе рождения Арсинои ничего не известно. Известно лишь, что она была младшей из двух дочерей Птолемея XII, которые были живы ко времени его смерти (Caes. Bel. civ. III, 108). Возможно, что она была младше и старшего сына, но старше младшего. Поскольку самый младший Птолемей родился в 59 г. до н. э.1, а его брат - в 61 г.2, то можно думать, что Арсиноя появилась на свет в 60 г. до н. э. В таком случае к тому времени, когда она впервые выступила на историческую сцену, ей было бы всего 12 лет. Однако все рассказы об ее участии в войне против Цезаря, к которым мы обратимся ниже, показывают ее весьма деятельной, и можно думать, что она все-таки была несколько старше.

- 116 -

В источниках Арсиноя впервые появляется во второй половине 48 г. до н. э., когда Цезарь ввиду почти неизбежного выступления против него жителей Александрии попытался с ними договориться и публично провозгласил Арсиною и ее младшего брата царями Кипра (Dio Cas. XLII, 35, 5). Цезарь, как и автор "Александрийской войны" ничего не говорит об этом провозглашении, и некоторые историки сомневаются в реальности этого факта3. Но эти сомнения едва ли основательны. Цезарь и его верный соратник Гирций, самый вероятный автор "Александрийской войны", имели все основания не афишировать этот поступок Цезаря, "разбазаривавшего" владения римского народа. В 43 г. до н. э. на Кипре находились войска Клеопатры под командованием Серапиона (App. Bel civ. IV, 61). Так как это имело место еще до встречи Антония и Клеопатры в Тарсе, то подчинение Кипра египетской царице не могло быть даром триумвира, и, следовательно, остров находился под властью Египта уже какое-то время до 43 г. Монеты с изображением Клеопатры и малолетнего Цезариона чеканились на Кипре уже в 44 или даже в 46 г. до н. э.4 Все это косвенно подтверждает сообщение Диона Кассия.

Обещание вернуть Кипр под власть династии Птолемеев было неслучайным и, по мысли Цезаря, должно было успокоить александрийцев. Кипр находился во владениях Птолемеев довольно долго. Но в момент прихода к власти Птолемея XII в 80 г. до н. э. он был отделен, и его царем был признан брат египетского царя. Однако дальнейшая судьба двух братьев и их отношения с Римом складывались различно. Птолемей Авлет с помощью подкупа сумел добиться титула "друга и союзника римского народа". Кипрский Птолемей тоже пытался прибрести благосклонность римлян, но неудачно. Его врагом стал П. Клодий, который под выдуманным предлогом якобы поддержки Птолемеем Кипрским пиратов добился принятия закона о присоединении Кипра к Римской
- 117 -

республике и конфискации казны кипрского царя. Отправленный в 58 г. до н. э. на Кипр Катон потребовал от царя капитуляции, и тот, не решаясь сопротивляться, покончил с собой. Это вызвало ярость александрийцев, справедливо увидевших в присоединении Кипра к Риму неприкрытый акт агрессии. Александрийцы вообще относились к Риму настороженно. Они, с одной стороны, столь боялись возможной войны с ним, что относились с глубоким уажением ко всякому путешественнику, прибывшему из Италии, но, с другой стороны, малейший повод вызывал с их стороны взрыв гнева (Diod. I, 83, 8). Раболепие своего царя их раздражало. В 63 г. до н. э. в Александрии вспыхнуло восстание против Птолемея Авлета, и тот просил помощи у Помпея, всячески задаривая и его, и его войско (App. Bel. Mithr. 114). Помпей не решился вмешаться в египетские дела, и царю пришлось справляться самому.

В 59 г. до н. э. положение снова обострилось. И поводом для этого стал захват римлянами Кипра. Александрийцы настаивали, чтобы Птолемей XII или потребовал себе Кипр, или отказался от титула друга и союзника Рима (Dio Cass. XXXIX, 59, 2-3). Решающую роль в этом выступлении александрийцев сыграли аристократические гетерии (Dio Chrys. Or. 32, 70). Недаром после своего возвращения Птолемей Авлет казнил наиболее видных и богатых александрийцев; конечно, значение имело и желание таким образом пополнить свою казну, но поводом явно было их участие в его свержении. По-видимому, не имея сил сопротивляться, Авлет покинул Александрию и направился к римлянам, прося их помощи. В 55 г. до н. э. А. Габиний восстановил его на престоле и для предотвращения подобных событий оставил в Александрии часть своего войска. Александрийцы смирились, но ненависть к Риму только усилилась.

Возвращая Кипр под власть Птолемеевской династии, Цезарь пытался устранить самый наглядный фактор недовольства александрийцев Римом. Разумеется, на деле Цезарь не собирался отдавать Кипр, и то, что только что провозглашенная кипрская царственная пара оставалась
- 118 -

в занятом римлянами дворце, ясно говорит об этом. Впрочем, не исключено, что Цезарь намеревался в будущем реально властвовать на острове за спиной его марионеточных правителей. Учитывая роль в предыдущих событиях гетерий, Цезарь своим жестом стремился, может быть, привлечь на свою сторону верхушку александрийского общества. Но его хитрость была разгадана. Александрийские аристократы, principes, как их называет автор "Александрийской войны" (3), откровенно боялись, что римляне превратят Египет в свою провинцию, лишив тем самым их своего руководящего положения. К тому же, в условиях малолетства официальных царей ведущее положение во главе страны заняли их воспитатели, которые не меньше аристократов боялись потерять свои места. Они опирались на армию, во главе которой стоял Ахилла. Ахилла и воспитатель Птолемея XIII Потин были ключевыми фигурами в развернувшейся антиримской войне, в которой их поддержала значительная часть населения города.

Руководство этой войной, однако, не было единым. Как это обычно бывает, различные придворные группировки столкнулись между собой. Верх попытался взять честолюбивый воспитатель Арсинои Ганимед. И Потин, и Ганимед были евнухами. Евнухи вообще играли большую роль при восточных дворах. Эллинистические цари переняли обычай привлекать евнухов, и именно евнухам Птолемей Авлет доверил воспитание своих детей. Цезарь едва ли рассматривал Арсиною серьезно, так что охрана ее во дворце была не очень-то бдительной. Этим воспользовался Ганимед. Он организовал бегство Арсинои из дворца (Caes. Bel. civ. III, 112; Dio Cass. XLII, 39, 1). Характерно, что Цезарь умолчал о роли Ганимеда в этом бегстве; видимо, он не хотел признаться, что его удалось обмануть евнуху.

Прибытие царевны к армии и восставшим александрийцам изменило ситуацию. Цезарь, упоминая о бегстве Арсинои из дворца, пишет лишь о ее надежде захватить пустующую власть в царстве. Дион же Кассий говорит, что египтяне действительно провозгласили ее царицей. Кто были эти египтяне, историк умалчивает. Разумеется, речь не может
- 119 -

идти о собственно египетском населении. В рассказах и Цезаря, и автора "Александрийской войны", и Диона Кассия в качестве противников Цезаря постоянно выступают александрийцы и солдаты птолемеевской армии. Ни о каких событиях вне Александрии и Пелусия, где стоял птолемеевский гарнизон ничего не говорится. Вероятнее всего, люди, жившие вне столицы с полным равнодушием отнесли к событиям в ней5. Да и в условиях развернувшихся боев едва ли было возможно созвать хоть какой-то вид собрания александрийских граждан. Так что под дионовскими египтянами надо подразумевать воинов. Войсковое собрание в свое время играло определенную роль в Македонии, и могло сохранить свое значение в кризисных условиях и в эллинистических государствах. Поэтому вероятнее всего, что Арсиноя была объявлена царицей на таком собрании.

Провозглашение Арсинои царицей изменило политическую ситуацию. До сих пор законные царь и царица находились в руках римлян, официально никак не проявляя своей заинтересованности в военных действиях. Это в какой-то степени подрывало легальность войны, которую вели александрийцы и армия. Теперь во главе их встала законная царица из рода Птолемеев, и это привело к тому, что война стала с их стороны еще более энергичной (Dio Cass. XLII, 39, 1). Надо заметить, что и Цезарь сделал из происшедшего свой вывод: боясь, что примеру Ганимеда последует и Потин и выкрадет Птолемея, он приказал евнуха убить (Dio Cass. XLII, 39, 2)6. И это свидетельствует о том значении, какое имело бегство Арсинои и провозглашение ее царицей, и о понимании Цезарем этого значения.

О дальнейших событиях в лагере Арсинои сообщают автор "Александрийской войны" (4) и Дион Кассий (XLII, 40, 1).
- 120 -

По словам римского писателя, между Арсиноей и Ахиллой возникли раздоры, и они оба стали строить друг другу различные козни, явно борясь за первенство. Арсиною в этом, естественно, активно поддерживал Ганимед. Ахиллу писатель называет командиром старого войска. Видимо, Арсиноя и Ганимед сумел набрать новую армию, которая Ахилле подчинена не была. Судя по тому значению, которое позже Ганимед придавал флоту и по обвинению, которое он выдвинул против Ахиллы, можно думать, что новые силы были именно морскими. Арсиноя с помощью Ганимеда сумела опередить полководца и убила его, после чего общее командование всеми войсками было передано Ганимеду. Дион Кассий уточняет обстоятельства устранения Ахиллы. Как он пишет, в войске Арсинои началась смута, и Ганимед убедил царицу, что Ахилла готов предать флот врагу; под этим предлогом полководец и был убит. Может быть, между старой армией и новым флотом начались какие-то раздоры, умело подогреваемые интригами с обеих сторон. Арсиноя и Ганимед оказались расторопнее. После этого Арсиноя стала распоряжаться всеми делами без всяких союзников и опекунов, а Ганимед сосредоточился на непосредственном руководстве военными действиями.

Однако утвердить свою власть Арсиноя не смогла. Слишком рано она оказалась самодержавной государыней и стала, видимо, действовать чрезмерно самовластно. Ганимед, сумев большими деньгами купить подчинение воинов, по-видимому, все же не пользовался в армии большой популярностью. К тому же, несмотря на отдельные тактические удачи, Ганимед, возлагавший главные надежды на флот, не сумел добиться перелома в войне. В результате подняла голову оппозиция им обоим. Александрийцы обратились к Цезарю с просьбой отпустить к ним Птолемея, заявив, что им надоело правление девочки (puellae) и жестокое господство Ганимеда (Bel. Alex. 23). Дион Кассий (XLII, 42, 1) почти повторяет этот рассказ, подчеркивая нежелание просящих повиноваться женщине и евнуху. Трудно сказать, кто явился инициатором этого
- 121 -

предприятия. Римский автор говорит об александрийцах, но под этим словом явно подразумевались не только жители города, но и воины. Греческий историк упоминает египтян, но это тоже были и собственно александрийцы, и воины. Не исключено, что идея заменить Арсиною на Птолемея возникла в гетериях: после убийства Потина и Ахиллы Ганимед, стоявший за спиной Арсинои, остался единственным видным придворным, устранение которого могло дать реальную власть александрийской знати.

Цезарь удовлетворил просьбу александрийцев, надеясь, если не подавить восстание с помощью Птолемея, если тот останется верным своему обещанию, то внести раскол в ряды врагов. Арсиноя и Ганимед были отстранены от руководства войной. Что с ними стало после этого, неизвестно. По словам Флора (II, 13, 60), после окончательной победы Цезаря Ганимед бежал, но во время бегства был убит. Правда, Флор говорит, что тогда же был убит бежавший Потин, в то время как известно, что тот погиб еще раньше. Это позволяет сомневаться и в словах Флора по поводу Ганимеда. Арсиноя же, в любом случае, осталась жива. Птолемей XIII погиб в последнем сражении, и Цезарь сделал царями Египта, как бы вновь выполняя волю Птолемея Авлета, малолетнего Птолемея XIV и Клеопатру, в руках которой и сосредоточилась власть в стране. Чтобы не мешать фактически безраздельному правлению Клеопатры и не делать из ее сестры возможный очаг антиримского сопротивления, Арсиною он увез с собой в Рим (Dio Cass. XLIII, 19, 3)7. Позже она в качестве пленной была проведена в триумфе Цезаря в 46 г. до н. э. (Dio Cass. XLIII, 19, 2). На родину Арсиноя более никогда не вернулась.

Цезарь пощадил Арсиною, она не была ни убита, ни порабощена (впрочем, ей как члену царственного дома последнее никак не грозило). Конечно, пройти в триумфальном шествии победителя было позорно. Но сам факт ее увода в Рим спас ей жизнь. Клеопатра не стеснялась убирать со своей дороги своих родственников. Когда ее брату, с кем она делила трон, исполнилось 15 лет и появилась угроза приобретения
- 122 -

им реальной власти, она не колеблясь его отравила (Ios. Ant. Iud. XV, 4, 1). Впрочем, все это было в традициях рода Птолемеев. Когда Птолемей Авлет бежал из Египта, на трон была посажена его старшая дочь Береника. Вернувшийся в Александрию царь без колебаний ее казнил (Dio Cass. XXXIX, 58, 3). Трудно было ожидать для Арсинои иной участи. Может быть, сразу после триумфа Цезаря, а может быть, несколько позже она уехала в Малую Азию, где спокойно жила еще пять лет.

Положение для нее резко изменилось в 41 г. до н. э. Антоний, самовластно правивший восточной частью Римской республики, влюбился в Клеопатру и стал выполнять все ее желания. Зная свою сестру, Арсиноя едва ли сомневалась в собственной судьбе. Она укрылась в эфесском храме Артемиды, где жрица Мегабиза приветствовала ее как царицу. Однако напрасно и Арсиноя, и жрица надеялись на неприкосновенность храма. По просьбе Клеопатры Антоний приказал сначала убить и ту, и другую. Правда, Мегабизу он все же пощадил, но Арсиноя была убита без всякой жалости (App. Bel. civ. V, 9; Ios. Ant. Iud. XV, 4, 1). Так закончилась недолгая жизнь египетской царевны, на некоторое время ставшей царицей и за это расплатившейся сначала свободой, а затем и жизнью. Если она действительно родилась в 60 г. до н. э., то ей было всего 21 год.

Сколько времени Арсиноя была царицей Египта, сказать трудно. Военные действия в Александрии продолжались около шести месяцев. Думается, что не менее половины этого срока власть в Александрии находилась в руках Арсинои и Ганимеда. За это короткое правление она позже тяжело расплатилась. Несмотря на краткость царствования Арсинои, оно явилось ярким эпизодом в череде кровавых событий, означавших конец Римской республики и гибель державы Птолемеев.


Примечания


1 Hoffmann W. Ptolemaios, 36) // RE. Hbd. 46. 1959. Sp. 1759.(назад)
2 Volkmann H. Ptolemaios. // Kleine Pauly. Bd. 4. 1979. Sp. 1222.(назад)
3 Fraser P. M. Ptolemaic Alexandria. Oxford, 1972. T. II. P. 228.(назад)
4 Ibid.(назад)
5 Ср.: Кравчук А. Клеопатра и Цезарь. // Чудовище судьбы. Л., 1996. С. 71.(назад)
6 Надо отметить, что и в этом случае Цезарь дал другое объяснение своему поступку: он убил Потина за то, что тот посылал гонцов к Ахилле, ободряя его активнее сражаться с римлянами. Таким образом, он объяснял убийство Потина чисто военной необходимостью и коварством царского воспитателя, а не своим страхом быть вновь обманутым евнухом.(назад)
7 Fraser P. M. Ptolemaic Alexandria. T. I. P. 127.(назад)

(c) 2002 г. Л.П. Гороховская
(c) 2002 г. Центр антиковедения