Публикации Центра антиковедения СПбГУ


А.В. Банников
Датировка трактата Вегеция Epitoma rei militaris 1


Мнемон
Исследования и публикации по истории античного мира.
Под редакцией професора Э.Д. Фролова. Санкт-Петербург, 2002. ISBN 5-288-03007-3
- 333 -

Одним из наших главных источников, проливающих свет на состояние и пути развития римской военной системы в период, предшествующий крушению Западной Римской Империи, является трактат Флавия Вегеция Рената "Краткое изложение военного дела" (Epitoma rei militaris). Несмотря на то, что основную часть материала Вегеций черпал из источников времен Республики или Принципата, в тексте "Эпитомы" содержится большое количество аллюзий на современные автору реалии2. При внимательном анализе текста мы можем отделить то, что касалось современной автору эпохи, от того, что было взято им из источников прошлого. Учитывая то, что Вегеций жил в эпоху, близкую времени жизни Аммиана Марцеллина, а возможно был даже его младшим современником, материал, содержащийся в его трактате, является уникальным для реконструкции тех процессов, которые начались в римской военной системе после поражения императора Валента под Адрианополем (378 г. н.э.), описанием которого заканчивает свой труд Аммиан. В связи с этим для нас принципиально важным является наиболее точно определить время создания
- 334 -

"Эпитомы". Ошибка в этом вопросе на 20-30 лет является недопустимой, уже хотя бы потому, что последний период существования регулярной римской армии в Западной Империи продолжался менее 100 лет.

Вопрос о датировке трактата Вегеция неоднократно поднимался в науке, однако и по сей день он остается открытым3. Определенно известно только, что "Эпитома" была написана после смерти императора Грациана (383 г. н. э.), поскольку Вегеций называет его божественным (divus) (Veg., I, 20). Также известно, что она не могла быть написана позднее 450 г. н. э., так как несколько манускриптов (IX-X вв.) содержат указания, что текст "Эпитомы" был выправлен неким Флавием Евтропием в седьмое консульство Валентиниана III (Fl. Evtropius emendavi sine exemplario Constantinopolim consul. Valentiniano Augusto VII et Avieno)4. Как правило, решение вопроса о датировке трактата Вегеция исследователи увязывают с вопросом об идентификации личности императора, которому посвящена "Эпитома". Большинство исследователей единодушны в том, что адресатом Вегеция был один из западно-римских императоров. Однако В. Кучма решительно выступает против такого утверждения, полагая, что "характер материала таков, что он может относиться с равной степенью вероятности к обеим частям империи, а еще вероятнее - к целостной империи, до ее разделения на две части"5. Подобный тезис кажется нам в высшей степени неубедительным. Пять раз говорит Вегеций о том, какие трагические последствия имел для римской военной организации период длительного мира, наступивший в недалеком для него прошлом. Мирное положение привело к тому, что набор рекрутов производился без должного

- 335 -

внимания, и часто на военную службу попадали люди, от которых стремились избавиться богатые землевладельцы, обязанные поставлять новобранцев (Veg., I, 7). Из-за отсутствия опытных военных инструкторов прекратились ежедневные тренировки рекрутов и их обучение владению оружием (Veg., I, 8). Перестали проводиться полевые занятия и для регулярных войск (Veg., I, 20). Военные лагеря более не укреплялись валом и рвом (Veg., I, 21; III, 10). Подводя неутешительный итог, Вегеций пишет: "...чувство безопасности из-за долгого мира способствовало тому, что люди предались частью наслаждениям отдыха, а частью занялись гражданскими делами" (longae securitas pacis homines partium ad delectationem otii, partium ad civilia traduxit officia) (Veg., I, 28). Мирный период, приведший к разложению римскую военную систему, наступил, по мнению нашего автора, в период правления императора Грациана (375-383 гг. н. э.) (Veg., I, 20). Именно при Грациане воины отказываются от ношения тяжелого защитного вооружения, т. к. оно стало казаться им очень тяжелым из-за того, что приходилось редко его надевать (Veg., I, 20). Эпиграфические данные свидетельствуют о том, что время правления Грациана представлялось его современникам новым Золотым веком6. Возможно, что подобное мнение сложилось в результате непродолжительного мирного периода, бывшего следствием энергичной политики Валентиниана I, направленной на укрепление границ Империи. По словам Зосима, решительные действия Валентиниана I привели к тому, что в течение 9 лет, из страха перед римским оружием,
- 336 -

варвары не отваживались переходить Рейн (Zosim., IV, 12, 1). По всей видимости, представление Вегеция о том, что в недалеком прошлом Империя пребывала в состоянии мира, является всего лишь отголоском мнения о "Золотом веке Грациана"7. Таким образом, становится совершенно ясно, что Вегеций говорит лишь о западной половине Империи, поскольку на Востоке в продолжение практически всего правления Грациана шла кровопролитная и опустошительная война с готами (376-382 гг. н. э.). Сделанное наблюдение представляется нам весьма важным. Во-первых, оно дает нам право не рассматривать в качестве адресата Вегеция кандидатуры императоров, правивших на Востоке (Аркадия и Феодосия II). Во-вторых, при анализe данных Вегеция о состоянии современной ему армии мы должны помнить, что речь идет лишь об армии Западной Империи.

На сегодняшний дань существует несколько версий о том, кому именно была посвящена "Эпитома". В качестве адресата Вегеция называют императоров Феодосия I, Валентиниана II, Гонория и Валентиниана III. Кандидатуру Феодосия I можно было бы не рассматривать ввиду приведенных выше аргументов. Однако в тексте "Эпитомы" многие видят указание на то, что Вегеций обращается именно к Феодосию. Даже те исследователи, которые не подвергают сомнению тезис о западно-римской ориентации Вегеция, полагают, что трактат мог быть преподнесен Феодосию во время пребывания того в Италии в 388-391 гг. н. э. или в 394-395 гг. н. э. На первый взгляд, Феодосий действительно кажется наиболее вероятным адресатом Вегеция. Обращаясь к императору, наш автор называет его "непобедимым" (imperator invicte) (Veg., II. Praef.; III. Praef.; III, 26), "владыка и руководитель рода человеческого, укротитель всех варварских племен"

- 337 -

(dominus ac princeps generis humani, domitor omnium gentium barbararum) (Veg., II. Praef.). Вегеций недвусмысленно указывает на то, что недавно императором были совершены некие военные подвиги, которыми он превзошел саму древность (cum ipsam antiquitatem factis recentibus antecedat) (Veg., II. Praef.). Вегеций спрашивает, не лучше ли было императору приказать ему описать сами эти подвиги (nisi forte iussisset fieri quod ipse gessisset) (Veg., II. Praef.). Однако возникает вопрос, нуждался ли столь опытный полководец, каким был Феодосий I, в том, чтобы ему объясняли, что воинские силы состоят из вооруженных мужей (res igitur militaris... armis constat et viris) (Veg., II, I), что эти силы делятся на всадников, пехотинцев и флот, и для чего нужна каждая из этих частей (Veg., II, 1), что такое войско (exercitus dicitur tam legionum quam etiam auxiliorum nec non etiam equitum ad gerendum bellum multitudo collecta) (Veg., III, 1), и каким образом в современную Вегецию эпоху чаще всего его выстраивают для битвы (una depugnatio est fronte longe quadro exerciti, sicut etiam nunc et prope semper solet proelium fieri) (Veg., III, 19)? При этом, обращаясь к императору, Вегеций говорит, что он только хотел, чтобы тот присоединил к своим знаниям правила ведения боя или искусства побеждать (regula proelandi immo vincendi artificium iungeretur) (Veg., III, 26). Таким образом, становится совершенно ясно, что "Эпитома" предназначалась для человека неопытного в военном деле. Даже те, кто видит в адресате Вегеция Феодосия I, порой вынуждены признать, что подобный трактат не имел для него практического значения (а ведь именно на практическое применение собранных им сведений рассчитывал Вегеций), а посему, вероятно, предназначался для изучения военного дела его малолетними сыновьями8. Мы полностью соглашаемся с мнением, впервые высказанным О. Зееком9, что адресатом
- 338 -

Вегеция был еще очень молодой человек, так как Вегеций хвалит императора как превосходного бегуна, с которым не могут сравниться ни сарацин, ни индиец (ad currendi velocitatem, quam Saracenus Indusque non aequat) (Veg., III, 26). Феодосию же было уже за 40 лет, когда он впервые оказался в Италии (Aurelius Victor, Ep. De Caes., 48, 19)10. Все вышесказанное позволяет нам утверждать, что несмотря на то, что Вегеций говорит о воинских подвигах императора, слова эти были обращены не к Феодосию I.

Некоторые исследователи желают видеть в адресате Вегеция императора Валентиниана III. Впервые подобная мысль была высказана Э. Гиббоном, а затем, почти столетие спустя, она получила развитие в работе О. Зеека "Die Zeit des Vegetius"11. Позже аргументы О. Зеека признал убедительными Р. Гроссе12. Из современных ученых этой точки зрения придерживаются К. Д. Гордон13 и В. Гоффарт14. О. Зеек считает, что "Эпитома" была посвящена юному императору, правившему на Западе, при котором была восстановлена и заново укреплена Дунайская граница (Veg., IV, 46)15. Против подобной гипотезы существует целый ряд возражений. Во-первых, Вегеций нигде не говорит о разграблении Рима готами в 410 г. н. э. и даже, напротив, приводит в пример фортификационные сооружения города и предлагает императору набирать рекрутов среди его жителей (Veg., IV. Praef.; I, 28). После 410 г. н. э. и первое, и второе было бы совершенно неуместно.

- 339 -

Во-вторых, Вегеций дает понять, что в его время еще проводились гладиаторские бои (palorum enim usu non solum militibus sed etiam gladiatoribus plurimum prodest) (Veg., I, 11). Это позволяет нам утверждать, что, по крайней мере, первая книга "Эпитомы" была написана до 404 г.н.э., когда император Гонорий запретил их своим указом. Что же касается эскадр патрульных кораблей (lusoriae), отвечавших за охрану Дуная, о которых упоминает Вегеций, то эти эскадры оставались на Дунае и в конце IV в., и в начале V в. н. э.16 Таким образом, на основании приведенных аргументов мы решительно отвергаем возможность того, что адресатом Вегеция мог быть Валентиниан III.

Ряд исследователей полагает, что "Эпитома" была преподнесена императору Валентиниану II. Эта гипотеза была наиболее четко и убедительно развернута в статье К. Цукермана "Sur la date du traitй militaire de Vйgиce et son destinataire Valentinien II", которая является на сегодняшний день одной из последних работ, посвященныx проблеме датировки "Эпитомы". К. Цукерман соглашается с О. Зееком, что адресатом Вегеция был еще юный император. Основным аргументом в пользу того, что этим императором был Валентиниан II, для К. Цукермана служит перечень народов, среди которых Вегеций считает возможным набирать рекрутов для армии. Проанализировав этот перечень, К. Цукерман приходит к выводу, что речь идет лишь о населении тех областей, которые находились в формальном подчинении у Валентиниана II. Первую книгу "Эпитомы" он датирует 386 - 387 гг. н. э., то есть до бегства Валентиниана II из Италии, а остальные три книги несколькими годами позже17. Однако, по нашему мнению, К. Цукерман упускает из виду несколько немаловажных

- 340 -

обстоятельств. В первой книге "Эпитомы" звучит недвусмысленный упрек автора императору Грациану, который позволил обленившимся солдатам отказаться от ношения панцирей и шлемов (Veg., I, 20). Следствием подобного решения, как считает Вегеций, были многочисленные поражения, нанесенные римлянам готами, и разрушения больших городов (Veg., I, 20). Выражаясь современным языком, Вегеций делает Грациана ответственным за развал армии. Трудно поверить, что подобная мысль могла иметь место в трактате, посвященном брату Грациана, да еще спустя 3-4 года после гибели последнего. Здесь уместно вспомнить, что согласно утверждению Аммиана, оба императора "жили мирно и, так как Грациан был человеком благожелательным и опытным, он с большой нежностью любил и воспитывал брата" (vixere securius, quod ille, ut erat benivolus et peritus, consanguineum pietate nimia dilexit et educavit) (Amm., XXX, 10, 6). Далее, если мы предположим, что Вегеций писал о поражениях и разрушениях городов в 386-387 гг. н. э., тогда непонятно, о каких событиях идет речь, поскольку никаких столкновений с готами после смерти Грациана и до бегства Валентиниана II на Западе Империи не происходило. Неясным также остается вопрос, о каких недавних подвигах императора, превосходящих деяния древних, мог говорить Вегеций, если он обращался к Валентиниану II. Главный аргумент К. Цукермана в пользу кандидатуры Валентиниана II при ближайшем рассмотрении также вызывает серьезные возражения. Перечисляя различные народы, способные дать императору пригодных для службы рекрутов, Вегеций называет жителей Италии (марсы, самниты, пелигны, римляне), народы, населявшие диоцез Македония (лакедемоняне, афиняне, эпироты, македоняне, фессалийцы, мезийцы), диоцез Дакия (даки), а также упоминает фракийцев, составлявших основную часть населения диоцеза Фракия. Фракийцы при этом названы не случайно. Вегеций говорит, что они всегда были в высшей степени воинственны (bellicosos semper fuisse
- 341 -

manifestum est) и что, согласно легенде, сам Марс родился у них (Veg., I, 28). Как известно, диоцез Фракия всегда был частью префектуры Восток и никогда не входил в число владений западных императоров. Положение это сохранялось и при Валентиниане II, о чем свидетельствует хотя бы тот факт, что заключившие договор с Феодосием I готы были размещены в Нижней Мезии и Фракии. Чтобы избежать явного противоречия, К. Цукерман доказывает, что фракийцы упомянуты лишь для того, чтобы создать репутацию отважных воителей названным вместе с ними мезийцам, народу, который ничем не прославился в военной истории18. В конечном итоге К. Цукерман приходит к мысли, что даки и мезийцы могут вполне считаться фракийцами19.

Это место в тексте "Эпитомы" давно уже было причиной разногласий между различными исследователями. Одни видят здесь доказательства того, что речь идет о единой Империи и, следовательно, адресатом Вегеция мог быть только Феодосий I20, другие считают, что весь пассаж носит чисто литературный характер: Вегеций просто перечислил народы Империи, прославившиеся своими военными подвигами21. Оба эти утверждения, как мы видим, далеко не бесспорны. На наш взгляд, комментарий к данному месту можно найти в тексте самого Вегеция, поскольку он достаточно подробно излагает свою точку зрения на вопрос о том, из каких провинций или народов нужно набирать рекрутов (Rerum ordo deposcit, ut, ex quibus provinciis vel nationibus tirones legendi sunt, prima parte tractetur) (Veg., I, 2). Будучи истинным кабинетным исследователем, Вегеций черпает свой материал из книг, авторами которых являются

- 342 -

некие "ученейшие мужи" (quae a doctissimis hominibus conprobata sunt) (Veg., I, 2). Согласно изложенной ими доктрине, новобранцев следует набирать из областей с умеренным климатом, поскольку только такие рекруты достаточно храбры и не лишены благоразумия, что позволяет им переносить как тяготы лагерной жизни, так и принимать правильные решения в бою (tirones igitur de temperatioribus legendi sunt plagis, quibus et copia sanguinis suppetat ad vulnerum mortisque contemptum et non possit deesse prudentia, quae et modestiam seruat in castris et non parum prodest in dimicatione consiliis) (Veg., I, 2). Напрасно К. Цукерман, основываясь на данных Espositio totius mundi et gentium и Аммиана, говорит о храбрости галлов. Все северные народы для Вегеция, хотя и весьма расположены к участию в войнах (sunt ad bella promptissimi), однако не обладают необходимыми для римского воина умственными способностями (inconsultiores) (Veg., I, 2). Что же касается представителей восточных народов, о доблестях которых также говорит К. Цукерман, то для Вегеция они совершенно не пригодны в военном деле, так как "не обладают твердостью и упорством в рукопашном бою", а также "боятся ран, поскольку знают, что в них мало крови" (constantiam ac fiduciam comminus non habere pugnandi, quia metuunt vulnera qui exiguum sanquineum se habere noverunt) (Veg., I, 2)22. Для Вегеция это не просто теоретические рассуждения. Он горд тем, что римляне всегда умели искусно набирать рекрутов (profuit tironem sollerter eligere ius) (Veg., I, 1). Обращаясь к трудам своих предшественников, Вегеций дает тем самым императору совет восстановить старую традицию. Италия и Балканский полуостров, как страны с умеренным климатом, должны были, по мысли нашего автора, дать
- 343 -

императору самых пригодных для службы новобранцев. И в этом случае административное деление Империи на Запад и Восток не имело, в глазах Вегеция, никакого значения. Возможно, что при перечислении народов он просто скрупулезно следовал своему источнику.

Значительно меньшее количество исследователей видит в анонимном адресате Вегеция императора Гонория23. Однако в тексте "Эпитомы" существует целый рад указаний, позволяющих утверждать, что именно этому императору Вегеций преподнес свой труд. Во-первых, отметим, что адресат Вегеция, с одной стороны, неопытный в военном деле молодой человек, с другой - он непобедимый (invictus) и укротитель всех варварских племен (domitor omnium gentium barbararum). Подобная характеристика может быть применена только к Гонорию, который, хотя сам никогда не брал в руки оружия, однако благодаря победам, одержанным Стилихоном над готами, вступил в Рим в 404 г. н. э. во главе триумфальной процессии. По этому случаю в городе была воздвигнута арка, надпись на которой начиналась словами: "Getarum nationem in omne aevum domitam"24. Наконец, Вегеций недвусмысленно указывает на некие фортификационные работы, произведенные по распоряжению императора в самом Риме: "Но благодаря распоряжениям вашей милости, Рим является свидетельством того, как далеко продвинулось трудоемкое искусство сложения стен..." (sed dispositionibus vestrae clementiae, quantum profecerit murorum elaborata constructio, Roma

- 344 -

documentum est) (Veg., IV. Praef.). Вне всякого сомнения речь здесь идет о восстановлении Аврелиановых стен в 403 г. н. э., когда Рим в страхе ожидал приближения Алариха. В подтверждение этого Нибур говорит о надписи на воротах Сан-Лоренцо (Porta S. Lorenzo), прославляющей Стилихона, который восстановил городские стены, "удалив огромное количество развалин" (egestis immensis ruderibus)25. Таким образом, у нас есть все основания полагать, что первую книгу своего труда Вегеций преподнес императору Гонорию после 403 г. н. э. и до отмены гладиаторских игр. По всей видимости, это подношение он приурочил к длившимся в Риме несколько месяцев торжествам по случаю победы над готами. Последующие три книги были написаны несколько позже, когда в цирке в праздничные дни устраивались уже не гладиаторские бои, а показывались упражнения с оружием (аrmaturam, quae festis diebus exhibetur in circo, non tantum armaturae, qui sub campidoctore sunt, sed omnes contabernales cotidiana meditatione discebant) (Veg., II, 23).

Примечания


1 В недавно переизданном переводе С.П. Кондратьева, в примечании к заголовку сочинения Вегеция последнее датируется общим образом 390-410 гг. н. э. без всякой попытки дальнейшего уточнения. См. : Греческие полиоркетики. Флавий Вегеций Ренат. СПб. 1996. С. 154, прим. 1.(назад)
2 Richardot Ph. Hierarchie militaire et organisation legionnaire chez Vegece // La hierarchie (Rangordnung) de l'armee romaine sous le Haut Empire. Actes du Congres de Lyon (15-18 septembre 1994) rassembles et edites par Yann Le Bohec. Paris, 1998. P. 407.(назад)
3 Обзор различных версий датировки трактата Вегеция был сделан Ф. Ришардо; см.: Richardot Ph. Hierarchie militaire...P. 405, n. 1.(назад)
4 Ibid.(назад)
5 Кучма В. В. Военная организация Византийской Империи. СПб., 2001. С. 119.(назад)
6 Dessau H. Inscriptiones latinae selectae. Vol. II, pars I. Berlin. 1974: № 5555, (Константина) - aureo saeculo ddd. nnn. Invictissimorum prin/cipum Valentiniani Valentis et Grat[i]ani... etc. (367/375 гг. н. э.); 5363, (Северная Африка, между Утикой и Вагой в местности Хеншир Тут-эль-Кайра) - et[erno saeculo in] victissimorum p[rincirum ddd. / nn]n. Valentis Gratiani et Val[entiniani]... etc. ( 376 гг. н. э.); 5520 (Верона) - horante beatitudine / temporum ddd. nnn. / Gratiani Valentiniarii / et Theodosi Augg... etc. (379/383 гг. н. э.).(назад)
7 В качестве примера можно вспомнить, что в период между первой и второй Пуническими войнами, также представлявшийся Вегецию мирным, храм Януса в Риме закрывался лишь в 235 г. до н. э., да и то на несколько дней.(назад)
8 Richardot Ph. Hierarchie militaire... P. 405, n. 1.(назад)
9 Seek O. Die Zeit des Vegetius // Hermes, Bd. XI, 1876. S. 61-83.(назад)
10 Согласно сообщению Сократа, Феодосий умер в возрасте 60 лет (395 г.н.э.). В таком случае в 387 г.н.э. ему было уже более 50 (Socrat., Historia. 26).(назад)
11 Seek O. Die Zeit des Vegetius. S. 61-83.(назад)
12 Grosse R. Das romisch-byzantinische Marschlager vom 4-10 Jahrhundert // BZ. Bd. 22, 1913. S. 96.(назад)
13 Gordon C. D. Vegetius and his proposed Reforms of the Army in Polis and Imperium // Studies in Honour of E.T.Salmon. Toronto, 1974. Р. 35 - 38.(назад)
14 Goffart W. The Date and Purpose of Vegetius De Re Militari // Traditio, Vol. XXXIII, 1977. Р. 64-100.(назад)
15 Seek O.Die Zeit des Vegetius. S. 63-67(назад)
16 Richardot Ph. La fin de l'armee romaine (284 - 476). Paris, 1998. P. 145.(назад)
17 Zuckerman C. Sur la date du traite militaire de Vegece et son destinataire Valentinien II // Scripta Classica Israelica, Vol. XIII, 1994. P. 73.(назад)
18 Zuckerman C. Sur la date du traite... P. 72.(назад)
19 Ibid.(назад)
20 Sirago V. A. Galla Placidia e la transformazione politica dell'Occidente. Louvain, 1961. P. 468. (appendice "Vegezio e il dedicatario del suo Trattato Militaire").(назад)
21 Goffart W. The Date and Purpose of Vegetius... P. 77.(назад)
22 Вполне вероятно, что это место "Эпитомы" отражает прямое или опосредованное знакомство Вегеция с "Политикой" Аристотеля, где высказано аналогичное суждение (Arist. Pol., VII, 6, 1, p. 1327 a 18 sqq.).(назад)
23 Одной из последних работ, отстаивающих эту точку зрения, является статья К. Джуффриды, вышедшая в 1984 г.; см.: Giuffrida C. Per una datazione dell' Epitoma rei militaris di Vegezio. Politica e propaganda nell' eta di Onorio // Siculorum Gymnasium, vol. 34, 1984. P. 25 - 26.(назад)
24 Арка Гонория существовала еще в XVII в., но затем была разрушена. По свидетельству Э. Гиббона, полный текст надписи можно найти в "Истории древних германцев" Маску, VIII. 12; см.: Гиббон Э. Закат и падение Римской Империи. М., 1997. Т. III. С. 413.(назад)
25 Гиббон Э. Закат и падение Римской Империи. Т. III. С. 413.(назад)

(c) 2002 г. А.В. Банников
(c) 2002 г. Центр антиковедения