Публикации Центра антиковедения СПбГУ

Е.П. Шишко
Политические идеалы Ксенофонта


Проблемы античной истории
Сборник научных статей к 70-летию со дня рождения проф. Э.Д. Фролова.
Под редакцией д-ра ист. наук А.Ю. Дворниченко.
СПб., 2003. ISBN 5-288-03180-0
- 171 -

Обращаясь к политическим воззрениям Ксенофонта, на наш взгляд, необходимо кратко обрисовать ту социально-политическую обстановку, которая способствовала их формированию.

V в. до н. э. является периодом наивысшего расцвета для Афинского государства, который закончился падением Афин в 404 г. до н. э. Поражение в Пелопоннесской войне (431-404 гг. до н. э.) стало настоящей катастрофой для этого государства, которое не только лишилось прежнего могущества (Афинский морской союз был распущен), но также было вынуждено подчиниться Спарте и изменить существующий политический строй (вместо демократии ввести олигархию).

Следует отметить, что последствия Пелопоннесской войны, впрочем, как и сами военные действия, оказали губительное воздействие не только на Афины, но и на всю Грецию в целом, так как привели в движение механизмы, разрушившие основы полисной цивилизации. В IV в. до н. э. ранее наметившийся процесс экономического развития стал прогрессировать и породил имущественную дифференциацию, вызвавшую социальное неравенство. Все это в совокупности - политические, экономические, социальные изменения - привело к всеобъемлющему кризису полиса.1

Кризис охватил все сферы, в том числе и духовную жизнь греков. Это время (конец V - начало IV в. до н. э.) характеризуется упадком традиционной полисной морали - преобладанием личных интересов над общественными, аполитичностью граждан и т. д. (яркую картину политического и социального разложения представил Платон в восьмой книге "Государства").

Именно в этот переломный момент истории античного мира начался новый виток греческой культуры, для которого характерно

- 172 -

формирование иного мировоззрения, выразителями которого стали такие выдающиеся мыслители, как, например, Сократ, Платон, Аристотель. Каждый из них выдвигал свои идеи по преодолению кризиса. Сократ обратил внимание греческого общества на вопросы морали и нравственности, Платон и Аристотель разрабатывали проекты идеального государственного устройства, Ксенофонт и Исократ выступили с монархической и панэллинской доктринами.

Предметом нашего исследования является идея единоличной сильной власти, приверженцем которой был Ксенофонт. Политические взгляды Ксенофонта были обусловлены аристократическим происхождением, соответствующим знатному человеку образованием, влиянием Сократа, а также личное или опосредованное участие в важнейших политических событиях того времени.2 По своим убеждениям Ксенофонт был склонен к консерватизму, поэтому у него вызывала тревогу нестабильность всех известных ему политических режимов (Xen. Cyrop. I, 1, 1) - демократии, олигархии, тирании и монархии.

Так, на его глазах демократия Афин дважды разрушалась олигархией и вновь восстанавливалась: впервые - в 411 г., когда заговорщики во главе с Антифонтом, Фринихом и Фераменом установили власть "четырехсот" (Thuc. VIII, 63-72) и лишь в 410 г. афинскому народу удалось восстановить демократию (Thuc. VIII, 97); второй раз - в 403 г., когда под давлением Спарты в Афинах было введено олигархическое управление и создана комиссия из тридцати человек, проводивших политику жесткого террора, и, несмотря на недолговечность этого режима (в том же году он был свергнут), этот период надолго запомнился афинянам как период репрессий и конфискаций (Xen. Hell. II, 3-4).

Олигархия в Спарте подверглась угрозе свержения (397 г.до н. э.), во время заговора Кинадонa (Xen. Нell. III, 3, 5-11). Хотя заговор удалось подавить, незыблемость этого режима теперь была под сомнением. Тирания всегда была известна своей недолговечностью. Если второму поколению тиранов еще удавалось сохранить власть, то их детям это было, как правило, не по силам - вспомним пророческие слова Пифии, обращенные к коринфскому тирану Кипселу:

- 173 -

"Счастлив сей муж, что ныне в чертог мой вступает,
Эетинов Кипсел; царь славного града Коринфа,
Будет все же он сам и дети его, но не внуки".
(Hdt. V, 92, - пер. Г. А. Стратоновского)

Монархия не была более устойчива, чем демократия или олигархия. Так, например, в древности монархия существовала в Афинах, но со временем потеряла всякую политическую значимость, а в Спарте сохранилась лишь в искаженной форме: спартанские "басилеи" (цари) исполняли, главным образом, функции военачальников.

Нестабильность, недолговечность всегда были неприемлемы для Ксенофонта, чтившего традиции. Поэтому Ксенофонт начал размышлять о наилучшей форме правления. Как многие образованные люди того времени, Ксенофонт задавался вопросом: какие перемены могли бы привести к оздоровлению греческого общества и каким должен быть политический режим, который обеспечил бы мир, покой и стабильность? Долгие годы Ксенофонт считал таким режимом олигархию, которая представлялась ему оплотом традиции, религиозности и порядка, но кризис полиса, охвативший греческие города, коснулся и Спарты. Поэтому, хотя Ксенофонт перенес некоторые политические институты Спарты в свое идеальное государственное устройство, сам режим был для него скомпрометирован.3

Во время своего пребывания в Персии Ксенофонт посчитал вполне разумными некоторые установления этого государства; к тому же личность Кира Младшего, с которым он был лично знаком, могла вызвать его интерес к монархии.4

В IV в. до н. э. монархия в Афинах и в большей части Греции была забытой формой правления. Монархия же, которая существовала на Востоке, была совершенно неприемлема для греческого мира, т.к.

- 174 -

традиционно, по законам демократии, каждый гражданин имел политические права, поэтому передача всей полноты власти одному человеку воспринималась как несправедливость; к тому же, согласно азиатской концепции повиновения, царь рассматривает всех подданных, начиная со своего брата, как рабов, что было и вовсе неприемлемо для греков.

Поэтому Ксенофонта нельзя назвать приверженцем монархической формы правления, так как известные ему типы монархии не соответствовали его идеалу государственного устройства. В монархии для Ксенофонта было главным то, что это единоличная форма правления. Возможно, по этой же причине Ксенофонт обратил внимание и на тиранию (диалог "Гиерон").5 В результате размышлений Ксенофонт пришел к выводу, что наилучшей формой правления является такая, во главе которой стоит идеальный руководитель (не Конституция, а харизматическая личность правителя должна привести государство к расцвету). На основании опыта управления людьми, знания персидских обычаев и государственных установлений, знания спартанских политических институтов, а также под влиянием философско-этического учения Сократа, Ксенофонт пытается создать новый политический режим, не имеющий аналогов.

Насколько это ему удалось, мы можем судить по 2-м его сочинениям: наиболее полно и обстоятельно - по "Киропедии", в меньшей степени - по "Гиерону". До сих пор не решена проблема датировки диалога "Гиерон". Поэтому, в зависимости от того, как каждый исследователь разрешает для себя эту проблему, так он определяет и последовательность написания "Киропедии" и "Гиерона".

Существуют различные версии о целях и времени написания "Гиерона". Это связано с тем, что точных указаний на дату в самом диалоге нет, так же, как практически нет каких-либо исчерпывающих данных и в остальных диалогах Ксенофонта. Среди других древних авторов только у Афинея мы находим упоминание, которое, на наш взгляд, может оказаться полезным. Афиней сообщает о поездке Ксенофонта в Сицилию, к сицилийскому тирану Дионисию (X, 31, p. 427-428). Хотя Афиней не дает указаний на время этой поездки и даже не уточняет, ко двору какого Дионисия - Старшего или Младшего - был представлен Ксенофонт, многие иследователи пытаются дтировать диалог, опираясь на это свидетельство. Одним из таких

- 175 -

исследователей является Ж. А. Летронн, который признает сообщение Афинея достоверным и считает, что Ксенофонт посетил Дионисия старшего, так как, по его подсчетам, во врем правления Дионисия Младшего Ксенофонту было уже 77 или 78 лет. Кроме того, Ж.А. Летронн уверждает, что именно правление Дионисия Старшего могло вдохновить Ксенофонта на такое изображение несчастий тирана в "Гиероне" (гл. 1-7).6 Поэтому французский писатель выдвигает предположение о том, что диалог был написан сразу после возвращения Ксенофонта из Сиракуз, где-то между 405 и 401 гг.

Если признать свидетельство Афинея достоверным, то эта гипотеза вполне имеет право на существование, так как при отсутствии каких-либо других сведений опровергнуть ее достаточно сложно.

В то же время Дж. Грот не воспринимает сообщение Афинея всерьез7 и строит свое предположение на основе сюжета диалога (в основном первых семи глав). Дж. Грот исходит из того, что в 384 г до н. э., когда проходили 99 Олимпийские игрф, Ксенофонт жил в Скиллунте, расположенном недалеко от Олимпии. Слдовательно, он мог быть свидетелм неудачи, постигшей посольство Дионисия Старщего на Олимпийских играх. Все это, возможно, подтолкнуло его к размышлениям об истинной жизни тирана, живущего в атмосфере постоянного страха и всеобщей ненависти. Итогом этих размышлений и стало, по-видимому, написание "Гиерона" примерно в это же время (т. е. в 384 г. или же чуть позже).8

На наш взгляд, предполоение Дж. Грота столь же мало доказуемо, как и гипотеза Ж. А. Летронна.

Более основательно, как нам кажется, аргументирует свою точку зрения Ж. Хатцфельд. Сначала, в своей статье, посвяшенной датировке "Гиерона", он подробно разбирает предложенные версии и практически все отвергает. Далее Ж. Хатцфельд обстоятельно докзывает собственную гипотезу. Он развивает метод датировки, который наметил еще Дж. Грот, а именно - он пытается найти возможны намеки на дату в содержании "Гиерона". Так, например, в "Гиероне" (III, 8) Ксенофонт сообщает, что в борьбе за власть либо тираны убивают своих близких, либо сам тиран погибает от руки своих близких друзей или родственников. Ж. Хатцфельд находит связь между этим упоминанием и трагическими событиями 370-357 гг. до н.э. - убийство

- 176 -

Полидора, брата Ясона Ферского, его же братом Полифроном, а около 369 г. смерть самого Полифрона, погибшего от руки своего племянника Александра, который впоследствии был убит братьями свой жены (Hell. IV, 4, 33-37). Кроме того, Ж. Хатцфельд отмечает сходство между "Гиероном" и двумя другими сочинениями Ксенофонта - "Об обязанностях гиппарха" и "О доходах". Во всех этих сочинениях Ксенофонт старается разрешить насущные проблемы 60-50-х гг. IV в. до н. э. - финансовые, экономические и т. д.

В результате подобных размышлений Ж. Хатцфельд приходит к выводу о более ранней, по сравнению с его предшественниками, датировке диалога - около 370-358 гг. до н. э., которая кажется нам достаточно убедительной. Но в то же время его предположение о том, что "Гиерон" написан в качестве наставления для Диона, готовившего, еше находясь в Греции, заговор против Дионисия Младшего, представляется безосновательным.9 Вслед за Хатцфельдом более позднюю дату принимают Ж. Луччони10 и Эд. Дельбек.11

Хотя вопрос о времени написания "Гиерона" остается до сих пор открытым, все же за последние десятилетия пришли к некоторому единодушию в отношении даты, о целях же написания "Гиерона" мнения ученых расходятся. Так, остается совершенно неясным, для кого же Ксенофонт написал этот диалог - для Дионисия Старшего,12 для Дионисия Младшего,13 для Диона14 или же для Ясона Ферского.15 А, возможно, "Гиерон" и вовсе не был предназначен для какого-то конкретного тирана, а представлял из себя чисто теоретический трактат, дополняющий "Киропедию", которая является программой действия для правителя, обладающего сильной единоличной властью, как предполагает Ж. Луччони.16

Исходя из всего вышеизложенного, мы считаем, что диалог "Гиерон" был написан около 360-355 гг. до н. э.17 Следовательно, "Гиерон" является более поздним сочинением, чем "Киропедия" (мы придерживаемся распространенного мнения о том, что "Киропедия"

- 177 -

была написана около 362/1 г. до н. э., так как в это время произошло восстание малоазийских сатрапов против Артаксеркса II, о котором упоминается в VIII книге "Киропедии" (VIII, 8, 4)).

На наш взгляд, развернув грандиозную панораму завоевания и создания идеального государства в "Киропедии", Ксенофонт не мог рассчитывать на немедленное ее осуществление, хотя в IV в. до н. э. уже появился такой тип людей - талантливых авнтюристов, которые могли осуществить идеи Ксенофонта (например, Ясон Ферский) (Hell., VI, 1, 4-16). Поэтому он и пишет диалог "Гиерон", который является более приблженным к действительности, чем "Киропедия".

В связи с тем, что "Киропедия" представляет из себя достаточно объемное произведение, в данной стате невозможно оществить его подробный и тщательный анализ, поэтому мы предпримем попытку разобрать диалог "Гиерон", который так же, как и "Киропедия", отражает основные взгляды Ксенофонта на идеальное государственное устройство.

Как в "Киропедии", так и в "Гироне" главные персонажи - реально существовавшие исторические фигуры. Но в обих сочинениях Ксенофонт использует исторические факты для оформлния собственных идей, т е. И сюжет "Киропедии", и сюжет "Гиерона" по большей части является вымыслом. Сюжет диалога составляет возможная беседа между поэтом Симонидом и Гиероном, деспотом Сиракуз, который вскоре после персидского вторжения в Грецию Ксеркса, стал преемником своего брата Гелона (Plato. Epist. II. 311; Aristot. Rhet. II, 16, 1391a, 9; Cic. Nat. Deo. I, 22, 60).

Выбор действующих лиц в диалоге не случаен. Поэт Симонид Кеосский (около 556-468 гг. до н. э.) был одним из главных представителей торжественной лирики и весьма почитался греками. Его поэзия носила поучительный характер, что импонировало древним, поэтому его стихи были весьма популярны.18 Благодаря гибкости характера Симониду всегда удавалось добиться расположения тиранов, при дворах которых он жил (Гиппарха в Афинах, Алевадов в Фессалии, Гиерона в Сиракузах). Поэтому роль советчика, к которому прислушиваются, который обладает достаточной мудростью и способен убедить собеседнка в собственной правот, как нам кажется, весьма ему подходила.

- 178 -

Тиран Гиерон (478/7-467/6) наследовал своему брату Гелону. И Гелон, и Гиерон были когда-то простыми гражданами, но Гелон, энергичный и амбициозный военный, после смерти Гиппократа, деспота Гелы, на службе у которого он состоял, захватил власть и стал преемником своего патрона. Впоследствии он завоевал Сиракузы, и приобрел огромные владения. После его смерти власть перешла его брату, Гиерону.19 У Гиерона была слава покровителя искусства и литературы, при его дворе жили выдающиеся поэты - Пиндар, Симонид, Эсхил, Вакхилид. Поэтому Гиерон, являясь человеком образованным, спсобным воспринимать прекрасное, наиболее подходил на рольправителя, как, возможно, казалось Ксенофонту, которому было не безразлично отношение к нему его подданых. Таким образом, мы видим, что выбор главных героев у Ксенофонта весьма удачен.

Структуру диалога можно условно разделить на две части: с 1 по 7 главы посвящены перечислению несчастий тирана; с 8 по 11 главы рассматривают систему преобразований, с помощью которой возможно исправить беды тирана и сделать счастливым и его самого, и его подданных. В первой части диалога Симонид высказывает общепринятое мнение об удовольствиях и привилегиях, которые сопутствуют жизни тирана. Гиерон же его опроверагет. Сюжетная линия диалога начинает разиваться с вопроса Симонида к Гиерону, который лично испытал и жизнь простого гражданина, и жизнь тирана: чем они различаются в отношении радостей и горестей человеческих? (Hieron. 1, 2). Гиерон ярко живописует несчастья, которыми полна жизнь тиранов, и противопоставляет им простые житейские радости которые составляют счастье обыкновенных людей.

Тиран не может получать удовольствие от зрлищ наравне с простыми людьми, так как посещение публичных мест, где проводятся соревнования и фестивали, является для него небезопасным (Hieron. 1, 11). Льстивые речи и отсутствие упреков так же не приносят тирану радости, так как он понимает, что его приближенные никогда не скажут то, что может выдать их истинные чувства (Hieron. 1, 15). У деспота лучшая кухня и благовонья: но это так же не доставляет ему наслаждения. Обилие пиши вызывает пресыщение (Hieron. 1, 17-19), благовониями же наслаждаются те, кто рядом с ним, но не он сам (Hieron. I, 12-15, 24). Что касается удовольствий любви, они не существуют без симпатии и ответной любви, которые нельзя завоевать силой. Если же кто-то проявляет любовь к тирану, это вызывает лишь

- 179 -

его подозрение (Hieron. 1, 26-38). Простые же граждане, напротив, могут доверять, так как у них нет мотива для фальши. Из всего выше сказанного можно заключить, что плотские наслаждения не приносят радости тирану.

Но Симонид говорит, что есть другие, более важные удовольствия: тираны владеют самыми лучшими конями, лучшим оружием, великолепными дворцами, украшениями, умными и ценными слугами. Тиран может себе позволить сделать милость друзьям, отомстить врагам, у тирана есть гордое сознание собственного могущества (Hieron. 2, 2). На это Гиерон восклицает, что хотя многие люди так и думают, ибо они введены в заблуждение внешним видом. Но мудрые люди должны понимать истинное положение дел. Ведь тиран живет в постоянной опасности на родине и за ее пределами. Он всегда должен быть вооружен и иметь охрану, и в войну и в мир, подозревая в каждом врага. В то же время тиран знает, что если он придаст смерти подозреваемых в заговоре, он лишь ослабит город (Hieron. 2, 5-17). У него ни с кем нет искренней дружбы, он никому не верит, он боится быть отравленным, и поэтому кто-нибудь всегда должен пробовать его пищу перед тем, как он к ней притронется. Если кто-нибудь убьет гражданина, он вызовет справедливый негодование в греческих городах; тираноубийцы же везде чествуются. Тиран не в безопасности даже в собственной семье, многие были убиты именно кем-нибудь из своих близких (Hieron. 3, 1, 5, 8). Он вынужден полагаться на наемных иностранных солдат и освобожденных рабов против свободных граждан, которые ненавидят его. Он вынужден грабить храмы и отдельных людей, чтобы нанимать себе охрану (Hieron. 4, 7-11). Лучшие граждане враждебны ему, никто кроме как за плату не будет служить ему. Он с печалью смотрит назад, на удовольствия и близкую дружбу, которой он наслаждался как простой гражданин и которой он лишен как тиран (Hieron. 6, 1-12).

Но Симонид продолжает настаивать на преимуществах жизни тирана, утверждая, что можно все стерпеть ради почестей, которые им оказывают (Hieron. 7, 1-2). На это Гиерон отвечает: быть уважаемым - это самое великое из земных благословений, когда человек получает почесть заслуженно и по доброй воле подданных. Но тиран не наслаждается этим счастьем. Он живет как преступник, с чувством скорого конца его власти, потому что он окружен врагами. Почести ему оказывают из страха, а не из-за уважения. (Hieron. 7, 3-7). Тогда Симонид недоумевает: Почему ты не откажешься от скипетра? Как случилось, что тираны никогда не отказываются от власти? Гиерон

- 180 -

отвечает: Тиран не может ни положить конец его настоящему положению (из-за множества врагов, которые у него появились за время правления), ни даже избежать его. Лучшее, что он может сделать - повеситься (Hieron. 7, 12-13). Таким образом тиран лишен всех человеческих радостей и удовольствий.

Какие мотивы вдохновили Ксенофонта на такое изображение жизни тирана?

1. Существовало, как мы знаем, враждебное отношение к тирании, которое стало в некотором роде традиционным. Оно явственно прослеживается уже в литературе V в. до н. э. "Отражение подобных представлений можно обнаружить в особенности у писателей, испытавших идеологическое воздействие афинской демократии, - у Геродота (см.: III, 80; V, 66, 78 и особенно 92) и еще полнее у Софокла (в "Антигоне") и Эврипида (в "Просительницах", "Ионе", "Финикиянках"). Выработке литературного образа тирана сильно также способствовала старшая софистика с ее диалектическим исследованием политических форм и понятий - следы такой диалектики хорошо заметны у того же Эврипида".20 Кроме того, изображение свойственных тирану несчастий было присуще сократической школе,21 что явственно видно, если сравнить диалог Ксенофонта "Гиерон" и диалог Платона "Государство" (VIII книга). Существует гипотеза, согласно которой Ксенофонта, возможно, побудило создать "Гиерона" чтение "Государства".22 Судить об этом достаточно сложно, но если принять ату написания "Гиерона" 360-355 г. до н .э., а завершение работы над государством отнести к 374-372 г. до н. э., то это предположение вполне имеет право на существование. Многие исследователи проводили сопоставление этих двух произведений, "Гиерона" и "Государства", стараясь выявить между ними некую связь.23 Нам кажется, что самым простым объяснением сходства в изображении тирана у ксенофонта и у Платона является то, что они развили, каждый в своем ключе, идеи Сократа, так как именно Сократ мог обратить их внимание на внутренний мир тирана, живущего в атмосфере недоверия, ненависти, постоянного страха за собственную жизнь. Кроме того, от Сократа и Платон, и Ксенофонт могли перенять мысли об общественном благе, о служении, в первую очередь, гражданскому коллективу,

- 181 -

а не личным интересам. Но в то же время нельзя отвергнуть и предположение о влиянии на Ксенофонта "Государства" Платона. Таким образом, Ксенофонт, развивая идеи своего учителя, вместе с тем, возможно, находился под влиянием литературно и теоретического разработанного образа тирана,ыведенного у Платона.

2. Стремление исправить общее заблуждение о благополучии тирана. Ксенофонт обращается к элите, так как мнение толпы, скорее всего, было маловажно для него. Но его беспокоило, что уже и у людей аристократического происхождения тирания стала вызывать подчас восхищение.24 Задавая наводящие вопросы, Симонид шаг за шагом развенчивает иллюзии в отношении плотских удовольствий, личного счастья, почестей, которые якобы составляют жизнь тирана. Следовательно, первую часть "Гиерона" Ксенофонт, возможно, написал для того, чтобы развенчать миф о блгополучии тирана, оттолкнув ием самым от тирании людей тщесавных и стремящихся к удовольствиям, которые может дать власть.

3. Ксенофонт хотел показать различие монархии и тирании, внешне схожие, но в действительности различных.25 В "Киропедии" - государственная идиллия во главе с идеальным монархом, в "Гиероне" - ненависть граждан к тирану, заботящемуся только о личных интересах, но в то же время не испытывающему счастья. Для Ксенофонта значительная разница между царем и тираном в их поведении в отношении к подданными. Следует отметить, что Ксенофонта всегда занимал вопрос: как добиться тго, чтобы подданые или подчиненные беспрекословно повиновались? (Возможно, этот вопрос занимал его еще с тех времен, как он сам возглавлял отряд греческих наемников). В "Киропедии" Ксенофонт приводит пример божественного дара управления; в "Гиероне" (во второй части) - искуство управления, которому можно научиться. Любопытно то, что рассуждая о монархии и тирании, Ксенофонт

- 182 -

никогда не рассматривает вопрос о легитимности власти.26 Кир - царь, потому что благодаря своей деятельности захватил воображение и завоевал преданность своих подданных. Гиерон - тиран, потому что он заставил отвернуться его подданных, которые из-за ненависти и презрения к нему тайно составляют заговоры. Но Гиерон может стать царем, несмотря на незаконность его правления, если будет следовать советам Симонида.

Таким образом, мы рассмотрели те мотивы, которыми мог руководствоватся Ксенофонт при написании первой части диалога.

Во второй части "Гиерона" Ксенофонт разворачивает целую программу государственных преобразований, итогом которых должно стать счастье тирана и его подданных. Сюжетная линия такова. Симонид, посочувствовав бедам Гиерона, убеждает его в том, что такие негативные последствия (о которых шла речь в первой части диалога) не обязательно сопутствуют тиранической власти. Тираническая власть - это инструмент, пригодный не только для зла, но и для добра. Правильно используя эту власть, он может избежать ненависти и даже быть любимым (Hieron. 8, 1).

В первую очередь тиран должен сформировать в общественном сознании светлый образ человеколюбивого, благодарного, заботящегося о своих подданных правителя. Поэтому Симонид внушает Гиерону, что добрые слова и обходительность встречаются всегда более пылко, когда они исходят от наделенного властью человека, чем от равного (Hieron. 8, 2-4). Напомним, что именно этим методом пользовался Кир для завоевания друзей и поддержания верности у своих подданных (Cyrop. I, 6, 20; II, 1, 23; III, 3, 6; V, 3, 48-49). Кроме того, тиран должен наказывать руками других, а награждать собственноручно (Hieron. 8, 2-4). Это еще один верный способ внушить любовь подданным. Отметим, что в "Киропедии" Ксенофонт также уделяет большое внимание награждению достойных - Кир даже специально отправляется в Армению для взимания дани из-за того, что при подготовке войска он потратил все свои деньги на раздачу наград (Cyrop. II, 4, 9-12). Ксенофонт считал, что, одаривая и вознаграждая, правитель скорее всего заручится поддержкой своих подданных. Но в "Киропедии", на наш взгляд, не проступает так отчетливо стремление удержать власть любой ценой как в "Гиероне". Так как в "Киропедии" Кир - добрый пастырь, отец своим подданным, и сами они

- 183 -

признают, что Кир является царем от природы, как "в рое пчел является пчелиная матка" (Cyrop. V, 1, 24).

Далее, тиран должен, по примеру хорегов, проводить своеобразные "состязания" в исполнении военных обязанностей, в представлениях, в сельском хозяйстве, в торговле и в других общественно полезных делах (Hieron. 9, 4-7). И опять же с помощью наград, отличая за красоту вооружения, за дисциплину, за победу в конном состязании, за отвагу на войне и т. д., тиран должен побуждать подданных к совершенствованию и к старанию (Hieron. 9, 6; так же: Cyrop. I, 6, 18; II, 1, 22; VIII, 1, 39). Особо следует обратить внимание на применение этих мер в сельском хозяйстве и в торговле, так как это приведет к обогащению и процветанию подданных и обеспечит тем самым мир и порядок (Hieron. 9, 7-11).

Следующим важным делом тирана должно стать разрешение вопроса о наемниках, которые находясь на службе у тирана, были ненавистны гражданам. Симонид убеждает Гиерона в том, что даже иностранные наемники, могут быть так управляемы и дисциплинированы, чтобы оказать защиту против внешней опасности (Hieron. 10, 6-7), защищать и помогать честным людям, и использовать силу только против преступников (Hieron. 10, 4-5), обеспечив тем самым гражданам спокойный досуг в их частных делах. Здесь Ксенофонт в понятие "всех граждан" (Hieron. 10, 4) вкладывает определенный смысл - это для него узкий круг лучших людей, т. е. аристократов, которых он называет kaloiv kagaqoiv (Hieron. 10, 3) - ("совершенные", "благородные" - пер. Э. Д. Фролова).27 Им противостоят рабы и городская беднота (Hieron. 10, 3-5). Правильное толкование этого места мы находим у Э. Д. Фролова, который обращает внимание на противостояние этих классов, и тем самым объясняет какую помощь наемники должны оказывать во внутренних делах полиса: они должны будут стать теперь телохранителями не только самого тирана, но и местных аристократов. Такое решение проблемы на пути преодоления внутренних смут видела полисная элита IV в. до н. э. в складывающихся новых обстоятельствах.28

При таком положении дел наемники будут скорее друзьями, нежели врагами граждан (имеются в виду лучшие из них), и сам правитель сможет рассчитывать не только на безопасность своего государства при внешнем нападении, но и на теплую благодарность и преданность своих подданных. Граждане будут охотно предоставлять

- 184 -

ему вклады, когда он попросит, и будут смотреть на него как на величайшего благодетеля.

И, наконец, последней мерой должна стать забота правителя о государственном строительстве. Симонид советует Гиерону использовать свое состояние не на украшение дворца, но для постройки крепостных стен, храмов, галерей, площадей и гаваней (Hieron. 11, 2).

Результатом всех этих преобразований станет трансформация тирании в монархию. Тиран теперь будет возглавлять полис с всеобщего благословения, он будет окружен друзьями (из числа знатных людей, по примеру Кира), наемники теперь будут составлять государственную армию. Именно таким, как считает Ксенофонт, должно быть счастье тирана - ведь с этого времени он сможет путешествовать куда захочет, всюду ему будут оказывать почет, и слава о его добродетелях разнесется и по другим городам, подданные будут уважать его и слушаться по доброй воле (Hieron. 8-15).

В "Гиероне" также как и в "Киропедии" оплотом режима является армия и знатная верхушка. Яркой отличительной особенностью, на наш взгляд, является разделение армии и знати в "Гиероне", тогда как в "Киропедии" воинская доблесть является одной из главных добродетелей знати. Возможно, формирование именно военной аристократии, как правящего класса, было наиболее уместно в огромной империи, заселенной многочисленными завоеванными народами. Только опираясь на служилую знать, монарх мог удерживать власть на столь гигантской территории. К тому же в "Гиероне" Ксенофонт дает советы тирану, устами поэта Симонида, исходя из современных ему реалий. А в IV в. до н. э. наемники уже практически вытеснили гражданское ополчение.

В целом, нужно сказать, что и "Киропедия" и "Гиерон", каждый своим путем, приводят к одной цели - к установлению сильной монархической власти, но не к восточной деспотии, а к военной монархии, основанной на философских началах, где благополучие правителя тесно связано с благосостоянием его "друзей", но при этом не забыты высокие моральные принципы, как их понимал Ксенофонт, воспитанный на этических постулатах Сократа.


Примечания


1 Проблема кризиса полиса широко обсуждалась в новейшей литературе. Хотелось бы отетить некоторые труды отечественных и зарубежных исследователей: Кудрявцев О. В. Эллинские провинции Балканского полуострова во II в. н. э. М., 1954. С. 34-45; Дьяков В. Н. Греция в первой половне IV в. до н. э. // Древняя Греция. М., 1956. С. 391-447; Глускина Л. М. О специфике греческого классического полиса в связи с проблемой его кризиса // ВДИ. 1973. № 2. С. 27-42; Mosse C. La fin de la democratie athenienne. Paris, 1962; Pecirka J. The Crisis of Athenian Polis in the IVth cenyury BC // Eirene. Vol. XIV. 1976. P. 5-29.(назад)
2 Наиболее подробно и основательно, на наш взгляд, биография Ксенофонта изложена в статьях: Соболевский С. И. Ксенофонт, его жизнь и сочинения // Ксенофонт. Воспоминания о Сократе. М.,1993.С.265-281; Фролов Э. Д. Жизнь и деятельность Ксенофонта // Учен. зап. Ленингр. ун-та: № 251. Сер. ист. наук. Вып. 28. Л.,1958. С. 41-74.(назад)
3 Особенно показательна в этом отношении "Лакедемонская полития" Ксенофонта. Главы с I по XIII и XV посвящены внутреннему устройству Спарты. Они демонстрируют, насколько ксенофонт иделизировал исконные традиции этого государства и насколько он уважал легенарного спартансткого законодателя Ликурга. В XIV же главе наш автор с горечью отмечает упадок нравов у лакедемонян, которые были его современниками.(назад)
4 Ксенофонт в числе прочих греческих наемников поступил на службу к Киру Младшему, который поднял мятеж против своего брата Артаксеркса, персидского царя. Но после неожиданной гибели Кира войско греческих наемников, преодолевая многие трудности, отступило к малоазийскому побережью. Здесь часть из них нанялась на военную службу к фракийскому царю Севту, а другая, чуть позже, - к спартанцам (среди них был и Ксенофонт). Эти события изложены Ксенофонтом в сочинении "Анабасис".(назад)
5 И. Бабст идет чуть дальше наших умозаключений и утверждает, что "это сочинение ("Гиерон") содержит в себе полное оправданеи монархии", - Бабст И. Государственные мужи Древней Греции в эпоху ее распадния. М., 1851.(назад)
6 Letronne J. A. Xenophon // Bioographie universelle, anciene et moderne. Nouv. ed., XLV. 1865. P. 188.(назад)
7 Grote G. Plato and the other companions of Socrates. London, 1865. P. 578.(назад)
8 Grote G. Plato... P. 577-578.(назад)
9 Hatzfeld J. Note sur la date et l object du Hieron de Xenophon // Revue de Etudes Grecques. T. LIX-LX. 1946-1947. P. 54-70(назад)
10 Lucconi J. Les idees politiques et sociales de Xenophon. 1947. P. 259.(назад)
11 Delebecque Ed. Essai sur la vie de Xenophon. Paris, 1957. P. 411-421.(назад)
12 Letronne J. A. Xenophon. P. 188.(назад)
13 Pohlenz M. Staatsgedanke und Staatslehre der Griechen. S. 142.(назад)
14 Hatzfeld J. Note sur la date... P. 67.(назад)
15 Ferguson J. Uopias of the Classical World. New York, 1975. P. 57.(назад)
16 Lucconi J. Les idees... P. 258.(назад)
17 Хотя еще раз повторим, что эта дата весьма условна.(назад)
18 Более подробно о жизни и творчестве Симонида см.: Радциг С. И. История древнегреческой литературы. М., 1982. С. 138-139.(назад)
19 О Гиероне см.: Белох Ю. История Греции. Т. I. М., 1897. С. 310-312.(назад)
20 Фролов Э. Д. Факел Прометея. С. 310(назад)
21 Pohlenz M. Staatsgedanke und Staatslehre der Griechen. S. 141-142; Delebecque Ed. Essai sur la vie de Xenophon. P. 388.(назад)
22 Luccioni J. Les idees politiques et sociales de Xenophon. P. 257.(назад)
23 Hatzfeld J. Note sur la date... P. 62-63; Delebecque Ed. Essai sur la vie de Xenophon. P. 411-413.(назад)
24 Индивидуализм V в. до н. э. способствовал тому, что софисты выдвинули концепцию о естественном праве сильного на власть, которая, по всей видимости, имела достаточный успех в самых различных общественных кругах. Косвенным доказательством того, что у этой концепции должны были быть поклонники, являются примеры таких известных политических деятелей, как Алкивиад, Диониий Старший, которые любой ценой стремились к единоличной власти, т. е. Уже появился такой тип амбициозных людей, для которых тирания могла быть привлекательна.(назад)
25 Так как именно в IV в. до н. э. произошло резкое разграничение и определение каждого из понятий - Pohlenz M. Staatsgedanke und Staatslehre der Griechen. S. 140.(назад)
26 Wood N. Xenophon's Theory of Leadership //Classica et Medievalia. Vol. XXV. 1964. P. 63.(назад)
27 Фролов Э. Д. Ксенофонт и поздняя тирания // ВДИ. № 1. 1969. С. 121.(назад)
28 Фролов Э. Д. Ксенофонт и поздняя тирания. С. 121.(назад)

(c) 2003 г. Е.П. Шишко
(c) 2003 г. Центр антиковедения