Публикации Центра антиковедения СПбГУ

А.Б. Егоров
Правление Веспасиана и Тита


Проблемы античной истории
Сборник научных статей к 70-летию со дня рождения проф. Э.Д. Фролова.
Под редакцией д-ра ист. наук А.Ю. Дворниченко.
СПб., 2003. ISBN 5-288-03180-0
- 283 -

Еще в античности отмечалась особенность времени правления Флавиев. Вступления к произведениям двух основных источников, Тацита и Светония, показывают, что оба они рассматривали период Флавиев как время важных изменений. Для Тацита эти перемены носили во многом трагический характер и связывались со временем, когда на державу обрушились тяжелые внешние и внутренние испытания (Tac. Hist. I, 1-3), для Светония - это, скорее, время стабилизации, когда род Флавиев принял и укрепил ослабленную внутренними смутами империю (Suet. Vesp. 1-2). Надо отметить, что данная выше оценка Тацита в большей степени относится к флавианской эпохе до и после правления Веспасиана и Тита: гражданской войне 68-69 гг. н. э. и времени правления Домициана, тогда как первые Флавии описаны им с глубокой симпатией. Впервые после Августа два императора, Веспасиан и Тит, получают позитивную оценку в античной традиции.

Место флавианской эпохи многократно отмечалось в исследовательской литературе. На мой взгляд, наиболее определенно и основательно проблема времени Флавиев поставлена в исследоованиях Г. С. Кнабе, отметившего важный перелом в социальной, политической и духовной жизни Империи, особенно проявившийся в период правления Домициана.1 Перемены в эпоху Флавиев произошли по ряду принципиальных позиций. Впервые после установления принципата произошла гражданская война и ряд восстаний, доказавших кризис провинциальной политики Нерона и, возможно, его предшественников. В результате впервые за историю Империи произошла смена правящей династии и элиты, произошли перемены, связанные с некоторым усилением статуса власти, имевшей важнейшшую опору в виде auctoritas, в сторону более институционализированной власти, основанной на potestas.

Во времена Флавиев происходит уход с политической арены старой республиканской аристократии и замена ее новой знатью, представлявшей элиты италийских провинциальных муниципиев, значительное

- 284 -

увеличение в сенате количества выходцев из провинций, постепенное изменение отношений между императором и сенатом, создавшее ту политическую систему, которая сложилась в зпоху Антонинов.2 Это было время усиления внесенатского аппарата, рост значения всадничества, а также институтов префектов и прокураторов, время упадка роли императорских вольноотпущенников.3

С Веспасиана начинается установление более надежного контроля над преторианцами, происходят важные перемены в военной политике, связанные с изменением состава и роли армий, рост значения auxilia, новый синтез провинций и Италии, связанный с ростом вывода колоний, со строительством городов, предоставлением гражданства провинциалам, активной романизацией западных, а отчасти и восточных провинций, усилением централизованного финансового управления.4 На это время приходятся важные идеологические перемены, выразившиеся в развитии новых философских и мировоззренческих идей, а также системы мировосприятия, показателем чего стали перемены в положении стоицизма и важные события в истории христианства.

В данной статье мы остановимся на некоторых сюжетах, связанных с началом флавианского периода, правлением Веспасиана и Тита, которое рассматривается в источниках и историографии как первый период правления Флавиев, отличающийся от второго периода, который относится ко времени Домициана.

Веспасиан родился 17 ноября 9 г. н. э. в области сабинян недалеко от Реате, в сравнительно незнатной и небогатой семье. Отец его служил в армии центурионом, а затем был сборщиком налогов (publicum quadragesima egit - Suet. Vesp. 1), а мать, Веспасия Полла, происходила из Нурсии (honesta genere orta - Ibid.). Дед по матери был военным трибуном и префектом лагеря, а ее брат - сенатором преторского ранга (Ibid.). Таким образом, новый правитель был первым римским императором незнатного происхождения, не связанным ни с республиканским, ни с имперским нобилитетом.

- 285 -

Так же, как и Гальба, Веспасиан прошел долгую и сложную административную и политическую карьеру, причем, как неаристократу, ему было сложнее, чем нобилям. Пройдя должности военного трибуна во Фракии, квестора в Кирене и на Кипре, он в 38 г. до н. э. стал эдилом, а в 39 г. - претором, в каковой должности был инициатором оказания почестей Гаю Калигуле (Suet. Vesp. 2).

Как и многие способные администраторы, Веспасиан сделал блестящую карьеру при Клавдии во многом благодаря влиятельнейшему вольноотпущеннику Нарциссу (Ibid. 4). В 41-42 гг. н. э. он стал легатом II легиона, а в 43 г. принял участие в британской кампании и отличился во время войны, завоевав остров Вектис, а также участвуя в других сражениях (Eutr. VII, 19). В 44 г. Веспасиан получил triumphalia ornamenta. В 51 г. стал консулом-суффетом, кроме того, получив должности авгура и понтифика (Suet. Vesp. 2).

После прихода к власти Нерона, Веспасиан, как бывший сторонник Нарцисса, был вынужден удалиться на покой (Ibid.) и только в 59 г. стал проконсулом Африки. Нет сомнений, что это стало возможным после убийства Агриппины. Оценки проконсульства Веспасиана различны. Светоний характеризует его как успешное (integerrime nec sine magna dignatione admini stravit), указывая, правда, на мятеж, который произошел в Гадрумете (Suet. Vesp. 2). Тацит, наоборот, сообщает о негативном отношении к нему жителей провинции, что вызвало поддержку Африкой Вителлия во время гражданской войны (Tac. Hist. II, 97). В 66 г. н. э. Веспасиан находился в свите Нерона в Греции, однако попал в опалу из-за равнодушия к артистической деятельности принцепса (Suet. Vesp. 4). Не исключено, что дополнительной причиной опалы стала близость Веспасиана к Тразее Пету и Барее Сорану. Опала оказалась недолгой, и в 69 г. н. э. Веспасиан возглавил армию в Иудее, что стало для него прямой дорогой к принципату. Среди мятежных генералов он имел самый большой административный опыт и самый солидный послужной список, что, конечно, сыграло роль в выдвижении его кандидатуры.

Карьера Веспасиана показывает его принадлежность к тому типу политических деятелей, который Г. С. Кнабе называет "третьей силой", не принадлежавших ни к "всевластному меньшинству", ни к традиционалистки настроенному "большинству" и представлявших собой способных администраторов, работавших на Империю и историческую перспективу всемирной державы.5 Именно эта "третья сила"

- 286 -

могла вывести общество из кризиса и наметить новую тенденцию развития. Качества императора, его огромная работоспособность (Suet. Vesp. 21), экономность и бережливость, практицизм и непритязательность, доступность, снисходительность и простота в обращении, безразличие к личным обидам и развитое чувство юмора (Suet. Vesp. 13-14; 22-23) определенно показывают именно этот тип политика, умеющего подстраиваться под придворные нравы своего времени и всегда выдвигаемого для решения серьезных политических задач.

Между гибелью Вителлия 20 декабря 69 г. и приходом к власти Веспасиана наступил короткий переходный период, который Тацит именует скорее "отсутствием войны", нежели наличием мира (Tac. Hist. IV, 1 - bellum magis desierat quam pax coeperat).

Домициан был объявлен Цезарем (Ibid. IV, 1; Suet. Dom. 1), префектом претория стал Аррий Вар, а реальная власть сосредоточилась в руках Антония Прима (Ibid. IV, 2). Вскоре сдались Луций Вителлий и его армия, а отряды Луцилия Басса были направлены на усмирение Кампании (Ibid. IV, 3). Главным, однако, было то, что в Риме и Италии наступила военная анархия, и командование было не в состоянии контролировать положение (Tac. Ibid. IV, 1; Suet. Vesp. 8).

Стабилизирующее действие оказали письма Веспасиана и Муциана. Веспасиан и Тит были объявлены консулами, а Домициан получил претуру и consulare imperium (Tac. Hist. IV, 3). Муциан получил триумфальные украшения (triumphalia ornamenta), Антоний Прим - консульские, а Фуск и Аррий Вар - преторские инсигнии (Ibid.). 22 декабря 69 г. было принято решение сената о предоставлении власти Веспасиану (Romae senatus cuncta principibus solita Vespasiano decernit - Tac. Ann. IV, 37).

Военная анархия была несколько приостановлена появлением в Риме Муциана, отстранившего от власти Антония Прима и Аррия Вара (Tac. Hist. IV, 11). Фактически вторым лицом в городе оказался Домициан. Антоний Прим вскоре был вынужден покинуть Рим и отправиться к Веспасиану, который принял его достаточно прохладно (Ibid.). Перестав играть ведущую роль в политике, Антоний Прим прожил еще достаточно долго, дожив до времени Домициана (Ibid. IV, 80; о дальнейшей судьбе - Mart. IX, 99, 23, 32, 73).6 Удаление Антония Прима было не только актом личной борьбы за власть, но и актом устранения с политической арены дунайской армии и подчинения военных командиров гражданской власти.

- 287 -

Главной задачей властей была теперь нейтрализация огромного количества солдат из германской и дунайской армий, которые находились в Италии и Риме. Со своего поста был смещен Аррий Вар (Tac. Hist. IV, 68). Первым Муциан удалил 7-й Гальбанский легион, которым ранее командовал Антоний Прим, и 3 Галльский легион, симпатизировавший Аррию Вару. Первый возвращался в Паннонию, а второй - в Сирию. Примечательно, что оба легиона были войсками, наиболее отличившимися во время гражданской войны и сочувствовавшими командирам дунайской армии (Tac. Hist. IV, 39).

Одновременно были распущены преторианцы, набранные Вителлием, и теперь начался набор новой гвардии из солдат преторианских когорт, бывших до Вителлия, и солдат победивших войск (Tac. Hist. IV, 46). Восстание Цивилиса на Рейне оказалось очень удобным предлогом для отправления из Италии большей части армии. Новая рейнская армия состояла из трех дунайских легионов (VIII Augusta, XI Claudia, XIII Gemina), а также - одного легиона из бывших вителлианцев (XXI Rapax) и одного, сформированного из моряков равеннского флота (II Adiutrix - Ibid. IV, 68). Для усиления германской границы, из Британии был переброшен 14 легион (XIV Maptia Gemina Victrix), а из Испании - I Adiutrix и, возможно, VI Victrix. Остальные войска постепенно возвращались на место дислокации. Светоний отмечает, что Веспасиан уволил солдат Вителлия, однако и своим не дал ничего сверх положенного (Suet. Vesp. 8). Командование рейнской армией было поручено Аннию Галлу и близкому доверенному лицу Веспасиана и Муциана Петилию Цереалису (Tac. Hist. IV, 68).

Проводились и другие мероприятия. Веспасиан из Египта срочно направил в Рим корабли с хлебом, что ликвидировало угрозу назревавшего в столице голода (Ibid. IV, 52). Сенат предпринял крупный государственный заем у частных лиц (около 60 млн. сестерциев), а в июле 70 г. началось восстановление Капитолия и, прежде всего, храма Юпитера Капитолийского (Tac. Ibid. IV, 53), деятельное участие в котором принял позднее и сам Веспасиан (Suet. Vesp. 8). Восстанавливали также расплавленные при пожаре медные доски, содержавшие важнейшие исторические документы (Ibid.).

Консулы, назначенные Вителлием, были лишены своего достоинства, была восстановлена память Гальбы и Пизона, Флавию Сабину были устроены торжественные похороны (funus censorium - Tac. Hist. IV, 40, 47). Была создана сенатская комиссия с широкими полномочиями по возвращению отнятого во время войны имущества, восстановлению документов, сокращению государственных расходов.

- 288 -

"Тогда были избраны по жребию те, через которых было бы возвращено захваченное на войне, и кто бы произвел проверку и привел в порядок медные доски законов, испорченные от старости, и очистил фасты, опороченные лестью времен, и установил бы меру для государственных расходов" (Tac. Hist. IV, 40).

Наконец, новые власти начали кампанию против деляторов, которая, естественно, была с энтузиазмом встречена сенатом. Многие деляторы были осуждены. В их числе оказались Публий Целер, Саролен Вокула, Ноний Аттиан, Цестий Север. Брат Арулена Рустика Юний Мавриций попросил передать сенату императорские архивы, на основании которых можно было бы восстановить имена тех, кто занимался доносами (Tac. Hist. IV, 40).

Кульминацией кампании было выступление Гельвидия Приска против Эприя Марцелла, поддержанного Вибием Криспом. По поводу этого спора Тацит замечает, что на одной стороне было "состоявшее из честных людей большинство, а на другой - располагавшее властью меньшинство" (Tac. Hist. IV, 44).7 Муциан и Домициан остановили эту кампанию, однако многие жертвы нероновских репрессий были возвращены, в том числе такие достаточно непопулярные деятели, как Антистий Созиан и Октавий Сагитта.

Наиболее экстренные меры по нормализации положения были приняты еще до прибытия Веспасиана. Летом 70 г. император окончательно прибыл в Рим и взял дела в свои руки. Его задачей стала стабилизация положения Империи. В комплекс мер входили, прежде всего, укрепление центральной власти и управленческого аппарата, стабилизация финансовой и экономической ситуации, а также подавление восстания в провинциях, которые начались и усилились во время гражданской войны.

- 289 -

В случае с Веспасианом имеется уникальный документ, текст сенатусконсульта о власти императора, именуемый Lex de imperio Vespasiani.8 К сожалению, начальная часть надписи утрачена. Сохранившийся текст содержит разрешение императору заключать договоры, с кем он пожелает (Dess. 244, 1-3), созывать сенат и руководить его работой (Ibid. 4-10), рекомендовать кандидатов на магистратские должности (Ibid. 11-15), расширять границы померия (Ibid. 16-17). За этими конкретными правами следуют более общие и значимые. В 19 или 18 гг. до н. э. Август получает право, которое Дион Кассий называет prostasiva tw'n koinw'n, и которое, по мнению Э. Д. Гримма, можно отождествить с cura legum et morum. Светоний называет это право legum et morum regimen (Suet. Aug. 27, 5). Смысл его, по мнению Э. Д. Гримма, раскрыт как раз в lex de imperio Vespasiani: uti quaecumque ex usu rei publicae maiestate divinarum humanarum publicarum privatarumque rerum esse censebit ei agere facere ius potestasque sit ita uti divo Augusto, Tib. Iulio Caesari Aug. Tib. Claudio Caesari Aug. Germanico fuit. "И чтобы все, что он сочтет нужным ради пользы и величия государства из божественных, человеческих, общественных и частных дел, пусть у него будет право и власть совершать так, как это было дозволено божественному Августу, Тиберию Юлию Цезарю Августу, Тиберию Клавдию Цезарю Августу Германику" (Dess. 244, 17-20).

Веспасиан признается свободным от тех законов, от действия которых освобождались Август, Тиберий и Клавдий, а все законы, что-либо им разрешавшие, распространяются и на него (Ibid. 244, 26-29). Все, сделанное им лично или по его приказанию до вступления в действие закона, приравнивается к воле сената и народа (ac si plebisve iussu acta essent - Ibid. 244, 30-33). После этого текста следует sanctio, устанавливающее, в случае противоречия данного закона другим юридическим актам, его приоритет и безнаказанность лиц, его выполнявших (Ibid. 30-33). Примечательно, что в двух последних пунктах ссылок на предшественников нет, что, конечно, отражает особенность прихода к власти первого Флавия.

Ключевым является вопрос о степени новизны закона Веспасиана и его месте в эволюции института императорской власти. Надпись уникальна, и lex de imperio Vespasiani, в общем, нельзя сравнить с каким-либо другим аналогичным законом. Тем не менее ряд аргументов,

- 290 -

видимо, подтверждает, что закон четко вписывается в правовую традицию и, в основном, является типовым законом о власти императора.9

Если Август получил свои полномочия постепенно, то одноактное предоставление всей власти принцепсу было уже при Тиберии (Tac. Ann. I, 11-14; Dio. LVII, 2; Suet. Tib. 24) и совершенно определенно при Гае Калигуле (Dio. LX, 1; Suet. Callig. 13), который в момент прихода к власти формально был частным лицом (privatus). Одновременным было и провозглашение власти других императоров от Клавдия до Вителлия (Клавдий - Suet. Claud. 10; Нерон - Tac. Ann. XII, 69; Гальба - Dio. LX, 1; LXIII, 9; Оттон - Tac. Hist. I, 47; Вителлий - Tac. Hist. II, 55).

Вторым обстоятельством после новизны закона является ссылка на практику Августа, Тиберия и Клавдия, причем исключение представляют собой только последние пункты. Отсутствие в законе одиозных имен Калигулы и Нерона, с одной стороны, и правителей эпохи гражданской войны 69 г. н. э. Гальбы, Оттона и Вителлия - с другой, выглядит достаточно понятным. Понятным было и стремление Веспасиана связать себя с традицией, представленной наиболее значительными из предшественников.

Существуют две точки зрения относительно закона о власти Веспасиана. Многие исследователи считают сенатусконсульт частичным успехом сената, который путем четкого ограничения власти принцепса и многочисленных оговорок и ссылок на наиболее легитимных императоров пытался юридически застраховаться от произвола, происходившего при Калигуле и Нероне.10

Противники этой теории достаточно резонно отмечают, что ограничения власти, в сущности, не было, и речь скорее идет об институционализации принципата, превращении власти Юлиев-Клавдиев, тесно связанной с domus и auctoritas, в potestas, выраженную в законе и снабженную юридическими оговорками.11

Можно также отметить, что закон сохранял правовую двойственность, прикрывавшую реальное полновластие принцепса и характерную

- 291 -

для принципата. Император получал власть через закон и освобождался от действия некоторых из законов. Данный закон о власти Веспасиана мог противоречить другим, допускать их нарушение и устанавливать над ними свой приоритет.

Таким образом, сохраняя общую традицию, закон, видимо, показывает процесс институционализации власти, приводя в систему императорские полномочия и добавляя некоторые конкретные детали, в частности санкционируя post factum действия Веспасиана, совершенные им до прихода к власти, и допуская уже известное sanctio.

Исследователи lex de imperio детально проанализировали правовую сторону закона. По традиции, идущей еще с XIX в., текст надписи рассматривается как расширенное толкование одной из главных составных частей власти принцепса imperium proconsulare.12 Вместе с тем многие полномочия (ius commendationis, право расширения померия, освобождения от действия законов) не входят ни в трибунскую, ни в проконсульскую власть, но отождествляются с другими правами, специально полученными Августом. Более вероятно мнение тех исследователей, которые предполагают объединение в единый сенатусконсульт всех прав принцепса, кроме тех, которые ему давали республиканские должности (консульство, цензура, сан великого понтифика).13 Закон о власти Веспасиана показывает еще одну тенденцию. Монархия Августа и в значительной степени монархия Юлиев-Клавдиев имела основу не только в формально-правовой власти (potestas), но и в достаточно сложном понятийном комплексе auctoritas, которую одни исследователи считают основой, а другие - важнейшей составной частью власти принцепса. По мнению Д. Тимпе, власть Юлиев-Клавдиев была продолжением власти аристократического рода времен республики, во многом основанной на системе клиентелы, которая, становясь общегосударственной, делала общество как бы "клиентами императорской семьи".14

Не имея той auctoritas, которую имела династия Августа, и утверждая власть в новых условиях тяжелого кризиса, Флавии ставили на место персональных факторов институционно-правовые, а на место

- 292 -

auctoritas ставилась potestas, выражающая более официальный характер управления.

Веспасиан активно использовал и другие элементы власти. Светоний сообщает, что во время принципата он 8 раз был консулом (Suet. Vesp. 8). Всего у Веспасиана было 9 консульств (consulatus octo veteri addidit - Ibid. 9). Консульства Веспасиана приходятся на 70-72, 74-77 и 79 гг. - Dess. 245-254). Почти всегда его коллегой был сын Тит (в 70, 72, 74-77 и 79 гг. н. э.). Согласно Светонию, in septem consulatibus (Suet. Tit. 6; Dess. 254). Второй сын Веспасиана, Домициан, был ординарным консулом только в 73 г. н. э. но в надписи Dess. 254 он фигурирует как cos. V, desig. VI, а в 80 г. н. э. он получил уже седьмое консульство (см. Suet. Dom. 2, 13), что предполагает, что Домициан был консулом-суффектом. Таким образом, из 20 ординарных консульств Веспасианова правления 16 были заняты Веспасианом и его сыновьями. Такой степени монополизации консульства императорской семьей в истории принципата еще не было.15

Кроме того, впервые после Клавдия, Веспасиан и Тит стали цензорами (Suet. Vesp. 8; Tit. 6). В надписи (Dess. 247) Веспасиан назван censor designatus, а в надписях Dess. 248-253 - censor, что указывает на его цензуру в 73-77 гг. н. э. Интересно, что в последней из имеющихся в сборнике Г. Дессау веспасиановских надписей (Dess. 254) титула нет. Сообщение Светония, о том, что Веспасиан взял трибунскую власть намного позднее (Suet. Vesp. 12 - ac ne tribuniciam quidem potestatem) не подтверждается надписями, которые указывают на отсчет ее с 69 г. С самого начала Веспасиан берет титулы Caesar и Augustus (они уже есть в надписи Dess. 245) и сан великого понтифика (Ibid.). Уже в этой надписи, датированной 71 г. до н. э., имеется титул pater patriae, что также противоречит Светонию (patris patriae apellationem nisi sero recipit - Suet. Vesp. 12). За время правления

- 293 -

Веспасиан удостоился 12 императорских аккламаций (Dess. 245 - imp. IIX ; Dess. 254 - imp. XX).

Подводя итог, надо отметить, что император концентрирует в своих руках все те полномочия, которые имели его предшественники и в ряде случаев делает это более определенно, компенсируя юридическими факторами отсутствие auctoritas и династической традиции.

Династический принцип при Флавиях был выражен, по-видимому, еще более ярко, чем при Юлиях-Клавдиях. Старший сын Тит фактически стал соправителем отца. Уже в 70 г. он стал консулом вместе с отцом и в дальнейшем делил с ним почти все консульства и цензуру (Suet. Tit. 6). С 71 г. н. э. Тит стал коллегой отца по трибунской власти (Ibid.). Дату получения Титом трибунской власти можно установить по надписи (Dess. 246), где упоминается четвертое консульство Веспасиана и второе - Тита. Веспасиан имеет tr. pot. IV, а Тит - tr. pot. II (сравн. также Dess. 248). К концу правления Веспасиана Тит уже имел 14 императорских аккламаций (Dess. 254).

Примечательно, что Веспасиан-младший сосредоточил в своих руках особо важные посты. Он сменил отца на посту командующего армией в Иудее и довел до конца войну. Беспрецедентным стало то, что основные дворцовые службы, роль квестора, зачитывавшего императорские речи, и префектура претория были переданы в руки наследника: "Им была принята на себя забота почти обо всех канцеляриях, когда от имени отца он и сам диктовал письма и подписывал эдикты и произносил речи в сенате даже за квестора, и также принял префектуру претория" (Suet. Tit. 6).

Домициан получил титул princeps iuventutis. Оба сына чеканили монету. Династическое единство всех троих было подчеркнуто в ряде документов (напр., Dess. 246), а Веспасиан заявил в сенате, что ему будут наследовать или сыновья, или никто (Suet. Vesp. 25; Xiph. 207; Tac. Hist. IV).16 Тит также имел титул Цезаря и Августа, Домициан - титул Цезаря. Оба были понтификами, авгурами, членами коллегии Арвальских братьев.

Выдвижение семьи принцепса устраняло с первых ролей других выдающихся сенаторов и, прежде всего, Муциана. Другой важной чертой правления стал уход со сцены значительной части республиканского нобилитета. Показательно, что едва ли не единственным представителем его среди ординарных консулов был Л. Валерий Котта

- 294 -

Мессалин, получивший известность как делятор. Практически не было аристократов из старых нобильских семей и в окружении принцепса. Римский нобилитет потерял свои позиции, а Светоний сообщает, что принцепс пополнил солдат и всадничество (Suet. Vesp. 9) за счет италиков и провинциалов.

Отношения принцепса с сенатом достаточно примечательны. Веспасиан стремился к хорошим отношениям с сенаторами. В лозунгах на монетах он часто повторяет тему libertas (adsertor libertatis publicae, libertas restituta, libertas publica, libertas Augusti, Concordia senatui). Главным позитивным фактором стало прекращение репрессий (Suet. Vesp. 15), однако отношения с сенатом были сложнее, чем это могло показаться. Сенат неоднозначно относился к неаристократу Веспасиану. Однако, вероятно, именно при нем стал намечаться компромисс в отношениях принцепса и сената, который завершился при Антонинах. Показательно, что Веспасиан стал первым обожествленным императором после Клавдия, а отзывы о нем Плиния, Тацита и Светония, в целом позитивны. Правление Веспасиана стало временам восстановления новых, достаточно стабильных отношений принцепса и сената.

Начало правления Веспасиана отмечено подавлением провинциальных восстаний. В 69 г. н. э. Веспасиан передал командование армией в Иудее Титу, усилив ее 12-м, 22-м и 3-млегионами, а также большим количеством auxilia (Tac. Hist. IV, 1). Повстанцы в Иерусалиме во главе с Симоном Бар-Гиорой и Иоанном Гисхальским готовились к отчаянной борьбе. В начале 70 г. Тит усилил осаду, а в мае 70 г. римляне пошли на штурм. Три линии укреплений были прорваны, в июне пал один из главных оплотов обороны - башня Антония, в августе был захвачен Иерусалимский храм, а в сентябре - последний оплот защитников Верхний город.

Иудейская война завершилась разгромом повстанцев, огромными потерями населения, ликвидацией иудейской религиозной организации и развитием диаспоры. Веспасиан и Тит пышно отпраздновали триумф. Трагедия Иерусалима оказала сильнейшее влияние на развитие духовной жизни восточных областей Римской империи, и, судя по всему, именно с ней связаны важные перемены в истории христианства.17

- 295 -

С лета 69 г. линия Рейна была охвачена восстанием Цивилиса. Если на первом этапе Цивилис прикрывал цели движения участием в войне на стороне Веспасиана, то после победы последнего он открыто провозгласил борьбу с Римом. Вителлианские солдаты частично присоединились к Цивилису (Tac. Ann. IV, 54-56). К восстанию стали присоединяться треверы и лингоны во главе с Юлием Тутором и Юлием Классиком. Повстанцы осадили Могонциак и Колонию Агриппину. Лагеря легионов были разгромлены. Цивилис взял Ветеру, а Классик - Colonia Agrippina, в руках римлян оставались только Могонциак и Колония Треверов (Ibid. IV, 57-66).

Против Цивилиса были посланы войска Петиллия Цереалиса и Анния Гелла. В общей сложности эта армия насчитывала 8 легионов (VIII Augusta, XI Claudia, XIII Gemina, XXI Rapax, II Adiutrix, XIV Magna Gemina Victrix, VI Victrix, I Adiutrix). Треверы были разгромлены, вскоре были разбиты и бельги. Правительственные войска заняли Могонциак и Колонию Треверов (Ibid. IV, 66-74). Одержав победу над Цивилисом, Цереалис занял Могонциак (Ibid. IV, 75-79). Новое сражение у Castra Vetera также закончилось победой Цереалиса, остатки повстанцев уходили за Рейн, а сам Цивилис отступил на остров Батавов (Ibid. V, 14-23). Рассказ Тацита обрывается на том, что Цивилис и Цереалис начали переговоры. Не совсем ясно, на каких условиях был заключен мир, однако почти нет сомнений, что восстание закончилось в 70 г.

Военные действия в Иудее продолжались в 71-72 гг. н. э. а в 73 г. был взят последний оплот восставших - крепость Масада. Иудея управлялась теперь легатом, в Эммаусе была основана колония из 800 ветеранов, появилась колония в Цезарее, а в провинции постоянно стоял Х легион.

- 296 -

Прекращались военные операции и на других границах. Еще Муциан отбил нападение сарматов на своем пути в Италию, а в 70 г. сарматы сами вторглись в Мезию и разбили войска Фонтея Агриппы. Набег был отражен Рубрием Галлом. С 71 по 73 г. н. э. Петилий Цереалис вел военные действия в Британии, в 76 г. новые операции вел известный полководец С. Юлий Фронтин, подчинивший силуров, а в 77 г. его сменил Гней Юлий Агрикола (Tac. Agr. 17-18). В 78 г. произошла война с бруктерами, наиболее значительным итогом был захват пророчицы Веледы, принимавшей активное участие в восстании Цивилиса (о Веледе - см. Tac. Germ. 8; Hist. IV, 61, 65; V, 22, 24). Отношения с Парфией были более спокойными. Во время гражданской войны Вологез сохранял спокойствие и даже был готов помочь Веспасиану (Tac. Hist. IV, 51; Suet. Vesp. 6). В 72 г. союз был возобновлен. Тогда же в ответ на отпадение Антиоха IV Коммагенского, Веспасиан ввел в Коммагену легион и аннексировал царство. Была обращена в провинцию и горная Киликия (Suet. Ibid. 8). В Каппадокии были усилены войска, во главе провинции был назначен легат консулярского ранга. Эти аннексии завершили прямое подчинение римлянами Малой Азии и укрепление границ с Парфией и Арменией, подготовив до известной степени, последовавшее при Траяне крупномасштабное наступление. Другим завоеванием, фактически бескровным, стало занятие Декуманских полей, что помогло выровнять пограничную линию по Дунаю.

При Веспасиане происходят перемены в отношениях с оппозицией, которая практически сходит со сцены. Лидером стоической оппозиции после смерти Тразеи Пета стал его зять Гельвидий Приск, продолжавший традицию бойкота, однако временами он отваживался и на прямые выпады против императора, демонстративно отказываясь его признавать (Xiph. 207; Suet. Vesp. 15). После одного публичного выступления Гельвидия, Веспасиан распорядился его казнить (Ibid.). В 71 г. по настоянию Муцина из Рима были изгнаны философы, в том числе киники и стоики. По сообщению Диона Кассия, некоторые были казнены, а другие (киники Деметрий и Гостилиан) высланы на острова (Xiph. 208; Suet. Vesp. 15).

Светоний сообщает о постоянных заговорах (post assiduas in se coniurationes - Ibid. 25) против Веспасиана. Конкретно известен только заговор А. Цецины Алиена, бывшего командующего вителлианцев, перешедшего на сторону Веспасиана, и видного сенатора, консуляра Эприя Марцелла, известного делятора нероновской эпохи. Из текста Светония не совсем ясно, был ли это единый заговор или два

- 297 -

разных. Цецина стал жертвой внесудебной расправы, будучи убит по приказу Тита, Эприй Марцелл был осужден в сенате и после этого покончил с собой (Xiph. 210).

Дион Кассий сообщает о репрессиях против киников (Xiph. 208-209), которые пробирались в город. Киник Герас был казнен, другого киника, Диогена, публично били кнутом. Был казнен и Сабин Галл.

Главной задачей Веспасиана была реставрация экономического и финансового положения Империи, которое стало катастрофическим после гражданских войн и провинциальных восстаний. Именно финансовое положение стало предметом особой заботы Веспасиана, и, по его собственному заявлению, ему было необходимо 40 млрд. сестерциев, чтобы государство могло восстановить свое положение (Suet. Vesp. 16).

Веспасиан использовал различные методы. Прежде всего, это было увеличение сбора налогов и поиск новых источников. В 73 г. н. э. он ликвидировал данную Нероном свободу Греции (Ibid. 9), а также иммунитет Ликии, Родоса, Византия и Самоса (Suet. Ibid.; Eutr. VII, 19). Определенные суммы стали платить места добычи сырья. Светоний пишет, об увеличении налогового пресса, взыскании ранее прощеных недоимок, появлении новых налогов (Non enim contentus omissa sub Galba vectigalia revocasse, nova et gravia addidisse, auxisse tributa provinciis, nonnullis et duplicasse - Suet. Vesp. 16). Сообщается о скупках и спекуляциях, распродажах и продаже должностей (Ibid.). Из денег, захваченных во время Иудейской войны, возник fiscus Iudaicus.

Вместе с тем, идет и сокращение ряда расходов. Сокращается военный бюджет, так, например, Веспасиан уменьшил число преторианцев и раздачи войскам (Suet. Vesp. 8, 2). Сократились расходы на двор, что привело к большей экономности в жизни высших слоев. Роскошь Нерона уходила в прошлое (Ibid. 19-21; Tac. Ann. III, 55), а анекдоты о скупости Веспасиана ходили по всему Риму (Suet. Vesp. 19, 23). Финансовому успеху способствовало и уменьшение военного напряжения. Жестче, чем другие правители, Веспасиан стал контролировать работу эрария.

Ужесточение налогового гнета было, по крайней мере внешне, относительно спокойно воспринято провинциями. Причин было несколько: усиление центральной власти, конец анархии и гражданских войн, улучшение экономического положения провинций. При Веспасиане начинается экономическое оживление. Показателем этого стало строительство дорог: в 70 г. в Сардинии, в 78 г. - в Греции,

- 298 -

в 79 г. - в Бетике. Источники сообщают об увеличении числа дорог в Италии и выводе новых колоний (Реате, Пестум, Синуэсса, Бовиан). Колонии выводятся в Галлию, активное строительство идет в Германии, Испании, Африке, Малой Азии. Погибшие именно при Флавиях Помпеи показывают процветание италийских городов. Немало было сделано и для романизации дунайских территорий. Римляне выводили колонии в ключевые точки Паннонии, Сирмий и Сисцию, появились военные лагеря в Карнунте и Виндобонне. В Далмации появилось несколько муниципиев с названием Flavia.18

Гигантская строительная программа затронула и Рим. К 71 г. завершили строительство храма Юпитера Капитолийского, были восстановлены храмы Honos и Virtus, храм Клавдия, театр Марцелла, тогда же началось строительство Колизея, Форума мира и других построек. Наконец, еще большим трудом явилось восстановление многочисленных улиц, частных зданий и других сооружений. Светоний сообщает о застройке многих пустых участков.19

Особенности флавианского архитектурного стиля также демонстрируют особенности эпохи. Это, во-первых, сохранение римского стиля в архитектуре, что показывало принадлежность этой эпохи к

- 299 -

Римской Империи I в. н. э. а не к Средиземноморской Империи II в. Во-вторых, примечателен гигантизм и высокий технический уровень флавианских построек, демонстрирующий, как некий упадок вкуса, так и рост технических возможностей. Исследователи отмечают эксцентричность стиля и, что важно в социологическом плане, перенос акцента с частных дворцов и вилл на общественные сооружения.20

На время Веспасиана приходятся и многие изменения в провинциальной организации Империи. В 74 г. н. э. вся Испания получает ius Latii, что увеличило число граждан латинского права на несколько миллионов человек. С 74 по 84 г. не менее 350 испанских городов получили статус муниципия. Образцами муниципальных конституций являются leges municipales Сальпензы и Малакки. Проникновение муниципальной верхушки Галлии и Испании в римскую элиту привело к тому, что во времена Домициана образовалась сильная группа, которая могла выдвинуть своего кандидата в императоры.21 Среди имперской знати стали появляться выходцы из Африки и восточных провинций.22

Произошли перемены в провинциальной организации. В 76 г. прокуратор Каппадокии был заменен легатом, что повысило статус этой стратегически важной провинции и позволило ввести в нее войска (Suet. Vesp. 8; Tac. Hist. II, 81). По-видимому, происходит объединение Каппадокии и Галатии. В 73-74 гг. происходит образование провинции Ликии-Памфилии (Suet. Vesp. 8; Eutr. VII, 9). В 72 г. прокураторскими провинциями становятся Сардиния и Корсика (CIL. X, 8028: С. Субрий Декстер - procurator et praefectus Sardiniae). В 72 г. Веспасиан аннексировал Коммагену (Suet. Ibid.; Eutr. Ibid.) и подчиненную царю Коммагены Cilicia Trachea (Suet. Ibid.). В 73 г. принцепс передал сенату провинцию Ахайю, но выделил в императорскую провинцию Эпир и Акарнанию. Хотя преобразования были связаны с различными проблемами самих провинций, в них четко видна тенденция к расширению группы императорских провинций и укреплению всесенатского управленческого аппарата.

- 300 -

В целом в провинциальной политике Веспасиана можно отметить ряд новых факторов, изменивших ситуацию в Римской Империи. Во многом это были изменения, произошедшие уже при Нероне и во времена гражданских войн. Наряду с общей тенденцией к упорядочиванию сбора налогов и их увеличению, а также и к реставрации находящейся на грани распада державы, произошли следующие конкретные перемены: стабилизация на длительный срок германской границы, укрепление границы с Парфией, усиление римского контроля в малоазийских провинциях, ликвидация провозглашенной Нероном свободы Греции. Время Веспасиана отмечено трагическими событиями в Иудее. После предоставления ius Latii Испании усилился процесс слияния западных провинций (галльских и испанских) в единую государственную систему с Италией. При Веспасиане начался новый этап покорения Британии. Вместе с тем Веспасиан победил, опираясь на восточные и дунайские провинции, что стало крупным событием, убедившим Рим в значимости восточной части Империи. Фактически заложенные Веспасианом принципы провинциального управления просуществовали до времени Адриана и Антонина Пия.

Примечательна тенденция к государственной поддержке интеллектуальной жизни Рима. Веспасиан, по сообщению Светония, стал выплачивать из государственных средств жалование (100 000 сестерциев) латинским и греческим риторам. Подарки (правда, уже из личных средств императора) получали поэты, художники, актеры и музыканты (Suet. Vesp. 17).

Римская традиция дает Веспасиану позитивную характеристику. Светоний отмечает его доступность, снисходительность, остроумие, работоспособность (Suet. Vesp. 12 , 13, 14, 21-23). Позитивные оценки дают также Иосиф Флавий, Тацит и Дион Кассий (Tac. Ann. III, 55; Ios. B. J. VII, 71; Dio, LXV, 8; Tac. Dial. De orat. 8). Видимо, не случайна и другая оценка Тацита: solusque omnium ante se principum in melius mutatus est -Единственный из всех (бывших) до него принцепсов изменился в лучшую сторону (Tac. Hist. II, 50).

Правление Веспасиана стало началом нового этапа в развитии Империи и заложило основу для ее развития в эпоху Антонинов. 23 июня 79 г. Веспасиан умер. Его преемником стал сын и, по сути дела, соправитель Тит.

Короткое правление Тита Флавия Веспасиана-младшего известно нам по сравнительно небольшому количеству фактов, на основании которых достаточно трудно определить общий характер его принципата. Сообщения нашей традиции в основном сводятся к описанию

- 301 -

двух стихийных бедствий (извержения Везувия в 79 г. н. э. и пожара Рима в 80 г. н. э.), а также - к передаче общей атмосферы эйфории во время двухлетнего правления Веспасиана-младшего. Об извержении Везувия подробно сообщают Плиний-младший и Дион Кассий (Plin. Epist. VI, 20 ; Xiph. 213-214), упоминают также и другие авторы, в том числе Светоний. Надо полагать, что подробный рассказ имелся и в "Истории" Тацита, поскольку письмо Плиния адресовано ему. О пожаре в Риме в 80 г. н. э. сообщают Светоний и Дион Кассий. По Светонию, пожар бушевал три дня (Suet. Tit. 8). Видимо сгорели постройки южной части Марсова поля: Серапейон, Исейон, Септа, Нептуний, Пантеон и термы Агриппы, Дирибиторий, театр Бальба, театр Помпея, портик Октавии и библиотека, пострадал храм Юпитера Капитолийского (Xiph. 214). Источники сообщают об активной деятельности Тита по борьбе с постедствиями стихийных бедствий, когда принцепс пытался покрыть издержки из собственных средств. Упоминается также сильная эпидемия моровой язвы в Кампании (Suet. Ibid.).

Борьба с последствиями стихийных бедствий стала одним из главных направлений деятельности правительства, причем многое пришлось делать уже Домициану. Затраты, безусловно, обременяли казну и заставили правительство Домициана вернуться к режиму жесткой финансовой экономии. Значительные затраты вызвала щедрость даваемых Титом игр (Suet. 7; 8, 2; Xiph. 215; Eutr. VII, 19) и более широкий, характерный для аристократии второго поколения, образ жизни.

Меньше известно о событиях провинциальной жизни во времена Тита. Судя по всему, события в Италии не смогли помешать экономическому подъему Империи. За время правления велось активное строительство дорог (Via Aurelia в Этрурии - Dess. 262; Via Flavia в Истрии - CIL. V, 7986, 7988; дороги в Нумидии,23 Астурии, Малой Азии - Dess. 263).24 В Риме в правление Тита продолжалось грандиозное строительство, к тому же усилившееся после пожара 80 г. н. э. В 80 г. н. э. был освящен Колизей, к декабрю 80 г. завершается реставрация Капитолия. Строительную программу, начатую Титом, продолжил Домициан. Имеются сведения о продолжении строительства, в частности, водопроводов.

Из внешнеполитических событий можно отметить продолжение наступления Агриколы в Британии (вероятно, речь идет о событиях,

- 302 -

описанных Тацитом в 21 и 22 главах "Агриколы" - Tac. Agr. 21-22) и закреплении римлян на захваченных позициях, а также появление очередного лже-Нерона, Теренция Максима, поддержанного парфянами, а затем выданного ими по требованию Рима (Suet. Nero, 57; Zon. XI, 18). С 79 по 81 г. Тит получил три императорские аккламации, вероятно, в связи с победами в Британии (Dess. 262 - imp. XIIII; 264 - imp. XVII).

В династической политике и организации власти Тит продолжал традиции отца по укреплению роли правящей семьи. Веспасиан (впервые после Клавдия) был обожествлен (Dess. 264-265). Надпись Dess. 265 была найдена в храме Веспасиана, видимо построенном сразу после его смерти. Тит стал именоваться divi Vespasiani filius (Dess. 264-265).

Примечательно, что упоминаний о специальном сенатском заседании и lex de imperio в традиции нет. Отсутствие сведений не означает отсутствие факта, однако примечательно, что Светоний называет Тита particeps imperii (Suet. Tit. 6) уже при жизни отца. Титулатура императора скорее указывает на продолжение принципата, который он имел вместе с отцом, нежели на новое правление, а 79 г. н. э. считается не первым, а девятым годом tribunica potestas (Dess. 262). В последующих надписях этот принцип обозначения трибунской власти сохраняется (см. Dess. 263-265), сохраняется и титул цензорa (Ibid.). В надписи (Dess. 263) есть титул censor, в другой (Dess. 264) он отсутствует. Наряду с молчанием источников о снятии цензуры это показывает, что Тит сохранял должность на протяжении всего правления.

Новым было принятие Титом, после смерти Веспасиана, титула Август, императорского преномена (imp. Titus Caesar Vespasianus Aug. - Dess. 262, также - Dess. 263, 264; CIL. III, p. 854), титула "отца отечества" (Dess. 263, 264) и сана великого понтифика (Dess. 263, 264; Suet. Tit. 9), т. е. всех тех прав и титулов, которые имел Веспасиан-старший. В 79 г. н. э. Тит был ординарным консулом (Dess. 262), в 80 г. он занимал консульство вместе с Домицианом. Хотя в 81 г. ни он, ни Домициан, не были consules ordinarii, в одной надписи 81 г. Тит назван coss. VIII, des. VIIII - консулом в 8-й раз и дезигнатом на 9-е консульство (CIL. III, 6732), что, возможно, указывает на то, что он должен был стать консулом в 82 г. Хотя цифра VIIII является восстановлением, сокращение des. прослеживается достаточно определенно. Так или иначе, в случае с Титом можно увидеть явное продолжение флавианской традиции удержания консулата императорами.

- 303 -

Поскольку сыновей у Тита не было, естественным преемником становился брат - Тит Флавий Домициан. Буквально в первый день правления Тита Домициан был объявлен consors et successor (Suet. Tit. 9), в 80 г. он был консулом совместно с Титом (Dess. 263).

Источники сообщают о либеральном курсе Тита. При нем не было репрессий даже против явных заговорщиков (Suet. Tit. 9), не было и конфискаций. Наоборот, пожалования, сделанные предшественниками, которые другие правители признавали в каждом конкретном случае, Тит подтвердил особым эдиктом в общей форме (Ibid. 7). Прекратились процессы об оскорблении величия (Xiph. 212). Особое значение имела клятва Тита не казнить сенаторов без суда и следствия, а также без воли сената (Ibid. 211).

Очень популярными были меры против деляторов. Специальные законы запрещали подводить одно дело под разные законы и оспаривать волю завещателей по истечении длительного срока (Suet. Tit. 9; ср. Xiph. 212). Против деляторов предпринимались жесткие меры, телесные наказания, продажи в рабство, ссылки на острова (Suet. Tit. 9). Был амнистирован Музоний Руф.

Короткое правление Тита сделало его необычайно популярным, и наши источники характеризуют его как одного из лучших правителей Империи (Suet. Ibid. 1; Epit. de Caes. 10, 6 ; Aur. Vict. 10, 5). Светоний отмечает его исключительную мягкость и доброту (Suet. Tit. 1), щедрость (Ibid.), блеск его достоинств уже в юности (Ibid. 3). Автор "Эпитомы о Цезарях" приводит перечисление многочисленных добродетелей императора: его милосердие, щедрость, почтительность, презрение к богатству (Epit. de Caes. 10, 3). Очень высоко ценит Тита и Тацит (Tac. Hist. II, 1, 5; V, 1).

Впрочем, между образом энергичного, волевого и жестокого полководца времени Иудейской войны и популярного, мудрого, наделенного харизматическим даром принцепса есть еще один образ - это Тит времени начала правления Веспасиана. Наряду с деятельностью и энергией, которые делали его надежным и полезным помощником Веспасиана, Светоний сообщает о его жестокости (egit aliquanto incivilibus et violentius - Ibid. 6), умении устраивать политические провокации (Ibid.), распущенности (Ibid. 7). Тон автора иногда становится предельно негативным: в Тите видели нового Нерона (Ibid. 8). Как и Веспасиана, его упрекали в алчности (rapacitas) и откровенной коррупции (Ibid.). Эта rapacitas Тита, в известной мере, противопоставлялась avaritia Веспасиана, как "хищная алчность, направленная на удовлетворение coбственных потребностей", в противовес

- 304 -

"мелочному скопидомству" Флавия-старшего. Известным резюме может служить заявление Светония: ita ad praesens plurimum contraxit invidiae ut non temere quis tam adverso rumore magisque invitis omnibus transierit ad principatum - Так в настоящее время навлек (на себя) ненависть многих, что не случайно, согласно враждебным слухам, когда никто не желал, пришел к власти (Suet. Tit. 7).

Вероятно, мы имеем дело с разными традициями, установить которые, в принципе довольно трудно. Известную роль в формировании негативной версии сыграл Домициан (Suet. Dom. 2, 3), однако версия могла идти и от сенатской традиции, сближавшей его образ с Домицианом. Эта традиция могла идти от Юния Арулена Рустика, связанного с враждебной всем Флавиям столичной оппозицией. Светоний создает образ "плохого" наследника, превратившегося в "хорошего" императора, что, быть может, в известной степени отражает реальность.

Фактом является все же то, что Тит был более популярен в сенате и среди римского народа, чем его отец. Определенную роль сыграли здесь легитимность прихода к власти, личное обаяние и молодость, а также прекращение политики жесткой экономии.

Говоря о политике Тита, можно отметить ее преемственность по отношению к политике Веспасиана в плане укрепления положения династии, однако в ней можно увидеть и значительные перемены в финансовой политике, а также определенную либерализацию, предвосхитившую антониновское время, что, быть может, было одной из причин симпатии к нему Светония и Тацита.

В принципате Тита есть еще одна черта, тонко подмеченная Дионом Кассием - его краткость. "Про него и Августа говорили, что одного бы не любили, если бы он прожил дольше, а другого, если бы он правил меньше, ибо один, тяжело придя к власти через войны и смуты, смог со временем блеснуть благодеяниями, а другой, достаточно правив, умер в зените славы, и быстро бы обнаружилось, если бы он жил дольше, что больше обязан удаче, чем доблести (o{ti eujtuciva pleivoni hJ ajreth' ejcrhvsato - Xiph. 212). Тит не успел полностью реализовать себя в качестве правителя, а его короткий принципат, имевший разные пути дальнейшего развития, остался в традиции легендой о золотом веке Империи.

Картина правления Веспасиана и Тита, данная источниками, оказывается достаточно сложной. В целом она изображает первых Флавиев как создателей римского мира и той политической системы, которая позднее установилась при Антонинах. Мессианские идеи, связанные

- 305 -

с Веспасианом и Титом, были достаточно сильны как на Западе, так и на Востоке Империи.25 Образы Веспасиана и Тита контрастируют с образами Нерона и Домициана, на которых во многом и возлагалась ответственность за трудности и эксцессы времени. Вместе с тем историческая традиция не склонна идеализировать первых Флавиев, время которых предстает и как время начала имперского процветания, и как время тяжелых потрясений. Стабилизация была достигнута крайне дорогой ценой, и эпоха Флавиев была также временем появления новых идейных ценностей, вызванных не только позитивными переменами, но и трагическими событиями кризиса 60-х гг. I в. н.э. очень болезненно воспринятыми многими жителями Империи.

Первые Флавии остановили кризис, однако многие его последствия продолжали оставаться, проявившись уже во времена Домициана, курс которого не только противоречил политике предшественников, но во многом был с ней связан. Рассматривая тенденции в развитии послевоенной историографии, автор вступительной статьи в "Aufstieg und Niedergang der Rцmishen Welt". Ч. Старр отмечает усиливавшуюся в историографии этого времени (по сравнению с историографией XIX и начала XX в.) тенденцию к более критическому отношению к pax Romana.26 В известной степени эта позиция находит подтверждение в источниках даже при изображении ими наиболее уважаемых принцепсов. Правление Веспасиана и Тита стало первым этапом в установлении новой Средиземноморской империи со всеми ее достижениями, проблемами и негативными сторонами. Вторым этапом после нарастания кризисных явлений при Домициане станет эпоха Траяна, Адриана и Антонина Пия.


Примечания


1 Кнабе Г. С. Корнелий Тацит и проблемы истории древнего Рима эпохи ранней Империи: докт. дисс. М., 1983. С. 97-107; 2) Корнелий Тацит. М., 1981. С. 9-16.(назад)
2 См.: Hammond M. The Antonine Monarchy: 1959-1971 // ANRW. T. 2. Bd 2. Berlin; New York. 1975. P. 337-342; Petit P. Le IIme siecle apres J.C.: Etat des questions et problemes // ANRW. T. 2. Bd 2. Berlin; New York. 1975. P. 354-357.(назад)
3 Кнабе Г. С. Корнелий Тацит и проблемы истории... С. 101-104.(назад)
4 Подробнее см.: Егоров А. Б. Флавии и трансформация Римской Империи в 60-90-е гг. I в. до н. э. // Город и государство в античном мире (проблемы исторического развития) / Под ред. Э. Д. Фролова. Л. 1987. С. 137-151.(назад)
5 Кнабе Г. С. Корнелий Тацит и проблемы истории... С. 16-29; 38-48.(назад)
6 Antoninus (98) // RE. Bd 1. Sp. 2636-2637.(назад)
7 Подробнее тема multi bonique pauci et validi исследована Г. С. Кнабе (см.: Кнабе Г. С. Корнелий Тацит и проблемы истории... С. 109-133). По мнению автора, в этом разделении отсутствует прямое деление на сторонников и противников принципата, а также на старую аристократию и "новых людей", или италиков и провинциалов. Автор видит в них скорее определенные типы личности, нежели социальные группы, вместе с тем Г. С. Кнабе отмечает и определенное значение и социального фактора, когда первая группа (pauci et validi) включала в себя тех выдвиженцев принцепсов, которые ориентировались на императорскую новизну, а вторая (multi bonique) поддерживала республиканскую или, по крайней мере, августовскую традицию. Приход к власти Веспасиана приняли обе группы: первые - поддерживая его династические идеи, а вторые - считая возможным установление более сбалансированных отношений между принцепсом и сенатом.(назад)
8 См.: Егоров А. Б. Закон о Власти Веспасиана и полномочия принцепса // Проблемы античной государственности. Л., 1982. С. 150-158.(назад)
9 Гримм Э. Д. Исследования по истории развития императорской власти. СПб., 1900. Т. I. С. 130.(назад)
10 Premerstein A. von. Vom Werden und Wesen des Principats. Berlin, 1937. S. 123; Hirschfeld B. Untersuchungen auf dem Gebiete der romischen Verfassungsgeschichte. Berlin, 1899. Bd 1. S. 289.(назад)
11 Гримм Э. Д. Исследования по истории... Т. I. С. 103; Homo L . Les institutions politiques romains. Paris 1927. P. 230; Levi M. A. I Flavi // ANRW. Bd 2. Berlin; New York. 1975. P. 189.(назад)
12 Karlowa E. Romische Rechtsgeschichte. Leipzig, 1885. Bd 1. S. 494; Willems P. Le droit public romain. 6-me ed. Paris, 1888. P. 422; Gardthausen W. Augustus und seine Zeit. Berlin, 1896. Bd 1. S. 288; Premerstein A. von. Vom Werden und Wesen... S. 123.(назад)
13 Гримм Э. Д. Исследования по истории... Т. I. С. 100; Homo L. Homo L . Les institutions politiques romains. P. 276; Herzog E. Geschichte und System der romischer Staatsverfassung. Berlin, 1891. Bd 2. S. 618.(назад)
14 Timpe D. Untersuchungen zur Kotinuitat des fruhen Principats. Wiesbaden. 1962. S. 267.(назад)
15 После реформ 23 г. до н. э. Август занимал консульство только 2 раза, в 5 и 2 гг. до н. э.; Тиберий после 14 г. н. э. - трижды: в 18, 21 и 31 г. (все три - совместно с потенциальными преемниками, Германиком, Друзом и Сеяном). Гай Калигула был консулом три года своего четырехлетнего принципата (в 39, 40 и 41 гг.). Клавдий (во время принципата) был консулом трижды (43, 47, и 51 гг.), Нерон тоже трижды (57, 58, 60 гг.). В различных случаях это было вызвано разными причинами, однако особое стремление Флавиев занимать консульство весьма примечательно и показывает сохранение значения магистратуры в период ранней Империи, а возможно, и стремление новой династии найти опору в республиканской традиции и подчеркнуть свои полномочия по управлению Италией. Традицию продолжил Домициан, занимавший консульство в 80-88, 90, 92 и 93 гг., однако позже от нее отошли императоры антониновской эпохи.(назад)
16 О важности династического аргумента при приходе Веспасиана к власти подробно пишет и Тацит (Tac., Hist., II, 77, 1; IV, 8, 4; 52, 1). Wickert L. Princeps (civitatis) // RE. Bd 22. Sp. 2140.(назад)
17 На время первых Флавиев приходятся важные события в истории христианства (создание евангельской традиции, обычно датируемой временем после падения Иерусалима в 70 г. н. э., более значительное распространение христианства в Малой Азии и других частях империи, начало перехода к епископальной церкви). Известным рубежом в отношениях государства и христиан было гонение при Нерона, однако похоже, что именно при первых Флавиях начинается проникновение христиан в высшие сферы общества, о чем говорят сведения о гонении на них при Домициане (см. Kereztes P. The Imperial Roman Government and the Christian Church //ANRW. Bd 23. HBd. 1. S. 265-268). Можно предположить, что при Веспасиане и Тите происходит временное прекращение преследований христиан, а появление таких произведений, как "Апокалипсис Иоанна" могло стать реакцией на преследования при Нероне, разрушение Иерусалима, гражданскую войну 69 г., вызвавшую на востоке множество пророчеств, стихийные бедствия времени правления Тита и репрессии Домициана. Так или иначе, распространение христианства во второй половине I в. н. э., видимо, находится в тесной связи с этими событиями. См.: История древнего мира. М., 1968. С. 163; Свенцицкая И. С. От общины к церкви. М., 1985. С. 63-67.(назад)
18 Weynand P. Flavii (207) // RE. B 6. S. 2675-2679.(назад)
19 Флавианская эпоха стала одним из периодов наиболее значительного строительства в Риме, что было вызвано различными причинами: крупными пожарами при Нероне и Тите, увеличением населения города, возрождением имперской идеи после ряда событий, едва не приведших к распаду державы. В этой связи крайне интересно суждение Г. С. Кнабе о культе всего грандиозного и неестественного в период Нерона и Флавиев, проявившегося в архитектуре, прикладном искусстве и других проявлениях бытовой жизни (см.: Кнабе Г. С. Корнелий Тацит. М., 1981. С. 11-12). Быть может, примечательно, что именно на это время приходится строительство новых крупных римских терм (после терм Агриппы и терм Нерона) - терм Веспасиана и Тита, построенных, соответственно, в 68 и 75 гг., а также обеспечение Рима водой в ранее небывалых количествах (Кнабе Г. С. Древний Рим, история и повседневность. М., 1976. С. 47-49). Таким образом, флавианская эпоха стала одним из самых значительных периодов римского градостроительства, и Рим эпохи расцвета империи был во многом Римом Флавиев (Кнабе Г. С. Древний Рим... С. 166-167). Строительство в Риме, позже осуществленное Титом и Домицианом, могло быть одной из причин усиления налогового давления на провинции. Большую роль в финансировании этого строительства сыграла добыча, полученная в результате Иудейской войны (флавианский Форум Мира был памятником победы над Иудеей, также как и арка Тита, - Соколов Г. И. Римское искусство // Культура древнего Рима. М., 1985. Т. 1. С. 386). Известным свидетельством огромной значимости строительной деятельности именно флавианской эпохи является упоминание ее у поздних бревиаторов, старавшихся выделить наиболее, по их мнению, значительные события и сравнительно мало упоминавших о строительной деятельности принцепсов (Eutr. VIII, 19; Aur. Vict. De Caes. 9; Epit. de Caes. 9.). У этих авторов Веспасиан практически представлен восстановителем столицы.(назад)
20 Соколов Г. И. Римское искусство. С. 384-387; 391-392.(назад)
21 О появлении сильной и влиятельной группировки испанской знати, сыгравшей большую роль в приходе к власти Траяна, см.: Waters K. H. The Reign of Trajan and its Place in Contemporary Scholarship (1960-1972) // ANRW. T. 2. B 2. P. 381-383; 387-388.(назад)
22 Сильное увеличение численности и доли сенаторов-провинциалов отмечено именно при Флавиях: с 16,8 % при Веспасиане до 34,2 % ко времени Траяна, - см.: Кнабе Г. С. Корнелий Тацит... С. 14. Это увеличение оказывается особенно значительным, если учесть общий рост числа сенаторов и патрициев. Еще большее увеличение приходится на долю верхушки италийских городов.(назад)
23 Weynand P. Flavii... Sp. 2117. (назад)
24 Weynand P. Flavii... Sp. 2117.(назад)
25 Циркин Ю. Б. Гражданская война 68-69 гг. н. э. и провинции // Античное общество. Проблемы политической истории. СПб., 1997. С. 105-107.(назад)
26 Starr Ch. G. The Roman Place in History // ANRW. Berlin; New York. 1972. T. 1. B 1. P. 9-11.(назад)

(c) 2003 г. А.Б. Егоров
(c) 2003 г. Центр антиковедения