Конференции Центра антиковедения СПбГУ


Публикации Центра антиковедения СПбГУ

Главная страница | Конференции |


Н.В. ЧЕКАНОВА
Реформация Суллы

Античное общество V. Тезисы докладов научной конференции 2-3 апреля 2002 года.
Настоящая работа опубликована только в Internet. При цитировании ссылаться на электронный адрес: [www.centant.pu.ru/centrum/publik/confcent/2002-04/chekanov.htm]


ПРЕДЫДУЩЕЕ

СЛЕДУЮЩЕЕ


Состояние римской республиканской действительности второй половины II-I вв. (здесь и далее - до н.э.) исследователи оценивают по-разному: революция, кризис, переходность, процесс обновления, адаптация, регенерация и т.п. При всем многообразии дефиниций имеется в виду такое положение Римской республики, которое характеризуется кардинальными структурными изменениями всех составляющих социально-экономической и социально-политической жизни Рима при одновременном нарождении новых структур и отношений.

Однако развитие возникавших внутри римской республиканской системы новаций либо сдерживалось общинными нормами и традициями, либо облекалось в полисные формы при совершенно новом неполисном содержании. Это имело, по крайней мере, два важнейших последствия для дальнейшего развития Римской республики. Первое состояло в том, что возникавшие трансформации, не имея возможности окончательной реализации, накапливались. Второе - в том, что римская действительность приобретала характер "иллюзорной реальности". И то, и другое указывало на необходимость реформации римской республиканской системы: территориально-административной интеграции, социальной интеграции, стабилизации публичной власти и т.д.

В обстановке сохранения общинных норм и стереотипов реформация могла быть осуществлена лишь при наличии сильнейшего волевого импульса, концентрации власти и политической воли. Анализ политической ситуации в Риме показывает, что в начале I в. ни один политический орган не был способен осуществить задачи реформации. Римский сенат, оставаясь оплотом общинного традиционализма, не понял этой необходимости. В качестве альтернативы существующей нобилитарной системе выдвигалась идея демократической республики (Гракхами в 133-121 гг.). Однако в I в. римские комиции представляли собой слабо интегрированное в социально-экономическом и социально-политическом отношении представительство римского гражданства.

Задачу реформации Римской республики взяли на себя политические лидеры, получившие неограниченные диктаторские полномочия. Диктатура I в. была порождена противоречиями между амбициями публичной власти и ее возможностями, с одной стороны; между амбициями публичной власти и задачами, стоящими перед ней, - с другой.

Первым среди диктаторов "новой формации" античная традиция называет Луция Корнелия Суллу. Именно с его диктатурой и последовательные республиканцы (Цицерон), и сторонники сильной власти политического лидера (Саллюстий) связывали начало новой эпохи в истории Рима, перелом республиканской системы в сторону имперской и монархической.

Сулла не только один из первых понял необходимость реформации римской действительности, но и осуществил ее комплексно и систематически (насколько это представлял себе). Во-первых, он попытался интегрировать римское гражданство под лозунгом возвращения к традициям сильной и стабильной Республики (по представлениям Суллы, аристократической сенатсткой Республики). Выполнение этой задачи Сулла предполагал за счет пополнения сената, возвращения ему судов и передачи вопросов о распределении и контроле над провинциями; ликвидации цензуры и замены ее собственной волей, ослабления магистратской и трибунской власти и укрепления магистратуры своими сторонниками; повышением возрастного ценза при выборах на государственные должности. Все это должно было восстановить социально-политическое единство римского гражданства и сплотить его властью сильного и авторитетного сената. Во-вторых, Сулла попытался осуществить территориально-административную интеграцию римского гражданства. Он не уничтожил равного распределения италиков по всем 35 трибам, произвел муниципальное деление Италии, предоставив части общин статус самоуправляющихся муниципиев, ввел в административную практику понятие локально ограниченной власти в виде империя проконсулов. Вся Италия была объявлена гражданской территорией и войско выведено в провинции. Сулла отошел в осуществлении власти от узких партийных интересов и осуществлял единую политику в отношении всех сословий и всех территорий, возложив бремя своей власти не только на римскую общину, но на всю Италию. Таким образом, Сулла создал государственно-правовой прецедент имперской политики. В-третьих, Сулла осуществлял свою диктатуру, используя новые неполисные методы политической борьбы и опираясь на новые неполисные и нереспубликанские принципы отношений. Опорой и гарантиями его конституции были диктаторские полномочия в объеме нехарактерном для Республики; огромная (120 тыс. человек) армия военной клиентелы, расселенная по всей Италии и связавшая таким образом все италийское население с личной волей диктатора; отряд корнелиев, связанных с Суллой отношениями личной клиентелы. Таким образом, Сулла создал искусственно изолированную от римского гражданства социальную среду, в которой осуществлялись новые имперский и авторитарный принципы отношений.

Еще одной гарантией справедливости и порядка сулланской диктатуры выступало насилие. Мысль о возможности и необходимости физического уничтожения тех, кто не желает "исправляться" служила утверждению идеи сильной власти. В целом современники признавали справедливость этой идеи и расходились лишь в определении меры и степени насилия.

В литературе нового времени определяющим является суждение о том, что реставрационная программа Суллы провалилась и не могла быть осуществлена (Т.Моммзен, Bloch L., Carcopino J., Wilcken U., Bordet M., Meier Ch., Christ K., Тойнби А, Утченко С.Л. и др.). Если рассматривать диктатуру Суллы только как систематическую и тотальную реставрацию сенатской республики, безусловно, объективно она была обречена на провал, так как слишком противостояла политическому и общественному развитию Рима, абсолютно игнорировала интересы большинства, провоцировала на антисенатские выступления его противников. Однако если рассматривать диктатуру Суллы как реформацию (Badian E., Bennet H., отчасти С.И. Ковалев, Н.А. Машкин), она, безусловно, открыла возможности для дальнейшего развития Рима в сторону империи и монархии. В сознании римлян сулланская диктатура закрепила ряд важнейших идей: о моральной оправданности террора, если он осуществляется во имя государства; о возможности передачи ответственности за судьбу государства с каждого римского гражданина на конкретного политического лидера, способного обеспечить общине стабильность и благополучие; о возможности и целесообразности политического лидерства.

Сулла имел свое представление о власти и государстве. Оно было достаточно простым: он и его сторонники - приверженцы общины и Республики; его противники - соответственно противники общины и Республики. Это противопоставление приняло форму государственной политики, основанной на реальной силе и на власти, которая этой силой располагает. При этом и политическое мышление Суллы, и его политическая практика не вписывались в рамки республиканских представлений о характере публичной власти и методах политической борьбы, способствовали развитию имперских тенденций и разрушали традиционные республиканские основы, за восстановление которых он сам боролся.


Главная страница |
(c) 2002 г. Н.В. Чеканова
(c) 2002 г. Центр антиковедения СПбГУ