Конференции Центра антиковедения СПбГУ


Публикации Центра антиковедения СПбГУ

Главная страница | Конференции |


А.В. ЗАРЩИКОВ
"Вторые лица" второго триумвирата: надежды и тревоги Рима после Мутинской войны

Жебелевские чтения-3. Тезисы докладов научной конференции 29–31 октября 2001 года. СПб., 2001, c. 157-161

ПРЕДЫДУЩЕЕ

СЛЕДУЮЩЕЕ


Темой нашего исследования являются взгляды и деятельность цезарианских военачальников, которые не принимали участия в Мутинской войне, но впоследствии соединились с Октавианом и Антонием, а именно - Г. Азиния Поллиона, находившегося в тот момент в Дальней Испании, Л. Мунация Планка, правителя Трансальпинской Галлии, и М. Эмилия Лепида, наместника Нарбонской Галлии и Ближней Испании.

Азиний Поллион, хотя и находился рядом с Цезарем, начиная с Рубикона и заканчивая Фарсалом, но по своим взглядам был, по всей видимости, сторонником старой республики. При этом свой выбор стороны Цезаря Поллион объясняет не политическими симпатиями, но, главным образом, личными связями. Будучи оставлен Цезарем в Дальней Испании в качестве наместника, Поллион в 45-44 гг. вел продолжительную войну с младшим сыном Помпея Великого Секстом. Причем даже гибель диктатора в марте 44 г. никак не повлияла на характер войны с младшим Помпеем. Для Секста Помпея Поллион был всего лишь одним из военачальников Цезаря, которого он ненавидел. Именно поэтому, несмотря на то, что диктатура прекратила свое существование и республика получила новый шанс, борьба Поллиона с Секстом Помпеем носила весьма ожесточенный характер.

Характерно, что и сам Поллион не причислял себя к цезарианцам. В одном из писем Цицерону он говорит о погибших "предводителях и ветеранах партии Цезаря". Что касается "ветеранов", то речь идет о солдатах четвертого и Марсова легионов, покинувших Антония и перешедших на сторону сената в ноябре 44 г. Среди "предводителей" партии он называет видных цезарианцев Г. Вибия Пансу и А. Гирция, консулов того года, Л. Понтия Аквилу и юного Октавиана, получившего от сената пропреторские полномочия для борьбы с Антонием. Причиной того, что Поллион не считал себя цезарианцем было, по-видимому, негативное отношение общества к словосочетанию partes Caesaris. Например, в V-й Филиппике Цицерон называет цезарианской партией противников сената и его армии, а именно - Антония и его сторонников. Поллион в письмах Цицерону заявляет о своей просенатской позиции и своей готовности "отстаивать свободу и для себя и для государства".

Л. Мунаций Планк, наместник Трансальпинской Галлии, тоже, по всей видимости, не был цезарианцем по взглядам. Конечно, в гражданской войне он оказался на стороне Цезаря, был его легатом в Галлии, а затем - в Испании и Африке, но "теперь положение иное, - отмечает Цицерон в одном из писем Планку, - суждение обо всем за тобой и притом свободное". Планк не желал присоединяться к цезарианцам, о чём свидетельствуют его письма Цицерону и донесения сенату. Причем, надо отметить, Планк был искренен в своем намерении отстаивать вооруженной силой "благополучие отечества". Будучи отрезан от Италии легионами Антония и осознавая трудность своего положения, он пытался привязать к себе армию, пробуждая в солдатах гражданскую ответственность. Он открыто высказывал свои взгляды на государственное устройство, которые были очень близки к взглядам такого стойкого защитника старых порядков, как Цицерон. Деятельность Планка была направлена во благо государства, "pro rei publicae salute". К сожалению, обстоятельства сложились так, что Планк в конце концов был вынужден пойти на сближение с Антонием и Лепидом.

Гораздо более загадочной фигурой в избранной нами триаде был М. Эмилий Лепид. Люди, которые были с ним знакомы, давали ему совершенно противоположные оценки. К примеру, и Планк, и Антоний говорят о честности и справедливости Лепида. Децим Брут, однако, называет его "очень ветреным человеком". Действительно, поведение Лепида после мартовских ид 44 г. кажется весьма непоследовательным. Хотя Лепид и был первым, кто потребовал мести за Цезаря, вскоре после этого он вместе с Антонием пошел на компромисс с сенатом. В "Филиппиках" Цицерон всячески превозносит Лепида, хотя, справедливости ради отметим, что характер таких высказываний был продиктован не настоящим положением дел, но скорее желанием Цицерона перетянуть Лепида на сторону сената похвалами и предоставлением почестей. Одной из причин тяготения Лепида к Антонию, по наблюдению античных авторов, были старые дружеские связи и родственные узы, которые их связывали с недавних пор (Антоний выдал за его сына свою дочь).

На самом деле все было гораздо сложнее и не стоит все сводить только к личным связям. Лепид был очень скрытным человеком и стремился выжать из ситуации максимальную выгоду. Во время Мутинской войны Лепид выступал на сходках в пользу Антония, но при этом отправил в район ведения боевых действий свой отряд, не дав его начальнику никаких определенных инструкций. После же поражения Антония он идет на переговоры с Планком и заверяет его, что "начнет военные действия против Антония..." Даже после того, как армия Антония вошла в соприкосновение с его легионами, Лепид не проявил, по словам Светония, никакого дружеского участия и ожидал подхода Планка с войском. Все это время Антоний вел активную агитацию в армиях Поллиона, Лепида и Планка, но особого результата не добился. Результат был достигнут в другом. Пропаганда Антония должным образом воздействовала на солдат, которые прошли Галльскую войну и относились к Антонию, как к одному из ближайших соратников Цезаря. В донесениях Планка говорится, что часть армии Лепида "развратилась и стала враждебной государству", имея в виду, возможно, знаменитый десятый легион. Наибольшую тревогу у него вызывала переменчивость не столько Лепида, сколько его армии. Сам Планк недооценивал и свои легионы, говоря о них в таких выражениях: "Веду к вам войска, надежнейшие и по своей численности, и по составу, и по верности". Однако вскоре те же самые легионы вынудили его перейти на сторону Антония. Не все было гладко и у Поллиона в Дальней Испании. Один из его легионов, а именно двадцать восьмой, с трудом был удержан им в повиновении.

Итак, попытка создания антиантонианской коалиции провалилась. Главной причиной тому была армия, созданная Цезарем в Галлии, - самая мощная армия тогдашней ойкумены. Не считаться с солдатами, как с силой, было преступно для полководцев. При этом не имело значения, каковы были политические предпочтения военачальников. Вот почему в ситуации, предшествовавшей образованию второго триумвирата, были прежде всего важны настроения и симпатии солдат. Именно под их давлением Антоний, Лепид и Октавиан заключили свой роковой для государства союз.


Главная страница |
© 2001 г. А.В. Зарщиков
© 2001 г. Центр антиковедения СПбГУ
© 2001 г. Изд-во СПбГУ