Конференции Центра антиковедения СПбГУ


Публикации Центра антиковедения СПбГУ

Главная страница | Конференции |


П.В. ШУВАЛОВ
"География" Птолемея: карты и рукописная традиция*

Жебелевские чтения-3. Тезисы докладов научной конференции 29–31 октября 2001 года. СПб., 2001, c. 46-54

ПРЕДЫДУЩЕЕ

СЛЕДУЮЩЕЕ


Последним всеохватывающим исследованием "Географии" Птолемея является книга Пауля Шнабеля (Schnabel, 1939). Она представляет собой первую часть большого труда, в котором вторая так и не вышедшая часть должна была содержать критическое издание текста параллельно по двум редакциям (X и W). Однако тяжёлая болезнь не только не позволила Шнабелю реализовать этот план, но также и лишила его физической возможности довести текст первой части до издательского вида. Эту задачу при больном авторе частично выполнил Альберт Геррманн, которому в частности принадлежит и стемма, составленная "по данным Шнабеля". Геррман видимо часто общался со Шнабелем в процессе подготовки текста к изданию, однако, судя по крайней мере по стемме, это общение не сильно повлияло на издание книги.

Действительно, стемма Геррманна сильно расходится с текстом Шнабеля. Например, в тексте рукопись (Vat., 388) отнесена Шнабелем к отдельной семье a, в то время как в стемме нет ни такой семьи a, ни вообще какой-либо семьи, которая включала бы рукопись A. Таких примеров можно привести много, но ясно одно: стемма Геррманна является упрощённым и неточным отражением идей Шнабеля, изложенных в тексте. В то же время не исключено, что в стемме были учтены Геррманном некоторые идеи Шнабеля, не включённые в опубликованный текст. Предлагаемая мною ниже стемма построена в основном на тексте Шнабеля и несколько отличается от стеммы Геррманна. Поэтому следует охарактеризовать предлагаемый вариант стеммы, обосновывая каждое ее отличие от стеммы Геррманна.

Ещё во время близкое к Птолемею возникло две редакции "Географии": X и W. По мнению Поляшека (Polaschek, 1965) эти две редакции являются двумя разными изданиями текста: кодекс X был экземпляром первого издания текста, но содержал ещё и дополнительные пометы Птолемея, внесённые туда в процессе подготовки второго издания. X была текстом второго издания, незаконченного и подготовленного скорее всего уже вскоре после смерти Птолемея. Двум изданиям, возможно, соответствуют два набора карт, сохранившихся в разных рукописях "Географии": соответственно B и A**.

Александрийская редакция W, созданная на основе папирусного экземпляра, содержала текст (книги I-VIII) и набор карт (набор A). Карта мира содержала данные восхода, которые вошли затем в таблицы W и OZ. Эта карта, по мысли Шнабеля была затем утрачена и на место её была создана новая. Известно, что некий "механик" Агафодемон примерно к 180 г. создал карту мира и приложил её к сочинению Птолемея. Дошедшие до нас 26 региональных карт набора A восходят, по мысли Шнабеля, к Птолемею, однако имеют изменённую градусную сетку. Не ясно, когда оигинальная градусная сетка была утеряна. Виньетки же вокруг названий знаменитых городов восходят к самому Птолемею. Между Птолемеем и W Шнабель предполагал множество промежуточных звеньев, считая, что между концом II-го (написание текста прото-W) и IV-VI-м вв. (создание с W списков P и D, послуживших основой для дальнейшего текстологического развития) текст многократно переписывался, и экземпляры II - III вв. не дожили до VI в. Современные предстваления о передаче рукописного текста сквозь века ставят под сомнения такие взгляды. Считается, что по причине наличия во II-VI вв. эталонных библиотечных экземпляров возникавшая порча текста не накапливалась и таким образом не происходило существенного развития текста. Следовательно, весьма вероятно, что в Александрии в VI в. ещё сохранялся весьма близкий к оригиналу текст "Географии", - если только в этом городе к моменту гибели главной библиотеки в 415 г. существовал экземпляр текста вне этой библиотеки. Кроме того, несомненно, что экземпляры сочинений Птолемея, сделанные к тому же хорошими переписчиками, должны были существовать и в столичных библиотеках, в частности в Константинополе. К тому же текст "Географии" не был особенно популярен на протяжении III в.: на него ссылаются преимущественно позднеантичные авторы конца IV-VI вв. (Маркиан из Гераклеи, Папп из Александрии, Кассиодор и др.). Так что интенсивного переписывания текста "Географии" в III в. не было. Так же как и текст, карты не должны были существенно отклониться от оригинала за период III-VI вв., несмотря на необоснованные сомнения некоторых современных исследователей (например, Дилке). Однако это не означает, что текст и карты совсем не развивались: карты были подправлены писцом W по тексту, а в тексте по картам были выделены знаменитые города. Тогда же (или позже: в D и P) к тексту были добавлены схолии.

С текста W в позднеантичный период были сделаны по крайней мере две копии, пережившие период тёмных веков (VII-VIII вв.): D в Константинополе (!) христианским переписчиком и P. При этом в обоих случаях в текст вкрались некоторые ошибки. D была пергаментным кодексом размером около 58 ґ 42, 5 см. с текстом в две колонки. Скорее всего D к IX в. уже лишилась по какой-то причине текста VIII книги вместе с содержавшимися в ней 26 региональными картами. Кодекс же P был написан на пергаменте в одну колонку и сохранил до IX в. весь текст и все карты.

D породила семь семей византийских минускульных рукописей. Самые ранние из сохранившихся рукописей группы D датируются первой половиной XIII века. В рукописях этой группы вслед за D отсутствовали VIII книга и набор из 26 региональных карт. Поэтому в некоторых рукописях группы D этот недостаток позже был компенсирован заимствованиями из параллельной традиции r или X, в частности, в U из r и в o из OZ. В последнем случае заимствованные вместе с текстом книги VIII и правкой для книг II-VII региональные карты оказались иной редакции (т. е. набор из 64 карт), и заимствованы они были не из книги VIII, а из книг II-VII, где они были распределены в редакции OZ. Однако, по мысли Дилке (Dilke, 1985, 1987), карты, ставшие прототипом для карт кодекса U (первая половина XIII в. по Шнабелю), были созданы в конце XIII в. по инициативе Максима Плануда: про него известно, что он жаловался на невозможность найти набор карт Птолемея, что потребовало от него создание нового набора. По мысли Дилке, карты эти были воссозданы Планудом по имевшемуся у него тексту Птолемея заново. От них якобы и произошли все имеющиеся у нас наборы из 26 карт (DLKF и r, производная от V). Однако ещё Шнабель отрицал возможность выводить карты набора A (т. е. 26) непосредственно из текста соответствующих рукописей. К тому же мы достоверно знаем, что ещё до Плануда существовали наборы из 26 карт к тексту Птолемея: в кодексе Х1 (Vat., 191, вторая половина XIII в.), не имеющем карт, в конце имеется приписка переписчика, свидетельствующая, что в материнском кодексе (x?) было 27, а не 26 карт. При этом переписчик объясняет возникновение 27-ой карты тем, что карта Европы № 10 (Греция) была разделена предъидущими переписчиками надвое. Для карт в Х1 переписчиком оставлены свободные места: впрочем, кодекс этот вообще не дописан - пусnые места есть также и для инициалов. Эти места для карт оставлены в конце текста "Географии". Уже Шнабель указывал, что не ясно были ли карты в протографе Х1, или же эта приписка и пустые места для карт содержались уже и в x. Поскольку по Шнабелю протограф для писца Х1 был плохочитаем, следует предположить, что этот протограф был уже достаточно старым. Следовательно, в одном из кодексов IX(?)-XII вв. семьи x в конце текста "Географии" присутствовал несколько видоизменённый (не 26, а 27) набор региональных карт редакции А, который, судя по дате, никак не мог быть производным от карт Плануда (1260-1310). Кроме того, в рукописи R (Venet. Marc., 516, XV в.) семьи r сохранились 21 с двумя половинками региональные карты редакции A. При этом карты R, видимо, не могут быть производными от карт Плануда, так как карты R ближе к предполагаемым картам W, чем к картам UKF. Следовательно, Плануд мог жаловаться не на отсутствие карт вообще, а на плохую сохранность имевшихся в его распоряжениии наборов карт. Не найдя однако лучшего образца, он вынужден был восстановить карты по имевшимся в его распоряжении картам семьи r, бывшим, видимо, далеко не в лучшей сохранности. Итак, набор из 26 региональных карт, дошедших до нас через P и r от W, может быть восстановлен на основе карт R при привлечении карт Плануда (U и p). Набор этот, судя по всему восходит непосредственно к экземпляру "Географии" Птолемея.

P породил две семьи рукописей: с полным текстом и набором 26 региональных карт (r) и с текстом без книги VIII и содержавшихся в ней 26 карт (z). Самые ранние из сохранившихся рукописей группы P датируются первой половиной XIII в., однако ещё раньше (не позже середины XIII в.) с одной из дочерних по отношению к P ныне потерянных рукописей семьи r были произведены заимствования в рукопись U (знаменитый Urbinas 82). Ещё раньше (XI (?)-XII вв.) из P в x были заимствованы карты и, может быть, часть VIII книги. Тем не менее, на современный момент невозможно определить, протограф какой группы (P или D) был раньше введён в оборот византийскими книжниками. Возможно (судя по явной ущербности D по сравнению с P), D была раньше воскрешена из забвения.

Позднеантичная X также не должна была сильно отличаться от текста Птолемея по причине отсутствия текстологического развития у библиотечных экземпляров (т. н. закрытая традиция). X оказался менее плодовитым, чем W, и породил лишь две семьи рукописей: x с 27 региональными картами и SOAZ с 64, распределёнными по тексту не VIII книги, а книг II-VII. Исходя из правил формальной стемматологии, следует предположить, что и в архетипе (а также и в X) был набор из 26, а не 64 карт, раз уж набор из 26 карт представлен и в W, и в x (так и считал Шнабель). Однако весьма вероятен и обратный вариант: 26 карт попали в x вместе с текстом VIII, 29, 1-29 и картой мира VII, 6, 11...12, заимствованными из P (Schnabel, 1939: 58-59, 61-64, 118-119): в P эти 26 карт находились в тексте VIII книги (гл. 3-28). Таким образом, возможно, что упоминание рукописи Х1 о 27 (26 + 1) региональных картах указывает лишь на заимствование карт из традиции W-P.

Возникает вопрос: какие карты были в X? Шнабель был убеждён, что в SOAZ имелся набор из составленных в Александрии 63-64 региональных карт, распределённых по всему тексту книг II-VII. Следовательно, ничто в стемме не мешает принять гипотезу о присутствии набора из 64 карт в X, и возможно в "прото-X", т. е. в кодексе самого Птолемея. В таком случае на этих картах (а не только в тексте) могли быть изначально выделены знаменитые города, списком на 20 более, чем в традиции W. И тогда нет необходимости предполагать сложный путь этой информации о знаменитых гродах на карты SOAZ редакции В из текста X, где эти города были выделены инициалами. Этот набор из 64 карт был скопирован в OZ и далее в O (Laur. Plut., XXVIII, 49), к которому и восходят все известные нам карты этой редакции.

Любопытна позиция кодекса A (Vat., 388): он занимает явно промежуточное положение (так же как Z, O и т. д.) между X и W, что, однако, видимо, вызвало особые затруднения у Шнабеля. Определив сначала для этого кодекса особую семью a, Шнабель затем, судя по стемме Геррманна, отказался от этого. В результате на стемме Геррманна A отнесён к редакции X и плохоисследованной семье SOAZ при одновременном указании на зависимость того же A от W-P-r. Однако, в тексте Шнабель отчётливо писал, что A от SOAZ состоит лишь в правке, дополняющей текст r и в намерении заимствовавать из SOAZ 64 региональные карты: для них в тексте A переписчик оставил пустые развороты. Таким образом, по Шнабелю, A относится скорее к семье r. Можно предположить, что переписчик A (некто Дука в 1435-37 гг. в Константинополе) заметил, что в имевшихся в его распоряжении рукописях из семей r и SOAZ присутствуют разные наборы карт, и предпочёл набор с более подробными картами, т. е. набор редакции В (64 листа).

Итак, набор из 64 региональных карт (редакция В) достоверно восходит к семье SOAZ и не исключено, что - через X - к самому Птолемею.

Мы знаем о существовании птолемеевских карт в арамейской и греческих версиях у арабов ещё в конце VIII в. (Хорезми) и в X в. (Масуди, ум. 956). Любопытно, что арабский текст (Const. Arab., 2610) Птолемея снабжён набором карт, собранных как из редакции A, так и B.

В заключение можно отметить, что прочтение текста Шнабеля показало следующее. Если исходить из построений этого исследователя, то можно с уверенностью предполагать восхождение основы набора A из 26 региональных карт в конечном счёте к самому Птолемею или его ближайшему окружению. То же можно предположить, но лишь с большой долей гипотетичности, для набора B из 64 карт. Скепсис же некоторых исследователей по поводу дошедших до нас птолемеевских карт основан либо на простом гиперкритицизме, либо на неправильном понимании текста Птолемея, либо же на невнимательном чтении немецкого текста Шнабеля. Дополнительным основанием для скепсиса служит и устаревшее представление о многократном переписывании и копировании карт вместе с текстом на протяжении II-VIII вв. На самом же деле существенное развитие текста и карт могло происходить только в период IX-XII вв. Рассуждения же о том, что античному миру не было свойственно представлять пространство как карту, чрезвычайно интересны и перспективны для изучения подсознания современного и античного человека и общего развития картографии в античности, - однако они мало что могут дать в конкретном случае с Птолемеем: общие закономерности не всегда имеют обыкновение проявляться на оригинальных личностях. Поэтому рассуждения, построенные на принципе ex silentio, о том, что мы знаем якобы только о картах Агафодемона и Марина Тирского, ничуть не обязывают нас поверить в отсутствие других карт. Показательно, что Дилке сам до конца не верит в то, что у Птолемея карт не было.

* Работа выполнена при поддержке РГНФ. Грант № 000100228а; «Восточная Европа по географии Клавдия Птолемея»).

** A: карта мира и 26 региональных карт; B: карта мира и 64 региональные карты (+ м. б. ещё 5 карт континентов). Более полный набор - набор B - не мог произойти из набора A простым делением. B то же время, карты не являются производным сответствующего им в кодексах текста "Географии". Набор B большинством исследователей связывается с редакцией W, происхождение же набора X обычно считается недостаточно ясным).


Главная страница |
© 2001 г. П.В. Шувалов
© 2001 г. Центр антиковедения СПбГУ
© 2001 г. Изд-во СПбГУ