Конференции Центра антиковедения СПбГУ


Публикации Центра антиковедения СПбГУ

Главная страница | Конференции |


А.А. ПОПОВ
Основные проблемы греко-бактрийской культуры

Жебелевские чтения-3. Тезисы докладов научной конференции 29–31 октября 2001 года. СПб., 2001, c. 102-107

ПРЕДЫДУЩЕЕ

СЛЕДУЮЩЕЕ


Проблемы истории эллинизма всегда вызывали большой интерес среди российских и советских ученых. В последнее время особенно обострился интерес к Центральной Азии, в том числе к ее древнейшему прошлому. В связи с этим кажется актуальным рассмотрение основных аспектов греко-бактрийской культуры. История Греко-Бактрии (250-145/130 гг. до н. э.) является третьим и последним периодом бактрийского эллинизма, которому предшествовали македонский и селевкидский периоды.

Особенно значимыми письменными источниками по данной теме являются работы античных авторов: Полибия, Страбона, Юстина. Огромную ценность составляют находки французских, советских, а ныне российских и таджикских археологов. Наибольшего внимания заслуживают материалы раскопок Ай Ханум и Тахти Сангина. В Ай Ханум французскими учеными был исследован целый античный полис, а в Тахти Сангине экспедиции под руководством Б. А. Литвинского и И. Р. Пичикяна произвели раскопки эллинистического храма Окса, выдающегося памятника центрально-азиатского эллинизма. Помимо этих источников большой интерес представляет греко-бактрийская нумизматика, которая уже сама по себе является вершиной античного медальерного искусства.

Интерес к истории и культуре Греко-Бактрии возник еще в первой половине XVIII в. Первая работа принадлежит перу академика Т. З. Байера. Крупные монографические исследования по истории греко-бактрийского государства принадлежат англоязычным ученым В. В. Тарну и А. К. Нарайну. Несмотря на это, на сегодняшний день наиболее интересными публикациями по греко-бактрийской культуре являются работы советских, современных российских и таджикских ученых: Г. А. Кошеленко, Б. А. Литвинского, И. Р. Пичикяна, французских: П. Бернара, Д. Шлюмберже.

Первая дискуссионная проблема, стоящая перед современными учеными, - соотношение греческого и восточного в каждом из видов искусства: архитектуре, скульптуре, прикладном искусстве, монетах.

В архитектуре отчетливо видны местные традиции иранской строительной практики. Длительное преобладание восточных черт в архитектуре связано с устойчивостью и жесткостью местных традиций, а также с несомненным участием местных мастеров в возведении греко-македонских сооружений. Определяющими факторами были и иные по сравнению со Средиземноморьем местные климатические условия и строительный материал. Из-за слабых дождей применялись в основном традиционные перекрытия - плоские кровли. Отсутствие мрамора, а зачастую и известняка заставляло строителей обращаться к традиционно восточным конструкциям из сырцового кирпича. В результате на большой территории Западного и Восточного Ирана возникло архитектурно-строительное койне с применением восточно-эллинистического ордера, в котором капитель - эллинская (ионического или коринфского ордера), база - восточная (торовидная или колоколовидная), ствол колонн (неканнелированный) - общий для восточной и греческой периферийной архитектуры. Общий облик зданий, возведенных из сырцовых конструкций, с плоским перекрытием и новой колоннадой восточно-эллинистического ордера в целом был восточным. До недавнего времени считалось, что подобную восточную архитектуру нельзя относить к греческой, что на Востоке ещё будут открыты чисто эллинские по планировке общественные сооружения и храмы. Однако, как показали раскопки целого греческого полиса Ай Ханум, этого, по-видимому, не произойдет.

В скульптуре и мелкой пластике, а тем более в живописи, где превосходство эллинов было очевидным, синтез восточного и греческого может быть выявлен только на семантическом уровне. Господствующим стали эллинский стиль и эллинская иконография божеств даже тогда, когда изображались местные (восточные) божества. Это же касается и прикладного искусства, открытого в последние годы в греко-бактрийских городах.

Что касается греко-бактрийских монет, то они являются древнейшими собственно бактрийскими произведениями монетарного искусства.

Краеугольным вопросом в изучении греко-бактрийской культуры является синтез греческой и восточной религии, складывание синкретических греко-бактрийских культов. Однако вопрос о дуальности греческих по облику божеств, почитавшихся в эллинистической Бактрии, остается открытым. Мало этого, исходя из существующих находок, особенно тех, которые подкрепляются греческой эпиграфикой, складывается впечатление об исключительной чистоте греческих культов. Случай же с изображением местного бога реки Окса в образе Силена Марсия является единичным и, кроме того, возможно, здесь речь идет об использовании эллинской иконографии для изображения бога Окса или здесь следует отмечать религиозный синкретизм представлений и пантеонов в целом, а не синкретизм каких-то конкретных культов. Ведь мы не находим под изображением этого божества слов о том, что данного бога именовали "Окс-Силен Марсий". Мы находим лишь имя: "Окс".

Стимулятором эллинизации искусства и культуры Бактрии после завоевания Бактрии Александром Великим было насильственное установление политической власти македонян, основание новых эллинистических полисов и крепостей, в архитектуре которых преобладало местное (восточное) влияние. В эллинистическое время, в период вхождения Бактрии в государство Селевкидов, а затем во время самостоятельного Греко-бактрийского государства контакты с греческими городами Средиземноморья были регулярными. Они обеспечивались последующими волнами колонизации, притоком греческих контингентов в Бактрию, о чем свидетельствуют художественные школы, отразившие непосредственное влияние селевкидского искусства. Транзитная торговля, в результате которой золото и слоновая кость с Алтая и из Индии попадали в Иран и Средиземноморье, способствовала расцвету ювелирного и костерезного ремесла. Шедеврами малой пластики и монетарного искусства служат не только штемпели греко-бактрийского чекана, но и массовое производство малых форм в самой Бактрии. Торговля с северными кочевниками произведениями ювелирного искусства, в свою очередь, играла роль культурных контактов, где эллинские изделия находили широкий спрос.

С падением греческого господства начался мощный процесс возрождения местных культур, возвращение к древнему иранскому искусству, берущему начало из более близких по духу ахеменидских (восточных) традиций. В итоге исчезли сугубо греческие формы духовной культуры: религиозные культы, наука (в виде философии), в области перестают создаваться скульптурные изображения греческих богов и героев, в том числе Александра Великого, в архитектуре перестают строиться театры, гимнасии. Остаются сугубо утилитарные пережитки эллинского культурного влияния. В архитектуре сохраняется использование греческих ордеров. В скульптуре сохраняется эллинская техника, поэтому изображения восточных божеств постэллинистического времени навевают нам эллинский дух, подобный произведениям Праксителя или Лисиппа.

Подобные тенденции прекрасно отражены в нумизматике. Исчезают изображения греко-бактрийских царей. Появляется схематизм изображений греческих богов и героев. Не смотря на то, что остается техника исполнения самого оттиска, даже сохраняется изображение на реверсе, копирующее греко-македонские образцы монетарного искусства, оно является лишь копирующим. Для мастера чувствуется безразличие к идейной стороне изображения: ему все равно, кто изображен на монете - Диоскуры или просто скачущие всадники, греческие надписи воспринимаются как орнамент, а не как надпись. Сохраняется основной смысл, назначение монеты - денежная единица со своим определенным размером, весом, сделанная из определенного металла. Главное: сохраняется довольно устойчиво весовая и качественная система монет, выпускаемых в Бактрии, система, основанная эллинами-аттический стандарт. Может быть, благодаря этой во многом универсальной и удобной в обращении системе на постэллинистических монетах сохранились отголоски эллинской культуры. Но и здесь только техника, а не смысл изображаемого.

Следует совершенно очевидный вывод: духовные ценности греко-македонского населения, как и оно само, сходят на нет после падения Греко-бактрийского царства.

Таким образом, можно отметить, что в эпоху эллинизма Бактрия переживает экономический и, соответственно, культурный подъем благодаря знакомству ее с передовой материальной эллинской культурой и из-за бурного развития городских центров и международной торговли.

Однако "гордый" Восток, чья культура основана на многовековой традиции, не может до конца воспринять инородные, например, европейские тенденции в духовной сфере. Тем более, когда носители этой духовной культуры по сути своей являются завоевателями. Лишь сугубо материальные достижения эллинов пережили своих создателей в веках. Пусть же это послужит уроком для представителей европейских культур и цивилизаций.


Главная страница |
© 2001 г. А.А. Попов
© 2001 г. Центр антиковедения СПбГУ
© 2001 г. Изд-во СПбГУ