Конференции Центра антиковедения СПбГУ


Публикации Центра антиковедения СПбГУ

Главная страница | Конференции |


Я.В. ДОМАНСКИЙ, К.К. МАРЧЕНКО
Борисфен - начало

Жебелевские чтения-3. Тезисы докладов научной конференции 29–31 октября 2001 года. СПб., 2001, c. 205-208

ПРЕДЫДУЩЕЕ

СЛЕДУЮЩЕЕ


Масштабные историко-археологические изыскания, проводимые ныне на территории древнейшего греческого поселения Северного Причерноморья - Борисфена (современный остров Березань, расположенный в устье Днепра и Буга), привели к целому ряду значительных открытий. Так, в частности, в последнее время удалось получить дополнительные данные о времени возникновения, внешнем облике, культуре, историческом развитии колонии и ее взаимодействиям с варварами хинтерлянда (см., например, Виноградов, Доманский, Марченко, 1987, 75-83; Nazarov, 1997, 5-21; Solovyov, 1999). Наиболее важным результатом исследований последних лет, впрочем, стало открытие священного участка поселения - теменоса - с остатками храма Афродиты второй половины VI - начала V до н. э. (Назаров, 1997, 27-28; 1998, 114; Крижицкий, 1999, 13-14). Указанное обстоятельство, как кажется, способно ныне склонить чашу весов в пользу сторонников признания полисного статуса Борисфена, по крайней мере, уже с этого времени.

Вместе с тем нельзя не признать, что принципиально важный вопрос о причинах и целях появления первой группы колонистов в столь отдаленном районе античной ойкумены, т. е. вопрос о базовой функции раннего Борисфена, остается все еще крайне дискуссионным. На этот счет в современной историографии вполне комфортно сосуществует практически весь мыслимый спектр идей и представлений. И если одни исследователи до сих пор "последовательно" настаивают на фатальной заинтересованности первых переселенцев из Ионии в развитии собственного сельскохозяйственного призводства (см., например, Кошеленко, Кузнецов, 1987, 35-42), то другие - с неменьшей энергией указывают на необходимость учитывать преимущественно торговые или даже, скорее, торгово-сырьевые устремления колонистов (см., например, Копейкина, 1979, 107-109; Виноградов, 1989, 53-57; Solovyov, 1999, 129).

Нельзя не заметить, таким образом, что существующая ныне, воистину, патовая ситуация в данном вопросе может быть разрешена, по-видимому, только с появлением принципиально новых историко-археологических материалов. Логичные сами по себе выкладки и представления и в том и в другом случаях базируются на крайне ограниченной и далеко не всегда корректной или весьма спорной информации.

В этой связи необходимо, быть может, обратить внимание на результаты последих работ Березанской (Нижнебугской) античной экспедиции Государственного Эримитажа.

В 1998-2001 гг. основные усилия экспедиции были направлены на изучение одного из наиболее ранних участков античной Березани, расположенного на западной (береговой) окраине поселения, - раскоп "Основной". Здесь, в системе древнейшей застройки поселения, включавшей в себя целый ряд относительно примитивных "земляных" структур и ям различного назначения, удалось раскрыть вполне очевидные следы двух медеплавильных мастерских (строительные комплексы № 6 и 13) последней четверти VII - первой половины VI вв. до н. э., т. е. времени возникновения самой колонии.

Строительный комплекс № 6 представлял собой остатки относительно большой (4,5 Ч 4,0 Ч 1,1 м - глубина) четырехугольной в плане землянки. В котловане землянки зафиксированы следы двух подов печей для выплавки металла, два овальных в плане "бассейна", предназначавшихся, по-видимому, для производственных отходов, и яма для получения глины; здесь же найдено несколько сотен кусков древесного угля и 272 слитка и всплеска меди общим весом около 2,5 кг.

Строительный комплекс № 13 - овальная полуземлянка (3,5 Ч 2,3 Ч 0,65 м - глубина). В пределах полуземлянки был открыт развал большой глинобитной купольной печи для выплавки металла и (NB!) целиком сохранившийся товарный слиток меди весом 3,1 кг.

Результаты эмиссионно-спекртального анализа металла, обнаруженного в этих комлексах, проведеннного в лаборатории археологической технологии ИИМК РАН (аналитик А. Н. Егорьков) оказались практически тождественными. Они позволяют считать, что по формальному признаку металл, произведенный березанскими ремесленниками, может рассматриваться как мышьяковая бронза (содержание мышьяка составляет около 1,8 %). Однако эти же результаты (интервал отношения мышьяка к сурьме, в частности) дают основания предполагать и рудопримесной характер мышьяка. Данное обстоятельство, а также отсутствие иных сколько-нибудь значительных примесей в металле заставляет видеть во вновь открытых комплексах остатки узкоспециализированного производства. На это же, как будто, указывает и отсутствие в составе вещетвенных материалов из комлексов изделий из меди, бронзы и их полуфабрикатов.

Следует отметить также, что объем производства металла в медеплавильных мастерских раннего Борисфена, по всей видимости, значительно превышал потребности жителей относительно небольшого поселения, каковым, несомненно, являлась во второй половине VII - первой половине VI вв. до н. э. эта самая ранняя древнегреческая колония Северного Причерноморья. Вполне логично предполагать, таким образом, что, хотя бы и частично, такая продукция первых металлургов Березани могла предназначаться для экспорта в метрополию. В этом смысле ранний Борисфен должен встать, по всей видимости, в один ряд с такими древнейшими сырьевыми колониями Средиземноморья, как, например, поселение на Питекуссах, Эль-Мина, Сукас, Гела и т. д. (см. Блаватский, Кошеоенко, Кругликова, 1979, 12-13). Весьма примечательно, наконец, что, судя по наличию небольшой (около 0,05 %) примеси кобальта во всех исследованных образцах березанской меди, руда в эту колонию могла поступать, скорее всего, из района Карпато-Дунайского бассейна.

В заключение отметим, что большинство остальных вещественных материалов, обнаруженных при изучении медеплавильных мастерских раннего Борисфена и их ближайшего окружения - состав комплекса лепной керамики и основные типы земляночных построек, в частности, так же, как будто, подтверждают последнее замечание.


Главная страница |
© 2001 г. Я.В. Доманский, К.К. Марченко
© 2001 г. Центр антиковедения СПбГУ
© 2001 г. Изд-во СПбГУ