Конференции Центра антиковедения СПбГУ


Публикации Центра антиковедения СПбГУ

Главная страница | Конференции |


Е.В. АМОСОВА
Odium regens? (К событиям 177 г. в Лугдуне и Виенне)

Жебелевские чтения-3. Тезисы докладов научной конференции 29–31 октября 2001 года. СПб., 2001, c. 178-182

ПРЕДЫДУЩЕЕ

СЛЕДУЮЩЕЕ


Массовое избиение христиан в Лугдуне и Виенне - одна из высших точек противостояния христианства и язычества в Древнем Риме. Являет ли история погрома свидетельство кризиса римского общественного устройства, неспособного более контролировать стихийную агрессию толпы, или события укладываются в рамки "нормы" общественных взаимоотношений и именно в этом качестве и должны восприниматься историками? Насколько дееспособной показала себя провинциальная администрация, и в какой степени ее линия поведения укладывалась в рамки правовой системы? Наконец, каковы были корни погрома, питало ли их неподконтрольное уже государству массовое стремление к насилию или то было единение правопослушных граждан против чуждой идеологии?

История погрома известна нам по сохраненному Евсевием посланию уцелевших членов общины к азиатским церквам (Euseb. Hist. Eccl., V, 1). Несмотря на обилие подробностей, представленных в послании, подлинный ход событий достаточно сложно реконструировать. Прежде всего, остается неясным, какие именно события послужили поводом к погрому. Авторы письма начинают описание с запрета христианам не только посещать общественные места, но даже появляться в непосредственной близости к ним. Исследователи называют несколько факторов, оказавших наибольшее влияние на события: предубежденность населения в отношении христиан, провоцирующая роль сторонников восточных культов и, наконец, возбуждение жителей города, связанное с предстоящими торжествами и играми, очевидно, ежегодным праздником в честь воздвижения алтаря Ромы и Августа. Роль же провинциальной администрации в событиях, равно как и ограничение присутствия христиан в общественных местах, оценивается далеко не однозначно.

Впервые должностные лица появляются на арене событий после того, как разбушевавшаяся толпа, испытав на христианах все принятые в те времена проявления "ненависти к худшим из врагов", отводит их на форум. Там, перед лицом всех присутствующих, правители города допрашивают схваченных и решают заключить в тюрьму до возвращения наместника (V, 1, 7-8). Тот по прибытии занимает в отношении христиан достаточно жесткую позицию и принимает решение, которое кажется несправедливым присутствующему там же Веттию Эпагату. Открыто выступив в защиту христиан, последний привлекает к себе внимание и предстает перед судом. Ответив на вопрос о принадлежности к христианству, Веттий Эпагат присоединяется к другим мученикам.

Перед нами картина четко работающего государственного механизма. Каждое лицо действует строго в рамках своих полномочий. Эта упорядоченность действий заставляет даже разбушевавшуюся толпу соблюдать определенные правила. При всей накаленности обстановки христиане все же предаются суду. Ибо представления населения о справедливости пока еще подразумевают необходимость наличия приговора как выражения коллективного мнения членов общины.

В течение следующих дней продолжаются аресты, в результате чего в темнице оказываются наиболее значительные и наиболее ревностные деятели общины. Одновременно арестовывают нескольких рабов-язычников из христианских домов для проведения полномасштабного расследования. Разумеется, в обстановке массового возбуждения приходится поступиться некоторыми формальностями, и о запрете сообщать о местонахождении христиан не может идти речи. Как выразился Ж. Зейлер, "Право Траяна... отступило под напором толпы". Как далеко здесь до conquirendi non sunt! - восклицает автор. Однако, насколько это возможно, юридические нормы соблюдаются, включая запрос в адрес императора относительно участи христиан из числа римских граждан (V, 1, 43).

Несмотря на то, сколь жестокими представляются события нашему современнику, магистрат все же действует строго в пределах своей компетенции. Так, например, Ульпиан замечает, что серьезный и "добрый" наместник держит свою провинцию "pacata atque quieta" и добавляет, что задача эта не представляет особенной сложности, если тщательно наблюдать за тем, чтобы провинция была очищена от "mali homines" всякого рода (Dig., I, 18, 13). Подобный подход предполагает, что правитель обладает достаточной самостоятельностью в отношении "mali homines", к коим, несомненно, относили и христиан. Соответственно запрет администрации появляться в общественно значимых местах мог быть превентивной мерой по предотвращению беспорядков и попыткой изолировать друг от друга конфликтующие стороны. Косвенным образом это подтверждается тем обстоятельством, что отсутствие правителя сыграло роковую роль.

На всем протяжении событий толпа играет роль катализатора. Первое столкновение описано автором послания без подробностей, схематично: толпа оскорбляет христиан, забрасывает камнями, разрушает и разграбляет жилища - вместилища зла (Euseb. Hist. Eccl., V, 1, 7). На этом этапе, видимо, находятся люди, которые не выражают христианам открытой поддержки, но и не участвуют во всеобщем безумии,- те, кто знает того или иного христианина лично и не верит в правдоподобие обвинений. Только после признаний, вырванных под пыткой у рабов из христианских домов, эти люди устрашены и потрясены открывшейся "правдой". Их гнев обращается на бывших друзей (V, 1, 15).

Наиболее ярким эпизодом, характеризующим состояние толпы, стал допрос престарелого Потина. Непреклонный старец не унизился до объяснений с гонителями. На вопрос о том, кем же был бог христиан, Потин отвечает: "Если достоин, узнаешь" (V, 1, 31). Вопрос провокационен, поскольку для спрашивающего ответ ясен - речь идет о разбойнике. И ответ звучит если не вызывающе, то воспринимается именно так. Толпа приходит в неистовство и избивает старика до такого состояния, что спустя два дня тот умирает.

Насколько провоцирующим было поведение большинства христиан, ставших жертвами погрома? Получить точный ответ невозможно. В любом случае, в той обстановке, которая создалась в Лугдуне и Виенне в те дни, спровоцировать новый всплеск эмоций было очень легко. Толпу приводит в возбуждение упорство христиан во время пыток, их поведение в амфитеатре, и "ни возраст ребенка, ни женственность не вызывают сочувствия" (V, 1, 53).

Последним актом драмы становится надругательство над телами казненных. Язычники "словно не насытились еще бешенством и жестокостью по отношению к святым", - пишет автор (V, 1, 57). Однако для самих язычников эта сцена, по-видимому, имеет иной знаковый смысл. Борьба за тела мучеников была отражением воззрений античного человека о недопустимости возврата умершего в мир живых, к чему, в глазах большинства, взывала христианская проповедь о воскресении. Демонстрация и последующее уничтожение трупов христиан знаменовало в глазах горожан окончательную победу над противником.

Одна из важнейших функций государства - обеспечение идеологической устойчивости общества. Это выражается как в формировании собственной идеологической модели, поддерживающей существующий строй, так и в форме сдерживания "враждебных" идеологий, способных нарушить достигнутое обществом состояние равновесия. В значительной степени судить об эффективности исполнения государством означенной функции можно на основании того, признают ли граждане государство способным решать практические задачи, является ли в критических ситуациях обращение к соответствующим государственным институтам нормой для большинства.

Обращаясь к истории галльского погрома, мы видим, что даже в обстановке массовой истерии судебное решение остается высшей инстанцией для толпы. Разыскивая христиан по домам, выплескивая свою ненависть на тех, кто рискует вслух заявлять о своей принадлежности христианству, толпа все же не выходит за определенные рамки и оставляет право казни наместнику и амфитеатру. И тот факт, что даже в условиях массового психоза имперский государственный механизм сохраняет значительную часть своей дееспособности, свидетельствует о невероятной устойчивости римской государственной системы и о глубине преобразований, которые потребовались для окончательного отказа от идеи римской гражданской общины.


Главная страница |
© 2001 г. Е.В. Амосова
© 2001 г. Центр антиковедения СПбГУ
© 2001 г. Изд-во СПбГУ