Конференции Центра антиковедения СПбГУ


Публикации Центра антиковедения СПбГУ

Главная страница | Конференции |


С.Г.СЕРДЮКОВА
Философы у власти: Луций Анней Сенека и Марк Аврелий Антонин

Античное общество - IV: Власть и общество в античности. Материалы международной конференции антиковедов, проводившейся 5-7 марта 2001 г. на историческом факультете СПбГУ. СПб., 2001

ПРЕДЫДУЩЕЕ

СЛЕДУЮЩЕЕ


Обращаясь к истории Римской империи I - II веков н.э., в череде, придворных, военачальников, то есть лиц, так или иначе имеющих отношение к власти, Луций Анней Сенека и Марк Аврелий являются людьми, которые, будучи политическими деятелями, в то же время были преданными последователями стоической философской школы. Отделенные друг от друга почти столетием, они удивительно похожи в идейном отношении. И поскольку сочетание теории какого либо философского учения с практикой, а также гармоничное совмещение в одном человеке истинного философа и способного политика - явление, встречающееся не так часто то, деятельность Сенеки и Марка Аврелия вызывает особый интерес.

Луций Анней Сенека - оратор, философ, писатель и политик I в. н.э. Сведения о нем имеются у Тацита, Светония и других авторов, но больше всего о нем мы узнаем из его собственных произведений. Эти источники сообщают, что родился в 4г. н.э. в испанском городе Кордубе. Еще в юности, во многом благодаря отцу, известному ритору Сенеке Старшему, он увлекся философией. В молодые годы он начал политическую карьеру, пик которой приходится на начальный период правления Нерона. Сенека был ближайшим советником принцепса, а, на деле, первым лицом в государстве. Он умел договориться с сенатом, своим авторитетом сдерживая недовольство так называемой "сенатской оппозиции", в то время как его товарищ, префект претория Афраний Бурр, подчинил себе преторианцев. Сенека использовал "политику лавирования" между армией и сенатом, успешно применяемую еще Августом и продолженную, впоследствии, при Антонинах. Механизм регулирования государственного организма не менялся долгое время. История повторялась, следуя от кризиса, через более или менее устойчивое состояние опять в бездну кризиса. Правление династии Юлиев-Клавдиев берет свое начало после гражданских войн и заканчивается тоже гражданской войной 68-69гг., после чего к власти приходят Флавии, а затем Антонины, которые вследствие кризиса сменяются династией Северов

Впрочем, Сенека не имел возможности заниматься политикой в полную силу. Одно время он выступает как "серый кардинал" при Нероне, хотя развернуться ему не давали ни сам принцепс, ни личные враги, ни общественное мнение, то есть возможное осуждение сенаторов и интеллигенции Рима. Все это тормозило многие планы Сенеки. В итоге политическая борьба при дворе закончилась тем, что в конце правления Нерона, во второй половине 60-х годов люди, совмещающие в себе талант правителя и стремление к добродетели оказались не нужны. На первый план выходят полководцы, обладающие авторитетом в войсках и пользующиеся популярностью у солдат.

Марк Аврелий Антонин родился в 121г. в семье близкой императорскому престолу, но, несмотря на это сохранившей веру в республиканские идеалы. До усыновления Антонином Пием будущий император носил имя Марк Анней Вер. Как и Сенека, к философии и делам государства он приобщился очень рано. Наставником его в политической науке был Антонин Пий, который своим примером доказывал, что и на престоле можно увидеть честного достойного человека. Оказавшись после смерти Пия на вершине власти, Марк Аврелий, понимая несовершенство властных структур, стремился возместить этот недостаток мягкостью режима. Даже сторонникам восставшего против него Авидия Кассия он дал полную амнистию, руководителя же мятежа не спас только потому, что не смог предупредить его убийства. Но не философии и не политике суждено ему было посвятить ему большую часть своей жизни, а военным походам против варваров. Обстоятельства требовали от Марка Аврелия быть полководцем, и этот жребий тяготил его. Умер он 17 марта 180 г. в лагерной стоянке на берегу Дуная, и, по словам Геродиана, "не было человека в империи, который бы принял без слез известие о кончине императора. В один голос все называли его - кто лучшим из отцов, кто доблестнейшим из полководцев, кто достойнейшим из монархов, кто великодушным, образцовым и полным мудрости императором - и все говорили правду".

Взгляды Сенеки и Марка Аврелия на государственное устройство и власть схожи практически во всех пунктах, поскольку и тот и другой основные свои идеи заимствовали из стоического учения. Первое, что стоит отметить, оба философа являлись космополитами. Для Сенеки существуют два государства: одно - там, где человек родился, другое - великое, которое не ограничивается определенным пространством, по истине "res publica". М. Аврелий вторит ему: "Для меня как Антонина, град и отечество - Рим, как человека - мир. И только полезное этим двум градам есть благо для меня" (IV, 44). Сумев возвыситься над предрассудками относительно не римлян и не ограничиваясь в своих суждениях рамками полиса, гибель которого для них очевидна, оба стоика, в то же время, переживают человеческую трагедию, не найдя достойного применения своим силам и возможностям в родном отечестве. Отнюдь не новые космополитические идеи имеют под собой еще идеологическую подоплеку-стремление к утверждению господства Рима над всем кругом земель, то есть своеобразная идеологическая поддержка имперских амбиций. Но, несмотря на это, М. Аврелий не имел каких-либо предубеждений против варваров. Он допустил германцев в римские легионы, дал им земли в Дакии, Паннонии, Мезии, Римской Германии, недальновидно полагая, что романизованные варвары явятся лучшей защитой против грядущих нашествий.

Относительно государственного устройства Сенека придерживался мнения о необходимости единовластия и вовсе не был республиканцем. Рассматривая проблему с точки зрения моралиста, он полагал, что, если нравы пали так низко еще при республике, то, следовательно, форма правления не может являться гарантией их чистоты и потому не так уж важна. Утратив "добрые нравы" государство утратило и прежний уклад. Из рассуждений Сенеки следует, что империя возникла при всеобщем падении нравов и представляет собой результат нравственной деградации. Следовательно, монархия, по сути своей, безнравственна. Но, осознавая, какая пропасть лежит между его этикой и реальностью, будучи недоволен многими вещами, менять существующий строй, Сенека не хотел. Он искал не республики, а единовластия ограниченного и упорядоченного. Если он и сопротивлялся, то пассивно. В одном из трактатов Сенека заявляет: "Самое тяжелое иго менее тяготит тех, которые против него не протестуют. Единственное облегчение в великих бедствиях - терпеливо сносить то, что нельзя устранить" (III, 15,3).

Гимном единоличному правлению стал трактат Сенеки "О милосердии". В нем философ изображает правителя душой государства, а подданных членами огромного организма. "Он (правитель) является тем обручем, который скрепляет государство: он - его жизненная сила, которой дышат тысячи людей... Нард наш до тех пор будет огражден от опасности, пока сумеет нести узду; если он разорвет ее или, порвав ее, не потерпит, чтобы ее снова наложили, то это единство, эта великая совокупность государства рассыпятся на тысячи частей, и господству Рима придет конец в тот миг, когда он разучится повиноваться" (О милосердии,IV,1).

М. Аврелию, безусловно, были близки республиканские идеалы, но различие между монархией и республикой для него не особенно существенно. Он сравнивает монарха не с пастухом, а с бараном или быком, которые идут впереди стада. Большое значение Марк Аврелий придавал согласию принцепса с сенатом. Это правило он унаследовал у Антонина Пия. В его правление были расширены судебные функции сената, он обращался к сенаторам за разрешением взять деньги из казны, и не раз говорил, что не допустит в свое правление казней сенаторов. Сам же правитель, по мнению Марка Аврелия, должен быть разумным, добродетельным, справедливым. В наставлениях самому себе он пишет: "Старайся расположить к себе современников" (VIII, 44); "Приучай себя внимательно относиться к словам других людей" (VI,53); "Ничего не следует делать зря" (IV, 2); "Не уставай же получать пользу, принося ее" (VII,74).

Сенека видит главную добродетель правителя в разумном милосердии. Тиран отличается от царя тем, что прибегает к казням из любви к зверству, а царь только по необходимости. Характер же положения и неограниченность прав у них одинаковые (О милосердии, XVIII, 1).

Для стоиков высшим благом (summum bonum), к которому должен стремиться человек является "жизнь сообразная с природой". Тот, кто живет по естественным законам, обладает добродетелью, и есть "человек добра" (vir bonus), иначе мудрец. Добродетельный муж не должен тратить время на государственные и гражданские дела, так как они не совершенствуют душу. Философским размышлениям он отдает все свое время, а не только досуг. Если же подобное невозможно, то деятельность должна хотя бы считаться с моральной нормой и приносить ощутимый результат. Сенека, представитель поколения, которое еще сохраняло в себе остатки гражданственности и гордости за Рим, занимался политикой охотно, но неудачи заставили его под конец жизни покинуть политику и углубиться в философию. Так как он не видел смысла продолжать борьбу, то решил посвятить себя "делам будущего" - стал сочинять наставления потомкам. А М. Аврелий тяготился своим положением, и виной тому его мировоззрение, основывающееся на стоических принципах. Стремление к стоическому идеалу в образе мудреца убило в римских аристократах остатки гражданственности, коллективизма, замыкание в себе разрушало общность. "Ты говоришь одно, а делаешь другое",-- говорит противник Сенеки (О счастливой жизни, 17-18), зато М. Аврелий, судя по всему, как говорил, так и делал. То есть, будучи политиком, руководствовался аполитичным учением.

Марк Аврелий стал воплощением стремлений и идей Сенеки о милосердном принцепсе, заботящемся о своих подданных. Действительно, жители империи получили в лице этого императора не тирана, а монарха, образ которого словно сошел со страниц сочинений философов, начиная Платоном и заканчивая Дионом Хризостомом. Но Марк не первый государь подобного рода: Нерва, Траян, Антонин Пий - тому доказательство. Они были разумными и справедливыми и сделали для развития государства гораздо больше, чем М. Аврелий. Адоптивная империя, алиментарная система, ограничение императорской власти, наказание доносчиков и, наконец, Pax Romana - все это заслуги первых Антонинов. А при М. Аврелии в политическом плане не появилось ничего нового, никакого развития. Общество и государство как любой живой организм не терпит простоя, искусственного сдерживания. Напряжение накапливается и в результате выливается в кризис. М. Аврелий, правитель, безусловно, честный и ответственный, не сумел найти выход из критической ситуации, не смог увидеть отдаленные перспективы. Часто непопулярные меры ведут к оздоровлению государства и предотвращают более серьезные беды, но философ, думающий о всеобщем благе, хорош для современников, но отвечать за его политические просчеты приходится потомкам. Конечно, не стоит отвергать идеи Платона и других мыслителей о мудрецах у власти, но в случае со стоиками, нахождение на престоле философа не дало, в итоге, сколько-нибудь значительных результатов.


Главная страница |
© 2001 г. С.Г.СЕРДЮКОВА
© 2001 г. Центр антиковедения СПбГУ
© 2001 г. Изд-во СПбГУ

office@centant.pu.ru