Конференции Центра антиковедения СПбГУ


Публикации Центра антиковедения СПбГУ

Главная страница | Конференции |


А.Б.ЕГОРОВ
Императорская власть в "Бревиарии" Евтропия

Античное общество - IV: Власть и общество в античности. Материалы международной конференции антиковедов, проводившейся 5-7 марта 2001 г. на историческом факультете СПбГУ. СПб., 2001

ПРЕДЫДУЩЕЕ

СЛЕДУЮЩЕЕ


1. Флавий Евтропий является одним из позднеантичных авторов, пытавшихся обобщить опыт римской истории в эпоху поздней Империи. Сюжетом данного сообщения станут некоторые замечания относительно достаточно сложной концепции императорской власти, которая представлена в "Бревиарии".

2. Достаточно общим является мнение исследователей об усилении императорской власти в ходе кризиса III в.н.э. и создания системы домината в IV в. В историографии существует как точка зрения о переходе от относительно либеральной монархии эпохи принципата, основанной на сотрудничестве принципса и сената и соблюдении ряда республиканских государственно-политических и правовых норм, к абсолютной монархии, опирающийся на мощный подчиненный ей аппарат (концепция, берущая начало от Т. Моммзена; ее разделяют М.И. Ростовцев, Л. Омо, М.Хэммонд, В.Сестон, Ч.Старр, П.Пти и др.), так и мнение, что в смысле развития абсолютизма между принципатом и доминатом не существовало более или менее принципиального различия (напр., мнение Б. Парси). Исследователи также отмечают известное сохранение в системе домината более традиционных представлений антониновского периода и даже "республиканской монархии" (одни исследователи, как А. Джонз, считают их незначительными, другие, как Г.Л. Курбатов придают им большое значение). Наконец, в ряде исследований отмечается и различие между "языческой" и христианской концепциями императорской власти, когда первая сохраняет более традиционные представления эпохи принципата, а вторая отражает новые представления абсолютной власти.

3. Биография Евтропия показывает его человеком, занимавшим высокое положение при различных императорах от Констанция II до Грациана и Феодосия, высокопоставленным чиновником, занимавшим высокие и ответственные посты (от magister memoriae при Валенте, а, возможно, и magister epistularum при Констанции II до префекта претория при Феодосии I и консульства вместе с императором Валентинианом II). Вместе с тем, Евтропий был почитателем императора Юлиана, позднее сблизившимся с кругом Симмаха, человеком, имеющим проязыческие симпатии и, вместе с тем, лояльно относящимся к христианству и не придающим большого значения проблеме борьбы христианства и "язычества", по крайней мере, по сравнению с проблемой сохранения Империи перед угрозой варварского втржения. При известной внешней "оппозиционности" взглядов Евтропия, как его собственная судьба, так и судьба его труда показывают значительное соответствие взглядам самых различных представителей высших кругов Империи.

4. Рассматривая концепцию императорской власти у Евтропия, можно остановиться, во-первых, на некоторых из его общих суждений об императорской власти и, во-вторых, на положительных и отрицательных образах императоров, качествах, которые Евтропий считает необходимыми для правителя, или представляющими его достоинства, и наоборот, на тех, которые подвергаются им более или менее резкой критике.

5. Как и большинство писателей своего времени, евтропий, видимо, мало сомневался в определяющей роли правителя в судьбах Империи и правомерности существования абсолютной власти императора. Показателем этого является, в частности, то, что придерживаясь анналистической традиции и манеры изложения в рассказе о событиях до времени Цезаря и Августа, Евтропий излагает историю Империи как историю императоров, уделяя, наряду с глобальными событиями, большое внимание биографическим деталям частного порядка (например, Eutr., VII,18,3; 21,3; VIII,4; X,1 и др.). Вторая особенность "Бревиария" - признание теснейшей связи между состоянием Империи и личностью правителя, процветание страны при сильных и достойных императорах (Август, Веспасиан, Тит, Траян, Антонин Пий, Марк Аврелий, Септимий Север, Александр Север, Проб, Констанций I, Юлиан) и, наоборот, упадок при "худших" правителях (напр., Eutr. VII,9; 19-22; VIII,2;5;8;11;13;19-20; IX,17; X,16; наоборот - VIII,14). Если в одних случаях упадок Империи прямо связывается с личностью правителя (Нерон, Гелиогабал), то в других правитель подвергается резкому осуждению по причине состояния государства в его правление, даже если автор не находит конкретных обвинений против него лично (Галлиен). Как правило, Евтропий все же тесно связывает личность правителя и состояние Империи, а главные герои "Бревиария" - это правители, которые вывели государство из кризиса или предотвратили его (Август, Веспасиан, Траян, Антонин Пий, Марк Аврелий, Юлиан; отчасти - Септимий Север, Диоклетиан, Констанций I и Константин).

6. Давая положительные образы императоров, Евтропий, прежде всего, подчеркиваетих военные успехи и завоевания (Август - VII,9-10; Траян - VIII,2-3; Марк Аврелий - VIII,13; Констанций I - IX,1; Юлиан - X,16). Можно отметить, что автор "Бревиария" достаточно четко фиксирует все основные факты расширения территории Империи даже независимо от субъективного отношения к правителю (например, VII,9-10;13,2;14,5;19,1-2; VIII,3;13;19). Возможно, одной из особенностей изложения Евтропием является акцент не только на чисто военном, но и на мирном, добровольном подчинении Риму разных народов (например, VII,10;19; VIII,8, а также ассоциации между Марком Аврелием и Антонином Пием и Нумой Помпилием). Из изложения Евтропия создается впечатление, что создание державы было не только военным, но и политическим и культурным процессом. Гораздо более сдержанным является отношение Евтропия к императорам, чьи военные дарования проявились в гражданских войнах и внутренних конфликтах (напрмер, образы Константина и Констанция - X.7-8;15), причем в "Бревиарии" проводится очень резкая нрань между внешней и гражданской войной. При негативной характеристике императора военные неудачи часто играют решающую роль (VIII,14; IX.8-9), а успешные действия могут оправдать в глазах автора даже неодобряемого им в целом правителя (Галерий - X,2-3; Аврелиан - IX,13-15). Примечательно, что в некоторых случаях Евтропий старается не упоминать о военных успехах, не желая создавать положительный образ правителя (например, Максимин Фракиец).

7. Bellica virtus не является единственным достоинством императора. Очень важным является милосердие (clementia) и связанные с ним понятия mansuetudo, misericordia, indulgentia и moderatio, превращающиеся в главный путь условий длшя создания внутреннего мира. Clementia-moderatio педчеркиваются в отношении Августа (VII,8), Клавдия (VII,13), Веспасиана (VII,19), Тита (VII,21), Траяна (VIII,4), Антонина Пия (VIII,8), Марка Аврелия (VIII,12), Юлиана (X,16), отчасти, в отношении Константина (X,7) и, в меньшей сепени, - других правителей. Тема clementia-moderatio звучит и в обращении к Валенту. Отказ от репрессий, сотрудничество с сенатом, защита интересов друзей, щедрость (liberalitas), отсутствие высокомерия (superbia), видимо, являются в представлении Евтропия главными составляющими идеи clementia-moderatio. Примечательно, что это не только отношение высшего к низшему, как это часто присутствует в имперской идеологии, но и известное признание того, что император является primus inter pares, наследником республики и либерального принципата Антнонинов, потомком республиканских магистратов и dominus liberorum ("господином свободным людей"). В значительной степени это был идеал сенатской аристократии, отчасти оппозиционный и выдающий желаемое за действительное, но, вместе с тем, не столь оторванный от реальности, как это может показаться, тем более, что конец IV в. (особенно на западе Империи) характерен не только экзальтацией императорской власти, но и ростом значения сената и сенаторов, а также - провинциальных магнатов и иерархов Церкви, с которыми должна была считаться власть императора.Возрождение римских традиций и идей либеральной монархии Антонинов находило ассоциации с реальными событиями после эпохи Юлиана и было одним из ориентиров этой реставрации.

8. Последняя группа качеств, связанных с характеристикой императоров, - это их образованность. Отчасти следуя за светонием Транквиллом, но также отражая и ценности своей эпохи, Евтропий детально рассматривает факты, свидетельствующие о знаниях и образовании правителей (VII,21; VIII,7;12;19; X,7;16). Можно отметить также и факт умолчания образованности императоров, не вызывающих симпатии автора (Тиберий, Клавдий, Галлиен) или подчеркнутое указание на необразованность правителей (качество incivilitas - X,10). Особое внимание Евтропий обращает на философские правовые и литературные знания своих персонажей. Кроме традиционного уважения к просвещенному монарху, здесь можно увидеть и стремление идущей к упадку Империи сохранить свою культуру и интеллектуальное наследие. Интерес Евтропия к образованности также понятен на фоне общего подъема культуры Империи во второй половине IV в., после упадка III - начала IV вв. Примечательно вместе с тем и нарочитое упоминание интеллектуальных занятий именно в связи с другими достоинствами императоров.

9. Отрицательные качества императоров дополняют указанную куртину. Можно отметить, что Евтропий, в отличие от Светония или Scriptores, старается избежать негативных характеристик правителей, предпочитая сухой хроникальный стиль и сдержанные общие замечания. Негативные характеристики можно, по-видимому, отнести к трем группам качеств. Во-первых, это военные неудачи и бездействие императора во внешней политике и в отношении расширения Империи (VII,14,4; IX,5-6;8), а выражение nihil clarum gesserunt воспринимается как отрицательный образ. Вместе с тем, в некоторых счлучаях Евтропий избегает прямых обвинений императора в военных неудачах, даже если это следует из рассказа (IX,4).

Вторая группа негативных характеристик связана с жестокостью (saevitia, crudelitas, iracundia, superbia) и корыстолюбием (avaritia), выражением которых являются репрессии, внутренние распри, экзальтация власти, нарушающие внутреннее единство римского мира (VII,12;13,1;18; VIII,15;22; IX,14;20; VI,2), причем, в данном случае обвинения носят более прямой характер, и такие действия не оправдываются даже военными успехами.

10. Наконец, третья группа обвинений (lubido, licentia, luxuria), а также пристрастие к гладиаторским боям и зрелищам (VII,12;14; VIII,15;22) является как отражением тесной связи между моралью правителя и общества и наличием в нем внутреннего мира, так и протестом против достаточно развитой в античном мире "антикультуры", объединявшим как "языческих", так и христианских идеологов. Особенностью Евтропия можно, по-видимому, считать сдержанность в изображении этих пороков, отличающуюся от пространных описаний у Светония и Scriptores. Негативные характеристики императоров показывают и те опасности, которые угрожали Империи: бездействие перед наступлением варварского мира, нарушение мира внутреннего и угроза культурного упадка и засилия "антикультуры".

11. Концепция Евтропия представляет собой сочетание внешнего "республиканизма" и существующего на практике монархизма. Это - идея римской монархии, основнной на законе, сочетание представления об императоре как "одушевленном законе" (nomos empsychos) и princeps legitimus, подчиненного закону и правящего в соответствии с ним. Во многом сохраняя традиционные римские ценности и концепции Ливия, Тацита и Светония, автор приспосабливает их к новой реальности, отразившейся и в абсолютизме Диоклетиана и Константина, и в идеологии Западной Империи, отчасти возродившей традиции "республиканской" и антониновской монархии. В известной степени, в Евтропии можно видеть одного из идеологов домината, но не жесткого варианта домината Диоклетана и Константина, а более либерального домината послеюлиановской эпохи, особенно характерного для Западной Империи.


Главная страница |
© 2001 г. А.Б.ЕГОРОВ
© 2001 г. Центр антиковедения СПбГУ
© 2001 г. Изд-во СПбГУ

office@centant.pu.ru