Публикации Центра антиковедения СПбГУ

Л.Г. Печатнова
История Спарты (период архаики и классики)

СПб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. ISBN 5-93762-008-9


Глава V
Спартанская гражданская община

5. МОФАКИ

- 336 -

Появление на рубеже V и IV вв. новых социальных групп наводит на мысль о создании в Спарте нескольких ступеней гражданства179. На первой ступени, бесспорно, находились те, кто являлся

- 337 -

членом "общины равных", ниже - гипомейоны и неодамоды. Эти три социальные группы внутри одного и того же класса не были абсолютно изолированы друг от друга. Спартиат, потерявший свой клер, "опускался" в разряд гипомейонов. Но мог ли существовать обратный механизм? Не могло ли государство при той катастрофической убыли гражданства, которая наблюдалась в Спарте, прибегать к своего рода паллиативной мере и кооптировать себе "полных" граждан из низших слоев гражданского населения? Мы постараемся показать, что такая возможность хотя бы частично реализовывалась в Спарте с помощью института мофаков.

Мофаки, или мофоны180, судя по нашим источникам, представляли особую категорию лиц, получивших спартанское воспитание (ajgwghv) вместе с сыновьями спартиатов. Происхождение термина "мофак", или "мофон", не ясно. Его иногда возводят к слову movqo" ("битва", "разгар битвы", "сумятица сражения") и полагают, что первоначально мофаки были военной свитой знатных спартиатов181. Но вряд ли это так. Ведь слово movqo", которое употребляется только в эпической поэзии у Гомера и Гесиода, еще в период классики стало архаизмом и было забыто. Производные же от этого слова в аттической поэзии и прозе V-IV вв. приобрели уже далекое от первоначального значение. Так, у Аристофана movqwn - это наглый, дерзкий человек, выскочка и простолюдин (Schol. Aristoph. Plut. 279; Eq. 634).

- 338 -

Г. Фриск отрицает существование какого-либо соотношения между вышеназванными словами (одно из которых относится к эпической поэзии, а другое представляет собой спартанский технический термин) из-за большого стилевого различия182. Тем не менее, как нам кажется, нельзя исключить и их какой-то генетической близости между эпическим словом movqo" и дорийскими movqwn и movqax. Аристофан как раз заполняет брешь между ними: ведь вполне можно представить себе смысловой ряд от первоначального значения, включающего в себя понятие о "сражении", "драке", к "драчливому", а далее уже к "дерзкому", "наглому", а от них и к "выскочке".

Поскольку мофак как технический термин впервые зафиксирован только у Филарха (III в.) (ap. Athen. VI, 271 e-f), а Ксенофонт, наш основной авторитет в подобного рода спартанских реалиях, его еще не знал, то можно думать, что и сам этот термин возник не ранее середины IV в., превратившись из первоначального полупрезрительного и полунасмешливого обращения в устойчивое социальное понятие. Такой путь от слова, несущего в себе элементы социальной и моральной ущербности, к новому понятию был вполне возможен там, где необходимо было подчеркнуть двусмысленность и неопределенность положения той или иной социальной группы.

В словарях Гарпократиона, Гезихия и Свиды, а также в схолиях к Аристофану даются подчас текстуально совпадающие толкования к слову "мофак", или "мофон". Приведем отдельные тексты и переводы к ним. Согласно Гарпократиону, "мофонами лаконцы называют мальчиков, воспитываемых вместе со свободными" (s. v. movqwn")183. Абсолютно идентичный текст встречается в схолиях к Аристофану (ap. Plut. 279). У Гезихия мофаки - это "мальчики-рабы, воспитываемые вместе с сыновьями" (Hesych. s. v. movqake)184. В "Etymologicum Magnum" мофон толкуется как домашний раб (s. v. movqwn: Ou}tw kalou'si Lakedaimovnioi to;n oijkogenh' dou'lon, o}v oiJ jAqhnai'oi oijkovtriba fasiv). В "Лексиконе" Свиды читаем: "Мофонами называли лаконцы мальчиков, следовавших за свободными" (s. v. movqwne": Movqwna" ga;r ejkavloun tou;" parapomevnou" toi''" ejleuqevroi" pai'da" oiJ Lavkwne").

- 339 -

Как мы видим, во всех этих текстах подчеркивается несвободное происхождение мофаков, хотя прямо не сказано, что это были сыновья именно илотов (ср. у Гезихия - dou'loi pai'de"; в "Etym. M." - to;n oijkogenh' dou'lon. Однако самое раннее по времени и самое важное свидетельство Филарха не согласуется с представлением о несвободном происхождении мофаков. Филарх определенно говорит, что мофаки были свободными людьми, хотя и не спартиатами185. Вместе с сыновьями спартанских граждан они проходили полный курс jagwghv (ap. Athen. VI, 271 e-f - eijsi;n ou\n oiJ movqake" ejleuvqeroi mevn, oujmh;n Lakedaimovnioiv ge, metevcousin de; th'" paideiva" pavsh").

Д. Лотце считает свидетельство Филарха самым важным для суждения о статусе мофаков. Он уверен, что к мофакам могли относиться сыновья гипомейонов, т. е. обедневших спартиатов. "Для сыновей опустившегося большинства имелся лишь один шанс для того, чтобы занять свое место в привилегированном классе"186 и этот шанс был связан с получением равноценного с прочими детьми граждан воспитания. Основываясь на данных Филарха, а также на Плутарховой биографии Клеомена (8, 1), Д. Лотце приходит к выводу, что, по крайней мере, в III в. богатые спартиаты широко использовали мофаков, вербуя их в качестве окружения для своих собственных сыновей. По-видимому, к III в. каждый знатный спартанский юноша имел сотоварищей из числа мофаков.

Не исключено, что такая практика была своеобразным налогом на богатых, который последние платили своим неимущим согражданам. Система литургий, широко развитая в античности, вполне могла принять в Спарте подобную форму. Именно такое истолкование дает вполне удовлетворительный смысл тому месту у Филарха, где он говорит, что при спартанском мальчике в зависимости от имущественного положения его отца мог находиться один или даже несколько воспитанников-мофаков (ap. Athen. VI, 271 e).

- 340 -

Таким образом, мофаки для Спарты являлись тем резервом, с помощью которого она могла хоть в малой степени восполнить резко возросшую именно в IV-III вв. убыль своего гражданства. В эту социальную группу, очевидно, входили разнородные элементы, состав которых на протяжении IV-III вв. мог меняться.

В сохраненном Стобеем фрагменте из трактата Телеса (ок. 240 г.) "Об изгнании" речь идет о весьма смешанном и неоднородном происхождении мофаков. По его словам, среди них могли быть и сыновья иностранцев, и сыновья илотов (Flor. XL, 8 - ka]n xevno" ka]n ejx ei{lwto"). Еще одну группу мофаков могли составлять бастарды (novqoi) - незаконные сыновья отцов-спартиатов и матерей-илоток. К сожалению, мы не обладаем прямыми свидетельствами античной традиции по этому поводу. Однако кое-какие косвенные данные и соображения общего порядка свидетельствуют в пользу такого предположения. Согласно Д. Лотце, "если и была какая-нибудь возможность наделить детей негражданского происхождения полными правами, то, естественно, эта возможность использовалась в интересах незаконных сыновей"187. По-видимому, незаконные сыновья спартиатов были самой привилегированной частью мофаков, которые по окончании обучения имели реальный шанс стать полноправными гражданами. Среди них, конечно, могли быть и побочные сыновья царей. Так, в биографии Клеомена Плутарх сообщает о том, что вместе с этим царем воспитывалось двое мофаков, которые позже входили в его свиту (8, 1 - duvo tw'n suntrovfwn tou' Kleomevnou", ou}'" movqake" kalou'sin). По данному поводу Д. Лотце замечает: "С большой степенью вероятности можно утверждать, что они были незаконными детьми царственных отцов и илоток. В любом случае это была очень большая честь - быть suvntrofoi царей"188.

Еще одно очень важное место, где говорится, по всей видимости, о мофаках, мы находим в "Греческой истории" Ксенофонта. Рассказывая о походе царя Агесиполида на Халкидику против Олинфа, Ксенофонт замечает, что "в его войске было также много добровольцев, очень почтенных людей, из числа периеков, были и иностранцы из числа так называемых "воспитанников" (xevnoi tw'n trofivmwn kaloumevnwn), а также побочные сыновья спартиатов (novqoi tw'n Spartiatw'n)" (V, 3, 9 / Пер. С. Я. Лурье с нашими уточнениями). Кто же эти "иностранцы" и "побочные сыновья спартиатов"? У Ксенофонта сказано, что это так называемые "воспитанники"

- 341 -

(trovfimoi). То же самое выражение, но уже определенно по отношению к мофакам, мы встречаем и у Филарха (ap. Athen. VI, 271 e - eijsi; dЖ oiJ movqake" suvntrofoi tw'n Lakedaimonivwn) и, как уже говорилось, у ряда лексикографов и схолиастов. Такой сравнительный ряд вряд ли может быть случаен. Ксенофонтовы trovfimoi - это, скорее всего, те, кого позднее станут называть мофаками. Сам Ксенофонт, вероятно, термина "мофак" или еще не знал, или, что менее вероятно, не хотел употреблять чисто спартанское выражение, которое у прочих греков ассоциировалось со словом movqwn - "наглец", "выскочка" (Schol. ad Aristoph. Plut. 279; Eq. 634). Если верно первое предположение, то объяснение здесь напрашивается только одно - в его время институт мофаков еще не сложился в своем окончательном виде и не получил точного словесного оформления. В противном случае трудно было бы объяснить молчание Ксенофонта, ведь его собственные сыновья были в Спарте среди xevnoi tw'n trofivmwn (Plut. Ages. 20, 2; Diog. Laert. II, 54).

Путь развития этого института благодаря свидетельству Ксенофонта становится более ясным. Очевидно, первоначальное число детей-неспартиатов, которым разрешалось проходить полный курс общественного воспитания (ajgwghv), было очень невелико. Данное право даровалось только двум категориям детей: сыновьям знатных иностранцев, оказавших большие услуги Спарте189, и побочным сыновьям самих спартиатов. Последние тем самым получали единственный шанс для полной социальной реабилитации своих рожденных вне брака сыновей. Во времена Ксенофонта подобные случаи были редки и носили исключительный характер. Позже, когда мофаками становились уже дети из разных слоев лаконского населения, novqoi стали их высшей и самой привилегированной частью. Таким образом, говоря о времени появления института мофаков, надо подчеркнуть два момента: как единичное явление этот институт мог возникнуть довольно рано, во всяком случае, во второй половине

- 342 -

V в. он уже существовал, в своем же окончательном виде он оформился не ранее второй половины IV в.190 Более точная датировка вряд ли возможна. Ведь нам приходится оперировать только двумя опорными датами: временем Ксенофонта, когда эта форма только зарождалась, и временем Филарха, когда институт мофаков принял характер давно устоявшегося массового явления. По словам Д. Лотце, около 400 г. "еще не установились те отношения, с помощью которых мы можем объяснить наличие множества мофаков во время Филарха... феномен, который является позднейшим результатом весьма длительного развития"191.

Мы уже говорили, что первоначально в число мофаков входили сыновья иностранцев и побочные сыновья спартиатов. Первая категория - дети иностранцев, - конечно, не могла быть многочисленной. Речь идет об исключительных, единичных случаях, которые являлись формой благодарности Спартанского государства за оказанные ему услуги. Такое право, как мы знаем, было даровано Ксенофонту. Как полагает С. Я. Лурье, "если они (сыновья иностранцев. - Л. П.) и получали гражданские права, то это было только почетным званием и не давало реальных прав"192.

Кроме мофаков-иностранцев и мофаков-бастардов на рубеже V и IV вв., по-видимому, появилась и стала расти еще одна группа мофаков - детей гипомейонов. Их отцы по какой-либо причине были ущемлены в своих правах и не могли дать своим сыновьям подобающего образования. К такого рода мофакам, если доверять нашей традиции, относились Лисандр, Калликратид и Гилипп (Phylarch. ap. Athen. VI, 102, 271 e-f; Aelian. V. h. XII, 43). На мофакское происхождение Лисандра впервые указал Филарх. Элиан добавил к нему еще Калликратида и Гилиппа. Хотя в случае с Лисандром позволительно усомниться в достоверности традиции193, однако,

- 343 -

с другой стороны, указание Плутарха на бедность отца Лисандра (Lys. 2, 2) наводит на мысль, не был ли Аристокрит гипомейоном194. Возможно, именно сомнительное происхождение Лисандра и бедность его рода были причинами того, что путь его к политической карьере был столь долог. Ведь в 407 г., когда он впервые появляется на политической арене, ему уже шел пятый десяток.

О происхождении Калликратида мы не знаем решительно ничего. Зато неплохо осведомлены о происхождении Гилиппа. Его отец, Клеандрид, сопровождал в качестве эфора царя Плистоанакта в походе против Афин, был подкуплен Периклом и приговорен у себя на родине к смерти (Diod. XIII, 106, 10; Plut. Per. 22). Ему удалось бежать и обосноваться в Фуриях (Thuc. VI, 104; Strab. VI, p. 264; Polyaen. II, 10). Его сын Гилипп ко времени бегства отца, вероятно, еще не был взрослым человеком и ему в дальнейшем уже пришлось идти дорогой мофака.

Эти два примера (Лисандр и Гилипп) помогают нам преодолеть представление об исключительно несвободном происхождении мофаков195 и признать, что статус мофаков был совместим с наличием родителей-спартиатов с обеих сторон. Спартанский полис, таким образом, гарантировал детям своих или обедневших, или осужденных сограждан возможность пройти полный курс ajgwghv. Их дальнейшая судьба во многом зависела от знатности и авторитета семьи, в которой они воспитывались196.

- 344 -

Начиная с конца V в., в разряд мофаков стали попадать, по-видимому, отчасти и дети неодамодов. Хотя прямые свидетельства отсутствуют, однако отдельные указания античной традиции можно толковать именно в этом смысле. Рассмотрим два известных пассажа из Ксенофонта и Исократа. В третьей книге "Греческой истории" Ксенофонт рассказывает о посольстве беотийцев в Афины перед битвой при Галиарте (395 г.). В своей речи, носящей явную антиспартанскую окраску, беотийские послы ставят в вину спартанцам среди прочего и то, что "они не стесняются назначать гармостами своих илотов" (III, 5. 12). В "Панегирике" Исократ также говорит об этом: "Они (члены декархий. - Л. П.) добровольно прислуживали илоту, чтобы иметь возможность надругаться над родиной" (IV, 111 / Пер. Э. Юнца).

Таким образом, по крайней мере, два писателя-современника говорят о гармостах илотского происхождения. Хотя их сообщения и носят слишком тенденциозный характер, однако в них, видимо, в какой-то степени отражено то общее представление о спартанской гегемонии и ее носителях, которое сформировалось в среде враждебных Спарте греческих полисов. Весьма вероятно, что обвинения, направленные против спартанских гармостов, в первую очередь имели целью задеть самого Лисандра, Во всяком случае, говоря об илоте, которому члены декархий подчинялись как рабы, Исократ вполне мог иметь в виду именно Лисандра197 как бывшего мофака. Обыграть этот факт в нужном для себя ключе политические противники Лисандра могли только в одном случае - если хотя бы часть мофаков в классической Спарте была несвободного происхождения.

Как мы знаем, именно во времена Ксенофонта и Исократа в Спарте появились так называемые неодамоды, или "новые граждане", рекрутируемые из числа илотов. Они получили свободу и часть гражданских прав в обмен на военную службу и активно использовались государством вплоть до крушения спартанской гегемонии. В период наибольшей активности Спарты низший командный состав спартанской армии, бесспорно, формировался из неодамодов. Сыновья наиболее преуспевших неодамодов, очевидно, становились мофаками, хотя вряд ли это было правилом по отношению ко всему потомству неодамодов198. Отдельные представители

- 345 -

этого сословия, допущенные к общественному воспитанию, могли стать членами высшего офицерского корпуса и даже занять пост гармоста. Эти редкие случаи, тенденциозно поданные и искаженные врагами Спарты, и были отмечены нашей традицией. Отсюда, скорее всего, и возникли гармосты-илоты, о которых говорят Ксенофонт и Исократ.

В современной историографии существует, по крайней мере, две точки зрения на илотское происхождение гармостов. Согласно первой, античная традиция в этом пункте полностью недостоверна (она родилась в среде, враждебной Спарте, и является злостной клеветой на Спарту и ее лидера)199.

Более позитивной нам представляется точка зрения тех ученых, которые все же видят в сообщениях Ксенофонта и Исократа рациональное зерно и полагают, что за гармостами-илотами скрываются спартанские граждане, которые в детстве были мофаками. Такова точка зрения К. Германна, Г. Шоманна, П. Кэртлиджа, С. Я. Лурье200. К ним примыкают также В. Эренберг и Д. Лотце. Последние видят в этих бывших мофаках, ставших спартанскими офицерами, сыновей именно неодамодов201.

Как мы старались показать выше, уже в классический период круг лиц, приобщенных к спартанскому общественному воспитанию, был несколько шире круга граждан в собственном значении этого слова. Наряду с детьми самих спартиатов здесь воспитывались также дети гипомейонов, неодамодов, иностранцев. Пока спартанский полис оставался еще достаточно устойчивым, чтобы сохранять и поддерживать корпоративные интересы граждан, допуск извне в гражданский коллектив мог носить только характер редких поощрительных актов. Данное правило, характерное для всех античных полисов в эпоху их расцвета202, особенно жестко соблюдалось в общинах спартанского типа с их тенденцией к полной закрытости

- 346 -

и кастовости. По словам В. Эренберга, "пополнение Спарты новыми гражданами вплоть до времени эллинизма совершалось, за редким исключением, медленно и неохотно"203. И если был у какой-либо социальной группы в Спарте шанс стать полноправными гражданами, то к этой группе мы должны отнести только мофаков.

Спартанское воспитание было обязательным, но не единственным условием для вступления юноши в общину "равных". Вторым обязательным условием было наличие наследственного земельного участка, клера. Без него мофак не мог реализоваться как гражданин. Поэтому для подавляющего числа мофаков доступ в общину "равных" был закрыт. Сыновья неодамодов и гипомейонов, получив в спартанских агелах прекрасное военное воспитание и образование, могли найти себе достойное применение только в спартанской армии204. Воспитанные в патриотическом духе, эти люди, с одной стороны, чувствовали себя частью гражданского ополчения, а с другой, - не имея гарантированного обеспечения в виде клера, были вынуждены служить своему государству в качестве наемников. В этом сказывается обычная для Спарты двойственность и непоследовательность всей ее социальной политики. Выработав, казалось бы, удачный механизм по укреплению и восстановлению своего гражданства, спартанская община затем не дает этому механизму успешно работать.

Как правильно отметили Г. Бузольт и В. Эренберг, полные гражданские права мофаки получали лишь в редких и исключительных случаях, и ни о каком значительном преобладании их над подлинными спартиатами не может быть и речи205. Случаи с Лисандром и Гилиппом лишь подтверждают правило. Оба принадлежали по праву рождения к спартанской аристократии, но бедность одного и наследственная атимия другого сделали их мофаками. На чей счет они воспитывались и кто наделил их клерами, мы не знаем,

- 347 -

но знатное происхождение могло обеспечить им помощь всего аристократического клана, к которому они принадлежали по праву рождения.

К мофакам, имеющим реальный шанс стать полноправными гражданами, принадлежали также novqoi. Реализоваться эта возможность могла только в тех случаях, если бастарды с помощью процедуры усыновления узаконивались собственными отцами и получали от них клеры. Надзор за этой процедурой находился в компетенции государства. Усыновление осуществлялось гласно в присутствии царей, которые должны были следить за законностью этого юридического акта (Her. VI, 57, 5). По мнению В. Эренберга, число "узаконенных" мофаков могло несколько увеличиться после принятия в начале IV в. закона Эпитадея, de facto разрешившего куплю-продажу клеров206. Видимо, часть военной элиты, обогатившейся во время Пелопоннесской войны, могла взять на себя заботу и расходы по воспитанию сыновей своих менее удачливых сограждан. Не исключено, что и само государство побуждало их к этому.

Дальнейшая судьба мофаков, прошедших полный курс ajgwghv, отчасти могла зависеть от результатов, достигнутых ими в ходе самого воспитания. Судя по данным источников, поощрение личных заслуг было фундаментом спартанского воспитания (Plut. Lyc. 16, 8). Система, основанная целиком на соревновательном духе, была, по-видимому, очень удобна для выявления следующего поколения политических и военных лидеров207. Талантливые мофаки могли рассматриваться как один из резервов пополнения командного состава. В этом случае государство находило возможность обеспечить их клерами и, таким образом, ввести в круг гомеев. Намек на подобную возможность, опять-таки в связи с Лисандром, мы находим у Филарха. По его свидетельству, Лисандр стал гражданином благодаря доблести (Luvsandron... polivthn genovmenon diЖ ajndragaqivan - ap. Athen. VI, 271 f). В этом же ряду свидетельств стоит характеристика, которую дал Ксенофонт Кинадону, руководителю антиспартанского заговора 398 г. По его словам, "это был юноша, сильный телом и духом, но не принадлежавший к сословию гомеев" (Hell. III, 3, 5). Этим примером воспользовался и Аристотель, чтобы продемонстрировать опасность отстранения от

- 348 -

управления государством людей мужественных и энергичных, особенно в тех полисах, где правящий класс количественно невелик. Согласно Аристотелю, Кинадон устроил вооруженный заговор против спартиатов из-за того, что, "будучи человеком мужественным (ajndrwvdh"), не занимал в государстве надлежащего положения" (Pol. V, 6, 2, 1306 b 34-36). По мнению В. Ньюмана, Аристотель, вероятно, имел в виду именно случай с Кинадоном, когда советовал аристократическим правительствам принимать в состав правящего класса представителей других сословий, называя это "врачебным средством", необходимым для политического равновесия (Pol. V, 7, 8, 1308 b)208. Как видно из источников, Спарта иногда прибегала к "врачебным средствам", о которых писал Аристотель. В пользу этого говорит судьба Лисандра, Гилиппа и Калликратида. Правда, все три фигуры выдвинулись в период Пелопоннесской войны, когда Спарта особенно сильно нуждалась в военных лидерах и не могла с прежней последовательностью проводить свою узкокастовую социальную политику. После войны, возможно, наступила реакция. Именно так стоит понимать тот факт, что Кинадон, человек неординарный и уже сумевший себя проявить на государственной службе, тем не менее оставался "второсортным" гражданином209.

Подводя итоги, хочется вкратце суммировать наши взгляды на мофаков. Как это было показано выше, все наши источники, без исключения, относят мофаков к мальчикам, а не взрослым людям. Они воспитывались вместе с сыновьями граждан, с детства воспринимая корпоративный дух спартиатов и их элитарную исключительность. Мофаки были выходцами из разных социальных групп спартанского населения, причем, по крайней мере для IV в., вовсе не обязательно думать о преобладающем количестве среди них детей илотов.

Хотя мофаки и получали спартанское воспитание, безусловно необходимое для гражданского статуса (Plut. Apopth. Laс. 54; Inst. Lac. 21), но eo ipso спартанскими гражданами они не становились. Большинство из них, став взрослыми, оказывались среди гипомейонов и лишь малая их часть могла попасть в общину "равных". Нужно думать, что среди последних были в основном побочные сыновья знатных отцов.

- 349 -

Воспитанники спартанских агел, как дети граждан, так и мофаки, став взрослыми, сохраняли между собой отношения, характерные для патронов и клиентов. Во всяком случае, наличие в государстве разных социальных групп, скрепленных, однако, общностью воспитания и сознанием своего корпоративного единства, способствовало формированию патронатных отношений.

С помощью института мофаков Спарта достигла двух целей: во-первых, хоть в малой степени, но подпитывала свое убывающее гражданство, а во-вторых, поместив между собой и остальной народной массой своеобразное "среднее" сословие, она тем самым усложнила внутриполисные связи и укрепила спартанскую государственность, не меняя при этом имманентную сущность своего общества.

* * *

В качестве общего заключения хочется отметить следующие моменты. Спартанская община изначально сформировалась как гражданская корпорация с более жесткой, чем где-либо еще в Греции, структурой. Вся совокупность обычаев и законов, возводимых к Ликургу, была направлена на сохранение количественных и качественных параметров спартанского гражданства. Но любое общество, даже такое ретроградное и неподвижное, каким было спартанское, не могло оставаться абсолютно неизменным в течение длительного исторического периода. Постепенно должны были накапливаться, как говорят математики, "погрешности", которые медленно, но неизбежно меняли изначально заданные условия и заставляли любые социальные структуры, даже самые реакционные и застойные, как-то реагировать на "внешние раздражители". Жизнь делала свое дело, и гражданская корпорация в Спарте уже в V в., а особенно во 2-й его половине, стала подвергаться размыванию. Из прежде монолитного гражданского сословия вычленилась низшая его часть - гипомейоны. Это уже было знаком начавшегося раскола гражданского коллектива, что в перспективе повлекло за собой катастрофическое уменьшение числа полноправных граждан. Люмпенизация гражданства - вот та цена, которую заплатила Спарта за нежелание динамично и радикально реагировать на новые жизненные ситуации, или, по образному выражению А. Тойнби, "вызовы судьбы".

Правда, Спарта не раз предпринимала робкие шаги по частичному исправлению положения. Появление неодамодов во время Пелопоннесской войны представляется нам первой такой попыткой.

- 350 -

Но вольноотпущенничество в Спарте никогда не принимало тех грандиозных масштабов, которые были характерны для Рима, где продвижение из низшего сословия в высшее было намного легче, чем в любом другом греческом полисе, не говоря уж о Спарте. Но в отличие от римских рабов спартанских илотов отпускали на волю только от случая к случаю, как правило, в моменты сильной военной опасности и использовали очень ограниченно - только в качестве солдат. Ни они, ни их дети не становились полноценными спартанскими гражданами. Это тоже разительно отличается от римской модели, где вольноотпущенники использовались во всех отраслях хозяйства и даже проникали в высшие сословия. Так, императорские отпущенники, особенно в первые века империи, занимали видные посты в бюрократическом аппарате и пользовались огромным политическим влиянием. Но в отличие от римских либертинов неодамоды не стали для Спарты постоянным резервуаром для пополнения все убывающего гражданства. Трагедия Спарты как раз и заключалась в том, что система вольноотпущенничества не была развита в полной мере. Спарта не обладала необходимой для успешного развития социальной мобильностью, и поэтому гражданство обречено было на постепенное исчезновение, что ставило под вопрос само существование Спартанского государства.


Примечания

179 Мысль о многоступенчатой гражданской шкале, существовавшей в Спарте, высказывает К. Краймс, основываясь на материалах, относящихся к спартанским мофакам (Chrimes К. M. Т. Ancient Sparta. P. 221). назад
180 Movqake" и movqwne", по всей видимости, два варианта одного и того же понятия. О том, что это синонимы, свидетельствуют толкования лексикографов, которые в обе глоссы вкладывают приблизительно один и тот же смысл (ср., например: Hesych. s. v. movqake" и Harpocr. s. v. movqwn). Как адекватные понятия они даются в современных общих и этимологических словарях и научных исследованиях. См., к примеру: Liddell H. G. - Scott R. A Greek-English Lexicon. A New Edition. Vol. II. Oxford, 1932. P. 6. s. v. movqax = movqwn; Boisacq Й. Dictionnaire йtymologique de la langue grecque. Heidelberg; Paris, 1923. s. v. movqwn; Hofmann J. B. Etymologisches Wцrterbuch des Griechischen. Mьnchen, 1949. s. v. movqwn; Frisk H. Griechisches etymologisches Wцrterbuch. Lief. 13. Heidelberg, 1963. s. v. movqwn; Busolt G., Swoboda H. Griechische Staatskunde. Hf. II. S. 657; Ehrenberg V. Movqake" // RE. Bd. XVI. Hbbd. 31. 1933. Sp. 382; Oliva P. Sparta... P. 174, n. 1. Правда, Л. Кантарелли в свое время сделал попытку дифференцировать эти понятия, однако его разделение мофаков и мофонов на две различные социальные группы следует признать чисто искусственной и абсолютно бездоказательной гипотезой (Cantarelli L. Movqake" Spartani // RFIC. 18. 1890. P. 465 ff.). назад
181 Chrimes К. M. Т. Ancient Sparta. P. 223. назад
182 Frisk H. Griechisches etymologisches Wцrterbuch. Lief. 13. s. v. movqwn. назад
183 Movqwna" de; kalou'si Lavkwne" tou;" paratrefomevnou" toi''" ejleuqevroi" pai'da".назад
184 OiJ a{ma trefovmenoi toi''" uiJoi'" dou'loi pai'de".назад
185 Филарх вместо ожидаемого слова Spartia'tai употребляет более широкое понятие - Lakedaimovnioi, включающее в себя все свободное население Лаконии, а не только гражданскую его часть. Эта неточность для писателя, который не знал Спарту изнутри так же хорошо, как, например, Ксенофонт, вполне объяснима и простительна. Буквальное же следование тексту приведет нас к абсурдному выводу, что все мофаки были детьми иностранцев. назад
186 Lotze D. Movqake" // Historia. Bd. 11. 1962. Hf. 4. S. 430 f. назад
187 Lotze D. Movqake" // Historia. Bd. 11. 1962. Hf. 4. S. 432. назад
188 Ibid. S. 431. назад
189 Вот как объясняет С. Я. Лурье желание некоторых знатных особ дать своим детям спартанское воспитание: "Ввиду того, что воспитание во многих греческих государствах приняло демократический и софистический характер, многие богатые и аристократически настроенные родители отправляли своих детей для воспитания в Спарту... Число их было, вероятно, крайне незначительно" (Лурье С. Я. Комментарий // Ксенофонт. Греческая история. С. 309 (к V, 3, 9)). Как известно, в Спарту послал своего сына Фокион (Plut. Phoc. 20, 4) и то же самое собирался сделать Пирр (Plut. Pyrrh. 26, 21). назад
190 В большинстве исследований, где речь идет о мофаках, вопросы хронологии вообще не рассматриваются или об этом говорится ad hoc, как, в частности, в статье В. Эренберга в "Реальной энциклопедии" (Ehrenberg V. Movqake". Sp. 382). назад
191 Lotze D. Movqake". S. 432. назад
192 Лурье С. Я. Комментарий // Ксенофонт. Греческая история. С. 309 (к V, 3, 9). назад
193 По-видимому, уже Филарх не был абсолютно уверен в своей информации. Недаром он употребляет глагол fasiv, говоря о происхождении Лисандра. Сомнения в надежности этой традиции высказывают, например, К. Ю. Белох (Beloch K. J. GG2. Bd. II, 1. S. 416, Anm. 1), У. Карштедт (Kahrstedt U. Lysandros (1) // RE. Bd. XIII. Hbbd. 26. 1927. Sp. 2503), В. Эренберг (Ehrenberg V. Movqake". Sp. 383), П. Олива (Oliva P. Sparta... P. 176), Э. Д. Фролов (Фролов Э. Д. Греческие тираны. Л., 1972. С. 51, прим. 12). К. Ю. Белох традицию о Лисандре-мофаке называет "басней, которая не нуждается ни в каком опровержении". Однако более убедительной кажется нам точка зрения тех ученых, которые с большим доверием относятся к существующей традиции. Среди них можно назвать Г. Шёманна, Эд. Мейера, Д. Лотце (Schцmann G., Lipsius J. Griechische Alterthumer4. Bd. I. S. 207; Meyer Ed. GdA. Bd. IV. S. 629 ff.; Lotze D. 1) Movqake". S. 432; 2) Lysander und der Peloponnesische Krieg. Berlin, 1964. S. 12). назад
194 Так считает, в частности, Д. Лотце (Lotze D. Movqake". S. 434). назад
195 Исходя из этой установки, У. Карштедт даже Лисандра называет сыном илотки (Kahrstedt U. Lysandros. Sp. 2503). назад
196 Г. Шёманн называет Лисандра и Гилиппа "узаконенными мофаками" (legitimirte Mothakes), которые со временем стали полноправными членами общины "равных" (Schцmann G., Lipsius J. Griechische Alterthumer4. Bd. I. S. 207). назад
197 О различных толкованиях этого места Исократа в зарубежной историографии см.: Oliva P. Sparta... P. 176 f. с прим. назад
198 Если бы многочисленные взрослые сыновья неодамодов влились в гражданский коллектив, то не произошло бы зафиксированного нашей традицией резкого сокращения числа спартиатов. назад
199 Так думает, например, Г. Бокиш (Bockisch G. JArmostaiv. S. 149 Anm. 2). назад
200 Hermann K. F. Lehrbuch der Griechischen Staatsaltertьmer. Bd. I, Abt. 1. S. 175 f.; Schцmann G., Lipsius J. Griechische Alterthumer4. Bd. I. S. 206, Anm. 3; Cartledge P. Sparta and Lakonia. P. 278; Лурье С. Я. Комментарий // Ксенофонт. Греческая история. С. 284 (к III, 5, 12). назад
201 Ehrenberg V. Movqake". Sp. 383; Lotze D. Movqake". S. 432 f. назад
202 Вспомним, к примеру, проверку гражданских списков в Афинах во времена Перикла (Arist. Ath. pol. 26, 3; Plut. Per. 37). Охранительные тенденции подобных мер очевидны. назад
203 Ehrenberg V. Movqake". Sp. 383назад
204 Среди участников заговора Кинадона, судя по словам Ксенофонта, были люди, "организованные и вооруженные правильным образом" (Hell. III, 3, 7). В этих людях, обладающих гоплитским оружием, вполне можно видеть бывших мофаков, так и не ставших полноправными гражданами. Без сомнения, они составляли достаточно беспокойную и недовольную часть общества, особенно опасную своей армейской выучкой и вооружением. назад
205 Busolt G., Swoboda H. Griechische Staatskunde. Hf. II. S. 657; Ehrenberg V. Movqake". Sp. 383. назад
206 Ehrenberg V. Movqake". Sp. 382 f. назад
207 Об этой особенности спартанского воспитания см., в частности: Hodkinson St. Social Order... P. 251-254. назад
208 Newmen W. L. The Politics of Aristotle. Vol. IV. P. 368. назад
209 По-видимому, будучи в детстве мофаком, Кинадон во взрослом возрасте принадлежал к сословию гипомейонов.назад


Назад | К оглавлению  | Вперед


(c) 2001 г. Л.Г. Печатнова
(c) 2001 Издательский центр "Гуманитарная академия"
(c) 2002 г. Центр антиковедения