Публикации Центра антиковедения СПбГУ

Л.Г. Печатнова
История Спарты (период архаики и классики)

СПб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. ISBN 5-93762-008-9


Глава IV
Спартанская илотия

2. ОТНОШЕНИЕ ГОСУДАРСТВА К ИЛОТАМ

- 227 -

Если экономическое и правовое положение спартанских илотов было лучше положения рабов классического типа, то степень унижения была такой же, если не хуже. Когда Критий (fr. 37 Diels), а вслед за ним и Плутарх (Lyc. 28) говорят о том, что из всех зависимых групп илоты находились в самом худшем положении, то они только передают широко распространенное в греческом обществе мнение. Однако мнение это было основано не только на действительном положении дел. Оно усугублялось тем, что греки резко отрицательно относились к закабалению именно мессенцев - людей, бесспорно, греческого происхождения.

Сами илоты гораздо болезненнее, чем рабы-варвары, должны были воспринимать свой низкий социальный статус внутри спартанского полиса. Спартанцы целенаправленно внушали илотам представление о собственной ничтожности и ущербности, вырабатывая в них психологию рабов. Масштабный психологический прессинг, применяемый по отношению к илотам, способствовал формированию у них стереотипа поведения по "рабскому" типу. Во фрагменте Мирона, сохраненном у Афинея, показан весь комплекс мер, направленных на физическое и морально-психологическое подавление илотов: "Илоты, - говорил Мирон, - должны нести труды самые позорные и наиболее бесчестящие. Их заставляют носить шляпу из кожи собаки и одеваться в шкуры животных; каждый год им полагается определенное число ударов, даже если они не совершили никакого проступка, для того, чтобы они помнили, что

- 228 -

они рабы; более того, если они переходят меру физической силы, которая прилична рабу, их наказывают смертью и на их хозяев накладывают штраф за то, что последние не сумели сдержать их развитие" (ap. Athen. XIV, 657 d). Даже согласившись с мнением некоторых иследователей54, что Мирон несколько сгустил краски, все же придется признать, что в целом описание Мирона соответствует действительности. Это подтверждают и более ранние, чем Мирон, источники. Так, например, Феопомп свидетельствует, что "с народом (e[qno") илотов обращаются в высшей степени жестоко и обидно" (ap. Athen. VI, 272 a). Плутарх расширяет список позора и унижений: "И вообще спартанцы обращались с ними грубо и жестоко. Они заставляли илотов пить несмешанное вино, а потом приводили их на общие трапезы, чтобы показать молодежи, что такое опьянение. Им приказывали петь дрянные песни и танцевать смехотворные танцы, запрещая развлечения, подобающие свободному человеку" (Lyc. 28)55.

Внушение презрения и отвращения к илотам как существам низшего порядка было одним из обязательных воспитательных моментов спартанской образовательной системы. Молодым спартиатам специально показывали пьяных и неопрятных илотов, чтобы воспитать к ним глубокое отвращение56.

Правда, культивирование психологической пропасти между илотами и спартиатами вовсе не исключало "частных" контактов между ними. В Спарте, таким образом, прослеживается тот же

- 229 -

стереотип в отношении к рабам, что и в остальной Греции. В античной литературной традиции, прежде всего в комедиях Аристофана, дается определенный литературный тип раба, наделенный целым рядом отрицательных качеств: обжорством, пьянством, склонностью к воровству, трусостью и т. д. Но когда речь идет о домашних рабах, особенно о кормилицах и педагогах, они, наоборот, становятся носителями целого ряда добродетелей: преданности, честности, порядочности. У Еврипида, например, подобного рода рабы нередко спасают своих хозяев от гибели (Electra 286-287, 487 sqq.; Hippol. 176 sqq., 433 sqq.).

Страх, который внушали илоты спартанцам, заставлял последних жить в атмосфере постоянной "военной" опасности57. Воспринимая илотов как внутренних врагов, спартанцы питали к ним глубочайшее недоверие. О степени этого недоверия свидетельствует отрывок из утраченного политического трактата Крития, активного участника тирании Тридцати и известного лаконофила. Этот фрагмент приводит в своей речи "О рабстве" писатель-софист IV в. н. э. Либаний: "Лакедемоняне дали себе против илотов полную свободу убивать их, и о них Критий говорит, что в Лакедемоне существует самое полное рабство одних и самая полная свобода других... Он [спартанец] всегда ходит, держа в руке копье, чтобы оказаться сильнее илота, если тот взбунтуется... Они [спартанцы] изобрели себе также и запоры, с помощью которых они полагают преодолеть козни илотов... И как могут те, которых и во время завтрака, и во сне... вооружает страх по отношению к рабам, как могут такие люди... наслаждаться настоящей свободой?" (fr. 37 Diels = Liban. Or. XXV, 63 / Пер. А. Я. Гуревича).

Спартанцы старались держать илотов подальше от оружия (Xen. Lac. pol. 12, 4). Как известно, в Спарте только члены гражданского коллектива имели право в мирное время носить оружие. Так, в 398 г. руководитель заговора Кинадон предполагал, что безоружная народная масса, куда входили и илоты, в момент выступления сможет вооружиться только орудиями своего труда (Xen. Hell. III, 3, 7).

- 230 -

Недоверие спартанцев по отношению к илотам во многом объясняется многочисленностью последних58. Не только спартанцы, но и все греки ясно сознавали опасность владения слишком большим количеством рабов. Фукидид напрямую связывает суровое отношение к рабам на Хиосе с огромным их количеством: "Ведь на Хиосе было гораздо больше рабов, чем где-либо в другом городе (кроме Лакедемона), и эти рабы, именно из-за их многочисленности, подвергались там за свои провинности слишком суровым карам" (VIII, 40, 2). Уже из одного этого свидетельства Фукидида видно, что спартанский полис опережал всю Грецию по количеству рабов. Какое-то представление об их численности может дать рассказ Плутарха о том, что этолийцы, вторгшись в Лаконию, увели с собой 50 тысяч илотов (Cleom. 18, 2). Это произошло во 2-й половине III в., когда Спарта уже потеряла Мессению, а вместе с ней и всех мессенских илотов.

Если в Афинах и других греческих полисах обычный процент несвободного населения по отношению к свободному составлял в среднем 3 : 159, то в Спарте доля илотов по отношению к свободным

- 231 -

была совсем иной. На каждого спартиата приходилось не менее семи илотов, а если учесть фактор постоянного уменьшения гражданского населения, то этот разрыв неизбежно увеличивался. Такая численная диспропорция была очень важным фактором, управляющим отношениями между двумя основными группами спартанского населения. К сожалению, только один источник, и то относящийся к военным делам, дает нам представление о соотношении илотов и спартиатов. В 479 г. при Платеях каждого спартиата сопровождало семеро илотов (Her. IX, 10, 1; 28, 2; 29, 1). Как признают некоторые исследователи, эти цифры Геродота в общем отражают примерную пропорцию всего илотского населения к спартиатам, по крайней мере, для V в.60


Примечания

54 См., к примеру: Busolt G., Swoboda H. Griechische Staatskunde. Hf. 2. S. 669, Anm. 4. назад
55 В качестве параллели к этим местам Мирона и Плутарха можно привести отрывок из Дионисия Галикарнасского о сходном обращении фессалийцев со своими пенестами: "Они обращались с пелатами презрительно, приказывая им производить работы, неприличные для свободорожденных, а если они не делали чего-либо из приказанного, прибегали к ударам и в остальном обращались с ними, как с купленными рабами" (Ant. Rom. II, 9 / Пер. С. П. Кондратьева). назад
56 С точки зрения правящего класса непристойное поведение за столом - черта, характерная для низших слоев общества. Их Феогнид называет "подлыми" (kakoiv). В своих наставлениях знатному юноше Феогнид призывает его вести себя за столом так, чтобы не уподобляться подлой черни: "Из-за стола поднимайся, пока допьяна не напился, чтоб не блевать за столом, словно поденщик иль раб" (485 sq. Bergk / Пер. В. Вересаева). назад
57 Отчасти спартанцы могли и сознательно преувеличивать степень опасности со стороны илотов, чтобы оправдать свое жестокое поведение по отношению к людям греческого происхождения. Таким образом, они пытались формировать благоприятное для себя общественное мнение за пределами Спарты. Фукидид, придающий большое значение мотиву страха перед илотами, возможно, стал жертвой спартанской пропаганды. назад
58 В науке не раз предпринимались попытки дать точные цифры илотского населения. Все предлагаемые подсчеты, с нашей точки зрения, носят искусственный характер и не могут считаться убедительными, поскольку в предании не сохранилось никаких прямых указаний на этот счет. Те ученые, которые с доверием относятся к огромным цифрам рабов, приводимым Афинеем для Коринфа, Афин и Эгины (VI, 272 b-d), полагают, что число илотов в Спарте могло доходить до полумиллиона и даже превышать эту цифру. Так, по мнению М. С. Куторги, илотов в Лаконии было "значительно более полумиллиона". По поводу свидетельств Афинея М. С. Куторга замечает, что они не только весьма важны, но и "вполне достоверны... по той неопровержимой причине, что почерпнуты в правительственных источниках" (Куторга М. С. Общественное положение рабов и вольноотпущенников в Афинской республике // Собрание сочинений М. С. Куторги. Т. I. СПб., 1894. С. 276). Исследователи, специально занимавшиеся этой проблемой, обычно с недоверием относятся к сильно завышенным, с их точки зрения, цифрам Афинея. Общее число илотов они обычно помещают в диапазоне от 150 до 400 тысяч. Например, А. Валлон предлагает цифру в 220 тыс. (Валлон А. История рабства... С. 29). В современной науке данная цифра колеблется, как правило, между 170 и 224 тысячами. Обзор мнений на этот счет см.: Oliva P. Sparta... P. 53 и n. 3. назад
59 О количестве рабов в Греции и, в частности, в Аттике со ссылками на источники см.: Валлон А. История рабства... С. 90-125. назад
60 На этом настаивают, например, Г. Дизнер (Diesner H. J. Sparta und das Helotenproblem. S. 223) и П. Кэртлидж (Cartledge P. Sparta and Lakonia. P. 175). С недоверием относятся к свидетельству Геродота У. Карштедт (Kahrstedt U. Sparta und seine Symmachie. S. 67, Anm. 2) и Д. Лотце (Lotze D. Metaxy eleutheron kai doulon. S. 33). О дискуссии по этому вопросу см.: Oliva P. Sparta... P. 52 f. вместе с прим. назад


Назад | К оглавлению  | Вперед


(c) 2001 г. Л.Г. Печатнова
(c) 2001 Издательский центр "Гуманитарная академия"
(c) 2002 г. Центр антиковедения