Публикации Центра антиковедения СПбГУ

Л.Г. Печатнова
История Спарты (период архаики и классики)

СПб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. ISBN 5-93762-008-9


Глава IV
Спартанская илотия

1. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ И ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ИЛОТОВ

- 209 -

Слово "илот" (ei{lwte"), как в свое время доказывал К. О. Мюллер, скорее всего, является формой пассивного перфектного причастия от не употребляющегося глагола eJlei'n и буквально означает "взятый в плен", "военнопленный". Большинство грамматиков древности толковали этот термин именно так - пленные, ставшие рабами. В "Etymologicum magnum" под словом eiJlwteuvein значится: "илоты - те, которые заселяют Мессению в Пелопоннесе, не исконные рабы лакедемонян, но некогда ими покоренные". Таково устоявшееся мнение, которое без всяких комментариев повторяют Лиддель - Скотт1, а также Э. Буассак и И. Гофманн в своих этимологических словарях2. Более осторожную позицию занимают П. Шантрэн и Г. Фриск3. Они указывает на то, что, как и многие другие наименования рабов, это слово не имеет ясной этимологии, хотя оно все же предпочтительнее варианта, впервые появившегося у Гелланика (Harpocr. s. v. eiJlwteuvein), согласно которому слово ei{lwte" ведет свое происхождение от названия города Гелоса в Лаконии ( {Elo" - дословно "болото", "болотистая местность"), жители которого первыми были превращены в илотов4.

- 210 -

По словам П. Шантрена, это маловероятно исторически и совершенно невозможно фонетически5. Весьма характерно, что Д. Лотце, в своих исследованиях много внимания уделивший проблемам илотии, подобно П. Шантрену и Г. Фриску, осторожен в своих высказываниях относительно этимологии слова ei{lwte". Он не считает общепринятую этимологию вполне надежной6.

Платон утверждал, что в греческом мире не существовало единой оценки илотии: "Чуть ли не всем эллинам лакедемонская илотия доставила бы величайшее затруднение и возбудила бы споры: по мнению одних, это хорошее учреждение, по мнению других - плохое" (Leg. VI, 776 c-d / Пер. А. Н. Егунова). Древние авторы, включая Платона, выражают сложившееся у греков впечатление относительно илотии как особой форме рабства. Античная традиция отличала илотов от рабов классического типа по целому ряду параметров: и по времени их появления, и по способу приобретения, и по коллективному владению ими, и по особому экономическому и правовому положению. Так, согласно Феопомпу, илотия возникла раньше покупного рабства и была результатом порабощения ахейцев, населявших Лаконию до завоевания ее дорийцами (ap. Athen. VI, 265 b-c). Дорийцы, согласно преданию, фигурируют не только в качестве изобретателей спартанской илотии. Античная традиция делает их авторами и других сходных с илотией форм зависимости (речь идет о дорийцах Крита, Фессалии, Сиракуз, Гераклеи Понтийской, Византия). Причину возникновения всех этих "нетрадиционных" форм зависимости древние авторы видели в завоевании и подчинении местного населения. Согласно Страбону, мноитами на Крите было местное додорийское население, завоеванное дорийцами (XII, 3, 4, p. 542). То же самое говорит и грамматик Гермонакт (время жизни неизвестно), автор критского глоссария, который нам известен лишь через цитирующего его

- 211 -

Афинея. У него мноиты - туземные (ejggenei'")7 рабы (ap. Athen. VI, 267 c).

Историческая традиция отметила и не характерные для классического рабства отношения собственности, в которые были включены илоты: вся совокупность спартанских граждан совместно владела землей и илотами. Недаром древние авторы называли землю, отведенную под наделы, "государственной" или "общественной землей" (politikh; cwvra) (Polyb. VI, 45, 3), а илотов - или рабами общины (Paus. III, 21, 6 - dou'loi tou' koinou'), или государственными рабами (Strab. VIII, 5, 4, p. 365 - trovpon ga;r tina; dhmosivou" douvlou" ei\con oiJ Lakedaimovnioi touvtou"), подчеркивая тем самым их зависимость от спартанской общины в целом8.

В последующей лексикографической литературе было окончательно сформулировано положение о существовании особого класса зависимого населения, чей статус значительно отличался от статуса покупных рабов. "Вероятно, - замечает по этому поводу Д. Лотце, - для Поллукса или Аристофана Византийского сравнительно самостоятельное положение большей части илотов как крестьян с собственным хозяйством было уже достаточным поводом, чтобы отделить их от прочих рабов и зачислить в категорию так называемых metaxu; ejleuqevrwn kai; douvlwn"9. Поллукс перечисляет спартанских илотов в длинном списке тех, чье положение было между свободными и рабами (metaxu; ejleuqevrwn kai; douvlwn): "Между свободными и рабами находятся илоты лакедемонян, пенесты фессалийцев, клароты и мноиты критян, дорофоры мариандинов, гимнеты аргивян, коринефоры сикионян" (III, 83).

Даже краткий перечень мнений древних авторов об илотии подсказывает нам, что илотия - необычная форма рабства.

- 212 -

Античная традиция не дает однозначного ответа, к какой группе населения отнести илотов, но указывает, в каком направлении следует двигаться.

История изучения илотии и сходных с ней форм зависимости берет свое начало от классической немецкой филологии и доходит до наших дней. Мы попытаемся хотя бы в общих чертах дать представление о развитии научных взглядов, связанных с проблемой илотии, тем более, что в нашем распоряжении имеется целая серия добротно выполненных историографических обзоров по данной тематике10.

В западной историографии, начиная, по крайней мере, с Эд. Мейера и У. Карштедта, иногда рассматривают илотию как форму крепостной зависимости, аналогичную той, которая существовала в феодальной Европе11. Сторонники такого взгляда на илотию склонны придавать большое значение многочисленным аналогиям между илотами и средневековыми крепостными (обе категории обрабатывали землю своими собственными орудиями и оставляли часть произведенных продуктов себе), опуская при этом важные отличия. В некоторых более новых работах феодальный характер илотии прокламируется с еще большей определенностью. Например, для К. Краймс спартанское общество суть общество феодальное вместе со всеми его институтами. По ее словам, "в Мессении после дорийского нашествия возникло такое же феодальное общество, как это было на Крите и в самой Спарте"12.

- 213 -

В историографии нового времени, как западной, так и отечественной, безусловно преобладающей является точка зрения на илотов как государственных рабов13. Она основана на добротной исторической традиции и редко оспаривается. Хотя иногда высказывается и прямо противоположное мнение. Так, некоторые ученые склонны рассматривать илотов скорее как частных рабов, а роль государства ограничивать лишь надзором за ними14. Но эта версия без прямого насилия над преданием не поддается убедительному доказательству. К. Краймс, к примеру, в своем желании доказать частнособственнический характер илотии не останавливается перед полным отрицанием исторической традиции. "Павсаний делает ту же ошибку, что и Страбон, - пишет она, - называя илотов "рабами общины""15. Д. Лотце, в целом считая илотов скорее государственными, чем частными рабами, однако призывает, учитывая всю сложность проблемы, к осторожности в применении современных дефиниций. По его мнению, отношения собственности, в которые были включены илоты в качестве их объекта, были более сложными, так что их нельзя однозначно определять такими современными понятиями, как государственная или частная собственность. "Илоты, - замечает он, - вовсе не были государственными служащими, которые обрабатывали участки граждан по прямому заданию государства"16.

- 214 -

Среди современных исследователей, не склонных к радикальному пересмотру и критике существующей традиции, илотию принято рассматривать как вариант коллективного рабства, возникшего в результате "агрессивной экспансии" дорийцев на территорию Лаконии. Основополагающей в плане разработки, систематизации и обоснования этой теории является работа Д. Лотце "Между свободными и рабами"17. Д. Лотце, полагая, что статус илотов слишком запутан, чтобы выразить его обычными терминами, предложил новую дефиницию для илотии, определив ее как коллективное рабство, возникшее в ходе завоевания. По мнению Д. Лотце, изначальный коллективный характер илотии определялся примитивным уровнем дорийской цивилизации, что нашло свое выражение в неразвитости частной формы собственности. Вслед за Д. Лотце примитивный характер илотии по сравнению с классическим рабством признается и другими исследователями. Так, П. Олива определяет илотию как "неразвитое рабство" или "неразвитый тип рабства"18. Французский исследователь И. Гарлан причисляет илотию к типичным формам "общинного порабощения" и считает ее близкой к микенскому типу рабства. По его мнению, правомерно говорить о качественных отличиях между примитивными формами рабства, такими, которые существовали в Микенах и Спарте, и рабством классического типа. Среди качественных отличий между ними он называет наличие у рабов "примитивного типа" имущества, что de facto означает признание за ними прав на его владение, а также определенной хозяйственной самостоятельности19.

В отечественной историографии общепризнанной является точка зрения, высказанная в 1933 г. В. В. Струве, что илотия еще более примитивная форма "крепостничества завоевательного типа", нежели эксплуатация рабов20. И. М. Дьяконов развивает эту тему,

- 215 -

сравнивая рабов в Шумере со спартанскими илотами. Он полагает, что и те и другие относились к рабам "патриархального" типа, которые сохраняли еще некоторые черты правовой личности, такие, например, как право вступать в брак и владеть частной собственностью21. Сторонники этой теории вполне справедливо усматривают причину возникновения коллективных форм рабства в особенностях завоевательной политики дорийцев22. Дорийцы придерживались одной и той же модели поведения по отношению к покоренному местному населению: членов завоеванной общины превращали в рабов, принадлежавших совокупно всему коллективу завоевателей, и приписывали в качестве необходимого "инвентаря" к клерам, тоже являвшимся их коллективной собственностью. В результате илоты оказывались обязательным "атрибутом отдельных пожалованных клеров", и в качестве таковых их нельзя было ни отчуждать от наделов, ни, тем более, продавать как обычных рабов.

М. Финли противопоставляет илотию как коллективную форму рабства двум другим известным в античности типам рабства: рабству-должничеству и покупному, или классическому, рабству. Основное отличие он усматривает в том, что при илотии порабощался

- 216 -

единовременно целый народ, оказавшийся в положении порабощенной общины, а при классических вариантах рабства рабы попадали в зависимость каждый индивидуально23.

Греческие авторы, желая как-то объяснить те гарантии, которые брало на себя государство по отношению к илотам, ссылаются на древний "первоначальный договор", заключенный между победителями - спартанцами и побежденными - мессенцами (Ephor. ap. Strab. VIII, 5, 4, p. 365). Античная традиция связывает подобные "договоры рабства" не только со спартанскими илотами, но также с фессалийскими пенестами и гераклейскими мариандинами (Archemach. ap. Athen. VI, 264 a-b; Posidon. ap. Athen. VI, 263 c-d; Strab. XII, 3, 4, p. 542). Фрагменты предания дают нам возможность восстановить отдельные пункты подобных соглашений. Так, согласно Посидонию и Страбону, в первоначальный договор между победителями-гераклеотами и побежденными-мариандинами был включен пункт о запрещении продавать мариандинов за пределы страны24. Степень вмешательства государства в данном случае определялась корпоративными интересами всего гражданского коллектива.

К античной традиции о так называемых первоначальных договорах следует отнестись с известной степенью доверия, хотя в науке не раз высказывались сомнения в ее достоверности. В основе недоверия к исторической традиции лежит представление об искусственности конструкции, составленной из параллельных антагонистических пар типа: илоты - спартиаты, гераклеоты - мариандины, фессалийцы - пенесты и т. д. Э. Д. Фролов, в целом признающий историчность предания о договорах, тем не менее считает,

- 217 -

что некоторые аргументы есть и у противников этой концепции25. Мы согласны с мнением тех исследователей, которые полагают, что традиция о первоначальном договоре - не просто исторический миф, возникший на пустом месте. Действительно, результатом длительной борьбы целых племен и народов могли быть "оформленные грубейшим образом соглашения"26.

Суммируя результаты изучения илотии, приведем краткое, но вобравшее в себя основные выводы современной науки определение Э. Эндрюса в "Британской энциклопедии": "Илоты, крепостные древних спартанцев... Их рабский статус в исторические времена восходит к завоеванию страны уступавшими им в численном отношении дорийцами... Они были в некотором смысле государственными рабами, прикрепленными к земле и приписанными к отдельным спартиатам для обработки их наделов; их господа не могли их ни освобождать, ни продавать, и у них было ограниченное право накапливать имущество, после уплаты господам установленной доли урожая с надела..."27.

Несмотря на то что проблема илотии не раз поднималась в новой и новейшей историографии античности, тем не менее отдельные ее аспекты не получили еще, как нам кажется, должного освещения. В частности, не совсем ясным остается вопрос об этническом составе илотов. Наметившийся сравнительно недавно дифференцированный подход ко всей массе илотов кажется нам вполне оправданным и перспективным направлением в изучении илотии. Но он ставит перед исследователями целый ряд новых задач, пока еще не нашедших своего удовлетворительного решения. Дифференцированный подход должен подразумевать разделение илотов как по этническому признаку (илоты лаконские и мессенские), так и по социальному. Под социальной градацией имеется в виду выделение

- 218 -

из всей массы илотов некой элитарной группы. В этой связи возникает проблема и терминологического отражения наметившихся социальных сдвигов внутри некогда единой илотской массы. Недостаточно исследованным представляется нам и вопрос о степени опасности илотов для Спартанского государства. Для его лучшего освещения требуется в известной степени пересмотр имеющейся традиции как о спартанских криптиях, так и о других организационных мерах, направленных на предотвращение враждебных эксцессов со стороны илотов.

Рассмотрим еще раз предание о спартанской илотии и попытаемся на основе вполне добротной традиции реконструировать экономическое и политическое положение спартанских илотов.

Античная традиция, безусловно, относила илотов к рабам, принадлежавшим спартанской общине в целом. Таким образом, между илотами и их хозяевами стояло государство, гарантирующее илотам определенный modus vivendi и защищающее их от самоуправства и непомерной алчности господ. Целый ряд признаков заставляет нас отнести илотов к особой группе рабов, которые по некоторым признакам находились в лучшем положении, чем рабы классического типа28.

В правовом отношении илоты, конечно, считались собственностью всего Спартанского государства in corpore. Система полицейских и карательных мер по отношению к илотам носила исключительно государственный характер. Эта связь илотов с государством проявлялась в целом ряде правовых актов, обеспечивающих государственный контроль над илотами, в таких, например, формах, как ежегодное объявление эфорами войны илотам от имени всего полиса. Как верно отметила И. А. Шишова, "в праве убивать илотов без суда, в криптиях... нашла свое отчетливое отражение принадлежность илотов не отдельному спартанцу, но всей общине равных как

- 219 -

единому коллективу"29. В этом акте просматривается один очень важный, на наш взгляд, момент: спартанцы воспринимали своих илотов как некое этническое и социальное единство. Ведь объявление войны предполагает в некотором роде наличие равноправного врага-партнера. Во всяком случае, когда в наших источниках идет речь о смертной казни, ее всегда осуществляла община.

Но феномен илотии заключается как раз в двойственной зависимости илотов как от государства, так и от их собственных индивидуальных владельцев. В правовом отношении илоты являлись безусловной собственностью спартанского полиса как коллективного сообщества граждан и условной собственностью их реальных владельцев, т. е. отдельных спартанских семей. Такой двоякий характер собственности характерен в целом для античного общества. На это не раз обращали внимание такие теоретики полиса, как Платон и Аристотель. У Аристотеля есть очень точное высказывание относительно того, какой тип собственности должен быть признан предпочтительным для нормального функционирования общества: "Немалые преимущества имеет поэтому способ пользования собственностью, освященный обычаями и упорядоченный правильными законами, который принят теперь: он совмещает в себе хорошие стороны обоих способов, которые я имею в виду, именно общей собственности и собственности частной. Собственность должна быть общей только в относительном смысле, а вообще - частной" (Pol. II, 2, 4, 1263 a 22-27 / Пер. С. А. Жебелева - А. И. Доватура). В Спарте все было наоборот, т. е. в целом (o{lw") собственность была общей, но в некотором отношении (pwv") - частной30. Эта парафраза Аристотеля, вполне применимая к спартанской илотии, помогает точнее оценить изначально сложившуюся в Спарте двойную собственность на илотов. Илоты являлись обязательным атрибутом земельных участков. Каждый полноправный

- 220 -

гражданин получал илотов в комплекте с землей в бессрочное владение. О том, что это было именно бессрочное владение землей, а не частная собственность, свидетельствует целый ряд ограничений, несовместимых с понятием частной собственности.

Таким образом, права отдельных спартиатов по отношению к принадлежащим им илотам были существенным образом ограничены. Это ограничение прав частных владельцев, с одной стороны, вносило в образ жизни илотов известный элемент свободы, а с другой - гарантировало им достаточно стабильное существование в рамках навязанной им социально-экономической системы. Так, илоты вообще не являлись объектами купли-продажи: во всяком случае, мы не знаем ни одного такого случая во всей спартанской истории. Таким образом, не только частные владельцы, но и государство ограничивало свои права на илотов, оставив им очень важный "фрагмент" свободы. Как свидетельствует Мирон из Приены (III в.), автор истории Мессенских войн31, каждый спартиат был ответствен перед государством за своих илотов (ap. Athen. VI, 271f). Государство в данном случае выступало в качестве коллективного собственника илотов, а отдельные граждане - в качестве условных владельцев. Именно поэтому права спартиатов-хозяев не простирались до освобождения илотов. Судя по словам Эфора, одно только государство могло их освобождать или продавать за пределы страны (ap. Strab. VIII, 5, 4, p. 365). То же самое сообщает Архемах о фессалийских пенестах: "Они передали себя фессалийцам в качестве рабов по договору, под тем условием, что их не будут ни вывозить из этой страны (из области Арны), ни убивать, они же, возделывая для них землю, будут платить им условный взнос" (ap. Athen. VI, 264 a-b / Пер. С. П. Кондратьева). Вполне естественно на основании этих сообщений сделать вывод, что илоты и пенесты были прикреплены даже не к определенному клеру32, а к общинной земле в целом и лишь не могли вывозиться за пределы

- 221 -

Лаконии и Фессалии. Эти свидетельства вслед за Л. Н. Казамановой можно понять так, что "внутри государства какой-то передел, возможно, и мог осуществляться, но не отдельными гражданами, а всей общиной"33.

От рабов классического типа илоты отличались целым рядом особенностей, которые наводят на мысль, что они были в лучшем положении, чем обычные рабы34. Прежде всего, это возможность иметь жен и вести семейную жизнь. Само существование илотов в качестве подчиненной общины предполагает сохранение ими элементарных социальных связей, самыми важными из которых были родственные связи. В некоторых обществах, где существовали сходные с илотами группы зависимого населения, право на семейную жизнь было зафиксировано, например, в Гортинских законах на Крите. В других обществах оно существовало de facto без какого-либо юридического оформления. Для Спарты отсутствие прямых свидетельств в какой-то мере компенсируется наличием сравнительного материала: в дорийском Крите, где существовали группы зависимого населения, подобные илотам, браки среди них признавались законными35.

Второе важное отличие илотов от покупных рабов - хотя и ограниченное, но владение предметами, фактически являющимися их собственностью (так, по свидетельству Фукидида (IV, 26, 6-7), в его время некоторые мессенские илоты имели собственные лодки)36. Почти полное отсутствие данных об имуществе илотов отчасти восполняется надежным критским материалом. Так, согласно

- 222 -

Гортинскому законодательству, клароты-войкеи37, живущие в деревне, могли иметь необходимые орудия производства, жилища и рабочий скот (IV, 30-31, 35)38.

Илотам также была дарована одна, по крайней мере, религиозная гарантия - право убежища в храме Посейдона на Тенаре (Thuc. I, 128, 1)39. Нарушение этого права, как замечает Д. Лотце, по-видимому, было в Спарте редчайшим исключением. Катастрофическое землетрясение 464 г. воспринималось спартанцами как наказание за этот страшный грех40. Точно такая же религиозная гарантия засвидетельствована и для несвободного населения дорийского Крита. В "Гортинской правде" не раз упоминаются беглые рабы и прокламируется право убежища для них в городском храме Гортины. По мнению Л. Н. Казамановой, Гортинские законы призваны были устранить произвол и самоуправство как владельца бежавшего раба, так и служителей храма, где укрывался беглец41.

Своей экономической стабильностью илоты также отчасти были обязаны государству, которое регулировало эти отношения и лишало владельцев илотов возможности изменять строго фиксированный

- 223 -

оброк. В этом отношении илоты напоминают ту категорию афинских рабов, которая называлась cwri;" oijkou'nte". В профессиональном плане это были в основном ремесленники, отпущенные на "вольные хлеба". Отношения их с хозяевами строились на чисто экономической основе: хозяева регулярно получали от них строго фиксированные суммы42. Как известно, рабы, принадлежащие к этой категории, обладали известной степенью свободы и являлись элитарной частью афинских рабов. Возможно, не случайно Плутарх употребляет для обозначения повинностей илотов слово "апофора" (Inst. Lac. 239 d), технический термин, используемый для обозначения повинностей, которые платили рабы в Афинах.

К сожалению, мы лишены возможности судить о динамике оброчных обязательств илотов. Историческая традиция в данном случае представляет собой ряд замечаний общего характера. Цифры, которые называет Плутарх, мало что объясняют (Lyc. 8, 7 - "Каждый надел был такой величины, чтобы приносить по семидесяти медимнов ячменя на одного мужчину и по двенадцати на женщину и соразмерное количество жидких продуктов"). Не исключено, по мнению А. Джонса, что вся эта история связана с древними ликурговыми клерами, которые, впрочем, он называет мифическими, а всю традицию о земельной реформе Ликурга объявляет фиктивной43.

Данные о том, что илоты должны были отдавать своим господам половину урожая, вызывают большие сомнения. Это самое раннее из имеющихся в нашем распоряжении свидетельств принадлежит Тиртею (fr. 5 Diehl). Но, как известно, от поэтических произведений, даже написанных на исторические темы, трудно требовать буквальной точности в передаче фактов. "Половина урожая" (h{misu pantov"), о которой говорит Тиртей, возможно, просто поэтический образ. С помощью этой красочной детали Тиртей усиливал впечатление от победы спартанцев над мессенцами. Если же признать за словами Тиртея какую-то историческую ценность, то тогда нужно будет признать, что между Первой и Второй Мессенскими войнами илоты платили не фиксированный налог, как впоследствии, а половину ежегодного урожая. Такая форма налога обуславливала прямой контроль над урожаем, что

- 224 -

было возможно только при постоянном личном наблюдении спартиатов за хозяйственной деятельностью закрепленных за ними илотов. Не лишенную правдоподобия версию предложил Г. Мичелл. По его словам, "это могла быть временная мера в духе военной контрибуции"44.

Если опустить свидетельство Тиртея как сомнительное и ненадежное, то общим во всем предании, связанным с илотами и землей, останется утверждение, что существовала обязательная, заранее установленная квота, превышать которую запрещалось законом. Об этом неоднократно говорит Плутарх: "Землю их возделывали илоты, внося назначенную подать (ajpofora;n th;n eijrhmevnhn)" (Lyc. 24, 3), а также: "Илоты обрабатывали за спартанцев их землю, вносили им оброк, установленный заранее (ajpofora;n th;n a[nwqen iJstamevnhn)" (Inst. Lac. 239 d). Размер апофоры45, по-видимому, был установлен по окончании Второй Мессенской войны и более не пересматривался46.

Не раз уже исследователями предпринимались попытки определить количество клеров, их размер, число семей илотов, сидящих на каждом клере, общее количество продуктов, получаемых с клера, и долю, остающуюся в распоряжении илотов47. Мы разделяем скептическое отношение некоторых ученых к подобного рода подсчетам48. К сожалению, все эти калькуляции делаются на основании очень ограниченного круга источников, что приводит подчас к диаметрально противоположным выводам. Так, например,

- 225 -

количество семей илотов, прикрепленных к каждому клеру, в различных работах колеблется от двух до десяти, в зависимости от установок того или иного автора49.

Согласно Плутарху, спартанцы под страхом проклятия не могли требовать с илота больше установленной нормы и потому "илоты, получая выгоду, работали с удовольствием" (Inst. Lac. 239 d). Необходимость прибегать к религиозным санкциям объясняется, по-видимому, тем, что илоты, подобно классическим рабам, не были юридическими лицами и потому не могли быть и объектами гражданского права. Санкции, запрещавшие их разорять, носили исключительно религиозный характер и, как кажется, были вполне эффективными. Все это наводит на мысль, что у илотов оставалась вся прибыль свыше фиксированной суммы. Поэтому можно говорить об определенной экономической независимости илотов, которые в повседневной жизни пользовались относительной свободой и самостоятельностью.

Мы не знаем, насколько сами спартиаты были включены в хозяйственную деятельность. Судя по свидетельству Мирона, согласно которому спартанцы, передав землю илотам, получали с них только предписанную законом долю (ap. Athen. XIV, 657 c-d), их участие в хозяйственной жизни страны было минимальным50. Так, когда Критий говорил, что спартанцы были в высшей степени свободными (fr. 37 Diels), он, по-видимому, имел в виду, что те полностью самоустранились от всякой производительной деятельности. Фиксированный налог, в отличие от "половины урожая" Тиртея, обеспечил спартиатам абсолютную автаркию. Они теперь могли постоянно жить в городе, вдали от той земли и тех людей, которые гарантировали им необходимый уровень жизни. "Таким образом, в Спарте сложилась особая форма рабовладельческого хозяйства, при которой непосредственное вмешательство рабовладельца в производственный процесс стало чем-то совершенно необязательным или даже вообще исключалось. Из организатора производства рабовладелец превращается здесь в пассивного получателя ренты, хозяйственная же инициатива сосредотачивается всецело в руках непосредственного производителя, т. е. раба"51.

- 226 -

Надзор государства за экономическими взаимоотношениями илотов и их хозяев, может быть, является самым важным моментом, объясняющим и столь долгое существование илотии, и, как думают некоторые современные исследователи, сравнительно низкий уровнень "мятежности" илотов.

Ряд ученых в качестве доказательства существования перманентно мирных отношений между илотами и их господами ссылаются на лояльность илотов и на отсутствие массового дезертирства с их стороны во время военных кампаний. Так, канадский исследователь Р. Талберт в своей статье "Роль илотов в классовой борьбе в Спарте" утверждает, что "спартиаты по большей части были уверены в лояльности своих илотов". При этом он ссылается на географические и демографические особенности Мессении и Лаконии. По его словам, с одной стороны - из-за малодоступности и удаленности многих районов Мессении и Лаконии, а с другой - из-за значительного численного превосходства илотов над спартиатами, "илоты не могли быть контролируемы без значительной степени покорности с их собственной стороны". Все противоречащие этой тезе факты Р. Талберт объясняет "случайной мятежностью илотов". По его словам, "покорность илотов более важна, чем их случайная мятежность". Взгляд Р. Талберта на отношения спартиатов и илотов - пример давно уже наметившейся в западной историографии античности тенденции к сглаживанию противоречий между рабами и рабовладельцами. Эта тенденция имеет давние корни, и ученые, которые к ней склоняются, сделали много, чтобы доказать, что так называемый рабский вопрос в Греции был отнюдь не первостепенного значения. Конечно, такая крайняя точка зрения на илотию, как у Р. Талберта или Ж. Дюка, - редкость. Желание свести на нет значение "илотского вопроса" для Спарты, доказать наличие никогда не существовавшего в природе консенсуса между спартиатами и илотами, приводит этих ученых к частичному, а иногда и полному игнорированию античной традиции. Они, по сути дела, занимаются мифотворчеством52.

Когда в 222 г. царь Клеомен, испытывая серьезные денежные затруднения, предоставил илотам возможность выкупиться на волю, оказалось, что набралось только 6 тысяч илотов, способных заплатить за себя и свою семью довольно большую сумму в 5 аттических мин (Plut. Cleom. 23,1). Эта цифра - 6 тысяч илотов -

- 227 -

свидетельство того, что, по крайней мере, экономическое положение части илотов было весьма сносным. Ведь в общей сложности сумма их выкупа составила 500 талантов53. Но остается открытым вопрос, какой процент от общего числа илотов составляли эти 6 тысяч? Без ответа на него трудно сделать какие-либо определенные выводы относительно экономического положения всей массы илотов в их совокупности.


Примечания

1 Liddell H. G. - Scott R. A Greek-English Lexicon. A New Edition. Vol. III. Oxford, 1927. s. v. ei{lw". назад
2 Boisacq E. Dictionnaire etymologique de la langue grecque. Heidelberg; Paris, 1923. s. v. ei{lwte"; Hofmann J. B. Etymologisches Worterbuch des Griechischen. Mьnchen, 1949. s. v. ei{lwte". назад
3 Frisk H. Griechisches etymologisches Worterbuch. Lief. 5. Heidelberg, 1957. s. v. ei{lwte". назад
4 Древние авторы, однако, отличали илотов от жителей Гелоса элеатов. Так, у Феопомпа в одном предложении упоминаются и те, и другие: "Илоты давно уже были порабощены спартиатами, одни из них будучи из Мессении, а другие - элеаты (eJleavtai), ранее населявшие так называемый Гелос в Лаконии" (ap. Athen. VI, 272 a). назад
5Chantraine P. Dictionnaire etymologique de la langue grecque. Paris, 1971. T. II. s. v. ei{lwte". назад
6Lotze D. Metaxy eleutheron kai doulon: Studien zur Rechtsstellung unfreier Landbevolkerungen in Griechenland bis zum 4. Jh. v. Chr. Berlin, 1959. S. 26. Вкратце историю вопроса см.: Валлон А. История рабства в античном мире, Греция. М., 1936. С. 25 и прим. 1-4 (С. 240); Toynbee A. Some Problems of Greek History III: The Rise and Decline of Sparta. London, 1969. P. 196 f. и n. 1; Шишова И. А. Раннее законодательство и становление рабства в античной Греции. Л., 1991. C. 186, прим. 51, 52. назад
7Это чтение взято из эпитомы схолиаста Евстафия (VI или VII в. н. э.), сделанной из рукописи Афинея, более полной и более древней, чем наша основная рукопись. Оно приведено издателем Афинея Г. Кайбелем в аппарате. Мы согласны с Р. Ф. Уиллетсом, что чтение ejggenei'" более осмысленно и потому более предпочтительно, чем чтение eujgenei'" из основной рукописи (Willets R. F. The servile System of ancient Crete // Studies presented to G. Thomson. Prague, 1963. P. 261). назад
8В тех же терминах древние авторы характеризуют и критских мноитов. Страбон называет их общественными рабами (VIII, 5, 4, p. 365 - dou'loi tou' koinou'), а Афиней приводит высказывание Сосикрата, что "мноией критяне называют общинное рабовладение" (VI, 263 f). назад
9Lotze D. Metaxy eleutheron kai doulon... S. 47. назад
10Сошлемся на отлично выполненный историографический обзор Я. А. Ленцмана, в котором он излагает развитие взглядов на илотию в западной и отечественной науке (Ленцман Я. А. Рабство в Микенской и Гомеровской Греции. М., 1963). Среди отечественных работ назовем также посвященный исключительно илотии историографический очерк И. А. Шишовой (Шишова И. А. Раннее законодательство... С. 133-138). В западной литературе можно указать на целый ряд весьма полезных, с нашей точки зрения, историографических обзоров: Oliva P. Sparta and her Social Problems. Prague, 1971. P. 38 ff.; Cartledge P. Sparta and Lakonia. London, 1979. P. 194 f. назад
11См., например: Валлон А. История рабства... С. 37; Meyer Ed. GdA. Bd. II. Stuttgart, 1893. S. 176, 188; Kahrstedt U. Griechisches Staatsrecht. Bd. I. Sparta und seine Symmachie. Gцttingen, 1922. S. 57. Для Эд. Мейера и У. Карштедта илоты - это порабощенные в результате задолженности свободные крестьяне. назад
12Chrimes K. M. T. Ancient Sparta. Manchester, 1952. P. 289. О неправомерности причисления примитивных форм крепостной зависимости к феодальным см.: Шишова И. А. Раннее законодательство... С. 133 слл. назад
13 См., например: Ehrenberg V. Sparta. Geschichte // RE. 2. R. Bd. III. Hbbd. 6. 1929. Sp. 1373 f.; Bengtson H. GG. 2. Aufl. Mьnchen, 1960. S. 79; Toynbee A. Some Problems of Greek History... P. 198; Finley M. I. The Ancient Economy. London, 1973. P. 63, 68; Cartledge P. The Peculiar Position of Sparta in the Development of the Greek City-State // PRIA. 80. 1980. P. 93. Взгляд на илотов как государственных рабов, чье положение было лучше, чем положение рабов в других греческих полисах, наряду с М. Финли разделял в свое время также Г. Мичелл (Michell H. Sparta. Cambridge, 1952. P. 22). назад
14См., в частности: Kahrstedt U. Die spartanische Agrarwirtschaft // Hermes. 54. 1919. S. 285 ff.; Chrimes K. M. T. Ancient Sparta. P. 41; Diesner H. J. Sparta und das Helotenproblem // Wissenschaftliche Zeitschrift Greifswald 3, 1953/4. S. 221 f.; Oliva P. On the Problem of the Helots // Hictorica 3. Praha, 1961. P. 23. Подробнее о точке зрения этой группы ученых см.: Шишова И. А. Раннее законодательство... С. 161 и прим. 178. назад
15Chrimes K. M. T. Ancient Sparta. P. 41. назад
16Lotze D. Metaxy eleutheron kai doulon... S. 40. назад
17Lotze D. Metaxy eleutheron kai doulon... О значении работ Д. Лотце по илотии и другим "промежуточным" формам рабства см.: Фролов Э. Д. Рождение греческого полиса. Л., 1988. С. 212 сл.; Шишова И. А. Раннее законодательство... С. 134 сл. назад
18 Oliva P. On the Problem of the Helots. P. 33f. назад
19О взглядах И. Гарлана см. рецензию Л. П. Маринович (Новое исследование древнегреческого рабства // ВДИ. 1986. № 4. С. 140-166) на его книгу "Рабы в Древней Греции" (Garlan Y. Les Esclaves en Grece Ancienne. Paris, 1982). назад
20Струве В. В. Плебеи и илоты. Из истории докапиталистических формаций // ИГАИМК. Вып. 100. 1933. С. 363-373. Однако В. В. Струве преувеличивает степень примитивности илотии. По его словам, "эксплуатация илотов характерна именно для наиболее отсталых обществ, например Спарты, Фессалии, Крита, древнейшей Ассирии. По сравнению с ними даже примитивно-рабовладельческие государства архаического Шумера или Египта, несомненно, более прогрессивны" (Хрестоматия по истории древнего мира. Т. I. / Древний Восток. Под ред. В. В. Струве. М., 1950. С. 15). Как нам кажется, не стоит слишком прямолинейно сближать и даже идентифицировать илотию с формами зависимости, обнаруженными на Ближнем Востоке. В. В. Струве и его последователи заходят слишком далеко в своем желании найти на Востоке аналоги илотии. назад
21Дьяконов И. М. Рабы, илоты и крепостные в ранней древности // ВДИ. 1973. № 4. С. 27. назад
22В настоящее время подобные взгляды на илотию и сходные формы зависимости можно считать вполне установившимся мнением, разделяемым большинством исследователей. В отечественной историографии к последним, безусловно, можно отнести А. А. Нейхардт (Нейхардт А. А. Рабство в греческих городах южного побережья Понта // Каллистов Д. П., Нейхардт А. А., Шифман И. Ш., Шишова И. А. Рабство на периферии античного мира. Л., 1968. С. 142 сл.), Э. Ф. Фролова (Фролов Э. Д. Рождение греческого полиса. С. 212 сл.), И. А. Шишову (Шишова И. А. Раннее законодательство... С. 134 сл.). назад
23"Эта разница имеет силу даже для сотен тысяч пленных, распроданных Юлием Цезарем, или для африканских пленных, перевозимых в Америку: их судьба была индивидуальной судьбой, а не коллективной" (Finley M. Ancient Slavery and Modern Ideology. London, 1980. P. 71). назад
24"Таким вот именно образом мариандины подчинились гераклеотам, пообещав вечно батрачить на них, если они будут доставлять им необходимое, но оговорив, что ни один из них не будет продаваться за пределы страны гераклеотов, а только в самой этой стране" (Posidon. ap. Athen. VI, 263 c-d / Пер. Э. Д. Фролова); "Передают также, что первые основатели Гераклеи... заставили мариандинов, прежних властителей страны, служить себе в качестве илотов, так что последних они даже продавали, однако не за пределами страны, - ибо об этом они договорились друг с другом..." (Strab. XII, 3, 4, p. 542).назад
25"Есть некоторые основания ставить... эти... свидетельства под сомнение и считать их измышлениями позднеклассической или эллинистической философии, которая могла развивать далее высказанную еще Аристотелем (в 1-й книге "Политики") мысль о целесообразности "соединения попарно" существ разумных и неразумных, но обладающих физической силой, иначе говоря, господ и рабов" (Фролов Э. Д. Рождение греческого полиса. С. 215). назад
26См., например: Валлон А. История рабства... С. 20; Фролов Э. Д. Рождение греческого полиса. С. 215; Шишова И. А. Раннее законодательство... С. 134 слл. назад
27Andrewes A. Helots // Encyclopaedia Britannica. 1972. назад
28Мы не можем полностью согласиться с М. Финли, в высказываниях которого прослеживается явная тенденция к сглаживанию противоречий между илотами и их хозяевами. Так, сильной передержкой является его высказывание, что илоты, относясь к привилегированной группе несвободного населения, обладали "всеми обычными человеческими институтами, за исключением свободы" (Finley M. I. The Ancient Economy. P. 63, 68). Тот же взгляд на положение илотов выражает и П. Кэртлидж: "Илоты, в отличие от колонов, были формально несвободными, но они явно обладали аспектами жизни, обычно ассоциирующимися со статусом скорее свободного, чем раба" (Cartledge P. Sparta and Lakonia. P. 161). назад
29Шишова И. А. Раннее законодательство... С. 161. Древние авторы ничего не говорят о том, какое наказание несли владельцы илотов за их убийство. Возможно, существовала система штрафов, как это было, например, на Крите. Так, согласно Гортинскому законодательству, за убийство войкея с его убийцы брался денежный штраф, но он был в 40 раз меньше, чем штраф за убийство свободного человека (II, 1-40). Подробнее см.: Казаманова Л. Н. Рабовладение на Крите в VI-IV вв. до н. э. // ВДИ. 1952. N 3. С. 38. назад
30О двуедином характере античной формы собственности см., в частности: Фролов Э. Д. Рождение греческого полиса. С. 9 слл. назад
31Время жизни Мирона точно не известно, но, несомненно, он был древнее Плутарха, так как тот им пользовался и на него ссылался, правда, не называя его по имени. назад
32Д. Макдоуэлл понимает e[xw tw'n o{rwn Страбона как выражение, относящееся не к национальным границам, а к границам клера. По его мнению, илоты были жестко привязаны к конкретному клеру (MacDowell D. M. Spartan Law. Edinburgh, 1986. P. 35). Мысль, конечно, оригинальная, но доказать ее без известного насилия над текстом Страбона невозможно. назад
33Казаманова Л. Н. Рабовладение на Крите... С. 35. назад
34М. Финли перечисляет семь критериев, последовательное рассмотрение которых, по его мнению, позволит более четко различить промежуточные статусы: это право на продукт труда, право наказания, право собственности, право выступления в суде, брачное и наследственное право, отношение к отпуску на волю, привилегии и обязанности в религиозной, политической и военной областях (Finley M. The Servile Statuses of Ancient Greece // RIDA. VII. 1950. P. 188). назад
35Подробнее об этом см.: Казаманова Л. Н. Рабовладение на Крите... С. 36 сл. назад
36По мнению Д. Лотце, предположение о наличии у илотов движимого имущества отчасти может быть подкреплено тем соображением, что илоты не являлись неограниченной собственностью отдельных господ и их отношения с последними испытывали сильное государственное регулирование (Lotze D. Metaxy eleutheron kai doulon... S. 32). назад
37Часть исследователей склонна отожествлять войкеев и кларотов. Так, с точки зрения Д. Лотце, и те и другие были рабами наподобие спартанских илотов, только одни - клароты - сидели на клерах, т. е. были сельскохозяйственными рабами, а другие - войкеи - составляли домашнюю обслугу (Lotze D. Metaxy eleutheron kai doulon... S. 18). Того же взгляда придерживается и Л. Н. Казаманова (Казаманова Л. Н. Рабовладение на Крите... С. 36 слл.). К. М. Колобова, напротив, призывает к осторожности при сближении войкеев и кларотов, ибо, по ее мнению, изначально войкеи вообще не были рабами (Колобова К. М. Войкеи на Крите // ВДИ. 1957. № 2. С. 37). назад
38Данное место Гортинских законов не поддается однозначному толкованию. Мы присоединяемся к точке зрения Д. Лотце, который понимает это место как безусловное свидетельство наличия у войкеев движимого имущества, скота и даже домов в городе (Lotze D. Metaxy eleutheron kai doulon... S. 15 ff.). назад
39Это место считалось священным для всех жителей Лаконии, и после римского завоевания здесь находился политический центр Союза свободных лаконцев. Как полагает С. А. Жебелев, в святилище Посейдона, возможно, собиралось и общее собрание союза - т. н. синедрион (Жебелев С. А. ACAIKA. В области древней провинции Ахайи. СПб., 1903. С. 287). назад
40Lotze D. Metaxy eleutheron kai doulon... S. 45. назад
41Казаманова Л. Н. Рабовладение на Крите... С. 39. назад
42Научную литературу относительно рабов "живущих отдельно" см. в кн.: Доватур А. И. Рабство в Аттике VI-V в. до н. э. Л., 1980. С. 75 и прим. 47, 48. назад
43Jones A. H. M. Sparta. Oxford, 1967. P. 9. назад
44Michell H. Sparta. P. 78, n. 2. назад
45О размере апофоры см.: Busolt G., Swoboda H. Griechische Staatskunde. 3. Aufl. Hf. 2. Mьnchen, 1926. S. 641 ff.; Oliva P. Sparta... P. 49 f. назад
46Большинство ученых датируют установление фиксированного максимума налога концом VII в. и связывают его с распределением среди спартанских граждан только что завоеванных мессенских земель. См., например: Toynbee A. Some Problems of Greek History... P. 202. назад
47Ценные замечания о различных подходах к этой проблеме со ссылками на соответствующие исследования см. у П. Оливы (Oliva P. Sparta... P. 48-54). назад
48"Я не верю, - пишет П. Кэртлидж, - что можно рационально подсчитать размер и число клеров". Он указывает на то, что все подсчеты основываются на современных геоморфологических и климатических условиях и опираются на недостаточно надежные и точные свидетельства, к тому же, как правило, относящиеся к позднему периоду спартанской истории (Cartledge P. Sparta and Lakonia. P. 168). назад
49Oliva P. Sparta... P. 52 ff. назад
50Такая точка зрения в настоящее время является преобладающим. См., например: Cartledge P. Sparta and Lakonia. P. 162; Clauss M. Sparta. Eine Einfьhrung in seine Geschichte und Zivilisation. Mьnchen, 1983. S. 111. назад
51Андреев Ю. В. Спарта как тип полиса // Античная Греция. Т. I. М., 1983. С. 202. назад
52Talbert R. The Role of the Helots in the Class Struggle at Sparta // Historia. Bd. 38. 1989. Hf. 1. P. 32 f. назад
53В параллель к этому месту Плутарха можно привести любопытное свидетельство Архемаха, что "многие пенесты были богаче своих господ" (ap. Athen. VI, 264 a-b). Сравнительную характеристику экономического и правового положения спартанских илотов и фессалийских пенестов см. в монографии: Шишова И. А. Раннее законодательство... С. 155-162. назад


Назад | К оглавлению  | Вперед


(c) 2001 г. Л.Г. Печатнова
(c) 2001 Издательский центр "Гуманитарная академия"
(c) 2002 г. Центр антиковедения