Сетевой издательский проект ARISTEASСетевой издательский проект"ARISTEAS"

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение
   Обзор источников
   Обзор научной литературы
Глава I. Эволюция магии
   1. Магия вклассический период
   2. Магия по данным defixionum tabellae позднеклассического и эллинистического времени
   3. Магия эпохи римской империи по данным магических папирусов
   4. Появление теургии как особой формы магии
Глава II. Магия в социо-культурном контексте
   1. Тенденции эволюции отношения к магии в поздней античности
   2. Стоическая идеология у Цицерона
   3. Магия в художественной литературе эпохи Августа
   4. Трагедия и эпос во второй половине I-ого века: Сенека, Лукан, Стаций
   5. Магия в идеологии среднего платонизма.
       Плутарх Херонейский.
       Апулей из Мадавры.
       "Правдивое слово" Корнелия Цельса.

   6. Полемика Порфирия и Ямвлиха.
       Письмо Порфирия к Анебону.
       Трактат Ямвлиха De mysteriis.
Заключение
   Список литературы   
   I. Источники.   
       Издания папирусов, табличек и амулетов.
    II. Литература.   
Список сокращений



ПЕТРОВ Андрей Валентинович | Теургия: социо-культурные аспекты возникновения философски интерпретированной магии в античности

Монография составлена на основании диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Специальность 07.00.03 - Всеобщая история (История Древнего Рима/Древней Греции), защищенной на историческом факультете Санкт-Петербургского Университета в 1997 г. © 2001 г. А.В.Петров; © 2001 г. Центр Антиковедения СПбГУ

Глава I. Эволюция магии.
3. Магия эпохи Римской империи по данным магических папирусов.

Обращаясь к магическим папирусам, мы попадаем в совершенно особую среду, где представления, долго вырабатывавшиеся в различных культурных средах (каждая из которых претерпевала существенные воздействия извне), сплетаются в весьма запутанную ткань верований и практик, получившую в современной науке название синкретизма.69 Оценивая степень синкретизма культуры создателей этих папирусов, мы согласимся с мнением А.Л. Хосроева, отмечающего, что здесь синкретизм различных религиозных представлений и реалий, при полном отсутствии одной доминирующей традиции, находит свое завершение.70 Закономерным следствием этого является использование для описания религиозного феномена, лежащего в основе деятельности создателей магических папирусов методологически удобного термина "религиозность", охватывающего как представления и деятельность магов, так и их систему мотиваций и экспектаций.71 Анализируя магические папирусы мы попытаемся показать, что единственная сфера, где обнаруживается "доминирующая тенденция", конституирующая этот феномен как таковой, это сфера практической деятельности. Среди сфер действия, интересующих магов и их клиентов, за первенство конкурируют две - получение оракулов и любовная магия. Значительно слабее представлена магия "наступательная" и "оборонительная" - основной предмет табличек с заклятьями и амулетов, однако и такие примеры имеются в магических папирусах (в первую очередь здесь можно назвать Лейденский магический папирус W, содержащий целую серию таких рецептов).

Особое внимание следует обратить на процедуры, так сказать, эсотерического характера - предназначенные не для клиентуры, но являющиеся вспомогательными для самого мага. Это освящение принадлежностей мага (PGM, IV, 1596-1715); правила сбора трав (PGM, IV, 286-295; 2967-3006); вызывание начальственных богов для того, чтобы узнать действенное магическое имя, необходимое для призывания менее значительных богов и демонов (PGM, XIII, 1 sqq); вычисление благоприятного дня и часа для проведения операции (PGM, IV, 835-849). Наличие такого родавнутренних технических процедур показывает тенденцию к профессионализации магии, является намеком на ее уход от утилитарных целей. Именно на этих промежуточных стадиях магического процесса будет концентрироваться внимание теургов-неоплатоников, создававших из магии элитарную дисциплину.

Папирусы, опубликованные Прайзенданцем, дают широкий, но, видимо, не полный спектр магических процедур. Мы уже говорили, что в них практически не представлена вредоносная магия, хотя в некоторых случаях предполагается использование полученных в результате праксиса заклинаний и магических имен для причинения ущерба человеку вплоть до убийства (PGM, XIII, 248), или для создания "зомби" (PGM, XIII, 278-282). Изредка упоминаются человеческие жертвоприношения. Так, в ритуале diabole фигурирует весьма своеобразный набор жертвоприношений: жир, кровь и испражнения пестрой козы, собачий эмбрион, кровь повешенной девы, сердце юного мальчика с пшеницей и уксусом и т.д (PGM, IV, 2643 sqq), а среди целей этого ритуала упоминается среди вполне невинных действий (давать прорицания во сне, склонять к себе возлюбленного и др.) и возможность уничтожать врагов (PGM, IV, 2623 sqq). И если редкость указаний на принесение в жертву людей вполне понятна, то менее ясна невыраженность жертвоприношений животных (авторы папирусов явно предпочитают воскурения кровавым жертвам). Некоторых ученых это наводит на мысль о влиянии неопифагорейской и орфической этики, где под орфической этикой имеется в виду этика эллинистических "Orphica", которые, безусловно, оказывали влияние на многие религиозные процессы того времени.72 

Более существенным оказывается отсутствие в PGM того вида магического искусства, за которым укрепилось название "телестика", - искусства посвящения статуй, когда для вызывания божества создается его изваяние по определенным правилам, так, чтобы изображение соответствовало богу или демону, и наделяется подходящими для него атрибутами. Имеющиеся в PGM описания близких к этой процедур - например, изготовление фигурки Эрота в любовном праксисе, которую используют для очарования девушки (PGM, IV, 1840-1870), или Кербера в акте дивинации (PGM, IV, 1872-1927) - на наш взгляд недостаточны для того, чтобы быть примерами телестики, но вполне могут быть одним из элементов, из которых возникло это искусство.

Обратимся теперь к тем видам магических процедур, которые наиболее полно представлены в PGM. Самый простой вид магической процедуры связан с любовной магией - он состоит в прочтении действенной молитвы с использованием истинных имен бога или даже просто в особом способе произнесения одного имени, как в Большом парижском папирусе:

"Если хочешь получить желаемую женщину, то, соблюдая священную чистоту в течение трех дней, воскури ливан, произнося над ним тайное имя Афродиты - Нефериери, и, войдя к этой женщине, семь раз скажи его мысленно, глядя не нее, и таким образом уведешь ее. А делай так в течение семи дней" (PGM, IV, 1265-1274).
Другой, более сложный вид любовной магии восходит к глубокой древности и свойственен многим народам. Мы имеем в виду симпатическую магию, которая применяется, например, в действе, названном Philtrokatadesmos thaumastos (PGM, IV, 296-334). Для завоевания женщины, в которую влюблен человек, обратившийся за помощью к магу, используется глиняная фигурка женщины, на каждом органе которой написано соответствующее магическое имя. Все эти органы нужно пронзать медными иглами, сопровождая словами:
"Я протыкаю твой мозг, твои глаза, твои бедра и т.д., чтобы не помнила никого, кроме одного меня".
Вероятно, более действенным является обращение для тех же целей за помощью к демону, как рекомендует тот же праксис (PGM, IV, 335-405):
"Не прослушай мои приказания и имена, демон мертвых, пробуди себя от бездействия, какой ни есть, мужской ли, женский ли, и пойди во всякое место, на всякую улицу, во всякий дом, и приведи мне такую-то, и удержи ее пищу и питье, и не позволяй, чтобы она сходилась для удовольствия с другим мужчиной, ни с собственным мужем, но только со мной, тащи ее за волосы, за внутренности, за душу ко мне, во всякий час века, ночи и дня, пока не придет ко мне и не пребудет со мной нераздельно".
Хотя в этой процедуре маг прибегает к помощи демона, речь не идет о том, что маг вступает с ним в какой-либо контакт, фактически он поступает так же, как и авторы разбиравшихся выше табличек с заклятьями. То же мы видим и в случае, когда маг обращается к Гелиосу за тем, чтобы снабдить филактер магическими силами, способными защитить его от нежелательного сверхъестественного влияния (PGM, IV, 1596-1715). Довольно большая молитва, состоящая в основном из описания тех форм, в которых проявляется Солнце в каждый час - собака, змей, осел и т.д. - заканчивается ключевой фразой:
"Заклинаю землю и небо, и свет, и тьму, и все стяжавшего бога Сарусина, тебя, Благого Демона, чтобы все у меня совершалось с помощью этого камня. Един Зевс Сарапис!"
Эта особенность - обращение к богу за помощью - отличает данный праксис от более совершенных, в которых бог призывается не для передачи силы, а для присутствия и самораскрытия.

По-видимому, самой слабой формой присутствия бога является то, что в науке получило название "медиумический транс", когда приходящий бог входит в специально подготовленного человека - медиума, обычно мальчика.73 Таков рецепт, носящий название Solomonos kataptosis - одержимость Соломона, или, точнее, по Соломону (PGM, IV, 850-929). Эта операция более сложная и опасная. Автор специально предупреждает о возможном гневе божества и необходимости избегать спешки.

Помимо обычной молитвы, и трехдневного соблюдения чистоты магом и медиумом, предписывается специальная одежда для обоих, особое место, набор воскурений и возлияний и - характерная черта контакта с божеством - аполисис - особая процедура прекращения сеанса.

На более высокой ступени интимности контакта с богом стоят процедуры, в которых бог является не в чужом облике, как в случае медиумического транса, а как бы сам по себе, однако так, что смотреть на него нельзя. Известный норвежский исследователь и издатель магических папирусов, Самсон Айтрем, справедливо полагает, что такая (без зрительного восприятия) форма контакта с богом наиболее распространена.74 Существуют разные способы избегания видения бога - смотреть вниз, закрывать глаза, повязывать на них ремень и так далее. В примере, на который мы хотим сослаться - "Оракул Крона, называемый Мельничным" (PGM, IV, 3087-3124), присутствие бога определяется на слух - по звону цепей и серпа, вполне естественных для этого бога атрибутов. О степени интимности контакта говорят настоятельные предписания автора сопровождать праксис несколькими филактерами и заключительные, в аполисисе, просьбы, обращенные к Крону, не превращать вселенную в хаос. Присутствие бога может определяться и на ощупь, как в Берлинском (PGM, I, 155) и Лондонском (PGM, VII, 737) папирусах, или в Новом Завете, когда Фома влагает в раны Иисуса пальцы (Ин. 20: 24-29).

Наконец, высшей ступенью магических действий является "аутопсия" - контакт с богом, во время которого маг может его видеть. Аутоптические действа наиболее подробно описываются, состоят из наибольшего количества частей и дают максимальный результат. Видимо здесь магия ближе всего подходила к мистериальному египетскому культу.75 В этой сфере и неоплатоники нашли общий язык с магами, и не в последнюю очередь благодаря световой символике аутоптических сеансов, которая в неоплатонизме занимала, благодаря Плотину, почетное место.76 Нам представляется, что в аутопсиях можно различить два основных варианта: один, осуществляемый с помощью воды (лекано- или фиаломантия), где маг видит, собственно говоря, изображение бога - как в праксисе, составленном магом Нефотом для царя Псамметиха (PGM, IV, 153-285), или в праксисе, называемом Aphrodites phialomanteion (PGM, IV, 3209-3254); и другой, где бог является в максимально адекватной форме с помощью огня светильников. Наиболее яркие примеры последнего мы находим в Лейденском папирусе (PGM, XIII, 1 sqq) и в Большом парижском папирусе (PGM, IV, 930-1114).

Aphrodites phialomanteion дает самый краткий вариант аутоптического действа. Для его совершения необходимо провести в святости 7 дней, и очистившись "известным способом", взять медную чашу, написать на дне черной смирной: "эйох хифа, елампсэр дзэлаеэиоуо", под дном снаружи: "Тахиэль, хтониэ, я буду действовать", на ободке снаружи сверху: "иерми, фило с ерикома деркомалок гаулэ Афиэль я спрашиваю", и навощить белым воском. Затем чаша наполняется маслом и чистой речной водой и ставится на пол между колен. Пристально глядя в сосуд трижды читают молитву:

"призываю тебя, мать и госпожа девушек, Илаоут обрие лоух тлор, прийди, свет священный, и дай ответ, показав прекрасную свою форму".
После этого в сосуде должна появиться Афродита. Когда она появится, произносится следующее заклинание:
"Радуйся, богиня многославная Илараоух. И если поможешь мне, протяни свою руку". Если действо не получается, призывающий должен прибегнуть к усиливающему заклинанию: "Призываю Илаоух, родившую Гимер, Гор и благих ваших Харит, призываю и рожденную Зевсом Природу всех [вещей], двуформную, лишенную частей, быструю пенноцветную Афродиту, покажи мне прекрасный твой свет и прекрасный твой лик госпожи Илаоух. Заклинаю тебя, дарящая огненные дары, елгинал, и великие имена: обриэтих, кердиноухилэпсин ниоу наунин иоутоу тригкс, татиоут гертиат, гергерис, гергериэ тейти... ойсиа ей ей ао эу аао иоаиаио сотоу берброи, актероборе, гериэ иэоуа, приведи ко мне свет и прекрасный твой лик и истинную фиаломантию, огнесветящую, исторгающую огонь с обоих сторон, екэстасихтон ио ио фт айе тоутой фаефи. Делай."
После этого Афродита поможет в том, что хочет призывающий. Несмотря на краткость процедуры, заметим, что маг не торопится с совершением действа, готовясь к нему в течение недели. Показательно указание на очищение "известным способом": здесь очевидно подразумевается знание магом элементарных процедур. Можно добавить, что специальные знания требуются и для правильного произнесения "варварских имен". Характерно и наличие молитвы, усиливающей действие.

В случае же с леканомантией, которую Нефот рекомендует царю Псамметиху, мы сталкиваемся с намного более отточенной процедурой (PGM, IV, 153-285). И достигаемый результат оправдывает ее сложность:

"Ты будешь совершать скепсис с помощью аутоптического блюдца в какой пожелаешь день или ночь, в каком пожелаешь месте, видя бога в воде и получая глас от бога в стихах, каких пожелаешь. Ты увидишь и космодержца, а может быть и еще кто-то появится, он сообщит тебе и о других, о которых ты спросишь".
В третий день после новолуния на восходе солнца в сопровождении мистагога нужно взойти на самую высокую крышу и постелить на землю чистое полотно, увенчаться черным плющем и дождаться пятого часа пополудни. Совершающий систасис с Гелиосом ложится обнаженным на полотно, а мистагог завязывает глаза ему черной повязкой и обряжает как покойника. После этого он начинает молитву, обращенную к Тифону с просьбой воскресить его, мертвого, и дать ему силу противостоять богам, аргументируя это вполне в духе египетской "Книги мертвых" тем, что некогда он помогал Тифону в его борьбе:
"Сильный Тифон, скипетродержец верхней державы скипетра и господин, боже богов, владыка абераментоу, колебатель тьмы, громоводец, летящий как буря, сверкающий, как молния в ночи, хладногорячедыханный, камнеколебатель, сотрясатель стен, потрясатель бездны, Иоербэт ау тауи мэниз. Я тот, кто вместе с тобой перевернул всю вселенную и нашел великого Осириса, которого связанным привел к тебе. Я тот, кто с тобой сражался с богами (другие: против богов). Я тот, кто запер двойные скрижали неба и укротил невыносимого для взора змея, усмирил море, потоки, истоки рек, до тех пор, пока ты не стал господствовать над этой вот державой скипетра. Твой солдат, я был побежден богами, я бросился стремглав из-за пустого гнева.

Воскреси, молю, твоего, умоляю, друга и не брось меня брошенным на земле, владыка богов аемина ебарот ерре торабе анимеа. Дай мне силу, молю, и дай мне ту милость, чтобы всякий раз, как кто-нибудь из этих богов вздумает меня осквернить, скорее, я бы увидел [их] оскверненными, наине басанаптату еапту мэнофаесмэ папту мэноф, аесимэ, трауапти, пеухрэ, трауара, птумэф, мурай, анхухафпта, мурса, арамей, Иао, аттарауи мэнокер, бороптумэт, ат тауи мэних хархара, пткмау, лалапса, трауи трауепс мамо фортуха, аеэйо иу оэоа, еаи аеэй ой иао аэй ай иао."

В результате этой молитвы происходит центральное событие систасиса: "морской ястреб, набросившись, бьет тебя крылами, в образ твой, изображая тем самым, что он воскресил тебя".

После этого маг облачается в белые одежды и воскуряет по капле в земляной курительнице неразрезанный ливан, говоря следующее:

"Я удостоился систасиса с твоей священной формой, я получил силу от твоего священного имени, я получил от тебя истечение благ, господи, боже богов, владыка, демон аттуин тухтуи тауаинти, лао апато".
Результатом этой части процедуры является, по мнению Нефота, достижение "богоравной природы" и овладение аутоптической леканомантией и вызыванием мертвых. Благодаря этой процедуре систасиса с Гелиосом маг, видимо, навсегда приобретает способность с помощью несложных действий призывать богов или души мертвых для получения оракула, т.е. совершать собственно леканомантию.

Ход леканомантии, благодаря нефотовским приготовлениям, оказывается проще вышеприведенной фиаломантии: нужно взять какой угодно медный сосуд, налить в него воды с маслом, и прочитать краткую молитву, включающую стобуквенное имя Тифона.77 И явившийся бог или душа умершего даст оракул на любую тему. Процедура аполисиса, что особо подчеркивается Нефотом, сводится всего-навсего к повторению стобуквенного имени. Это действо столь же неторопливо, как и предыдущее. Хотя здесь и не требуется предварительных семидневных очистительных процедур, заметим, что магу приходится с восхода солнца до пяти часов находиться на крыше в ожидании; причем не известно, должен ли он просто ждать, или Нефот умалчивает о необходимых действиях, полагая, что Псамметиху, мудрость которого он подчеркивает в начале письма, это и так известно. Сам систасис не является аутоптическим - Тифона маг не видит. Видимо, это слишком мощное божество. Однако, благодаря систасису с Гелиосом, т.е. контакту с солнцем-Тифоном,78 достигается обретение богоравной природы: характерный для ментальности магов момент - это важное событие оказывается лишь промежуточным шагом на пути к вполне утилитарным целям. Прошедший через этот контакт получает возможность общаться с богами когда и как ему вздумается.

Таким образом, с точки зрения практической магии, Нефот оказывается автором своего рода рационализаторского предложения. В этом его профессионализм проявляется наиболее ярко, он искренне доволен, что нашел такой замечательный способ, и несколько раз это подчеркивает. Очевидно, что он хорошо знаком с обычными процедурами аутоптических действ. На его начитанность в данной теме указывает и приведенный им в скобках вариант в молитве, обращенной к Тифону. Вообще, весь текст в целом производит впечатление сжатой и ясной деловой записки по конкретному вопросу, в котором автор хорошо разбирается. Но с наиболее совершенными процедурами мы сталкиваемся, когда речь заходит о световых аутоптических сеансах.

Для совершения аутоптического действа, описанного в Большом Парижском папирусе (PGM, IV, 930-1114), необходимо провести три дня в ритуальной чистоте, а затем взять плоские доски из Библоса, положить их крест накрест, накрыть накидкой, на нее поставить светильник под названием "Ахи", видимо, хорошо известный автору, но совершенно неизвестный нам, и намазать его жиром черного барана. Любопытно, что этот баран должен не только откармливаться особым образом, но и быть рожденным при особых (вновь не ясно, каких) условиях. Кроме того, нужно заранее приготовиться к сеансу, облачившись на восходе солнца в пророческую одежду,79 обув сандалии из листьев кокосовой пальмы, увенчав свою голову ветвью маслины и прочитав молитву:

"Радуйтесь, змей и цветущий лев, физические начала огня, радуйтесь, белая вода, и высоколиственное дерево, и медовый лотос, источающий золотой киамон, и ты, изрыгающий из чистых уст дневную пену, скарабей, ведущий круг сеятельного огня, самородный, ибо ты - двусложный, АЭ, и ты - первоявленный, склонись ко мне, молю, ибо я изрекаю мистические символы: и-ю-и-о-э Мармарауот Лаилам сумарта, помилуй меня, праотец, и дай мне в спутники могущество. Будь со мной, господи, и прислушайся ко мне через ту аутопсию, которую я совершаю в сей день, и открой мне то, о чем прошу тебя, через аутоптическую лихномантию, которую я совершаю в сей день".
Затем, через какое-то время, маг начинает сам сеанс, произнося ту же молитву, после чего переходит к следующему этапу, обозначаемому специальным термином - "фотагогия" - приведение света. Увенчав свою голову той же ветвью, встав в той же одежде напротив светильника, зажмурившись, он 7 раз повторяет молитву:
"Призываю тебя, бога живого, огненного светоча, родителя невидимого света Иаэль, дай мне твое могущество, и войди в этот огонь, и вдохни в него божественный дух, и покажи мне твою мощь и раскроется мне дом бога-вседержителя Альбалаль, что в свете этом, и родится свет - ширина, глубина, толщина, высота, сияние - и изольет сияние тот, что сверху, господь Буэль Фта Фта Фтаэль Фтаабан Баинхооох, вот-вот, уже-уже, быстро-быстро".
Окончив молитву, он, открыв глаза, должен увидеть свет, имеющий вид свода. Впрочем, автор руководства отмечает, что нередко после этой молитвы, наоборот, наступает полная темнота. В этом случае нужно прибегнуть к заклинанию, обозначаемому как logos katochos tou photos (молитва, удерживающая свет):
"Заклинаю тебя, священный свет, священное сияние - ширина, глубина, толщина, высота, сияние - священными именами: Иао Саваоф Арбафиао сесенгенбарфарангес абланатханалба акраммахамари аи иао акс акс инакс. Пребудь со мной в этот час, пока я не принужу бога и не узнаю того, чего хочу."
Это гарантирует успех и можно переходить к следующей процедуре - logos theagogos (молитва, приводящая бога), совершаемой уже с открытыми глазами. Трижды читается молитва:
"Призываю тебя, величайший бог, господин Гор Гарпократ Алкиб Гарсамосис иоаи дагеннут рарахарай Абраиаот, все освещающего и изливающего сияние на весь космос, боже богов, благодетеля правящего, Благого священного Демона, имя которому Гарбатханопс; войди, явись мне, господь, ибо я призываю, как призывают тебя три кинокефала, которые символическим образом произносят твое святое имя

a
e e
h h h
i i i i
o o o o o
u u u u u u
w w w w w w w

(говори, как кинокефал). Войди, явись мне, господи, ибо я произношу твои величайшие имена: барбараи барбараот аремпсус пертаомэх, сидящий во главе космоса и судящий все, облаченный в круг истины и веры, войди, явись мне, господи, имя мне - Балсамэс; войди, явись мне, господи, великоименный, к которому все мы стремимся, имя тебе - Балфаннэтралфай; разбивающий камни и движущий имена богов, войди, явись мне, господи, имеющий силу и мощь в огне сесенген барфарангэс, сидящий внутри семи полюсов а-е-э-и-о-ю-о, имеющий на голове золотой венок, а в руке своей - лозу Памяти, которой ты отправляешь посланцами богов, имя тебе: Барбариэль Барбараиэль бог Барбараэль Бэль Буэль. Войди, господи, и присоединись ко мне священным своим голосом, чтобы я услышал ясно и неложно о своем деле".
Здесь, как и в фиаломантии Афродиты, учитывается возможное затруднение, в случае которого рекомендуется прибегнуть к ссылке на божественный авторитет:
"Приказывает тебе великий живой бог, который - в эонах эонов, сотрясающий, гремящий, стяжавший всякую душу и рождение: Иао аои оиа аио; войди, явись мне, господи, радостный, благосклонный, кроткий, славный, незлобный, ибо я заклинаю тебя господом Иао аои оиа."
В результате этой молитвы все становится безмерным и величайшим сиянием, светильник же становится невидимым. Посреди этого сияния на троне, поднимаемом руками двух ангелов, окруженных двенадцатью лучами, сидит бог, сам излучая свет, протянув правую руку в приветствии, а в левой держа бич. Затем, прежде, чем задавать вопросы, маг зажимает в кулаке камешек и наступает левой пяткой на большой палец правой ноги, как бы фиксируя присутствие божества, и читает молитву:
"Господи, радуйся, боже богов, благодетель, Гор Гарпократ Алкиб Гарсамосис Иао аи Дагеннут рарахараи Абраиао, возносят хвалу тебе Горы, на которых ты ездишь, как на конях, восхваляют тебя Славы в эонах, господи".
После этого маг получает оракул, из-за которого и предпринимался данный сеанс, и переходит к процедурам завершения праксиса, состоящим из аполисиса бога и аполисиса сияния. Маг зажмуривается, выбрасывает камешек, снимает с головы венок, снимает пятку с ноги и трижды говорит:
"Благословляю тебя, господи, Баинхооох, подлинный Балсамес, удались, удались, господи, в собственные небеса, в собственные царства, сохрани меня здоровым, невредимым, неустрашенным, прислушивайся ко мне во время моей жизни".
В результате этого бог должен покинуть место действия, а маг завершает праксис, удаляя сияние:
"хоо-хоо-охоох удались, священное сиянье, удались прекрасный и священный свет высочайшего бога".
В этой процедуре, как и большинстве других, маг обращается к некоему высшему божеству для того, чтобы заставить более низкого бога прийти для дачи оракула. Но здесь статус обоих более четко очерчен. Призываемый бог - Гор Гарпократ Алкиб Гарсамосис и т.д., хотя и назван величайшим, тесно связан с космосом. Он "сидит во главе космоса и судит все", он - "благодетель правящий", "изливающий сияние на весь космос". Его эпитет "бог богов" (фактически то же, что "царь демонов" иудейской апокалиптики), тоже указывает на принадлежность к миру, как и имя Барбариэль (примечательное слияние греческого и еврейского понятий), т.е. "бог варваров", особенно, если учесть иудейский характер более высокого божества. Последний носит имена: Иаэль, видимо означающее "бог Иао", где "Иао" - устойчивое для античной оккультной литературы искажение еврейского IEVE; Иао; Саваоф, т.е. имена Бога Ветхого Завета, и награждается соответствующим библейским эпитетом "бог живой". Свет, который он рождает, назван невидимым, в отличие от космического света Гора-Гарпократа. Фактически, мы видим здесь изображение трансцендентного божества, хотя, конечно, и не в философском, метафизическом обрамлении, но в религиозном, гностическом (правда, без приписания злой природы космическому божеству), безусловно находившее отклик у неоплатоников, обнаруживавших его в таких текстах, несмотря на наличие собственных, классически греческих корней для образа "неведомого бога".80 Переходя к характеристике текстов в целом, отметим, что особенностью наших папирусов, которые, как показал А.Д. Нок81 , представляют собой рабочие пособия магов, является то, что далеко не каждый праксис описывается полностью. Весьма часто появляются ссылки, указывающие, что автором папируса подразумевается наличие у читателя неких элементарных знаний, а также ссылки на другие части того же папируса или других. Поэтому для рассказа об этапах магической процедуры приходится прибегать к реконструкции.

Необходимым предварительным этапом праксиса является соблюдение его участниками магической чистоты, которую необходимо соблюдать в течение 3-7 дней. Для многих видов действ нужно выбрать специальное место. Это может быть дом, в котором никто не умирал в течение какого-то времени, с дверью обращенной на восток, это может быть открытое место или крыша дома, храм или просто очищенный участок - topos katharos, adyton. Оборудование места для праксиса в каждом случае свое. В приведенном выше тексте оно представляло собой приготовление светильника Ахи, создание креста из досок и так далее. В особенно сложных процедурах необходимо приготовление и освящение одежды и, как мы видели, жертвы. Довольно часто выбирается время проведения сеанса с разной точностью и по разным критериям. Здесь, конечно, астрология является для магии вспомогательной наукой, пример чего мы находим в "Восьмой книге Моисея" (PGM, XIII, 213-227).

Наконец, мы можем обратиться к компонентам самого праксиса. Наиболее важной частью большинства процедур является молитва, содержащая основную просьбу, более или менее богато снабженную эпитетами божеств, к которым обращается маг. По мере усложнения процедуры, увеличивается количество молитв и содержащихся в них эпитетов. Сами эти эпитеты весьма разнообразны. Это традиционные имена богов, в основном египетских и греческих, и библейских персонажей82 .

Затем - вполне осмысленные эпитеты, количество которых в приведенных нами текстах весьма внушительно.

Затем, так сказать, полуосмысленные имена - искаженные эпитеты богов, а иногда и целые фразы, превратившиеся в эпитеты, как, например

Илараоух (PGM, IV, 3224: от hilara - "веселая"), Мармарауот (PGM, IV, 224: искаженное арамейское "господин господ"), сумарта (PGM, IV, 947: искаженное арамейское "обереги меня"), Барфарангес (PGM, IV, 981: от названия магического растения baaras pharagges, сходного с мандрагорой, которое, по словам Иосифа Флавия (De bell. Iud., VII, 6, 3), растет на севере от Махерона), Балсамэс (PGM, IV, 1019, 1061: искаженное арамейское Баал шеш - "солнечный бог") и др.

Далее, вовсе лишенные смысла звукоподражательные имена, ритмические вариации на тему "аххор" или "иао", палиндромы, как "абланатханалба" или слова имеющие лишь числовое значение, как Bainchoooch , сумма числовых значений букв которого (2+1+10+50+600+800+800+800+600) составляет 3663 - число, использующееся в одной из магических процедур (PGM, IV, 937).

И, наконец, встречавшиеся в приведенных текстах 7 гласных.

Кроме основной молитвы выделяются и молитвы вспомогательного характера - для введения нового этапа праксиса, для стимулирования текущего сеанса (здесь встречаются наиболее грубые обращения к богам - угрозы разгласить их таинства, или наслать на них более сильного демона, а то и высшего бога). Особое место занимает процедура аполисиса, которая в PGM обычно является методом плавного завершения сеанса, но может быть и экстренной мерой. Другой важный компонент большинства магических процедур - принесение разного рода жертв - в основном возлияний и воскурений. Он может появляться в любой момент - в самом начале сеанса, в его конце, перед молитвой или после нее, может идти параллельно с чтением. Если речь идет о праксисах, связанных с вызыванием божества, то важнейшим этапом является сам акт общения. Однако, он в большинстве случаев не зависит от мага, и поэтому мы располагаем незначительным числом его описаний.

В заключение скажем о словаре PGM. Устойчивое употребление таких терминов как

praxis - действо,
logos, stele - разные формы молитв,
systasis, synousia - контакт с богом,
autoptos - характеристика контакта с богом, показывающая, что его можно видеть,
photagogia - процедура приведения сияния, предваряющего контакт с богом,
apolusis - процедура завершающая сеанс,
philtrokatadesmos - процедура любовной магии,
botanearsis - обряд собирания трав,
kataprosis - одержимость,
phialomanteia - гадание по блюду,
lychnomanteia - гадание с помощью светильника,
и других, показывает весьма разработанный технический язык, позволяющий достаточно точно описывать действия магического искусства, который является солидным заделом для той дальнейшей разработки, которую предпримут в этой области поздние неоплатоники. К этой же категории мы бы отнесли и специальные знаки, использующиеся для замены часто встречающихся терминов: солнце, луна, имя, такой-то и множество (около 50) других. Таким образом, мы можем говорить о систематизированности магии папирусов на утилитарном уровне не менее обоснованно, чем о синкретизме на уровне идей и элементов. Разработанность технической стороны дела в магических папирусах оказалась настолько высокой, что неоплатоники, восприняв часть их магических процедур, фактически ничего не меняли в этой сфере, сконцентрировавшись больше на доктринальных вопросах. Заключая анализ магических папирусов, мы хотим обратиться к проблеме взаимоотношений между магической литературой и более широкой литературной средой, продемонстрировав существование связей между профессиональной литературой и литературой среднего слоя, к которой представители элитарной культуры начинали обращаться все чаще и чаще.

Прежде всего отметим использование авторами магических папирусов весьма обширной литературы разного содержания, часть которой выходила далеко за пределы интересов одних лишь магов. Так, в известных нам папирусах цитируются

два сочинения Гермеса -
  надпись Гермеса Трисмегиста в Гелиополисе (PGM, IV, 884 sq) и
  книга, называемая "Крыло" (PGM, XIII, 14 sqq);
"Воспоминания" Евена (PGM, XIII, 964);
ряд книг, подписанных именем Моисея -
  Archaggelike (PGM, XIII, 970),
  "Диадема" (PGM, VII, 620),
  "Ключ" (PGM, XIII, 21, 33, 36, 60, 229, 384, 432, 738),
  "Монада" (PGM, XIII, 3, 230, 344, 731, 734);
Parastichis Орфея (PGM, XIII, 933) и
безымянные Orphika (PGM, XIII, 947); а также
"Закон" (PGM, XII, 975) и
"Священная книга" (PGM, III, 424, 439 sq), автор которых не указан.
Для некоторых цитируемых сочинений указан лишь автор:
Зороастр (PGM, XII, 967),
Манефон (PGM, XIII, 23),
Пирр (PGM, XIII, 968),
Эпафродит (PGM, IV, 2430 sq).
Не исключено, что за рядом имен, упоминаемых в папирусах, также скрываются использовавшиеся магами сочинения. Имен этих немало:
Агафокл (PGM, XII, 107),
Аполлобек (PGM, XII, 121),
Астрампсук (PGM, VIII, 1),
Аполлоний Тианский (PGM, XIX a, 1),
Гиер (PGM, XIII, 954),
Гемерий (PGM, XII, 96),
Дардан (PGM, IV, 1716),
Демокрит (PGM, VII, 167, 795; XII, 351),
Зминий Тентерит (PGM, XII, 122),
Иаков (PGM, XXII b, 1),
Клавдиан (PGM, VII, 862),
Остан (PGM, XII, 122),
священный писец Офе (PGM, XIII, 959),
Пахрат (PGM, IV, 2445 sqq),
пророк из Гелиополиса, Пибех (PGM, IV, 3007),
Питис (PGM, IV, 1928, 2006, 2140),
Пифагор (PGM, VII, 795),
еще один священный писец-Пнуфис (PGM, I, 42, 52),
Соломон (PGM, IV, 850, 852, 3040) и
Урбик (PGM, XII, 316).
Из книг, цитирующихся в магических папирусах, нам, по другим источникам, известны
надпись Гермеса,
упоминаемая Ямвлихом (De Myst., I, 2);
"Книга Зороастра",
на которую ссылается автор "Апокрифа Иоанна" (XIX, 10);
Arhaggelike Моисея,
в которой автор гностического трактата "Происхождение мира" советует искать имена семи сил семи небес Хаоса;83  в том же трактате упоминаются также
"Священная книга"84 и
"Книга Соломона"85 .
Очевидно, к тому же кругу литературы принадлежат еще три трактата, на которые даются ссылки в "Происхождении мира":
"Норея",
содержащий демонические имена;86 "
Образ Имармены неба, который под Двенадцатью",
описывающий "свершения и действия" семи добрых андрогинов и порожденных ими духов87 ;
"Седьмой мир" Иералии пророка,
содержащий описание шести Эонов между Огдоадой и Хаосом88 . По другим источникам нам известен и ряд имен, авторитетных для магических папирусов. Из "Апологии" Апулея мы узнаем о том, что
Орфей,
Пифагор и
Остан
пользовались славой магов (Apol., 27). Там же, перечисляя магов, Апулей упоминает
Аполлобека и
Дардана (ibid., 90),
известных нам также из Плиния (NH, XXX, 9). У того же Плиния нередко упоминаются
Зороастр (ibid., XVIII, 200; XXXVII, 133, 150, 157, 159) и
Остан (ibid., XXVIII, 5, 69, 256, 261; XXX, 14),
упоминается также
Умбрик Младший (ibid., X, 19),
возможно тождественный Урбику магических папирусов, а также
Демокрит (ibid., XXIV, 160),
магический интерес которого свидетельствуется и Татианом (Adv. Hell., 17).
Пророк Битис (в PGM - Питис)
в качестве одного из создателей магии, интерпретатора Гермеса и человека, знающего "имя бога, пронизывающее весь космос", фигурирует у Ямвлиха (De Myst., VIII, 5; X, 7). О
Панкрате (в PGM - Пахрат)
упоминает Лукиан (Philops., 32). В более общем виде можно отметить влияние
Гомера (PGM, IV, 470-474) ,
орфической,89 
околобиблейской (PGM, XIII, initio),
гностической,90 
герметической91 ,
христианской (PGM, P 1-20) литературы,
"Халдейских оракулов" и
оракулов Аполлона Кларосского, приведенных у Порфирия.92 
Но не только маги читали чужие книги, читали и их самих. Так, вполне возможно, что некоторые из ветхозаветных псевдоэпиграфов обнаруживают знакомство с магической литературой такого рода, в иудейском, соответственно, исполнении (мы имеем в виду еврейский учебник магии "Seper ha-Rasim"), в частности, "Завет Соломона", описывающий демонов, принимавших участие в строительстве соломонова храма, и возможности их использования в практических целях, и "Третья книга Еноха", немало внимания уделяющая божественным именам.

Безусловно обращение к магическим папирусам авторов гностической литературы. Так, гностический трактат "Зостриан" из библиотеки Наг-Хаммади (Cod. VIII, 1) содержит ряд вставок магического текста, использующего voces magicae:

"О Беритеу, Еригенаор, Оримениос, Арамен, Алфлег, Елилиуфеус, Лаламенус, Ноэтеус великий, это твое имя, оно сильно, тот, кто знает его, знает все, ты - единый, ты - единый, Сиус, Афредон, ты - эон эонов совершенства, великий единый, первый Скрытый деятельности..." (88, 10-22);

"Ты, единый, жив. Он жив, тот, кто троица. Тот, кто троица, это ты, который - три двойных еее, первый из семи [...] третий [...] второй [...] ееееааааааа ..." (117, 15-21),

"существа фое зое зеое зе зози зози зао зеооо зесен зесен и те четверо, которые двусторонни, они живы. еооооеаео это ты, который перед ним, который весь в нем" (127, 1-7).93 
Магический характер носит и значительная часть "Апокрифа Иоанна" (Cod. II, 1), где перечисляются имена ангелов, созданных архонтами, и демонов, создающих человека. В последнем случае перечисляются 128 имен ангелов, а желающего узнать остальные имена (всего их - 365), автор апокрифа отсылает к "Книге Зороастра", возможно, к той же, из которой составитель Лейденского папируса W (PGM, XIII, 967) почерпнул имя бога "рниссар психиссар". Если в вышеприведенных примерах магические тексты играют лишь описательную роль, то в следующем текст инструктивен. В знаменитой гностической "Второй книге Jeu", известной науке еще до открытия библиотеки Наг-Хаммади, содержится описание раннехристианского обряда крещения (Codex Brucianus, p. 108, v. 23 - p. 112, v. 6 Schmidt).94 
"Иисус...сказал своим ученикам: "Принесите мне виноградную лозу, так вы можете получить крещение огнем". И принесли ученики Ему виноградную лозу. Он воскурил ладан. Он воскурил ягоды можжевельника и мирры, вместе с благовонием, мастикой, нардом, цветами кассии, живицей и маслом мирры. И еще он расстелил льняную одежду на месте жертвоприношения и придвинул чашу вина, и положил хлеба на нее в соответствии с числом учеников. И все ученики у Него были одеты в льняные одежды, и венчала их голубиная трава, и положили в рот растение кинокефал. И взяли они амулеты с семью гласными в обе руки, то есть 9879. И взяли они хризантему в обе руки, и положили спорыш на ноги. И поместились они впереди ладана, который Он воскурил. И они поставили свои ноги вместе. И Иисус подошел сзади ладана, который Он воскурил, и запечатал их такой печатью:


Это-имя ее: Thozaee".
Это-толкование ее: Zozaze".

Иисус с учениками повернулся к четырем сторонам света и вознес эту молитву, говоря следующее: "Услышь меня, мой отец, отец всех отцовств, бесконечный свет. Сделай моих учеников достойными получения крещения огнем, и освободи их от их грехов, и очисти их от их проступков: того, что сознательно совершали, и того, что они делали, не зная, что творили, от того, что они творили с детства до этого дня, так же, как их незначительных проступков, их проклятий, их ложных клятв, их краж, их лжи, их ложных обвинений, их блуда, их измен, их вожделения, их жадности и вещей, которые они совершили с детства до этого самого дня. Ты должен уничтожить все это и очистить их. Сделай так, чтобы Зорокотора Мельхиседек пришел тайно и принес воду крещения огнем девы света, судья. Да, слушай меня, мой отец, так как я возглашаю твои нетленные имена, что в сокровищнице света: Азараказа аматкатитат Ио Ио Ио Аминь Аминь Иао Иао Иао Фаоф, Фаоф, Фаоф Хиерофоз Хенобинут Зарлай Лазарлай Лайзай Аминь Аминь Аминь Зазизауах Небеоунисф Фамоу, Фамоу, Фамоу Амунай Амунай Аминь Аминь Аминь Зазазази Этазаза Зосазазаз. Услышь меня, мой отец, отец всех отцовств, бесконечный свет, ибо я возгласил твои нетленные имена, что в сокровищнице света. Ты должен сделать так, чтобы Зороктхора пришел и принес воду крещения огнем девы света, чтобы я мог крестить моих учеников в ней. Да, слушай меня, мой отец, отец всех отцовств, бесконечный свет. Пусть дева света придет и крестит моих учеников крещением огнем. Пусть она забудет их грехи и очистит их прегрешения, ибо я называю ее нетленные имена, которые суть: Зотооза Тойта Заззаот Аминь Аминь Аминь.

Да, слушай меня, о дева света, судья. Забудь грехи моих учеников и очисти их прегрешения, то, что сознательно совершали, и то, что они делали, не зная, что творили, и то, что они творили с детства до этого дня. И позволь им быть причисленными к наследованию царства света. Так вот, мой отец, если ты простил их грехи, и уничтожил их прегрешения, и сделал их наследниками в царстве света, ты должен дать мне знак возгоранием этого благоухающего ладана". И в это мгновение знак, что упомянул Иисус, появился в огне, и Иисус крестил своих учеников. И он дал им от жертвы и он запечатлел на их лбах печать девы света, которая сделала их причисленными к царству света. И ученики радовались тому, что они получили крещение огнем вместе с прощением грехов, и потому что они стали причислены к наследникам царства света. Вот эта печать:

Тексты такого рода, в отличие от чисто магических, уже пристально изучались представителями интеллектуальной элиты, как христианской, так и языческой. Ими интересовались и церковные христиане-ересиологи (Ириней, Ипполит), заинтересованные в "разоблачении" гностической ереси, и гностики вроде Валентина или Василида, пропагандировавшие альтернативные версии христианства. Об интересе языческих интеллектуалов к такой литературе мы можем судить по тому вниманию, которое уделяет книгам, подписанным авторитетными персидскими именами (Зороастр, Остан и др.) Плиний в своей энциклопедии.95 Известно нам и об интересе Плотина к этой, промежуточной между технической и высокой, литературе. По свидетельству его ученика и биографа Порфирия (Vita Plot., 16) он изучал "апокалипсисы Зороастра, Зостриана, Никофея, Алогена, Меса и других подобных". Против гностиков им было написано сочинение (Enn., II, 9)96 из которого ясно, что для Плотина все эти авторы полумагических трактатов, хотя и убогие, все же платоники.97 А со времени Ямвлиха философы начинают обращаться, видимо, и к самим магическим текстам.

Примечания

69 Об истории возникновения этого термина и критику его употребления см.: Levinskaya I.A. Syncretism - the Term and Phenomenopn // Tyndale Bulletin. T. 44. 1993. № 1. P. 118-128.

назад

70 Хосроев А.Л. Александрийское христианство по данным текстов Наг-Хаммади. М., 1991. С. 78.

назад

71 Хосроев А.Л. Из истории раннего христианства. М., 1997. С. 263 и прим. 551.

назад

72 Nock A.D. Greek Magical Papyri // A.D. Nock. Essays on Religion and the Ancient World. Cambridge, 1972. P. 181-188.

назад

73 Dodds E.R. Theurgy // E.R. Dodds. The Greeks and the Irrational. Berkeley, 1963. P 297.

назад

74 Eitrem S. Die suvstasi" und der Lichtzauber in der Magie // Symbolae Osloenses. Fasc. VIII. 1929. P. 49-53.

назад

75 Cochez J. Plotin et les mysteres d`Isis // Revue neo-scolastique de philosophie. T.18. 1911. P.308-340.

назад

76 Beierwaltes W. Lux intelligibilis. Untersuchung zur Lichtmetaphysik der Griechen. Muenchen, 1957.

назад

77 "Амун ауантаулаимунтау рипту мантауй иманту ланту лаптуми, анхомах, араптуми. Ну-ка, бог такой-то, прислушайся ко мне, потому что желает этого и приказывает аххор аххор ахахах птуми хаххо харахох хаптумэ хорахарахох аптуми мэхохапту харахпту хаххо харахо птенахохеу". В русской транскрипции, как не трудно заметить, имя Тифона состоит из 95 букв. Это объясняется тем, что русскому "у" соответствует греческий дифтонг "ou", за исключением последнего слова, где "еу" = "eu".

назад

78 Мы согласны с Айтремом, что систасис означает контакт или встречу, но ни в коей мере не единение или слияние с божеством (см.: Eitrem S. Die suvstasi" und der Lichtzauber... P. 50).

назад

79 Это определение, исполненное смысла для автора, для нас хотя и не совсем неясно, все же весьма смутно: мы можем лишь предполагать, что она белая, льняная и каким-то образом освященная.

назад

80 Dodds E.R. The Unknown God in Neoplatonism // Proclus. The Elements of Theology / Ed. E.R. Dodds. Oxford, 1963. P. 310-313.

назад

81 Nock A.D. Greek Magical Papyri. P. 176-194.

назад

82 Египетские: Агатодаймон, Аммон, Анубис, Гарпократ, Германубис, Гор, Исида, Осирис, Сарапис, Сет, Тифон, Тот; греческие: Афина, Аид, Аполлон, Арес, Артемида, Афродита, Геката, Гелиос, Гермес, Гефест, Дионис, Зевс, Крон, Персефона, Селена, Эринии; еврейские: Авраам, Исаак, Иаков, Исраэль, "бог евреев" Иисус Христос. См.: Papyrus magica musei Lugdunensis Batavi / Ed. A. Dieterich. Lipsiae, 1888. P. 767.

назад

83 Изречения египетских отцов. СПб. 1993. С.321.

назад

84 Там же. С. 324.

назад

85 Там же. С. 323.

назад

86 Там же. С. 321.

назад

87 Там же. с. 323.

назад

88 Там же. С. 325.

назад

89 Kuster B. De tribus carminibus papyri Parisinae magicae. Konigsberg, 1912.

назад

90 Reitzenstein R. Poimandres. Studien zur griechisch-agyptischen und furchristlichen Literatur. Leipzig, 1904.

назад

91 Сравни, например,: PGM, III, 591-609 и Asclepius, 41b Scott. Ср., также: Nock A.D. Greek Magical Papyri. P. 191-192.

назад

92 Nock A.D. Greek Magical Papyri. P. 181.

назад

93 Перевод с английского перевода Дж.Г. Зибера (Nag Hammadi Studies / Ed. M. Krause and others. T. XXXI. Leiden - New York - Kobenhavn - Koln, 1991.

назад

94 Перевод с английского перевода Ричарда Смита (Ancient Christian Magic. Coptic Texts of Ritual Power / Ed. M. Meyer, R. Smith. San Francisco, 1994).

назад

95 Об этой литературе в целом см.: Желтова Е.В. Античная традиция о персидских магах Зороастре, Остане и Гистаспе (жанровая принадлежность сохранившихся свидетельств). Автореф. канд. дисс. СПб., 1995; Nock A.D. Greeks and Magi // A.D. Nock. Essays on Religion and the Ancient World. Cambridge, 1972. P. 516-526.

назад

96 О том, что авторы апокалипсисов и те, кого Плотин критикует в этом трактате, одно и то же см.: Robinson J.M. The Three Steles of Seth and the Gnostics of Plotinus // Proceeding of the International Colloquium on Gnosticism. Stokholm, August 20-25, 1973 / Ed. G. Widegren. Stokholm, 1977. P. 132-142.

назад

97 См: Хосроев А.Л. Александрийское христианство. С. 42. О реальной близости среднему платонизму трактата "Зостриан", см. предисловие Дж.Г. Зибера к изданию трактата (Nag Hammadi Studies. T. XXXI. P. 23-25).

назад



дальше