Сетевой издательский проект"ARISTEAS"





САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

КЛИМОВ
Олег Юрьевич

Пергамское царство:
проблемы истории и государственного устройства

Специальность 07.00.03 - Всеобщая история
(История Древней Греции)

АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
доктора исторических наук

Санкт-Петербург, 2001


Работа выполнена на кафедре всеобщей истории Мурманского государственного педагогического института.

Официальные оппоненты:
     Доктор исторических наук, профессор Сизов С.К.
     Доктор исторических наук, профессор Строгецкий В.М.
     Доктор исторических наук, профессор Циркин Ю.Б.

Ведущая организация: Казанский государственный университет


Актуальность темы исследования

Эллинистический мир занял среди цивилизаций древности особое место. Он включил в свой состав огромные территории, множество народов, говоривших на разных языках, обладавших разной культурой, особенностями быта, хозяйственной деятельности, религии, психологии. В рамках эллинистического мира стала формироваться качественно новая социальная, экономическая, политическая система, материальная и духовная культура.

В политическом отношении эллинистический мир не был единым, он всегда представлял собой совокупность государств, между которыми складывались весьма напряженные отношения. Эллинистические государства обладали многими общими чертами социально-экономической системы, политического устройства, материальной и духовной культуры. Одновременно большое значение в разных частях эллинистического мира сохраняли региональные особенности, которые проявлялись в самых разных аспектах развития.

Среди эллинистических государств видное место занимало Пергамское царство. За полтора столетия своей истории, от 283 г. до н.э. до 133 г. до н.э., оно сыграло заметную роль в истории древнего мира. Пергамские правители, лавируя между могучими государствами, сумели сохранить самостоятельность, и, пользуясь поддержкой Рима, овладели значительной частью территории Малой Азии. Пергамские цари превратили свою столицу в крупный, благоустроенный город, сделали его одним из центров культуры, науки и искусств.

Пергамское царство, история которого известна от момента возникновения до гибели, представляет собой весьма наглядный образец эллинистического государства; в нем проявились многие типичные для эллинизма черты, но также и региональные особенности, проявлявшиеся в такой уникальной области древнего мира, как Малая Азия.

Наличие источников, освещающих разные периоды истории и развития государства, позволяет исследовать динамику многих социальных и политических процессов: становление самостоятельного государства, формирование института царской власти, складывание центрального управления и системы управления страной, развитие полисов, вошедших в состав государства и многие другие.

Население Пергамского царства составляли греки, македоняне и местные малоазийские этносы, которые испытали весьма значительное влияние греческой культурной традиции и были сильно эллинизированы. Пергамское царство возникло в регионе, отличавшемся весьма высокой степенью урбанизации. По этой причине в состав государства вошло большое число греческих полисов, старых восточных городов. Наряду с ними формировались общины иного типа - военные колонии, храмовые общины, сельские поселения. Особенно важная роль принадлежала полисам. Материалы Пергамского царства предоставляют прекрасную возможность исследовать развитие городов, вошедших в состав эллинистического государства, а также определить важнейшие направления политики короны в отношении гражданских общин царства.

Пергамское государство являет собой также пример царства, в котором значительное развитие получил культ правителя, проводилась целенаправленная политика в области религии, использовалась политическая пропаганда средствами изобразительного искусства и монументальной архитектуры.

Наконец, Пергамское царство было вовлечено в значительные политические события и процессы, протекавшие в Средиземноморье в III - II вв. до н.э. Среди них изнурительная борьба с кельтами, усиление влияния Рима в Восточном Средиземноморье, война с Антиохом III, знаменитое восстание Аристоника и многие другие. События политической истории Пергамского царства пересекались с историей многих других государств данного периода. Вследствие этих причин исследование политической истории царства также представляет собой весьма актуальную научную задачу.

Таким образом, изучение истории Пергамского царства и его политических институтов во всех перечисленных аспектах составляет важное направление исследования эллинистического мира и вообще древних обществ, без которого научная картина развития древности будет неполной и неточной.

Одна из важнейших проблем в изучении древних обществ состоит в исследовании их политической системы, определении специфических черт, свойственных только древним обществам, а также общих черт, получивших развитие в последующие эпохи.

В истории человечества известны различные политические системы. Некоторые из них, возникнув в глубокой древности, оказывают влияние на политические традиции того или иного современного общества. В этом отношении исследование политического опыта древних государств представляет очевидную актуальность.

Эпоха эллинизма, соединив в себе черты античной и восточных цивилизаций, создала своеобразную экономическую, социальную и политическую систему, в которой соединились принципы централизованного управления, осуществлявшегося сильной царской властью, и развитого местного самоуправления в виде обладавших значительной автономией городских, храмовых и сельских общин. Эпоха эллинизма породила также ряд своеобразных политических институтов: особую форму царской власти, специфическую систему центрального управления, царские культы, сильные армии, состоявшие из профессиональных воинов и призывавшихся в порядке военной обязанности граждан полисов и жителей восточных общин. Исследование названных институтов также необходимо для формирования научно достоверного представления о развитии политической системы эллинистических государств.

Степень разработанности проблемы

Первые труды по истории Пергамского царства[1] обобщали сведения античных авторов, данные греческой мифологической традиции, материалы по ранним этапам истории государства, о достижениях культуры Пергамского царства. Значительным вкладом в изучение истории государства Атталидов и его политических институтов стали работы Дж. Кардинали.[2] Но ученым была рассмотрена лишь часть вопросов, относящихся к истории государства, недостаточно полно охарактеризован институт царской власти, органы центрального управления страной, не были доступны многие известные в настоящее время новые эпиграфические и археологические материалы.

В исследовании истории Пергамского царства важное место принадлежит М.И. Ростовцеву[3], который охарактеризовал основные этапы политической истории Пергамского царства, показал развитие государственных институтов, религии и культуры. Вместе с тем, его изложение носит краткий обобщающий характер, внимание ученого акцентируется лишь на наиболее важных вопросах. По ряду частных вопросов М.И.Ростовцев принимает спорные или неточные положения.

Обобщением всего накопленного к середине XX века материала по истории и культуре Пергамского государства стала книга Э.Хансен "Атталиды Пергама"[4]. Автор предложила очерк истории царства, его основных политических институтов и весьма основательно раскрыла материал, связанный с развитием культуры и искусства. Вместе с тем, в работе Э. Хансен не рассмотрены некоторые важные дискуссионные вопросы, кратко дан обзор государственной структуры, положения полисов в царстве, административно - территориального деления, институтов центральной власти, армии.

Внешняя политика Атталидов была исследована Р.Макшейном[5]. События политической истории времени правления последних царей династии проанализировал в своей работе И.Хопп [6].

Значительный вклад в изучении истории Пергамского государства внес Р.Аллен, работа которого "Царство Атталидов. Конституционная история"[7] посвящена рассмотрению отдельных событий политической истории и, главное, развитию государственных институтов и царского культа. Автор внес некоторые существенные уточнения в политическую историю, сделал ряд новых наблюдений относительно развития государственного строя и религиозной политики Атталидов, предложил также новые датировки некоторых известных надписей.

Материалы по истории Пергамского царства, его социальному и политическому строю также использовались во многих трудах по истории эллинизма (Ю.Белох, Г.Бенгтсон, Э.Бикерман, Г.Гриффит, Э.Грюен, А.Х.М.Джоунз, Ю.Керст, М.Кэри, Д.Мейджи, Б.Низе, К.Николе, У.Тарн, Ф.Уолбенк, В.Чериковер, В.Эренберг).[8]

Отечественное антиковедение последних десятилетий уделяет большое внимание истории эллинизма, изучая ее на уровне концептуального и конкретно-исторического исследования (О.Л.Габелко, Е.С.Голубцова, К.К.Зельин, О.М.Зельдина, В.Д.Жигунин, В.И.Кащеев, Г.А.Кошеленко, Е.А. Круглов, Л.П.Маринович, С.В.Новиков, А.И.Павловская, А.Б.Ранович, Г.С.Самохина, С.Ю.Сапрыкин, Г.Х.Саркисян, И.С.Свенцицкая, С.К.Сизов, Э.Д.Фролов, И.Ш.Шифман, А.С.Шофман). Однако история Пергамского государства не получила в отечественной историографии значительного освещения.[9] Историографический обзор показывает, что в зарубежной науке проделана значительная работа по изучению истории Пергамского царства, но далеко не все необходимые вопросы исследованы. В отечественной науке подобные труды выходили весьма редко, и круг поднимаемых в них проблем был очень узким. Очевидно, что история эллинистического Пергамского царства нуждается в дальнейшем исследовании и систематизации: в истории государства Атталидов имеется немало сюжетов, достаточно обеспеченных источниками, но не получивших полного освещения ни в зарубежной, ни в отечественной науке.

Задачи исследования

Одной из важнейших задач исследования являлось составление полной политической истории Пергамского царства с акцентом на наиболее важных и дискуссионных ее аспектах, таких как формирование самостоятельной государственности Пергамского царства, характер внешнеполитической деятельности царства Атталидов в конце III - первой половине II века, особенности взаимоотношений с Римской республикой, восстание Аристоника и многие другие.

Другой задачей диссертации является изучение вопросов развития государственного строя Пергамского царства - института царской власти, органов центрального и местного управления, административно -территориального деления страны, финансовой и налоговой системы, армии и флота.

Следующая важнейшая задача связана с изучением развития городов в составе Пергамского царства и проблемы положения полисов в составе Пергамского царства и политики центральной власти в отношении городов.

Наконец, важная задача диссертации связана с характеристикой религиозной политики Атталидов - царских культов, введением почитания ряда новых богов, созданием коллегии атталистов, сооружением алтаря Зевса и роли монументальной пропаганды в идеологической политике династии.

Источниковая база исследования

История Пергамского государства нашла достаточно полное и разностороннее отражение в источниках. Огромную ценность для изучения истории Пергамского царства имеют исторические сочинения Полибия и Тита Ливия. Оба историка уделили основное внимание внешнеполитической истории царства, дипломатическим переговорам, войнам, менее основательно описали государственный строй, политику династии, взаимоотношения царей с подданными. Страбон в сочинении "География" оставил единственный античный систематический очерк истории Пергамского царства, а также включил сведения по истории и географии многих областей и городов Малой Азии. Ряд важных данных из истории царства Атталидов излагают Диодор Сицилийский, Аппиан, Павсаний, Плутарх, Саллюстий, Флор, Юлий Обсеквенс, Валерий Максим, Юстин, Евтропий, Орозий.

В изучении истории Пергамского царства, его политической истории и государственных институтов неоценима роль эпиграфического материала. Среди эллинистических надписей особое значение имеют постановления народных собраний и царские письма. Надписи представляют собой, как правило, официальный текст и предлагают такую информацию, которая зачастую оказывалась вне поля зрения античных историков и писателей. Они раскрывают политику царской власти, характеризуют развитие государственных институтов, дополняют информацию древних авторов о некоторых политических событиях.

Археологические исследования в Пергаме и других городах Малой Азии дали богатейший материал вещественных источников. В ходе раскопок были изучены сами города с их основными постройками - агорой, храмами, театрами, гимнасиями, крепостными укреплениями, жилыми домами, с большим числом предметов быта и материальной культуры. Ценным источником являются монеты и произведения искусства. Среди последних наиболее значительное место принадлежит, несомненно, знаменитому алтарю Зевсе с его выдающимися скульптурными фризами, изображающими гигантомахию и мифологическую историю Телефа, а также скульптурам и произведениям прикладного искусства.

В последние годы определенная часть материалов источников по истории античного мира, в том числе Пергамского царства, получила отражение в электронной информационной сети Интернет[10].

В целом источники разнообразны, весьма информативны и позволяют достаточно основательно исследовать историю государства Атталидов и его основные политические институты.

Методологическая база исследования

В основе нашего исследования лежит общенаучный метод системного анализа, в соответствии с которым Пергамское царство рассматривается как существенный элемент эллинистического мира в целом. В развитии государства Атталидов отразились и выразились многие общие тенденции и черты, свойственные другим эллинистическим царствам. По этой причине важное место занимают ссылки на материалы царств Селевкидов, Птолемеев и другие.

Системный метод также предполагает рассмотрение явления во взаимосвязи и развитии его собственных существенных элементов, в данном случае - во взаимосвязи политической истории, всех государственных институтов, социальной структуры, разных направлений политики, политической идеологии, религии, социальной психологии, культуры.

В соответствии с системным методом эллинистическая политическая организация рассматривается как система с ее собственными характерными чертами и закономерностями развития. Эллинистическая государственность, в свою очередь, составляет часть более широкой общей системы эллинистического мира (цивилизации) и связана со своеобразной социальной структурой, экономической организацией, духовной и материальной культурой эллинизма. Системный подход предполагает рассмотрение политической организации в развитии и во взаимосвязи ее отдельных элементов.

Важное место в системе методологии диссертации заняли теоретические положения отечественных и зарубежных ученых о характере античной государственности и полисной организации (Ю.В.Андреев, Л.М.Глускина, Н.И.Кареев, Г.А.Кошеленко, И.С.Свенцицкая, С.Л.Утченко, Э.Д.Фролов, Н.Д.Фюстель Де Куланж, А.Х.М.Джоунз, М.И.Ростовцев, В.Эренберг), о сущности эллинизма как исторического явления (К.К.Зельин, С.И.Ковалев, Г.А.Кошеленко, А.Б.Ранович, И.С.Свенцицкая, В.С.Сергеев, Э.Д.Фролов, Г.Бенгтсон, Х.Крейссиг, М.И.Ростовцев, У.Тарн, У.Уолбенк).

Исследование конкретных исторических сюжетов осуществляется на основе историко-критического метода, а также с помощью разработанных современным антиковедением методов изучения исторических источников, явлений и процессов.

Научная новизна диссертации

Научная новизна диссертации определяется тем, что в диссертации впервые в отечественной историографии исследуются многие аспекты политической истории и государственного устройства эллинистического Пергамского царства. Значительная часть рассмотренных в диссертации черт политической системы царства Пергам не получили освещения также и в зарубежной науке. Так, не являлся предметом специального исследования институт царской власти в Пергаме, система ее наследования, органы центрального управления. Ни в зарубежной, ни в отечественной историографии нет исследований, посвященных развитию полисов в составе Пергамского царства и взаимоотношений монархии Атталидов с городами.

По-новому для отечественной и зарубежной науки оценивается ряд событий политической истории, в частности, внешняя политика Пергамского царства, вклад его в победу над Антиохом III, восстание Аристоника и другие.

Практическая значимость работы

Практическая значимость работы заключается в том, что ее результаты могут широко использоваться в дальнейшем исследовании проблем политической истории и государственности древних обществ, в том числе античных, в преподавании античной истории, истории государства и права древних обществ, в разработке разнообразных общих и специальных курсов, посвященных вопросам государственности, политической истории и идеологии.

Исследованные автором диссертации проблемы управления государством, развивавшимся в сложной международной ситуации, с неоднородным в этническом и социально-экономическом отношении населением, представляют также определенный интерес с точки зрения развития процессов политического управления в современном мире. Особого внимания в этом отношении заслуживает сложившаяся в эллинистическом Пергаме практика достаточно эффективного соотношения сильной центральной власти и развитого местного самоуправления на уровне полисов, гибкая и эффективная налоговая и идеологическая политика.

Апробация результатов исследования

Материалы диссертации были представлены автором в виде докладов на конференциях:

  1. "Проблемы античного полиса - II, VI, VIII". Ленинградский государственный университет. (Ленинград, октябрь 1980, октябрь 1985, октябрь 1990).
  2. "Проблемы отечественной и всеобщей истории". Ленинградский государственный университет. (Ленинград, апрель 1981, февраль 1982, апрель 1986)
  3. "IX и X Всесоюзные авторско-читательские конференции журнала "Вестник древней истории". Институт всеобщей истории АН СССР. (Москва, июнь 1984 г., июнь 1987 г.).
  4. "Древние цивилизации: среда, личность, общество". Авторско-читательская конференция журнала "Вестник древней истории"и Всесоюзной Ассоциации антиковедов. Институт всеобщей истории АН СССР. (Москва, июнь 1991).
  5. "Политические процессы в России и мировой демократический опыт". Международная научно - практической конференция. (Мурманск, май 1993 г.).
  6. "Методология и методика изучения античного мира"Конференция Российской Ассоциации антиковедов. Институт всеобщей истории РАН. (Москва, 31 мая-2 июня 1993 г.).
  7. "Развитие демократии и гражданского общества"Российско-шведская конференция. (Мурманск, октябрь 1996).
  8. "Античное общество". Санкт-Петербургский государственный университет. (Санкт-Петербург, март 1999).
  9. "Совершенствование учебно-воспитательного процесса в негосударственных вузах". Научно-практическая конференция. (Мурманск, 10-11 апреля 2000 г.).
  10. "Антиковедение на рубеже тысячелетий: междисциплинарные исследования и новые методики (информатика, подводная археология и создание компьютерной базы данных)". Конференция Российской Ассоциации антиковедов. Институт всеобщей истории РАН. (Москва, июнь 2000 г.).

Материалы диссертационного исследования изложены в монографии и научных статьях.

Структура диссертации

Диссертация состоит из введения, шести глав и заключения. Главы делятся на параграфы, посвященные наиболее важным аспектам истории и системы политического устройства Пергамского государства.

Важным дополнением к тексту диссертации служат Приложения. Это составленные автором таблицы, в которых сведены и систематизированы все имеющиеся материалы о придворных званиях и рангах в царстве Пергам, о царских должностных лицах, возглавлявших провинции и назначенных в города государства, о городах Малой Азии, получивших по условиям мирного договора в Апамее 188 г. до н.э. статус свободных, а также переданных под власть династии Атталидов.

Содержание диссертации

Во введении обоснован выбор темы, показана ее актуальность, охарактеризованы источники, определена степень изученности проблемы, сформулированы цели и задачи исследования.

Первая глава диссертации "Проблемы политической истории Пергамского царства"посвящена вопросам политической истории царства Пергам, состоит из трех параграфов.

В первом параграфе рассматривается доэллинистическая история Пергама. Город до эпохи эллинизма имел давнюю историю, которая известна по отрывочным историческим сведениям и мифологическим данным. Пергам возник, очевидно, еще в микенскую эпоху. В период возвышения Лидийского царства город подчинялся царям из династии Мермнадов. Позже, после завоевания Малой Азии персами, Пергам вошел в состав одной из сатрапий державы Ахеменидов. В V - н.IV вв. до н.э. Пергам и некоторые другие города долины реки Каик находились под властью Гонгила из Эретрии и его потомков, которым они были даны персидскими царями в управление. В IV в. до н.э. Пергам обладал некоторыми элементами городского строя: собранием, выборными должностными лицами, городскими культами.

Второй параграф посвящен истории образования Пергамского государства и правления первых Атталидов - Филетера и Эвмена I.

Возникновение Пергамского государства связано с выступлением хранителя сокровищ в крепости Пергам Филетера против своего господина царя Лисимаха в 283 г. до н.э. В начальный период своей деятельности Филетер формально признал власть царя Селевка I и демонстрировал в отношении его и его сына Антиоха I лояльность. Фактически Филетер с момента отделения от Лисимаха обладал самостоятельностью и являлся правителем суверенного государства. В годы своего правления Филетер располагал вооруженными силами и огромными денежными средствами, проводил самостоятельную внешнюю политику, заключал договоры с городами и царями, оказывал военную помощь некоторым полисам, выделял им деньги, освобождал города от налогов. Основатель династии Атталидов сумел расширить территорию своего небольшого государства и установить дружественные отношения с рядом городов Малой Азии и Балканской Греции.

В 263 г. до н.э. власть в Пергаме унаследовал племянник Филетера Эвмен I (263 - 241 гг. до н.э.). Одним из важнейших событий времени его правления стал разрыв отношений с Селевкидами и победа при Сардах между 263 и 261 гг. до н.э. над армией Антиоха I (Strab.XIII.4,2). Пергамское государство в период его правления развивалось во враждебном окружении Македонии, царства Селевкидов, племен кельтов. Свои владения Эвмен I увеличил незначительно, но важно, что он получил выход к побережью Эгейского моря. Из событий внутренней истории периода правления Эвмена I известно, что правитель перешел к практике назначения высших должностных лиц Пергама - коллегии стратегов - вместо традиционного избрания их гражданской общиной столицы. Эвмен I также был вынужден преодолевать серьезный политический кризис, который возник из-за выступления наемников при участии некоего Эвмена, сына Аттала, - одного из родственников Эвмена I. В результате правитель был вынужден пойти на уступки воинам, и заключил с ними договор (OGIS. 266).

В третьем параграфе анализируется история возвышения и расцвета Пергамского государства во второй половине III - первой половине II вв. до н.э. Возвышение Пергамского царства произошло при Аттале I (241-197 гг. до н.э.). Внешняя политика государства в конце III - первой половине II вв. до н.э. носит активный характер и направлена на укрепление государственной самостоятельности, расширение владений, развитие дружественных отношений с некоторыми влиятельными соседями. В начале своего правления Аттал I вступил в борьбу с галатами, одержал над ними ряд побед и принял, по примеру других правителей, царский титул. В дальнейшем ему пришлось бороться с Антиохом Гиераксом, полководцем Селевкидов Ахеем, с Македонией. В результате новому царю удалось увеличить территорию государства, укрепить международное положение царства, установить дружественные отношения с Этолийским союзом, Афинами, Родосом и, главное, с Римской республикой. Внешняя политика Атталидов с этого времени приобрела устойчивый проримский характер.

К числу заслуг Аттала I относится также изменение характера государственности Пергамского царства. При нем сложилась сильная царская власть, установился порядок наследования престола от отца к сыну, сформировался ряд государственных институтов центрального и местного управления.

В 197 г. до н.э. власть в Пергамском царстве перешла к Эвмену II (197-159 гг. до н.э.). В начале правления Эвмена II для Пергамского государства возникла серьезная угроза со стороны царства Селевкидов. Не имея сил для самостоятельной борьбы с Антиохом III, Эвмен II предпринял энергичные усилия к тому, чтобы вовлечь в конфликт Римскую республику. В войне с Антиохом III Пергамское царство сыграло значительную роль, особенно в период ведения действий в Малой Азии, хотя армия Эвмена II выполняла, главным образом, вспомогательные военные функции. В ходе войны была велика роль пергамской дипломатии. Армия Эвмена II участвовала в решающей битве при Магнесии, в немалой степени определив успех сражения.

Роль Пергамского царства в войне с Антиохом III по-разному оценивается специалистами. Традиционно ученые справедливо отводят главную роль Римской республике, полагая участие Пергамского государства и Родоса второстепенным. Особняком стоит мнение Р.Макшейна, который объявил Пергамское царство центром антисирийского союза и главной силой в разгроме Антиоха III[11]. Отвергая мнение Р.Макшейна как крайность, мы вместе с тем полагаем, что роль Пергамского государства была более значительной и самостоятельной, чем традиционно принято считать.

Результаты войны для Пергамского царства были весьма благоприятны: значительно укрепились отношения с Римской республикой, Эвмен II получил под свою власть обширные земли в западной и центральной части Малой Азии, установил контроль над большим числом городов. В итоге Пергамское царство превратилось в одно из влиятельных государств Восточного Средиземноморья.

В последующие годы Эвмен II вел на территории Малой Азии борьбу за упрочение и расширение своего влияния. Значительным изменением во внешнеполитическом положении Пергамского царства стало ухудшение отношений с Римской республикой. В диссертации рассматривается вопрос об изменении позиции Рима в отношении одного из своих наиболее верных и важных союзников в Средиземноморье. Причиной охлаждения послужило превращение царства Атталидов в одно из значительных государств греческого мира и фактически самостоятельная, осуществлявшаяся в собственных интересах внешняя политика Эвмена II.

В этой связи в диссертации рассматривается вопрос о тайных переговорах Эвмена II с Персеем. Некоторые ученые считают данную информацию недостоверной[12]. В диссертации обосновывается мнение, что сообщения Полибия и Тита Ливия отражают реальный факт переговоров, с помощью которых Эвмен II был намерен создать выгодную для себя политическую ситуацию и вернуть себе влияние в Риме. В диссертации также обосновано положение о том, что римляне не имели реальных оснований опасаться Эвмена II, поскольку его политика ни в чем не носила антиримской направленности.

В период правления Эвмена II продолжалось развитие государственных институтов центрального и местного управления, формировалась политика в отношении полисов, основывались города, в столице велось активное строительство.

Политику Эвмена II продолжил его брат Аттал II (159 - 138 гг. до н.э.), который получил царский титул и стал соправителем Эвмена II, видимо, в последний год жизни своего брата. Аттал II сумел установить дружественные отношения с государством Селевкидов, с царством Каппадокия и, после победоносной войны, победы и государственного переворота, с Вифинией. Армия Аттала II приняла участие на стороне Рима в Четвертой Македонской войне. В этой связи в диссертации рассматривается вопрос об оценке внешней политики Аттала II.

Утвердившаяся в науке оценка внешней политики Пергамского царства середины II в. до н.э. как проримской в диссертации в принципе принимается. При этом указано, что ряд событий периода правления Аттала II и даже последних лет царствования Эвмена II свидетельствуют, что данные цари не всегда строго следовали римскому курсу, в ряде случаев предпринимая действия, противоречащие решениям римского сената. Вероятно, при пергамском дворе не было единого мнения по вопросу об отношении к Риму, имели место колебания по поводу общего направления внешней политики. Аналогичным образом в среде римской политической элиты середины II в. до н.э. не сложилось единой позиции в отношении Пергама: примеры враждебности чередуются с фактами дружественного отношения к Атталу II.

При Аттале II была продолжена внутренняя политика его предшественника: основывались города, продолжалось строительство в столице и других городах царства.

В целом, правление братьев - царей Эвмена II и Аттала II является временем расцвета Пергамского царства. За шестьдесят лет государство значительно выросло территориально, пробрело высокий международный авторитет и реальное политическое влияние. В стране сложилась сильная и устойчивая царская власть, эффективная система управления, стройная идеология в виде царских культов и официального почитания ряда богов, сформировалась собственная школа научного и литературного творчества, изобразительного искусства и архитектуры.

Во второй главе "Государственное управление"рассматриваются органы государственного управления Пергамского царства. Первый параграф "Царская власть Атталидов"посвящен центральному политическому институту эпохи эллинизма - царской власти. Верховная власть в Пергамском государстве принадлежала царской династии, опиравшейся на наследственное право, на знать, составлявшую достаточно многочисленный и влиятельный слой, и на профессиональную наемную армию. Все нити управления страной сходились в руках царя, обладавшего высшей военной, административной, законодательной, финансовой и контрольной властью.

Особенностью формирования института монархии в Пергаме является то, что царская власть установилась не сразу после достижения государством самостоятельности. Первые два правителя - Филетер и Эвмен I, властвуя фактически, не имели официального титула и никак не определяли свое положение в государстве. Только Аттал I после серии крупных побед принял царский титул.

Другая особенность состояла в том, что первые Атталиды передавали власть по мужской линии от дяди к племяннику, но не от отца к сыну. Вероятно, в подобной практике проявилось влияние местных малоазийских традиций, сохранение черт материнского рода, которые в некоторых регионах Малой Азии сказывались в течение длительного времени. В Пергаме порядок наследования власти от отца к сыну установился только при Аттале I после принятия им царского титула.

Принятие царского титула Атталом I сопровождалось значительным изменением характера и объема царской власти, ее внешних форм и идеологического обоснования. Цари обладали весьма значительной властью. Они осуществляли управление страной, лично назначали высокопоставленных должностных лиц, осуществляли контроль их деятельности. Цари принимали наиболее ответственные решения: об основании городов и переселении жителей, о введении новых культов, о даровании льгот, освобождении от налогов. Царям принадлежала высшая военная власть. Они руководили внешней политикой и нередко лично осуществляли дипломатические акции. Наконец, цари издавали законы.

Власть Атталидов, как и других эллинистических монархов, носила личный характер: договор царя с какой-либо стороной носил характер личного соглашения, царь персонально олицетворял собой страну, власть, государство.

Во втором параграфе исследуются органы центральной власти. В Пергаме подобно другим эллинистическим царствам существовали некоторые учреждения центрального государственного управления: царская канцелярия, казна, имелись должности "заведующий делами"(o epi ton pragmaton), "хранитель печати" (o epi tes sfragidos).

Вместе с тем, в Пергамском царстве не получила развития разветвленная система органов центрального управления, связанных с выполнением строго определенных управленческих функций. Власть царя реализовывалась через штат придворных и приближенных лиц разных рангов и званий, выполнявших наиболее ответственные поручения монарха. Их звания и ранги не были строго связаны с определенной должностью и функциональными обязанностями. Придворные лица обладали различными званиями и рангами - "друг царя" (o philos), "первый друг царя" (o philos protos), "товарищ детства царя" (o syntrophos tou basileos), "родственник царя" (o anankaios) и другими, образовывали определенную иерархию. Наиболее влиятельные и близкие к царю лица составляли Совет при царе, который не являлся штатным органом, а имел полуофициальный характер и представлял собой устраиваемые по мере надобности встречи правителя с наиболее влиятельными родственниками и приближенными. Обладавшие придворными званиями и рангами приближенные царей не имели строго определенных должностных обязанностей, но выполняли разнообразные, нередко разовые царские поручения военного, дипломатического или административного характера.

Важную роль в системе центрального управления играли братья царей. Также отдельные разовые государственные поручения, связанные с управлением страной, иногда давались проживавшим при дворе Атталидов деятелям науки и культуры.

Система органов центрального управления была развита слабо. Существовали лишь отдельные постоянные государственные учреждения и должности. В основном же управление не было дифференцировано по видам и направлениям деятельности и осуществлялось лично царем через многочисленных придворных, наделенных почетными титулами и званиями и получавшими от царя отдельные поручения.

В третьем параграфе характеризуется система административно-территориального деления страны и управления территориями, входившими в состав царства. Царство Атталидов, подобно государству Cелевкидов, не имело официального наименования. В источниках государство называется, как правило, по имени царя: "царство Эвмена"(Polyb.XXI.22,15). Герба государство не имело. Изображения на монетах были связаны не с государством, а с правившей в нем династией и с личностью царя.

На протяжении истории Пергамского царства его территория значительно изменилась. Население царства Атталидов имело сложный этнический состав. Западные области государства были населены, главным образом, греками. В стране также проживало немало македонян. Значительную часть населения государства составляли народы Малой Азии - мисийцы, фригийцы, карийцы, галаты и другие. Местные народы сохраняли свой язык, традиционный уклад жизни, имена, письменность, религию.

В составе Пергамского государства можно выделить два основных структурных элемента: собственно царские владения и многочисленные города. Первый представлял собой обширные территории, на которых проживало объединенное в общины местное население, основывались царские военные поселения, строились крепости, организовывались государственные и царские поместья.

На территории Пергамского царства были выделены провинции, которыми управляли специальные должностные лица, назначаемые монархами. Провинции представляли собой достаточно крупные территории, имевшие большое стратегическое и экономическое значение. Одна из них включала прилегающие к Геллеспонту территории, другая - Херсонес и Фракийские области, третья - Эфес, долину реки Каистр и некоторые другие местности. Провинциями управляли стратеги. Они обладали административной, финансовой, очевидно, военной властью, выполняли свои функции под достаточно строгим царским контролем.

Вероятно, страна делилась на более мелкие единицы во главе с соответствующими им ставленниками короны, но надежной информации об этом нет. В данной связи в диссертации рассматривается дискуссионный вопрос о так называемых "топах". По мнению М.И.Ростовцева они были наиболее мелкими административно - территориальными округами, на которые делилась территория Пергамского царства[13]. В диссертации принято и дополнительно обосновывается мнение Э.Хансен и Р.Аллена о том, что вопрос о "топах"не может быть решен[14].

Наиболее мелкими административно - территориальными единицами являлись сельские общины и военные поселения. В сельских общинах, возможно, существовали элементы самоуправления, в военных колониях управление осуществляли командиры (стратеги), но также формировались некоторые черты корпоративной (общинной) организации.

Храмы и храмовые общины, располагавшиеся на территории царства, подчинялись царской власти и платили налоги. В политических целях цари нередко предоставляли храмам и храмовым общинам освобождение от налогов и другие льготы.

Острова Эгина и Андрос занимали в составе царства особое положение. На Эгине сохранилась полисная система, но также царем назначались эпистаты (OGIS. 329).

В Пергамском царстве не сформировалась единообразная для всех частей страны система управления территориями, подобная сложившейся в эллинистическом Египте. Но относительно небольшие размеры Пергамского царства позволяли Атталидам тщательно контролировать деятельность провинциальных наместников, градоправителей и общин и достаточно эффективно управлять страной. В целом в стране система управления носила централизованный характер, но при этом сочеталась на низшем уровне - в сельских общинах, может быть также в военных колониях - с элементами самоуправления.

Одной из особенностей политического развития Пергама является то, что территориальное государство выросло из полиса Пергама, который сыграл роль центра в борьбе правителей за расширение владений.

Четвертый параграф связан с изучением налоговой и финансовой системы и политики государства.

Источники, за счет которых пополнялась царская казна, были различными: это налоги на сельское население, подати, получаемые от городов, от военных поселенцев и земледельцев храмовых общин, доходы от царских ремесленных мастерских, торговые пошлины, военная контрибуция.

Налоговая система Пергамского царства была довольно сложной и включала налоги нескольких видов. Одним из важнейших видов доходов были налоговые поступления от полисов. Известно, что взносы в царскую казну были обязаны делать города Темн, Теос, Лебед, Колофон, Траллы, Эфес, Телмесс, Магнесия у горы Сипил, Сарды, Фиатира, Приап, Парий, Скепсис, Амлада и другие. Основной денежный налог, который города платили царю, обозначается в источниках несколькими словами - syntaxis, phoros, phoros kai telesma, но, к сожалению, точный смысл каждого термина не ясен.

Не ясно, какой принцип лежал в основе определения размера налога. Некоторые ученые считали, что Атталиды взимали с городов налоги в виде строго фиксированных сумм, определенных на основе предварительной приблизительной оценки, а не процент дохода[15]. Однако имеются основания полагать, что сумма платежа исчислялась в зависимости от размеров и плодородия земельных владений полиса, а обычной формой служила десятая часть производимой продукции. Поэтому десятина, введенная римлянами в Малой Азии, являлась не нововведением, а следованием уже укоренившейся при Селевкидах и Атталидах традиции. Царская администрация определяла сумму налогов для городов на основе исчисления их доходов на какой-то достаточно длительный срок, и в дальнейшем пересматривала её лишь в случае изменения экономического состояния города, численности его населения и т.д.

Наряду с основным прямым подоходным налогом полисы обязаны были уплачивать в казну различные дополнительные сборы. Город Амлада вносил средства "на восстановление" (RC. 54. Стк. 6-7), возможно, на ремонт и строительство разрушенных во время антипергамского выступления царских сооружений, может быть, цитадели, где находился гарнизон Атталидов. Теос вносил в казну Аттала I средства, названные словом syntaxis. Предполагают, что это какой-то экстраординарный налог, введенный царем, возможно, для сбора средств на войну с Вифинией и Македонией и взимавшийся в дополнение к основному налогу - форосу.

Конкретных примеров размера налогов немного. Амлада платила в казну не менее двух талантов ежегодно (RC. 62), городу Темну или Теосу определялся ежегодный взнос в размере 20 мин (Sardis. VII, 2, стк. 18). Этот налог был невелик, что, возможно, объясняется бедственным положением жителей.

Сельские жители в Пергамском царстве тоже платили налоги, но информация об этом крайне мала. В послании Эвмена II наместнику области по поводу деревни кардаков (Clara Rhodos. 1938. Vol.9, P.190) упоминается подушный налог, взимавшийся с крестьян, проживавших на государственной земле, который назывался syntaxis. О налогообложении храмовых общин известно также мало. Имеется информация о налоге на мелкий рогатый скот в размере одной десятой части дохода (RC. 47, стк. 5-7). Весьма вероятно, что они также платили подоходный налог с урожая. Можно предполагать, что греческие города и сельские общины могли также уплачивать сбор со скота, хотя прямых сведений об этом нет.

Полисы и сельские общины были обязаны делать сборы в натуральной форме: Апамея и Аттуда снабжали зерном армию Пергама во время войны (MAMA. VI, 68, 173).

Царская администрация определяла для города общие суммы платежей и налогов. Особенность фороса, взимавшегося с городов, заключалась в том, что его вносили в казну не индивидуальные плательщики, а весь в совокупности гражданский коллектив. Центральная власть при этом освобождалась от необходимости содержать в городах специальный финансовый аппарат; ее задача заключалась только в том, чтобы определить городам размер налогов и получить их. Распределением налоговых сумм среди городского населения и их сбором для царской казны занимались в городах местные выборные должностные лица, ведающие финансами (стратеги в Пергаме и ряде других городов, казначеи), и передавали собранные средства в руки царских служащих (эпистатов, стратегов провинций и других), представлявших интересы казны.

В отдельных случая пергамские цари предоставляли полисам, сельским или храмовым общинам финансовые льготы. Иногда городам в связи с чрезвычайными обстоятельствами выделялись из казны денежные суммы на восстановление хозяйства или строительство.

Источники сохранили сведения относительно ряда экономических мер в отношении городов. Среди таких мер - расширение земельных владений городов, переселение жителей хозяйственно слабеющего полиса в другой, экономически более сильный или, наоборот, из достаточно многолюдного города в тот, где из-за малочисленности населения угасала жизнь. Очень близкой по содержанию мерой был синойкизм. Пергамские цари занимали покровительственную позицию по отношению к населению вновь образовываемого полиса.

Атталиды стремились содействовать развитию торговли в городах царства. С этой целью на южном побережье Малой Азии был основан город Атталия, превратившийся в крупный порт и важный торговый центр. В приморской части Кимы в годы правления Эвмена II перестраивались молы для защиты порта от штормов. Атталом II была предпринята попытка переустройства гавани Эфеса.

Весьма активный характер имела строительная деятельность Атталидов в полисах царства: цари подарили ряд значительных общественных сооружений Пергаму и другим полисам государства (Эги, Асс, Термес, Эоанда, Корик).

Атталиды имели собственную денежную систему и чеканили свою монету. Серебряные деньги чеканил, главным образом, царский монетный двор. Полисам было предоставлено право чеканить бронзовую монету. Подвластные царям города выпускали монеты своего собственного типа, имели известную свободу в выборе денежной системы и в этом ничем не отличались от автономных полисов. Вместе с тем, в политике Атталидов достаточно отчетливо вырисовывается стремление к унификации денег, выпускаемых городами.

В пятом параграфе дается обзор военных сил царства Пергам. Одну из основ царской власти в Пергаме составляла армия, в которой, как и в других эллинистических государствах, главную роль играли профессиональные наемные воины. Из имеющихся источников можно заключить, что наемники в армии Пергама были немногочисленны и составляли только часть вооруженных сил страны. Важное место в Пергамском царстве занимали военные поселения, в которых проживали земледельцы, обязанные царям военной службой. Поселенцы обрабатывали царскую землю, платили налоги и несли военную повинность. Неясен вопрос о принципах организации службы военных поселенцев. Видимо, они несли постоянную пограничную службу и, кроме того, составляли резервные части, которые призывались для участия в военных действиях.

Кроме них, корона привлекала к службе представителей местного малоазийского населения, возможно, в порядке воинской повинности, а также в качестве наемников. Наконец, в состав военных сил Пергама входили гражданские ополчения полисов, подвластных династии, в том числе столицы. Вопреки достаточно широко распространенному в науке мнению о том, что города эллинистической эпохи не обладали собственной военной организацией, в диссертации доказывается факт сохранения военной организации и военной подготовки граждан всех полисов, даже подвластных царским династиям.

В армии Пергама использовалось защитное и наступательное вооружение греческого типа, метательная и осадная техника. Города царства, включая столицу, имели хорошие укрепления, известные по археологическим раскопкам и по упоминаниям в письменных источниках.

Пергамское царство обладало собственным военным флотом, в который входили боевые и транспортные корабли, предназначенные, в том числе, для перевозки пехоты и кавалерии. Флот возникает не позже правления Эвмена I, когда формирующееся государство получило выход к морю. В отдельные периоды истории царства (например, при Эвмене II и Аттале II) флот Пергама играл в Эгейском море важную роль.

Третья глава диссертации "Религиозная политика Атталидов "раскрывает важнейшие аспекты политики династии в области религии.

Первый параграф "Царские культы и религиозная политика династии"посвящен характеристике основных направлений и черт религиозной политики Атталидов.

Первые правители династии - Филетер и Эвмен I - были удостоены культового почитания в форме празднеств Филетерий и Эвмений, установки статуи в гимнасии и строительства храма. В честь Аттала I на острове Эгина было воздвигнуто святилище Атталейон и основаны празднества Атталии, в Накрасе - празднества Басилеи, возможно в честь принятия Атталом I царского титула. Культовых почестей Аттал I удостоился также в Балканской Греции и на островах Эгейского моря: на Делосе, в Афинах, Сикионе. Почитался не только сам царь, но и члены его семьи.

Эвмен II получил еще более значительные почести. В честь царя на Эгине был основан театральный агон, называвшийся Эвмении, в Траллах - музыкальные состязания, в Сардах празднества в честь Афины и Эвмена II Сотера. Развитые формы культа Эвмена II сложились также в Телмессе, Теосе, в городах Ионийского союза. В почитании Эвмена II особо отличился Милет. На основании ряда надписей Р.Аллен отметил, что в этом полисе, сохранившем после Апамейского мира 188 г. до н.э. политическую самостоятельность, культ развился до признания богом здравствующего царя [16].

Значительных почестей удостоился Эвмен II и за пределами своего государства: на острове Кос, в Афинах, Дельфийской амфиктионии и Этолийском союзе. При Эвмене II сложился культ его матери царицы Аполлониды.

Аттал II удостоился культового почитания вместе с братом царем Эвменом II до своего воцарения. После прихода к власти Аттала II сложился его самостоятельный культ в форме праздников, торжественных процессий и жертвоприношений, установки культовых статуй царя в Афинах, на островах Эгина, Андрос, Кос.

При Аттале III продолжалось развитие религиозного почитания царя. Официальное имя "царь Аттал Филометор и Эвергет, сын бога царя Эвмена Сотера"подчеркивало его происхождение от обожествленного царя Эвмена II Сотера. В связи с военной победой Аттала III полис Элея определил воздать царю весьма значительные культовые почести (OGIS, 332).

Становление и формирование царских культов в Пергамском царстве, как и в других эллинистических государствах, - длительный процесс, растянувшийся на десятилетия. В развитии его в государстве Атталидов наблюдается определенная динамика и объективная логика. На начальном этапе носитель власти обладал многими почестями, приличествующими божеству: в его честь устраивались празднества, совершались процессии, жертвоприношения, ставились статуи, осуществлялось почитание в других формах, но при этом он формально не считался богом и не назывался им. Подобное отношение к монарху вполне укладывалось в рамки почитания, вызванного особой признательностью и благодарностью за реальную политическую защиту, обеспечение безопасности, стабильности, предоставление определенных льгот и привилегий населению полиса.

В дальнейшем наряду со всеми указанными формами культового почитания происходило совершенно официальное признание богом умершего царя. Из пергамских монархов после смерти были обожествлены Аттал I, Эвмен II, Аттал II и Аттал III. Что касается первых представителей династии - Филетера и Эвмена I, то их культ не развился до этой стадии. Во всяком случае, свидетельств подобного рода не известно. Нередко культ монарха сближался или соединялся с культом какого-либо традиционного божества или с культом умершего обожествленного правителя. Наконец, высшую форму религиозного почитания составляло признание здравствующего правителя богом, но в Пергамском царстве имеется только одно свидетельство того, что царь объявлялся божеством при своей жизни - из Милета.

Важной чертой деятельности Атталидов в области религии было введение и распространение новых культов. Одним из наиболее почитаемых пергамскими царями богов являлся Дионис Категемон. Его особое значение в государстве объясняется тем, что Атталиды рассматривали Диониса Категемона как родоначальника династии и официально распространяли эту версию. Почитание Диониса засвидетельствовано источниками в Пергаме, Филадельфии в Лидии, в Теосе, в Фиатире и других. Пергамские цари также поддерживали версию относительно своей связи с Телефом, сыном Геракла и внуком Зевса, который воцарился в Тевфрании - на территории, где позже возникло Пергамское царство.

В Пергаме высоко чтили Афину. В городе на акрополе был возведен храм Афины, существовали празднества Панафинеи (OGIS. 267, II) и Никефории (RC. 49, 50; Syll.3 629, 630). Культ Афины Никефоры получил широкое распространение в полисах Малой Азии: в Пергаме, Сардах, на острове Эгина, в других полисах. Деятельность Атталидов в области религии достаточно сложна и отражает объективную сложность отношений между монархией и населением царства. В политике пергамских царей очевидно стремление к созданию государственной идеологии, к идеологическому воздействию короны на население подвластных городов и сельских общин.

Во втором параграфе рассматривается деятельность культовой коллегии атталистов. Среди региональных объединений артистов большую роль играл союз технитов Диониса Ионии и Геллеспонта, центром которого являлся город Теос. Во II в. до н.э. эта организация находилась под влиянием Пергамских царей. При Эвмене II на основе союза технитов произошло основание новой коллегии атталистов to koinon ton Attaliston, данные о которой содержит серия надписей из городов Малой Азии (CIG. 3067, 3068 A; 3068 B; 3068 C; 3069; 3070; 3071; OGIS. 325; 326)[17]. Основателем коллегии атталистов явился Кратон, сын Зотиха, гражданин Калхедона, который начинал свою деятельность в объединении технитов Диониса флейтистом, позже был избран жрецом Диониса и агонофетом, приобрел гражданские права в столице царства. Его деятельность была связана с царским двором Атталидов. Кратон отобрал и объединил людей, вероятно, артистов-членов организации технитов Диониса, в новый союз. Кратоном также был составлен так называемый "священный закон"- nomos ieros, представлявший собой, вероятно, совокупность норм и правил, определявших деятельность атталистов. Имеются указания на существование прямых контактов Кратона с царем Атталом II и интерес последнего к деятельности союза. Коллегия возникла при жизни Эвмена II, в промежутке от 166 г. до н.э. до 159 г. до н.э.

Коллегия атталистов имела традиционную организацию. Она официально называлась to koinon ton Attaliston; sunodos ton Attaliston или просто sunodos. Главным органом объединения являлись собрания его членов. Во главе союза находился жрец o iereos tes synodou, должность которого первоначально занимал сам Кратон. Союз атталистов, подобно другим культовым коллегиям эллинистического мира, имел собственные средства, святилище, дом, имущество, находившееся в общем владении; возможно, выбирался казначей. Союз мог по завещаниям принимать имущество.

В третьем параграфе характеризуется алтарь Зевса, построенный при Эвмене II в период между 180 и 160 гг. до н.э., и его знаменитые фризы. Центральное место среди всех элементов алтаря занимает большой фриз, изображающий битву богов (Зевса, Геры, Афины, Аполлона, Артемиды, Деметры, Ареса, Ники) с гигантами.

Сюжет главного фриза был осмыслен при пергамском дворе в соответствии с политическими событиями времени правления Эвмена II. Алтарь был построен в ознаменование военных достижений царства, прежде всего, крупной победы над галатами и отразил восприятие этого события правящей династией и официальной идеологией.

Смысловую основу рельефа составляет ясная аллегория: боги олицетворяют собой мир греков, гиганты - кельтов. Боги воплощают в себе идею устроенной упорядоченной государственной жизни, гиганты - неизжитые родоплеменные традиции кельтов, их исключительную воинственность и агрессивность. Аллегория еще одного рода составляет основу содержания знаменитого фриза: Зевс, Геракл, Дионис, Афина служат олицетворением династии пергамских царей.

Одной из важнейших черт смысловой характеристики рельефа является противопоставление - антитеза, которая сочеталась с идеей агона - борьбы и победы, составлявшей важную черту греческого стиля жизни и социальной психологии. Противники олицетворяют собой разные миры: боги служат воплощением света и наземного и небесного миров, тогда как гиганты служат воплощением темного подземного царства. Боги антропоморфны, гиганты сохраняют черты животных и птиц - у некоторых из них вместо ног змеи, за спиной крылья. Боги не подвержены влиянию низменных страстей, гиганты же, напротив, изображены с лицами, на которых запечатлены сильные чувства. Еще одной важнейшей смысловой идеей главного пергамского алтаря было прославление богов и династии Атталидов.

Правившая в Пергамском царстве династия выработала в целом четкую и цельную собственную политику в области религии. Важнейшей ее чертой стало религиозное почитание царей. Несмотря на его широкое распространение, все-таки сложившегося единообразного общегосударственного культа династии и даже отдельных ее представителей в стране в установленных и административно регламентированных формах не существовало. В полисах культ царя рассматривался, прежде всего, как культ общинный, городской и имел свои локальные особенности.

Для религиозной политики династии характерна веротерпимость и покровительственное отношение к негреческим культам, готовность включить популярные среди местного населения малоазийские или фракийские божества в официальный пантеон государства.

Четвертая глава диссертации "Города в Пергамском царстве"раскрывает развитие городов, вошедших в состав государства.

В первом параграфе охарактеризован полисный строй столицы - города Пергама. К моменту прихода Филетера к власти город Пергам имел определенные традиции общественно-политической жизни, некоторые институты городского строя: гражданскую общину, филы, собрание, совет, пританов, коллегию стратегов.

В период правления Атталидов в III-II вв. до н.э. в столице их царства сохранялся строй полиса. Характерная его черта - наличие института гражданства и гражданской общины. По этническому происхождению члены гражданского коллектива были в подавляющем большинстве греками. В состав граждан входили люди разного имущественного положения. На городские должности избирались или назначались лица из числа состоятельных граждан. Гражданское население делилось на демы, фратрии и филы, число которых во времена Атталидов равнялось двенадцати. Некоторые из них носили имена богов и героев (Асклепия, Телефа), четыре филы были названы в честь представителей династии - Филетера, Аттала (видимо, Аттала I), Аполлониды и Эвмена (очевидно, Эвмена II).

Коллектив граждан составлял народное собрание. При Атталидах собрание выполняло традиционные функции. Оно выступает как высший законодательный институт. В законодательной деятельности народного собрания Пергама заметно проявилось влияние царской власти: ряд городских декретов принят в честь приближенных к царю лиц, самих царей или членов их семей. Некоторые городские постановления приняты по прямой рекомендации или указанию царя. Но, видимо, Атталиды не часто прибегали к откровенному давлению на полис и обеспечивали принятие городом постановлений, не противоречащих политике династии, через коллегию высших должностных лиц стратегов, которые назначались царями и имели исключительное право законодательной инициативы.

Собрание также формировало аппарат исполнительной власти, коллегии должностных лиц. Гражданская община избирала притана, секретарей, гимнасиархов, жрецов ряда культов. Но династия осуществляла за данной деятельностью собрания контроль и ограничила его полномочия в этом отношении. Коллегия стратегов - важнейший орган исполнительной власти - с середины III в. до н.э., времени правления Эвмена I, назначалась царем, а не избиралась коллективом граждан. При Аттале II и Аттале III цари также назначали жрецов Диониса Категемона и Зевса Сабазия.

Народное собрание имело право освобождать от городских налогов, литургий, даровать гражданский статус, распоряжаться городскими финансами, отдавать указания коллегиям и должностным лицам. Но царь и его администрация осуществляли вторжение и в эти области деятельности собрания, вводя новые культы, назначая жрецов, предоставляя жрецу на время исполнения должности освобождение от всех литургий. В конечном счете, работа собрания во многом оказалась под контролем центральной власти и зависела от нее.

В Пергаме сохранился другой традиционный орган полиса - совет (IvP. 5, 162, 166 A, 167). Он предварительно обсуждал законопроекты, которые выносились на рассмотрение народного собрания. Видимо, при Атталидах значение совета не было большим.

Аппарат исполнительной власти составляли коллегии должностных лиц, формируемые из числа граждан. Среди них наиболее значительную роль играла коллегия стратегов. Она состояла из пяти членов. Деятельность коллегии стратегов была ограничена сроком в один год. Со времени правления Эвмена I этих должностных лиц не избирало народное собрание, а назначали правители. Роль стратегов в жизни города была весьма значительной.

В Пергаме стратеги получили исключительное право законодательной инициативы: все городские декреты предложены ими (OGIS. 265, 299, 323, 338). Роль стратегов была очень велика в финансовых делах города. В отношениях с другими полисами стратеги выступали в качестве представителей гражданской общины. Возможно, коллегия стратегов осуществляла общий надзор за делами, связанными с культом, в том числе за жертвоприношениями. Стратеги контролировали деятельность астиномов, имели право подвергнуть тех штрафу. Очевидно, они также руководили деятельностью других магистратур. Стратеги играли важную роль в отправлении культа правителя. Стратегам в числе иных высших должностных лиц полиса предписывалось встречать царя и приглашать его в пританий к очагу общины. Из городских коллегий известны также астиномы, амфодархи, агораномы, гимнасиархи, номофилаки, секретарь, практор, казначеи, жрецы разных культов.

При Атталидах гражданская община столицы сохранила право решения некоторых внешнеполитических вопросов, но под контролем и в интересах царской власти.

Изменения, происшедшие в общественно-политической жизни столицы царства Атталидов, показывают, что полисный строй при сохранении его внешних форм и традиционных институтов приспосабливался к новым условиям эллинистического территориального государства. В результате цари осуществляли за жизнью столицы постоянный контроль и обеспечивали проведение необходимой династии политики.

Второй параграф посвящен развитию малых полисов, входивших в состав Пергамского царства.

В западной части полуострова Малая Азия и на Херсонесе располагалось большое число греческих полисов, многие из которых оказались под властью Пергамских царей. Города Малой Азии в III-II вв. до н.э. имели устойчивое экономическое положение. По особенностям хозяйственного развития выделяются высоко развитые города, в которых наряду с сельским хозяйством большую роль играла торговля, ремесленное производство, мореплавание, и относительно небольшие городки аграрного типа, в которых торговля и ремесло играли значительно меньшую роль.

Города, входившие в состав Пергамского царства, имели сельскую округу - хору. Являлась ли хора собственностью гражданских общин царства или рассматривалась лишь как их владение? Очевидно, как и в царстве Селевкидов, построенные Атталидами города являлись не собственниками предоставленной им земли, а становились лишь ее условными владельцами. Право верховной собственности на земельный фонд сохранялось за монархом.[18] В отличие от них старые греческие города западной части Малой Азии, в том числе столица царства - Пергам, и близкие им по положению местные эллинизированные общины, по-видимому, сохранили в эпоху эллинизма право собственности на полисный земельный фонд с той оговоркой, что в ряде случаев правители нарушали это право.

Греческие города Малой Азии в эпоху эллинизма имели неоднородное по своему социальному и этническому составу население. Жителей полисов по их юридическому положению можно разделить на три основные категории: граждане, негражданское, следовательно, неполноправное свободное население и рабы.

В городах Малой Азии в эпоху эллинизма сохранился институт гражданства и замкнутые гражданские общины. В их составе происходили важные социальные изменения. В городах произошло выделение слоя людей, которые обладали высоким имущественным положением, играли в общинах важную роль и вместе с тем, нередко, отличались преданностью монархии, являлись социальной основой власти Атталидов в греческих полисах. Основную массу граждан греческих полисов составляли люди среднего и небольшого достатка - мелкие землевладельцы, ремесленники, торговцы, моряки, рыбаки.

К числу свободных неполноправных, то есть не входивших в состав гражданского коллектива, жителей полисов относились пареки, вольноотпущенники и некоторые другие социальные группы. В жизни городов Малой Азии эллинистической эпохи большую роль играло рабство. Важную социальную категорию составляли крестьяне - жители хоры, большинство из которых были выходцами из местного малоазийского населения. Они были организованы в общины, подвергались эксплуатации со стороны городского населения и царей, подчинялись администрации царей или полисов. Социальные отношения в городах Малой Азии и в хоре полисов характеризуются наличием напряженности и острых противоречий между классами и сословиями.

Важнейшим институтом каждого города являлось народное собрание. Надписями III - первой половины II вв. до н.э. собрания засвидетельствованы в Темне, Гиерополе, Теосе, Илионе, Элее, Питане, Сесте, Аттуде, Табах, Апамее, Сардах, Аполлонии на Риндаке, Иасе, Антандре, Лаодикее во Фригии, Гамбрии, Траллах и других городах. Этот орган принимал законы, формировал аппарат исполнительной власти, отдавал указания должностным лицам, распоряжался казной.

Совет также сохранялся в городах Малой Азии при Атталидах в Темне, Илионе, Сесте, Элее, Апамее, Сардах, Аполлонии на Риндаке, Траллах. Совет выполнял функции совещательные, контрольные, обсуждал проекты городских законодательных актов до принятия их собранием.

Исполнительная власть принадлежала коллегиям должностных лиц. Во многих городах царства Атталидов имелась коллегия стратегов - в Элее, Питане, Теосе, Гиерополе, Сардах, Фокее, Синнаде, Магнесии у горы Сипил, Темне. В ряде городов (Траллы, Синнада, Гиерополь, Сарды, Теос) стратеги обладали правом вносить в собрание проекты законов. Рядом ученых (М.Френкель, Г.Свобода, М.И.Ростовцев, А.Х.М.Джоунз) было высказано мнение о том, что Атталиды назначали в городах царства стратегов, которые занимали в управлении ключевые позиции.[19] Дж.Кардинали, Г.Бенгтсон и Э.Хансен справедливо отвергли его.[20] В диссертации приводятся дополнительные аргументы в пользу последнего мнения.

Кроме стратегов, известно большое число других должностных лиц в полисах: пританы в Темне, Теосе, Элее, Иасе, архонты в Элее, Траллах, казначеи в Накрасе, Апамее, Элее, Траллах, Темне, Гамбрии, гимнасиархи в Сесте, Элее, Фемизонии, Апамее, Табах, Траллах, стефанофоры в Элее, Табах, Траллах, Гамбрии, Иасе, агонофет в Сесте, секретарь народа в Траллах, Скепсисе, гиераном, гинеконом в Гамбрии, агорономы в Эфесе, Парии, Ассе.

М.И.Ростовцевым и Э.Хансен было высказано предположение о том, что конституция столицы царства послужила своего рода моделью устройства городов государства Атталидов.[21] В диссертации приводятся аргументы против данной точки зрения. Обнаруживающиеся в конституции городов сходство возникало вследствие общих традиций социально-политического развития.

Вместе с тем, Атталиды оказывали влияние на развитие городского строя полисов Малой Азии. В Илионе, Магнесии-на-Меандре, Лаодикее на реке Лик одна из городских фил носила имя Атталида (Attalis). Среди городских законодательных актов многочисленную группу составляют постановления, принятые в честь царей, членов царской семьи или приближенных ко двору лиц. В ряде случаев полисы вынуждены были принимать решения по прямому распоряжению монарха.

В состав царства Атталидов входил ряд эллинизированных местных общин - Тиаре, Амлада, Ипс, Синнада, Котиэй, Эзаны, Акмония и другие, которые приобрели греческие формы устройства - собрание, институт гражданства, совет, коллегии должностных лиц, филы, законы, но вместе с тем в ряде случаев сохранили некоторые местные особенности. В Амладе (RC.54) и Табах (МАМА. VI, 164) имелся совет, который назывался oi geraioi ("старцы") и имел местное происхождение. Данный факт характеризует стремление правящей династии не производить значительных изменений во внешних формах строя местных городских общин, сохранять их традиционные институты.

В развитии городского строя полисов Малой Азии, Херсонеса, островов Эгина и Андрос обнаруживаются те же черты, что и в конституции столицы государства. Пергам и другие города царства сохранили все основные черты и институты полисного строя. Вместе с тем, происходили изменения системы городской жизни и устройства. Народное собрание было ограничено в важнейших правах и полномочиях. Роль гражданского коллектива, составляющего основу народного собрания, снизилась. Большое влияние в городских делах приобрели отдельные магистраты, выдвинувшиеся из среды наиболее состоятельных, промонархически настроенных граждан. Этот социальный слой служил опорой власти династии в полисах. Царями была введена система прямого или косвенного влияния на полис и его важнейшие политические институты и контроля над его жизнью.

Пятая глава "Цари и города"посвящена анализу политики династии Атталидов в отношении полисов.

В первом параграфе анализируется организация управления городами. Для династии Атталидов греческие полисы и эллинизированные местные общины являлись важнейшим источником доходов, резервом колонистов для новых поселений, в некоторых случаях военными и административно-политическими центрами.

Управление подвластными городами центральная власть осуществляла как через выборных должностных лиц полисов, так и методами открытого давления - назначением в общины специальных должностных лиц царя, размещением гарнизонов, направлением распоряжений или писем монарха.

В столице царства Атталидов известно должностное лицо, которое носило титул градоначальник o epi tes poleos. Это был назначаемый царем комендант кремля и командир размещенного в городе гарнизона. Он имел право контроля над жизнью гражданской общины, за деятельностью городских должностных лиц и мог в случае необходимости вмешиваться в работу органов полисного управления. Еще одним представителем царской администрации в столице являлся "заведующий священными доходами", который осуществлял контроль над финансами храмов. Выполняя, прежде всего, контрольные функции в столице, царские должностные лица не дублировали деятельность органов городского самоуправления.

Царские должностные лица "эпистаты"назначались также на остров Эгина (Syll.3 642; OGIS. 329). Ставленникам Атталидов принадлежала в полисе судебная власть. Обладали ли они военной властью и командовали ли размещенным на острове гарнизоном, ясности нет.

Сведений относительно гарнизонов Атталидов в полисах царства немного. Военные отряды пергамских царей размещались в столице, на острове Эгина, в периоды войн в городах Абидос, в Элее, возможно, в Амладе. Следует полагать, что в мирное время небольшие городки не имели гарнизонов и специальных царских ставленников - градоначальников или эпистатов, а подчинялись в наиболее важных вопросах стратегу "провинции", наделенному широкой гражданской и военной властью и имевшему в своем распоряжении военные силы

Можно заключить, что в Пергамском царстве царские административные лица и гарнизоны назначались не во все полисы государства, эта мера не являлась универсальной, а применялась лишь по отношению к отдельным городам. Административный аппарат царей в городах был невелик, не заменял традиционную систему местного самоуправления. Ставленники монархов не дублировали деятельность полисных органов (собрания, совета, выборных или иногда назначаемых магистратур), а выполняли функцию правительственного контроля, имея право вмешиваться во внутреннюю жизнь городов.

Управление городами, особенно теми, в которых не было царских должностных лиц, цари осуществляли через посредство специально рассылавшихся писем (to prostagma или epistolh), а также через посольства. Иногда Пергамские цари применяли также практику удержания заложников. Наконец, надписи эфебов Пергама показывают, что курс эфебии в столице царства проходили не только подростки и юноши из столичных семей, но и из других городов, подвластных династии. Таким путем формировался слой людей, которые в дальнейшем становились опорой династии в своих общинах.

Источники сообщают также о том, что отношения Аттала I с некоторыми подвластными городами строились на основе договоров (Polyb. V. 77, 5-6). К сожалению, неизвестно содержание подобных документов, и даже нельзя ответить на вопрос, строились ли в дальнейшем - при Эвмене II и его преемниках - отношения короны с городами на договорных началах.

Второй параграф главы раскрывает градостроительную деятельность династии. Первыми правителями династии были основаны поселения Филетерия у горы Ида, Атталия в Лидии. При Аттале I жители Гергифы в Троаде были переселены к истокам реки Каик с целью создать новый форт, закрывавший с востока путь к столице.

Атталидами были основаны Эллинополь в Вифинии, Дионисополь, Аполлонида в Лидии, Аполлония во Фригии, Аполлония на границе Лидии и Фригии (позже названный Триполис), Филадельфия в Лидии, Атталия в Памфилии, Эвмения на Гиркании, Эвмения в Карии, Эвмения в Великой Фригии, некоторые другие города.

Градостроительная деятельность Атталидов в целом протекала без какого-либо четкого и заранее продуманного плана. Создание новых полисов и колоний было обусловлено конкретными политическими событиями, связано с задачами, которые вставали в тот или иной период истории государства. При первых правителях основной задачей являлось создание военных колоний для защиты рубежей. После Апамейского мира 188 г. до н.э. характер градостроительства изменился - стали создаваться, прежде всего, полисы; основанные ранее колонии превратились в ряде случаев в города.

Общее количество построенных Пергамскими царями полисов и колоний невелико. Несмотря на это, градостроительная деятельность Атталидов сыграла немалую роль в истории Пергамского государства. Многие из основанных ими городов оказались вполне жизнеспособными и продолжали свое существование после падения династии в римское, византийское и новое время.

Шестая глава "Конец Пергамского царства"посвящена анализу событий, которые привели к окончанию истории Пергамского царства и образованию римской провинции Азия. В первом параграфе рассматривается правление последнего царя династии Аттала III. Во второй половине II в. до н.э. царство Пергам переживает внешнеполитический кризис. В политике Рима усилилось стремление к дальнейшему территориальному росту на Востоке и к овладению территорией Малой Азии, помехой чему служило самостоятельное Пергамское царство.

При Аттале III также ухудшилось внутриполитическое положение страны: при дворе происходила борьба за власть, осуществлялись расправы над приближенными Аттала II и над политическими противниками, в стране обострились социальные противоречия.

Аттал III как личность и как государственный деятель получил в исторических трудах античных авторов исключительно негативную оценку. Он, по сообщениям Диодора и Юстина произвел кровавые расправы над родственниками и приближенными, в дальнейшем удалился от политических дел, увлекся изготовлением ядов и т.п.(Diod.XXXIV.3; Justin.XXXVI.4,1-5). По мнению ряда специалистов (Дж. Кардинали, Э.Хансен, Т.Хопп, К.М.Колобова) образ последнего Пергамского царя был искажен античными авторами: сведения эпиграфики позволяют создать иную картину его правления и иной политический образ. Аттал III ввел в стране культ бога Зевса Сабазия, предоставил неприкосновенность храму персидской богини, освободил от налогов святилище Аполлона в Гиеракоме (RC. 66-69). При нем была одержана победа над каким-то противником (OGIS. 332). Наконец, при Аттале III получил дальнейшее развитие царский культ. Декрет Пергама или Элеи (OGIS.332), принятый по случаю победы и присоединения новых территорий, детально регламентирует культовые действия горожан и почести, определенные царю.

В период правления Аттала III возникли серьезные противоречия при царском дворе, в среде правящей элиты, которые монарх пытался разрешить путем расправ и репрессий. Одновременно в стране происходило нарастание социальных противоречий. В этой неустойчивой обстановке царь неожиданно умер, оставив завещание. Наличие завещания не вызывает сомнений, поскольку оно упоминается в декрете города Пергама 133 г. до н.э. (OGIS.338). Но содержание завещания невозможно точно восстановить из-за противоречивой информации, которую предлагают античные авторы. Наиболее убедительным представляется мнение о том, что Аттал III завещал Риму лишь свои царские владения, а городам предоставил свободу.

Второй параграф посвящен восстанию Аристоника. Внезапная смерть Аттала III, передавшего по завещанию свои владения Риму, вызвала восстание, которое возглавил сводный брат последнего царя Аристоник. Аристоник начал восстание в городе Левки в 133 г. до н.э. На начальном этапе борьбы его стратегическая цель заключалась в том, чтобы опереться на греческие города побережья Эгейского моря, но Аристоника поддержала только Фокея. Большинство полисов не включились в восстание и в дальнейшем выступили на стороне Рима. Лишь с помощью силы Аристонику удалось овладеть Миндом в Карии, Колофоном в Ионии и островом Самос. На начальном этапе борьбы против Аристоника выступили жители Эфеса и в морском сражении нанесли ему поражение.

Потерпев неудачу, Аристоник двинулся во внутренние области страны, призвал в армию представителей угнетенного местного населения и рабов, которых он, по неясному выражению Страбона, "назвал гелиополитами"(XIV.1.38). Создав армию, Аристоник, овладел рядом городов и сельских поселений. Восстание распространилось на весьма значительные территории Пергамского царства. Против Аристоника выступили города и цари государств Малой Азии.

По сообщениям античных авторов Аристоник объявил себя царем и боролся за царскую власть (Strab.ХIV. 1, 38; Diod.ХХХIV - ХХХV. 2, 25-26. Также: App.BC.I.17; Sall. Hist.VI.8; Justin.XXXVI.4), что подтверждается данными нумизматики. Е.С.Г. Робинсон показал, что в годы правления Аристоника чеканились кистофоры с легендами BA SY AR и BA EY. Первая группа монет выпускалась от имени "царя Аристоника", вторая группа кистофоров чеканилась также Аристоником, но принявшим тронное имя Эвмена III.[22]

В 131 г. до н.э. на подавление восстания была направлена римская армия во главе с консулом П. Лицинием Крассом, но потерпела поражение. В 130 г. до н.э. консул Марк Перперна разбил Аристоника в сражении, осадил в городе Стратоникея в Мисии и пленил. Но страна по-прежнему сопротивлялась римлянам, и только в 129 г. до н.э. последние очаги сопротивления были подавлены.

Вопрос о характере и целях восстания, о позиции самого Аристоника, о том, кто такие гелиополиты, является дискуссионным. В науке сложились разные взгляды по этому поводу.[23] Одной из распространенных в зарубежной и практически единственной в отечественной историографии трактовок восстания Аристоника является определение его как широкого классового движения, восстания свободной бедноты, рабов и других слоев бесправного населения Малой Азии, в ходе которого восставшими была предпринята попытка реформирования общества на началах справедливости и свободы. Аристонику при этом нередко приписывается намерение создать "государство Солнца", основанное на принципах свободы и равенства людей, где не было бы угнетения, насилия и рабства (А.В. Мишулин, А.Б. Ранович, С.И. Ковалев, Н.А. Машкин, Е.С. Голубцова, В.И. Кузищин, М.И. Ростовцев, В. Вавржинек, У. Тарн, Р. Гюнтер).

Другая группа специалистов (Ж-Х. Дюмон, Т. Африка, Й. Фогт, Фр. Каррата Томес, Й. Хопп, У. Уэстерман, Хр. Хабихт) оценивала восстание как выступление Аристоника за царскую власть, за сохранение государственной самостоятельности Пергама. После неудач первого периода борьбы претендент на престол был вынужден призвать под свои знамена пришедшие в движение социальные низы с целью использовать их как орудие в борьбе за престол, подобно целому ряду других политических деятелей античного мира.

Источники сообщают об очень разнородном социальном и этническом составе участников восстания, среди которых рабы, упоминаемые лишь Диодором (XXXIV. 2. 26) и Страбоном (XIV. 1. 38), составляли только часть восставших. Аристоника поддержало население отдельных городов западной части Малой Азии. В то же время известно, что многие города не признали прав претендента, не поддержали его в борьбе с римлянами и даже направили свои силы на борьбу с ним. В армии Аристоника упоминаются фракийцы. На основании ряда косвенных свидетельств источников можно предполагать участие в восстании солдат - наемников и военных поселенцев. Возможно, в начале восстания Аристоника поддержал царский флот или какая-то его часть, размещенная в гавани города Левки. По мнению ряда ученых (Е.С.Голубцова) важную роль в восстании, особенно на заключительном его этапе - после поражения и пленения Аристоника, сыграли крестьяне Малой Азии.

Восстание, в котором принимали участие столь разнородные социальные силы, не могло протекать под лозунгами социального освобождения, свободы и равенства. Вместе с тем, именно идея восстановления местной династии, сохранения государственной самостоятельности и противостояния Риму представляется достаточно притягательной для всех слоев населения царства, поддержавших претендента на престол.

Для выяснения характера и целей восстания принципиальное значение имеет понимание неясного выражения Страбона о том, что претендент на престол назвал своих сторонников из числа рабов и бедноты "гелиополитами" (XIV. 1. 38). Ученые единодушны в том, что это выражение отражает идеологические принципы восстания, определявшие политику и цели деятельности восставших.

Весьма распространена точка зрения, согласно которой основу идеологии "Гелиополиса" составили идеи утопического романа Ямбула о государстве Солнца, основанном на началах свободы и равенства людей (Р. Пёльман, У. Тарн, Э. Хансен, С. Эдди, Ф. Фергюсон, А.Б. Ранович). Однако эта гипотеза в последние годы подвергнута убедительной аргументированной критике (В.А.Гуторов, Т.Африка, Фр.Каррата Томес).

Другая весьма популярная позиция связана с предположением о влиянии на идеологию восстания религий народов Востока и греческого мира, прежде всего, весьма популярных солнечных культов (С.И. Ковалев, Е.С. Голубцова, К. Бюхер, М.И. Ростовцев, Г. Бенгтсон, В. Вавржинек, Фр. Каррата Томес, Т. Африка, К. Николе и другие)[24]. При этом ученые не были единодушны в определении конкретного культа, оказавшего воздействие на идеологию восставших. По мнению Е.С.Голубцовой глубокое влияние имели религиозные взгляды сельского населения Малой Азии.

Высказывалось также предположение о влиянии идей стоицизма и кинизма на политические взгляды Аристоника и, следовательно, на социальную доктрину восстания. Но фактические основания для подобного мнения весьма слабы. Возможно, сам Аристоник, как некоторые другие правители эпохи эллинизма, действительно находился под влиянием идей стоицизма, о чем, впрочем, нет убедительных сведений. В учении стоиков солнце занимало важное место, рассматривалось как управляющая космосом сила. Стоическая доктрина с ее пиететом в отношении царской власти, почитанием Солнца, с признанием связи царского достоинства с Солнцем и высшей справедливостью очень подходит на роль идеологии, которая вдохновляла власть на реформу "сверху". Стоический принцип жизни сообразно природе предполагал свободу и равенство людей и в этом отношении учение стоиков сближалось с теми идеями, которые находили отражение в солнечных культах.

Наиболее убедительным представляется объяснение, предложенное Т. Моммзеном и поддержанное Дж. Кардинали, Й. Фогтом, Д. Дадли: Аристоник предполагал привлечь на свою сторону рабов и бедноту и реально отблагодарить их строительством нового города Гелиополиса и предоставлением им гражданских и имущественных прав в нем[25]. Как известно, многие политические деятели Греции и Рима использовали рабов и свободную бедноту в своей политической борьбе с противниками.

Следует полагать, что название города Гелиополиса все-таки отразило определенные идеологические установки Аристоника и тех социальных сил, на которые он ориентировался. Мало вероятно наличие единой, общей для всех слоев населения и участников восстания идеологии, которую принимали и разделяли как Аристоник с его ближайшим окружением, так и присоединившееся к претенденту на престол неграмотное сельское население глубинных районов Малой Азии или рабы.

Для широких масс рабов и свободной сельской бедноты Малой Азии основу идеи Гелиополиса составили культы солнечных богов, популярных в Малой Азии, Египте, Передней Азии, Иране и Греции. Солнечные культы рассматривались на Востоке и в Греции как олицетворение высшей справедливости и даже социальной защиты для широких слоев населения. Одновременно они выражали идею сильной и справедливой в самом широком смысле царской власти, обеспечивающей порядок и защиту разным слоям населения, в том числе социальным низам. При этом солнечные культы вовсе не служат идее социального освобождения насильственным путем. Поэтому невозможно усматривать в идее "Гелиополиса" идеологию социального протеста и классовой борьбы. Это скорее идеология социальной надежды и упования на сильную и справедливую царскую власть.

Возможно, на заключительном этапе восстание вышло за рамки, определенные самим его руководителем и инициатором и приобрело характер достаточно широкого антиримского движения, в котором получили проявление также и социальные мотивы. Тем не менее, это не дает оснований считать восстание Аристоника движением за социальное освобождение рабов и бедноты с целью переустройства общества на принципах равенства и свободы. Восстание представляет собой один из многочисленных примеров борьбы за власть, в ходе которой в качестве средства использовались рабы и свободная беднота.

После подавления восстания в Малую Азию была направлена из Рима сенатская комиссия для организации новой провинции Азия.

В заключении подводятся итоги диссертации.

Пергамское государство занимало своеобразное географическое положение - западную и центральную часть полуострова Малая Азия, зону интенсивных контактов греческого и восточных миров, область высоко развитого сельского хозяйства, ремесла, торговли. Пергамское царство сложилось и развивалось в области со сложным этническим составом населения. Наряду с представителями малоазийских народностей - мисийцами, фригийцами, карийцами, фракийцами, в Малой Азии проживали переселившиеся на полуостров в начале III в. до н. э. галаты, македоняне и многочисленное греческое население. Греки привнесли в страну собственную культурно-бытовую традицию, важнейшие черты социально-политической жизни, систему образования, формы искусства, социальную психологию, религию.

Политическая история царства развивалась во многих отношениях своеобразно. Очевидной особенностью политической истории и внешней политики Пергамского царства является его существование в постоянном враждебном окружении, что заставляло Атталидов уделять большое внимание укреплению столицы и других городов, развитию военных сил и ориентировать всю внешнюю политику на союз с греческими государствами Балканского полуострова и Римской республикой. Благодаря постоянному союзу с Римом Пергамское царство значительно расширило свою территорию, превратилось во влиятельное государство Средиземноморья. При этом государство Атталидов во многом зависело от Рима, который вмешивался в его внутренние дела и внешнюю политику и, в конечном счете, подчинил царство своей власти.

Формирование политических институтов Пергамского царства происходило на основе давно сложившегося политического опыта, потому что территория, на которой образовалось государство Атталидов, издавна входила в состав различных государственных образований, прежде всего, Лидийского царства и империи Ахеменидов. Важный опыт доэллинистической государственности в западной части Малой Азии сохраняли также греческие полисы и местные храмовые общины.

Складывание политической системы царства Атталидов происходило, как и во всех без исключения эллинистических государствах, под сильным влиянием военного фактора. Возможно, в значительной степени по этой причине вся политическая система любой эллинистической монархии от самого института царской власти и органов центрального управления, до низших звеньев административной системы и полисов, пронизана военных духом или носит военизированный характер.

Сложившаяся в Пергамском царстве система политических институтов являлась типичной для эллинистических государств. Во главе государства стояли цари, составлявшие династию Атталидов. Царям принадлежала административная, законодательная, военная, финансовая, контрольная власть. Личность царя являлась объектом культового почитания. В Пергамском царстве культ монарха не получил столь законченного развития и оформления, как, например, в Египте, но и в таком виде ему принадлежала важная роль в жизни общества. Атталиды энергично распространяли почитание династии и отдельных ее представителей, способствовали созданию специальной культовой коллегии атталистов, а также использовали популярное в греческом мире объединение артистов Диониса.

Цари осуществляли управление через некоторые центральные ведомства - канцелярию, казну и через штат придворных разных рангов и званий, выполнявших ответственные поручения монарха. Наиболее влиятельные родственники и приближенные составляли Совет, при участии которого царь принимал важнейшие решения. В Пергамском царстве штатная разветвленная система органов центрального управления с четко очерченными функциями не получила значительного развития.

В составе государства выделяются два основных структурных элемента: собственно царские владения и многочисленные города. Первый представлял собой обширные территории, на которых проживало объединенное в общины местное население, основывались царские военные поселения, строились крепости. Царские владения делились на административно-территориальные округа, в которых управление осуществляли назначаемые монархами должностные лица. В провинциях эту функцию выполняли стратеги. Возможно, страна делилась и на более мелкие единицы во главе с соответствующими им ставленниками короны. Строго говоря, невозможно утверждать, что вообще существовала единообразная для всех частей страны, четкая система административно - территориального деления и управления, подобная сложившейся в эллинистическом Египте. В целом в система управления сочеталась централизация власти с элементами самоуправления в виде сохранившейся общинной организации в сельских и храмовых общинах, может быть также в военных колониях.

Одну из основ царской власти в Пергаме составляла армия, в которой, как и в других эллинистических государствах, главную роль играли профессиональные наемные воины. Кроме них корона привлекала к службе представителей местного малоазийского населения, а также гражданские ополчения полисов, подвластных династии, в том числе и столицы - города Пергама.

Политическое развитие Пергамского государства имело свои особенности. Территориальное государство выросло из полиса Пергама, который сыграл роль центра в борьбе правителей за расширение владений. В Пергаме не сразу после достижения государством самостоятельности установилась царская власть. Первые два правителя, властвуя фактически, никак не определяли свое положение в государстве и не имели официального титула. Только при Аттале I после серии крупных побед был принят царский титул и установился порядок наследования власти от отца к сыну.

Полисы - города, полноправное население которых составляло гражданскую общину, являлись другим основным структурным элементом Пергамского царства. Западная часть Малой Азии, в которой формировалось царство Атталидов, являлась сильно урбанизированным регионом античного мира. Наиболее ярким примером урбанизации в Малой Азии служат многочисленные греческие города, среди которых некоторые (Эфес, Милет, Кизик) превратились в крупные центры экономической и культурной жизни. Среди городов в регионе важное место принадлежало многочисленным эллинизированным местным общинам, сохранившим сильную культурную и этническую традицию.

Пергам и другие города государства Атталидов сохранили основные черты и институты полисного строя - относительно замкнутый в социально-политическом и этническом отношении гражданский коллектив, систему законов, финансов, определенное единство экономической, социально-политической, культурной и религиозной жизни. Города имели типичную для греческого мира форму самоуправления, составляемую собранием, советом и разветвленным аппаратом исполнительной власти, наконец, обладали правом установления связей с другими полисами.

Вместе с тем, гражданские общины претерпели известную внутреннюю эволюцию. В общинах произошло выделение слоя людей, обладавших немалым богатством, занимавших городские выборные должности, активно влиявших на политику общины. Важной чертой этого круга лиц являлась их промонархическая деятельность или в некоторых случаях близость к царям из династии Атталидов.

Происходила также трансформация полисного строя. В Пергаме высший орган полиса - народное собрание было ограничено в важнейших правах и полномочиях. Царями была введена практика назначения ряда городских магистратов, в том числе главных - стратегов, в руках которых сконцентрировалась весьма значительная власть.

Положение городов в государстве Атталидов было различным. В известной степени условно могут быть выделены, во-первых, подвластные династии полисы, обложенные налогами и обязанные иметь на своей территории гарнизоны или назначенных царями должностных лиц - эпистатов или градоначальников, и, во-вторых, подвластные Атталидам города, освобожденные от налогов и гарнизонов. Эти льготы были исключительно проявлением доброй воли монархов, нередко предоставлялись на определенный период времени.

История отношений монархии Атталидов с городами являет собой пример не только достаточно сильного контроля центральной власти над жизнью полисов, но также и образец взаимодействия монархии и общин, сочетания принципов централизации власти и развитой местной автономии.

В царстве Атталидов гражданские общины не разрушались, не растворялись в государственной системе. Полисы сохранили свои институты, особые черты социально-экономической организации, политической и религиозной жизни и по-прежнему оставались основной формой организации жизни греческого и эллинизированного населения.

Пергамское царство сложилось в зоне развития богатой и продолжительной полиэтнической культурной традиции. Развитию культуры в царстве Атталидов немало способствовала развитая полисная городская среда и целенаправленная политика самой династии. В итоге Пергамское государство сыграло большую роль в развитии культуры эллинистического мира, а столица Атталидов превратилась в один из центров духовной жизни древности III-II вв. до н.э.

По теме диссертации опубликованы научные работы:

  1. Царские должностные лица в полисах Пергамского царства // Вестник Ленинградского университета. Серия "История, язык, литература". -1982. - Выпуск 3, № 14. - С. 42-45. (0,3 п. л.).
  2. Градостроительная деятельность Атталидов. Депонированная рукопись. - Тверь: Тверской государственный университет, 1982. -Рукопись депонирована в ИНИОН АН СССР № 10336 от 10.06.82. - 31 с. (1,4 п. л.).
  3. Городской строй Пергама в эллинистический период // Проблемы истории античной гражданской общины. Межвузовский сборник статей. - М.: МГЗПИ, 1982. - С. 97-111. (0,9 п. л.).
  4. Экономическая политика Атталидов Пергама // Тезисы докладов IX Всесоюзной авторско-читательской конференции журнала "Вестник древней истории". - М.: Институт всеобщей истории АН СССР, 1984. - С. 35. (0,1 п. л.).
  5. Проблема взаимоотношений полиса и эллинистической монархии в зарубежной историографии. Депонированная рукопись. - Мурманск: Мурманский государственный педагогический институт, 1985. - Рукопись депонирована в ИНИОН АН СССР № 197721 от 26. 02. 85. - 30 с. (1,4 п. л.)
  6. Коллегия атталистов в Пергаме // Вестник древней истории. - 1986. - № 4. - С. 102-109. (0,5 п. л.).
  7. О роли Пергамского царства в Сирийской войне (192-188 гг. до н. э.) // Античная гражданская община. Межвузовский сборник научных трудов. - М.: МГЗПИ, 1986. - С. 29-43. (0, 75 п. л.).
  8. Становление царской власти в эллинистическом Пергаме // Тезисы докладов X Всесоюзной авторско - читательской конференции журнала "Вестник древней истории". - М.: Институт всеобщей истории АН СССР, 1987. - С. 99-100. (0,1 п. л.).
  9. Научная рецензия: Allen R. The Attalid Kingdom: A Constitutional History. Oxford. 1983 // Вестник древней истории. - 1988. - №4. - C. 221-225. (0, 5 п. л.).
  10. Престолонаследие в эллинистическом Пергаме // Античное общество и государство. Межвузовский сборник. - Ленинград: ЛГУ, 1988. - С. 116-126. (0, 75 п. л.).
  11. Восстание Аристоника: к оценке события в историографии // Проблемы истории и историографии зарубежных стран. Тезисы межвузовской научной конференции. - Петрозаводск: ПГУ, 1990. - С. 6-7. (0,1 п. л.).
  12. Сирийская война 192-188 гг. до н. э. в античной исторической традиции // Проблемы истории и историографии. Античность. Средние века. Межвузовский сборник. - Уфа: БГУ, 1990. - С. 22-29. (0,5 п. л.).
  13. Мирный договор между Римом и Сирийским царством 188 г. до н.э. в античной исторической традиции // Проблемы археологии Урала и историографии античности. Тезисы научной конференции. - Уфа: БГУ, 1990. - С. 59-62. (0, 5 п. л.).
  14. Царская власть в эллинистическом Пергаме // Политика и идеология в древнем мире. Межвузовский сборник научных трудов. - М: Альфа; МГОПИ, 1993. - С. 55-69. (0,7 п. л.).
  15. Военная организация городов Малой Азии в эпоху эллинизма // Античный мир и археология. Проблемы истории и археологии древней Ойкумены. Межвузовский сборник научных трудов. Выпуск 9. - Саратов: СГУ, 1993. - С. 50-59. (0,5 п. л.).
  16. К оценке восстания Аристоника в курсе истории древнего мира // Проблемы непрерывного образования. Тезисы докладов на научно- практической конференции 05-09 апреля 1993 г. - Мурманск: МГПИ, 1993. - С. 53. (0,1 п. л.).
  17. Военные поселения Пергамского царства // Античность и средневековье Европы. Межвузовский сборник научных трудов. - Пермь: ПГУ, 1996. - С.101-112. (0,6 п. л.).
  18. Центральная власть в эллинистическом Пергаме // Социальные и естественные науки в педагогическом вузе. Сборник тезисов научно-практической конференции. - Мурманск: МГПИ, 1996. - С.5. (0,1 п. л.).
  19. Эллинизм в исторических трудах Ф.У. Уолбенка // История науки в ВУЗе и в школе. Сборник научных трудов. Выпуск 1. - Мурманск: МГПИ, 1996. - С.55-59. (0,3 п. л.).
  20. К вопросу о происхождении института эллинистической монархии // Актуальные проблемы гуманитарных наук. Сборник тезисов научно-практической конференции Мурманского государственного педагогического института (7-11 апреля 1997 г.). - Мурманск: МГПИ, 1997. - С.16. (0,1 п. л.)
  21. К оценке характера восстания Аристоника в Пергаме // Античный мир: Проблемы истории и культуры. Сборник научных статей. К 65-летию профессора Э.Д. Фролова. - СПб. Издательство СПб университета, 1998. - С. 227-235. (0,5 п. л.).
  22. Царство Пергам. Очерк социально - политической истории. Монография. - Мурманск: МГПИ. - 1998. - 165 с. (15 п. л.).
  23. Центральная власть в эллинистическом Пергаме // Изучение и преподавание всеобщей истории в ВУЗе. - Мурманск: МГПИ, 1998. - С. 19-32. (0,5 п. л.).
  24. Особенности эллинизма в Малой Азии // Совершенствование учебно-воспитательного процесса в негосударственных вузах. Материалы научно- практической конференции 10-11 апреля 2000 г. - Москва: МГЭИ, 2000. - С. 84-85. (0,1 п. л.).
  25. Налоговая система Пергамского царства // Ученые записки юбилейной научной конференции профессорско-преподавательского состава МГПИ (15-19 ноября 1999 г.). Том 9. - Мурманск: МГПИ, 2000. - С. 44-54. (0,8 п. л.).
  26. Эллинистическая история и культура в информационной сети Интернет // Методология и современные аспекты образования. Сборник научных трудов. - Мурманск: МГПИ, 2000. - С. 69-76. (0,75 п. л.).
  27. Особенности формирования института эллинистической монархии в Малой Азии // Антиковедение на рубеже тысячелетий: междисциплинарные исследования и новые методики (информатика, подводная археология и создание компьютерной базы данных). Тезисы докладов конференции 29-30 июня 2000 г. - М.: Институт всеобщей истории РАН, Институт археологии РАН, Российская ассоциация антиковедов, 2000. - С.46-48. (0,1 п. л.).
  28. Монументальное искусство и политика в эпоху эллинизма // Человек и Вселенная: СПб. - 2001. - № 2. - С. 17-21. (0,2 п. л.).
  29. Некоторые черты массового политического сознания в эллинистический период // Античное общество IV. Власть и общество в античности. Материалы конференции антиковедов 5-7 марта 2001 г. СПб: СПбГУ. Центр антиковедения, 2001. - С. 231-234. (0,1 п. л.).
ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Van Capelle A.C. Commentatio de regibus et antiquitatibus Pergamenis. Amsterdam. 1840; Thraemer E. Pergamos. Untersuchungen uber die Fruhgeschichte Kleinasiens und Griechenlands. Leipzig. 1888; Ussing J. Pergamos. Seine Geschichte und Monumente. Berlin. 1899.

[2] Cardinali G. II regno di Pergamo. Roma. 1906; Idem. La morte di Attalo III e la rivolta d'Aristonico // Saggi di Storia Antica e di Archaeologia offerti a G. Beloch. Roma. 1910. P. 269-320.

[3] Rostovtzeff M. The Social and Economic History of the Hellenistic World. Vol. 1-3. Oxford. 1941; Idem. Pergamum // The Cambridge Ancient History. Vol. 8. Cambridge.1930. P. 590-618.

[4] Hansen E. The Attalids of Pergamon. Ithaca. 1947 (второе издание - 1971).

[5] McShane R. The foreign policy of the Attalids of Pergamon. Urbana. 1964.

[6] Hopp J. Unterzuchungen zur Geschichte der letzten Attaliden. Munchen. 1977.

[7] Allen R.E. The Attalid Kingdom. A Constitutional History. Oxford. 1983. Подробнее о книге см.: Климов О.Ю. Рецензия // ВДИ. 1988. №2. С. 221-225.

[8] Тарн В. Эллинистическая цивилизация. М. 1949; Бенгтсон Г. Правители эпохи эллинизма. М. 1982; Бикерман Э. Государство Селевкидов. М. 1985; Niese B. Geschichte der Griechischen und Makedonischen Staaten seit der Schlacht bei Chaeronea. Bd. 1-3. Gotha. 1893-1903; Beloch K.J. Griechische Geschichte. Bd. 4. Abt.1,2. Berlin, Leipzig.1925-1927; Tscherikover V. Die Hellenistischen Stadtegrundungen von Alexander dem Grossen bis auf die Romerzeit. Leipzig. 1927; Kaerst J. Geschichte des Hellenismus. Leipzig, Berlin. 1926; Cary M. A History of the Greek World from 323 to 146 B.C. London. 1932; Griffith G.T. The Mercenaries of the Hellenistic World. Cambridge. 1935; Bengtson H. Die Strategie in der hellenistischen Zeit. Bd.2. Munchen. 1944; Jones A.H.M. The Greek City from Alexander to Justinian. Oxford. 1940; idem. The Cities of the Eastern Roman Provinces. Oxford. 1971; Magie D. Roman Rule in Asia Minor. Princeton. Vol.1-2. 1950; Ehrenberg V. The Greek State. London. 1969; Walbank F.W. The Hellenistic World. Brighton. 1981.

[9] Соколов Ф.Ф. Договор Эвмена с наемными воинами // Труды Ф.Ф. Соколова. СПб. 1910. С. 405-410; Юлкина О.Н. Пергамский декрет 133 г. до н.э. // ВДИ. 1947. №4; Колобова К.М. Аттал III и его завещание // Древний мир. Сб. статей. М. 1962. С.545-554; Маринович Л.М. О некоторых особенностях армии Пергамского государства // Проблемы античной истории и культуры (Доклады XIV Международной конференции античников социалистических стран "Эйрене"). Ереван. Т.1. 1979. С. 156-162.

[10] См. например, среди материалов "Проекта Персей".

[11] McShane R. The Foreign policy … P.147

[12] Моммзен Т. История Рима. Т. 1. М. 1936. С.729-730; McShane R. The Foreign Policy… P.181-182.

[13] Rostovtzeff M. SEHHW. Vol. I. P.561.

[14] Hansen E. Op. cit. P. 172; Allen R. The Attalid kingdom. P. 94.

[15] Jones A.H.M. The Greek City… P.109.

[16] Allen R. The Attalid Kingdom. P. 119-120.

[17] BCH. 1880. IV. P.164; Le Bas-Waddington. III. 255; 1558.

[18] Кошеленко Г.А. Греческий полис на эллинистическом Востоке. М. 1979. С. 231, 232, 239, 247, 289.

[19] Fraenkel M. Die Inschriften von Pergamon. Bd.1. Berlin. 1890. S.158; Swoboba G. Zu den Urkunden von Pergamon // RhM.1891.Bd.XLVI. S.503; Rostovtzeff M. Pergamum. P.604; Jones A.H.M. The Cities of the Eastern Roman Provinces. Oxford. 1971. P.55.

[20] Сardinali G. Il regno... P.233; Bengtson H. Die Strategie in der Hellenistischen Zeit. Munchen. 1944. Bd.2. S.246-250; Hansen E. Op.cit. P.200.

[21] Rostovtzeff M. Pergamum. P.602; Hansen E. Op.cit P. 199.

[22] Robinson E.S. Cistophori in the name of king Eumenes // NC. 1954. Vol. 14. P.1-8; Hopp J. Unterzuchungen... S.122-123.

[23] Историографию вопроса см.: Vavrinek V. Aristonicus of Pergamum: Pretender on the Throne or Leader of a Slave Revolt // Eirene. 1975. Vol. 13. P.109-129.

[24] Ковалев С.И. История Рима. Л. 1986. С.331; Блаватская Т.В., Голубцова Е.С., Павловская А.И. Рабство в эллинистических государствах в III-I вв. до н.э. М. 1969. С. 195-199; Голубцова Е.С. Идеология и культура сельского населения Малой Азии. I-III вв. М. 1977. С. 38-40, 209; Bucher K. Die Aufstande der unfreinen Arbeiten, 143-129 v. Chr. Frankfurt am Mаin. 1874. S. 106-108; Rostovtzeff M. SEHHW. Vol. 2. P. 808; Vavrinek V. La revolte d'Aristonicos. Praha. 1957. P. 39, 74; Carrata Thomes Fr. La revolta di Aristonico e la origini della provincia romana d'Asia. Torino. P. 57-58; Nicolet C. Rome et la Conquete du Monde Mediterraneen, 267-27 avant J.-C. T. 2. Paris. 1978. P. 776; Bengtson H. Griechische Geschichte. Munchen. 1969. S. 504; Africa Th. Aristonicus, Blossius and the City of Sun // International review of Social History. 1961.Vol.6. P.120 ff.

[25] Моммзен Т. История Рима. Т. 2. СПб. 1994. С. 44, прим. 1; Vogt J. Structur der Antiken Sklavenkriege // Abhandlungen der Academie der Wissenschaft und Literatur in Meinz. Geistes - und Socialwissenschaft Klasse. 1957. No 1. S. 36; Dudley D.R. Blossius of Cumae // JHS. 1941. Vol. 31. P.98.